Призраки прошлого

Когда Глэм с женой и дочерью подъехали к дому, первое, что бросилось в глаза, это белая машина Скорой помощи, стоящая с включённым проблесковым маячком. Лицо Эми вытянулось и побледнело. Вики с такой силой сжала спинки пассажирского и водительского сидений, что проткнула их пальцами, а Глэм… Он почувствовал, как внутри что-то стало трещать по швам. Сердце рухнуло в пятки, а в горле застрял ком. Резко припарковавшись, он вылетел из машины и бросился в дом. Вики и Эми побежали в след за ним. Ди лежал на диване в гостиной. Лиф стояла у его изголовья, пока фельдшер измерял давление, а медсестра что-то записывала. Глэм остановился в дверях так резко, что в него на полном ходу влетели Вики и Эми, случайно повалив на пол. Медсестра посмотрела на них, приподняв брови, а фельдшер уже набирал лекарство в шприц. Лиф отошла от мужа и помогла подняться Глэму, который держался рукой за спину. Вики и Эми встать на ноги было легче. — Что с моим сыном? — Глэм даже не пытался скрыть дрожь и панику в голосе. — Ди, он… Ему стало плохо после того как, он побыл в комнате Хэви, — Лиф тяжело вздохнула, бросив взгляд на мужа. Ди был бледным, на его лбу всё ещё поблескивали капельки пота. Следы приступа удушься, возникшего из-за сильной панической атаки и истерики. — Зачем он вообще туда потащился? — Вики нахмурила брови. Её губы дрожали, а по щекам катились слезы. — Он по нему скучает, мам. Я тоже. Хоть и не видела никогда, — Эми тяжело вздохнула, взяла полотенце и промакнула пот со лба старшего брата. Ди слабо и благодарно улыбнулся. Фельдшер и медсестра подошли к Лиф, Глэму и Вики, оставили рекомендации и покинули дом. — Сыночек! — Глэм опустился перед Ди на колени и мягко погладил его по волосам дрожащей рукой. — Как ты себя чувствуешь? — Паршиво… — выдавил Ди, — будто меня пинали, а потом протерли мной пол. — Ты нафига в комнату брата пошёл? -; Вики бережно взяла его руку в свои. В её голосе были забота и беспокойство. — Я должен был это сделать… — голос Ди становился слабее, а глаза закрывались. — Ему нужно поспать. Лекарство сильное, — мягко вступила в разговор Лиф. — Я сейчас! — Эми выбежала из комнаты и вскоре вернулась, держа в руках одеяло и подушку. Те самые, которые принадлежали Ди. — Сохра… Нили… Вы сохра… Нили… — Ну конечно. Всё твои вещи в целости и сохранности, Ди, — ласково ответил Глэм. — Думаешь, мы смогли бы всё выбросить? Лиф и Эми заботливо укрыли Ди одеялом и положили под его голову подушку. Глэм и Вики наблюдали со стороны. — Отдыхай, любимый, — Лиф нежно поцеловала его в губы. — Дети… Где? — голос Ди заплетался всё больше. Он зевнул и так и остался с закрытыми глазами. — Пока не нашли. Но найдём, — уверила его Вики. — Как только тебе станет лучше, мы продолжим поиски. Ди не ответил. Его тихое посапывание и ровные, размеренные движения диафрагмы говорили о погружении в сон. — Моя кровиночка… — Глэм поцеловал сына в макушку и погладил его по лицу, — мой взрослый мальчик. — Вот ты сентиментальный! — буркнула Вики, ласково и с любовью глядя на спящего сына. Она нежно погладила его по волосам. — Кто бы говорил, — Глэм улыбнулся и покачал головой, глядя на жену. — Пойдёмте на кухню. Не будите его. — Эми права. Ди нужно поспать, а нам поговорить, — поддержала её Лиф. Глэм и Вики кивнули и вся семья отправилась на кухню.Лиф

***

— Как вы съездили? — Да никак. Она сказала, что Макс и Честер были у неё, но куда-то ушли. Куда — она не знает, — Вики барабанила пальцами по столу. — В дом попасть не удалось. Дафна меня даже в туалет не пустила, — Эми с досадой вздохнула. — Вы думаете, дети могут быть у этой Дафны? — Это вполне может быть так. Но абсолютной уверенности нет, — пожал плечами Глэм. — А Кайла этого вы видели? — Ага. Бородач, блин, — усмехнулась Вики. — Бородач?! — Лиф вскочила со стула, едва не опрокинув его и округлив глаза. — Ну да. Ты чего? — А волосы?! Какие у него волосы?! Настороженный и испуганный взгляд Лиф метался между Глэмом, Вики и Эми. Её сердце бешено стучало в груди. — Длинные и рыжие. Они собраны в хвост, — Глэм слегка приподнял брови и мягко взял Лиф за руку, — Лиф, доченька, почему ты спрашиваешь? Что случилось? — Это он! — Лиф не отрываясь смотрела в глаза Глэма. — Что ты имеешь в виду? — Вики выгнула бровь. — Я ведь не рассказала… Друг нашего младшего сына Тима, Серёжа, рассказал, что видел, как к нему в садик приходил взрослый мужчина. Высокий, длинные волосы, собранные в хвост и борода. Цвет волос он не запомнил. Сказал, что этот мужчина общался с Тимом через забор и угощал шоколадными конфетами. — Что?! — Глэм поднялся с места. — Вот же скотина патлатая! — вспыхнула Вики, — Тим по-любому в том доме. Наверное, Макс и Честер тоже. Она терла кулаки. — Мы должны поехать туда и вызвалить их. Что сказал дядя Чес? — Он, конечно же, согласен помочь. — Кто-то из нас должен остаться с Ди, — Лиф окинула взглядом семью. — Вообще, мы решили ехать все вместе. Чем больше нас, тем лучше, — поза и интонация Вики выражала протест. — Согласна, но Ди сейчас не в состоянии… — После того, как вы сбежали и исчезли, я думала, что ему плевать. Думала, что он забыл, — Вики тяжело вздохнула и её глаза наполнились слезами. — Это не так. Дня не было, чтобы мы не вспоминали. Даже когда пытались не думать. Особенно Ди. — Наши сыновья всегда были привязаны друг к другу, хоть и ругались периодически, — Глэм тяжело вздохнул. — Ди лечился от тяжёлой депрессии. Он страдает паническими атаками. — Ч-что?! — голос Вики дрогнул. Лицо Глэма вытянулось. Боль сковала их сердца. — Бедный… Вот почему ты вызывала скорую… — Эми с пониманием и сочувствием смотрела на Лиф. — Да… У него была истерика, граничащая с панической атакой. — Мой мальчик… — Глэм покачал головой. — Это вообще как-то лечится? — спросила Вики. — Да. Он прошёл курс терапии и принимает таблетки. Приступов почти не бывает, но если случаются сильные — приходится вызывать скорую. — Вот жесть. Бедный… А я-то думала, что только нам плохо… — Вы разве не помните, что с ним было в первые дни? — Помню, конечно. Я имела в виду, что думала, что за все эти годы Ди пришёл в себя и просто всё забыл. — Я никогда так не думал. Ди похож на меня, а значит его раны заживают очень долго или не заживают вообще. — Ну че там Чес? — Вики смахнула слезу. — Написал, что уже в пути. — Отлично. Приедет и разделимся на группы. Кто-то должен отправиться на поиски Макс и Честера. — Не думаю, что это разумная идея, мам. Мне в голову пришла одна мысль. Я кое-что проверю и вернусь. — Что ты задумала? Ты о чем вообще? — Вики непонимающе и хмуро смотрела на Эми. — Эми, тебе нужна помощь? — с участием спросила Лиф. — Спасибо. Я справлюсь сама. — Дочка, только не делай глупостей. — Не парься, па. Встав из-за стола, Эми спешно покинула кухню. Спустя десять минут раздался звонок в дверь и Глэм пошёл открывать.Вернулся он уже с Чесом. Чес окинул кухню взволнованным взглядом и застыл, увидев Лиф. — О, здарова! Тыщу лет тебя не видел! А где Ди? — Здравствуйте. Он сейчас спит. Под лекарствами. — Ёжкин корень! А чего случилось-то? Лиф рассказала о реакции Ди на пребывание в комнате брата. Чес округлил полные боли глаза и почесал затылок. — Так а чем я помочь-то должен и в чем? — он непонимающе смотрел на Глэма, Вики и Лиф. — И где наша маленькая принцесса рока? — Эми вышла проверить какую-то свою идею или что-то вроде того. А помощь нужна вот в чем. Глэм подробно рассказал лучшему другу обо всём, что произошло за последнее время.

***

Открыв глаза, Ди привык к темноте не сразу. Сквозь закрытую дверь были слышны голоса членов его семьи, доносящиеся из кухни. Осторожно сев на кровати, он осмотрелся и понял, что находится в гостиной. На чёрный экран телевизора падал блик уличного фонаря, украдкой пробравшийся в комнату через тонкую щель между шторами. Недавняя истерика оставила после себя ощущение тяжести в голове. Во рту сушило от лекарств. Сейчас бы воды… Бросив взгляд на пол, Ди заметил возле дивана бутылку с водой. Лиф заботливо принесла её, пока он спал, на тот случай, если ему захочется пить. Открутив крышку, он поднёс бутылку к сухим губам и с жадностью сделал несколько глотков, а затем умыл лицо. Стало значительно легче и даже появилась какая-то бодрость. Посмотрев на наручные часы, Ди понял, что проспал примерно два часа. Уже наступил вечер.На деревянных ногах он поплелся к окну и раздвинул шторы. В комнате сразу стало светлее. Лучи фонарей заскользили по полу и мебели, словно пробуя их на ощупь. Прерывисто вздохнув, Ди посмотрел на улицу. Лёгкий ветер колыхал листву деревьев. Небо было ясным и на нём уже кое-где мерцали изумруды звёзд. Он столько раз смотрел в это окно и один и с… Хэви. Ди перевёл взгляд на плюшевого кота, которого всё ещё держал в руке. Игрушка смотрела на него своими пластиковыми неподвижными глазами, в которых почему-то читалась тоска. Тоска по верному и любящему хозяину, который никогда больше к ней не прикоснётся. Ди сжал кота ещё сильнее. Эта игрушка была одной из малочисленных ценных для Хэви вещей. Теперь и для него самого. Хэви — Ди… — голос призрака, внезапно раздавшийся за спиной, заставил пальцы второй руки Ди крепко вцепиться в подоконник, — как ты? — А ты как думаешь? — его голос дрожал, а в позе почему-то читался страх обернуться. Впервые за долгое время. — Ты сильнее, чем думаешь. — Я не уверен, — Ди прерывисто выдохнул. — А я уверен. Ты должен жить дальше. — Я и живу. Вернее, пытаюсь. — Нет. Ещё нет.Ди — Что это значит? — Ты должен меня отпустить и найти Тима. — Хочешь, чтобы я тебя вычеркнул? — Ди резко развернулся. Его глаза застелила пелена слез. — Нет. Я лишь хочу помочь. Моё время кончается. — Ты меня снова бросаешь? — Никогда, — призрак опустил взгляд на игрушку, — пусть теперь будет у тебя. — Правда? — Да. Ты ведь всё равно не расстанешься с ним, — по лицу призрака скользнула грустная улыбка. — Так и есть. Эта боль никогда не уйдёт. — Она станет слабее. Сo временем. Я помогу тебе отпустить. — Каким образом? — Ты знаешь, что нужно сделать. Мне необязательно говорить это вслух. Будет нелегко, но ты должен… Это единственный выход… Призрак исчез, оставив Ди одного в полумраке комнаты. Слезы всё ещё скользили по его щекам, а пальцы ослабили хватку на игрушке. Он прекрасно понимал, о чем говорил призрак его брата. Оставалось только решиться.

***

— О, ну наконец-то! — Вики поднялась с места, когда Эми вернулась на кухню. — Как твои успехи? Сделала, что хотела? — с надеждой поинтересовалась Лиф. — Я нашла место последнего включения телефонов Макс и Честера! — нлаза Эми горели, а пальцы стучали по столу. — И где это, дочка? — В доме Дафны, пап! Ребята могут быть там! — Так чего мы ждём-то? — Чес поднялся на ноги и убрал поседевшую чёлку со лба, поправив повязку. — Погнали к этой мымре и заберём их! — Вот именно! Отрываем жопы и едем. Кто-нибудь, разбудите Ди. — Подожди, Виктория… — Глэм задумчиво смотрел куда-то в одну точку, — что если их телефоны просто сели там, а сами они где-то в другом месте? Ну или их куда-нибудь увезли. — Нафига их увозить, Глэм? Ты че несёшь? — Я хрен его знает, кто эта Дамба, но если она держит у себя мелкого, то почему не может держать остальных? — Чем почесал затылок. — Дафна. — A? — Дядя Чес, эту бабку зовут Дафна. — Да пофиг вообще. Хоть Вафля. Этот тип, который с ней, он вооружен? — Чес опустился обратно на свой стул. — Без понятия. Но не думаю, что этот недотепа способен обращаться с оружием, — усмехнулась Вики. — Я думаю, что папа может оказаться прав на счёт Макс и Честера. — Согласна. Надеюсь, они не сделают детям ничего плохого. Иначе я убью их! — Лиф, дочка, можно ведь обойтись без убийств. Нам в любом случае нужно сперва к этой Дафне, чтобы выяснить, куда они дели наших внуков. — Есть ещё один способ, но мне понадобится помощь брата. — Я пойду разбужу его, — Лиф встала из-за стола. — Сиди. Я сама, — Эми улыбнулась и вышла из кухни. Но спустя пять минут она прибежала обратно. Её глаза были расширены от испуга, а пальцы подрагивали. — Ты чего? На тебе лица нет, — Вики приподняла брови. Её зрачки расширились от удивления. — Ди… Он исчез… Его нет на диване. Там только плюшевый кот. И окно открыто. — О, нет! — Глэм вскочил со стула, едва не опрокинув его. — Нужно срочно искать его! Лиф в это время уже звонила мужу. Холодные и монотонные гудки были единственным, что она слышала. Ди так и не взял трубку. — Есть мысли, куда он мог драпануть? Может, детей искать пошёл? — Чес чесал затылок, обеспокоенным взглядом смотря на собравшихся на кухне. — Один? Он не знает, где живёт Дафна, — Лиф теребила рукава кофты и дергала ногой. Сердце пробивало грудную клетку. — Мы должны найти его! Берите куртки и идите к машине, — скомандовал Глэм. — Кто хочет, может поехать со мной, — бросил Чес, направляясь к выходу в след за лучшим другом.

***

Ди сам не понял, как добрался до кладбища. Он бродил между рядами могил, словно неприкаянный дух, пока не нашёл нужную. Могила Хэви была очень ухоженной. Судя по всему, родители и сестра часто приходили сюда. В вазе стояли свежие цветы — четыре ярко-красные розы. Возле могильной плиты сидело несколько игрушек. Рядом с ними лежал свежий букет хризантем, перевязанный чёрной лентой с надписью: «От одноклассников». Возле него лежали четыре бордовые розы, тоже перевязанные чёрной лентой. Она была сделана на заказ и надпись на ней гласила: «Я тебя никогда не забуду. С любовью, Анжелика». Были и цветы без лент, аккуратно уложенные вдоль могилы. Когда Ди прочитал на памятнике до боли родное имя, его сердце словно перестало биться. Внутри всё заболело так, будто кто-то заживо раздирал его на куски. Истерика в комнате брата показалась невинными слезами в сравнении с ливнем, хлынувшим из измученных и потерянных глаз. Из груди вырвался истошный крик и тут же разлетелся по пустому, продрогшему кладбищу, ударяясь о сотни надгробий. Ноги перестали держать и он рухнул как подстреленная птица. Щека и ладони коснулись холодной и влажной травы.Ди попытался подняться, но ноги не хотели слушаться. Очередная попытка завершилась падением на колени. Содрогаясь и захлебываясь от рыданий, он дотянулся рукой до надгробия Хэви и провёл по его имени дрожащими пальцами. — Хэви, прости… — с трудом выдавил Ди, сквозь приступы удушья и рыдания. Воздух, казалось, стремительно покидал его лёгкие. Ди оттянул воротник кофты, но легче не стало. Он с трудом снял её и бросил куда-то рядом, оставшись в одной футболке. Не переставая кричать, Ди из последних сил подполз к надгробию брата и обхватил его руками.тРыдания многократно усилились, смешиваясь с сильнейшей дрожью. — Прости меня! Пожалуйста! Здесь должен лежать я, а не ты! — каждое слово он с трудом произносил через рваный, надломленный выдох. Сердце вырывалось наружу и болело так, словно кто-то проткнул его острыми когтями и крепко сжимал в кулак. — Я самый ужасный брат! — Ди прижался лбом к ледяному граниту. Слезы уже не просто лились, а царапали кожу. — Почему ты?! Почему не я?! — закричал Ди, когда дышать сало немного полегче. Пальцы мёртвым хватом держались за надгробье. Костяшки и подушечки побелели. — Ди… — голос призрака Хэви для него прозвучал как удар под дых. Словно кто-то пытался выбить из лёгких остатки воздуха. — Хэви… — Отпусти меня… Пожалуйста… — Нет! — Ди повернул к нему голову. В его взгляде смешались невыносимая, почти убивающая боль, страх и мольба. — Ты должен, — призрак Хэви сел рядом с ним, — я знаю, я вижу, что это тебя убивает. Но это только сейчас. Ди не ответил. Он задыхался от истерики и хватал ртом воздух. — Это цена, которую нужно заплатить за ощущение покоя. Или чего-то близкого к этому. — П-покоя? — Мне тебя прощать совершенно не за что. А вот тебе есть за что меня простить. Прости меня, Ди. Если бы я тогда не послушал Вильгельма… — Он… Ма-а-анипулировал т-т-тобой. Ты н-не виноват. — Я хранил от тебя секрет. И вообще от всех. На счёт Дафны и Кайла. Твои дети у них. Теперь уже все трое. — П-почему ты не сказал раньше? — Ты не был готов. Сперва ты должен был встретиться с призраком своего прошлого, со своей болью. Лицом к лицу. — Я… Я здесь умру? — Нет. Тебе ещё рано в мой мир, а вот мне уже пора уходить, — Хэви тяжело вздохнул, не отрывая взгляд от брата и роняя слезы. — Н-нет! Пожалуйста! — Ди протянул к нему руку, но она лишь прошла по воздуху. — Прости. Я не могу остаться, — он бросил взгляд на руки Ди, — никогда больше не делай этого. И чего-то похожего. Ди кивнул. Ответить сил не было. Он только-только смог сделать несколько полноценных вдохов. — Береги себя, Ди. Ты очень сильный. — Прошу! Не бросай меня снова! — Крик обжёг голосовые связки, вырвавшись наружу. — Не покидай меня! Не оставляй! Ди смотрел на призрак брата красными от слез и истерзанными страданиями и многолетней депрессией глазами. Он захлебывался от рыданий и дрожал почти как в лихорадке. Сердце билось где-то в горле. Что-то внутри царапало душу. — Прости, я не могу остаться. Мне очень-очень жаль. Ди опустил голову, раздираемый громкими всхлипами. Хэви было невыносимо видеть брата в таком состоянии. Закрыв глаза и вздохнув, он крепко обнял его. Ди вздрогнул от ощущения ледяного холода. Но это был не воздух, а нечто осязаемое. Подняв голову он понял, что чувствует призрак брата. — Я умер? — Нет. Я сделал это ради тебя. Не говоря ни слова, Ди отпустил могильную плиту и вцепился, в теперь уже осязаемый призрак Хэви, крепко прижимая его к себе и уткнувшись лицом в его плечо. — С-спас-сибо… — пробубнил он сквозь всхлипы, крепко обнимая призрак брата, несмотря на исходящий от него ледяной холод. — Я рад, что ты мой брат и горжусь этим. — Я так по тебе скучаю! Я тоскую, Хэви! — Знаю, я тоже. И всегда буду. Однажды мы встретимся снова, но это будет не скоро. — Обещаешь? — Обещаю. Ди, я хочу, чтобы ты знал — я горжусь тобой. Ты научился жить без меня, хоть это и стоило многого. Дальше будет легче. Поверь. — Не научился… — Ты построил семью, получил образование, работаешь в хорошей фирме, у тебя красивый дом. Ты боролся за себя, за Лиф и ваших детей. И всё ещё борешься. Ведь ты здесь. — Дня не было, чтобы я не винил себя за то, что не уберёг тебя… — Это моя судьба. Живи за нас обоих, Ди. И Тим… Он моя копия. Я горжусь и им тоже. И Макс с Честером. Они смелые. — Они любили бы тебя. — Я их тоже. Мне пора, братишка… — Хэви вдруг отстранился от него и поднялся на ноги. — Пожалуйста… Побудь ещё… Страх, смешанный с болью, растекался по венам, охватывая Ди словно щупальца. — Не могу… Но помни, что я всегда рядом. Даже если ты меня не видишь, — призрак сделал несколько шагов назад, не отворачиваясь от Ди, — в каждом воспоминании, в каждом вздохе, в каждом ударе твоего сердца. В каждой веснушке на твоём лице. В смехе и улыбке Тима, его взгляде, поведении и голосе. В моей игрушке и фотографиях, в улыбке и волосах нашей сестры, в наших с тобой и с ней курносых носах. Я с тобой. — Хэви… — Прощай, Ди. Я тебя очень люблю. Ты самый лучший в мире брат. — И я люблю тебя, мой непоседа… Смазнув слезы, Хэви растворился в воздухе, снова оставив Ди одного. Он свернулся калачиком рядом с надгробием младшего брата и снова зарыдал, обхватив колени руками. Силы постепенно покидали его, принося с собой иллюзию покоя. — Ди, сыночек! — голос отца звучал словно эхо. Ди повернул голову, но перед глазами всё расплывалось. Пять фигур, стоящих перед ним, казались большими цветными пятнами. — Ди, родной! Сынок мой! Вставай! — Вики опустилась перед ним на колени вслед за Глэмом. Её дрожащие пальцы коснулись волос сына и его щеки. — М-м-мам… — выдавил Ди, пытаясь сфокусировать взгляд, но ничего не вышло. Где-то рядом Эми вызывала скорую, Чес стоял схватившись за голову, а Лиф, смахивая слезы, тоже села рядом с мужем.Глэм — Зачем ты пошёл сюда в такое время? — Глэм приподнял сына и прижал к себе. — Любимый, мы могли бы поехать все вместе, — Лиф нежно поцеловала его в макушку. Ди попытался что-то ответить, но сил уже не было. Как и на то, чтобы обнять отца. Его рука беспомощно повисла в воздухе и взгляд Вики зацепился за шрамы. — Это ещё что за?! Когда мы отправили его в больницу, их было всего два… Ди что… — Вики осеклась, не в силах продолжить предложение. Стало так больно, словно кто-то вонзил ей нож между рёбер. Слезы хлынули из глаз, и она забрала сына из объятий Глэма. Глэм, белый, как стена, тоже плакал. Как и Чес, и Эми. — Да… Он ещё несколько раз пытался, а потом это было просто, чтобы не чувствовать боль. За все эти годы Ди лежал в больнице ещё три раза. Шрамы уже старые. Он больше не… Он лечится, — объяснила Лиф, шмыгая носом и вытирая слезы. Она бережно гладила мужа по руке. Вики плакала назрыд, что есть сил прижимая к себе сына. — Прости, что думала, что тебе всё равно, сынок! Я тебя очень люблю, дурень ты мой! Никогда больше нас так не пугай. — Сынок, ты как? — Глэм гладил его по волосам. — Он без сознания что-ли? — сердце Чеса сжималось от тревоги и боли. — Ди, очнись! Сыночек, посмотри на маму! — Вики изо всех сил трясла его за плечи, но реакции не было. Проверив пульс и дыхание, она убедилась, что Ди жив.

***

— Осторожно, проходи и ложись на диван. Тебе нужно ещё немного отдохнуть, — Глэм заботливо подвёл Ди к дивану в гостиной. — Пап, я почти в порядке. Целые сутки провёл в этой дурацкой палате. — По-хорошему, я бы тебя ещё там оставила, но врач сказал, что можно лечиться на дому, — проворчала Вики. Ди закатил глаза, устало ложась на диван. — Я немного полежу и мы поедем за детьми. Они у Дафны. Все трое. — Ты слышал наш разговор? — спросила Эми. — Нет. Я просто в этом уверен. Ди прижал к себе плюшевого кота Хэви. После нервного срыва, произошедшего на кладбище, голова все ещё гудела и в теле была слабость.Несмотря на это, в его душу проникли первые лучи облегчения и покоя. Хэви был прав — ему нужно было пройти через это, чтобы боль, наконец, стала отступать. Ди давно забыл, каково это и теперь, когда лучи солнца пробивались сквозь тучи в его душе, это чувство казалось почти незнакомым. — Ди, ты точно в порядке? — Чес обеспокоенно смотрел на него. — А то смотри, мы это, без тебя можем поехать если че. — Я в порядке, дядя Чес. Мы можем ехать. — Ты уверен, братик? — Абсолютно. — Ну, тогда по машинам. А когда вернёмся, ты снова ляжешь на хренов диван и будешь отдыхать, — с беспокойством отрезала Вики. Ди вздохнул, но согласился. К тому же, он сам прекрасно понимал, что отдых ему сейчас жизненно необходим. — Сперва, мне нужно, чтобы ты мне кое в чем помог, Ди. Это касается Макс и Честера, — Эми с надеждой смотрела на него. — Что нужно делать? — Пойдём в мою комнату.

***

— Ну что, все готовы? — Глэм посмотрел на жену и дочь, когда они стояли возле дома Дафны. Остальные поехали по адресу, добытому Эми и Ди. — Да че там готовиться-то? — Вики стремительно подошла к двери и нажала на звонок. — Если они через пять минут не откроют, я вышибу эту дверь на хрен! — Мам, может всё-таки стоило вызывать полицию? — Нет. Я сама с ними разберусь. Это личное. — Но, Виктория… Дверь, как и ожидалось, никто не открыл. Слегка разбежавшись, Вики вышибла её плечом.Вики — Слышь, выходи! Я знаю, что ты здесь. И Кайл тоже. — Виктория, что за вандализм?! Ты должна мне новую дверь, — Дафна смотрела на неё с недовольством и недоумением. — Надо было открыть. И вообще, нихрена я тебе не должна! Где мои внуки? — Их здесь нет. Я уже говорила. — Не врите! Скажите правду! — крикнула Эми. — Тётя, что это было? — из гостиной вышел Кайл. — А, это вы. Можно было не ломать несчастную дверь. — Кайл, где наши внуки? — голос Глэма звучал жёстко и сурово. — Молчи. Здесь только мой внук. — А-а-а-а-а, мама перестань! Твой единственный внук ищет сейчас своих детей, а внучка пришла с нами! — буркнула Вики, скрестив руки на груди. — Мама?! — в один голос воскликнули Глэм и Эми. — Да, это моя мать. А Кайл мой двоюродный брат. — Почему ты не рассказывала о них? — брови Глэма поползли вверх. — Это долгая история. И тяжёлая. — Ещё бы! После смерти Роби ты совсем отбилась от рук. — Нечего было винить меня в его смерти! — с болью и злостью прикрикнула на неё Вики. — Это ты заразила его мотоциклами! — Да он и до этого их любил! И вообще, это Роби привил мне любовь к ним! — Почему Вы просили Хэви не говорить о вашем общении? — Глэм нахмурившись смотрел на Дафну. — Потому что моя дочь была бы против! Я любила Хэви. Он такой ласковый и добрый. Весёлый и озорной. Напоминал мне моих детей в детстве. — Конечно я бы запретила! Ты причинила мне много боли! — А ты мне! Сначала Роби, потом твой отец… А потом ты меня бросила. У меня оставались лишь брат и Кайл. Потом я познакомилась со своим внуком, — губы Дафны дрогнули и по щекам потекли слезы. — Я тоже к нему очень привязался. Мы часами играли в приставку и просто разговаривали. — Зачем вы забрали Тима? — Эми сделала ещё один шаг вперёд. Услышав своё имя, Тим вышел из комнаты. Он испуганно смотрел на толпу взрослых, прижимаясь к дверному косяку. — Тим, солнышко, иди к дедушке Глэму. Я папа твоего папы. Глэм сел на корточки и раскрыл объятья, глядя на маленького внука. Внутри что-то болезненно сжалось из-за схожести с Хэви. Немного постояв, Тим подбежал к нему и обнял. Глэм поднял его на руки. — Ты правда деда? — Правда, милый. Правда. — Хэви! Отдайте мне Хэви! — Дафна разрыдалась еще сильнее. — Ты же знаешь, что это не он. Хэви умер 16 лет назад. Кайл молча наблюдал за всем, смахивая слезы. Дафна повернулась к дочери. — Кайл был по работе в городе, где живёт Ди. Мы не знали, что он туда переехал. Однажды, проходя мимо детского сада Кайл увидел Тима. Он копия Хэви. — У меня внутри будто ножом полоснули и всё сжалось. Я стал приходить к нему и подружился. Рассказал тёте и даже показал фото. Она велела привести его. — У меня чуть сердце не остановилось, когда я увидела фото, а потом и самого Тима. Он копия Хэви практически во всем. Я решила не отпускать его. В тот раз я не смогла спасти Хэви и решила спасти в этот. — Как бы Вы спасли его? К сожалению, никто из нас не смог бы, — Глэм скрестил на груди руки, но в его взгляде было сожаление. — Хэви говорил, что переживает из-за того, что Ди стал проводить с ним меньше времени из-за отношений с Лиф. Я говорила, что он должен поговорить с братом и дать ему понять, что скучает. Хэви так и собирался сделать, но этот хмырь Вильгельм сбил его с толку. В тот день Хэви должен был зайти ко мне. Мы договорились на вечер, но он не пришёл. — Ты не виновата, мам, — Вики положила руку на её плечо, — нам тоже стоило быть внимательнее. — Прости меня, дочка. Хэви очень много значит для меня. И для Кайла. Мы не сделали детям ничего плохого. — Они в доме моего отца. В подвале. Тётя хотела сдать их в детдом. Она запаниковала из страха потерять Хэви снова. На этот раз в лице Тима. — Бабушка говорила, что меня зовут Хэви. И дядя тоже. — Это неправильно! Так нельзя! — рассердился Глэм. — Знаю. Я всего лишь хотела вернуть внука и на этот раз защитить от всего. — Я не должен был идти на поводу, но что-то щелкнуло внутри и стало так больно. — Когда Тим смотрит на нас, то мы видим и чувствуем взгляд Хэви. Простите нас, — Дафна вытирала слезы. — Наворотили вы дел, конечно! Ты меня тоже прости, мам. Я столько наговорила тебе в своё время. — Прощаю, доченька. — И я тебя. Вики и Дафна крепко обнялись. Их прервал звонок на телефон Глэма. Ди сообщил, что они освободили Макс и Честера и едут к дому Дафны.

***

Несколько дней спустя, Ди и Лиф всё же разрешили Дафне и Кайлу видеться с Тимом, но только под присмотром кого-то из остальных членов семьи. Ди взял отпуск на месяц, чтобы пройти курс восстанавливающей терапии. Лиф поехала вместе с ним, а детей они отправили к Глэму и Вики. Обещанное слово Ди сдержал. Он больше не прерывал контакт с семьёй и приезжал к ним каждые выходные и праздники.Теперь за праздничным столом помимо Глэма, Вики, Эми и Чеса с семьёй собирались ещё и Ди и Лиф с детьми и Дафна с Кайлом. Жизнь постепенно наладилась и панические атаки почти прошли. Выпустив из себя всю боль на кладбище, Ди научился снова дышать. Ему действительно с каждым днём становилось всё легче и на младшего сына он смотрел уже почти без боли.Теперь уже не Хэви, а Ди спал с плюшевым котом каждую ночь. После каждого верного шага, после каждого успеха и достижения цели, после каждого почти безболезненного вдоха, он слышал в шепоте ветра и в шелесте листы родной голос. Он был невесомым и едва различимым и произносил всего три слова: «Я горжусь тобой». Это вызывало улыбку сквозь слезы, но Ди стал намного сильнее, чем раньше. Встреча с призраком прошлого расставила всё на места, а призраки прошлого его матери навсегда стали членами семьи, перестав быть призраками. Ди действительно жил теперь не только за себя, но и за Хэви, в полной мере ощущая, что в каждом ударе сердца его брат находится рядом с ним и это не изменится никогда.