Попечитель из Тьмы

      Первым, что почувствовал Том — чужие мягкие прикосновения к своей голове. Он даже и не понял, как во сне перевернулся на другой бок, оказываясь ближе к незнакомой конечности. Однако, когда он осознал неправильность происходящего, тут же подскочил на кровати, прижимаясь к стенке и тут же шипя от боли отстраняясь от нее.  — Кто вы? — мальчик хмуро осмотрел сидящего перед ним человека, который с интересом наблюдал.       Он был приятен внешне. Длинные вьющиеся волосы цвета вороного крыла, аккуратные черты лица, тонкие губы, слегка вздернутый нос и бледная едва ли не синеватая кожа. Одет мужчина явно был по моде. Хороший полностью черный костюм из неизвестной мальчику ткани. Он не был мешковат на неизвестном, да и неудобным его назвать его нельзя было, учитывая, как легко передвигался мужчина. В общем и целом, мужчине шло то, что на нем сейчас было надето, и выглядел тот будто элита общества.       Однако не это привлекло его внимание..        Самой завораживающей частью лица оказались глаза. Они были едва ли не искрящихся зеленых оттенков с примесью бирюзового - такого цвета мальчик никогда не видел, однако сами зрачки оставались странноватыми. Мутными, словно внутри них находился едва заметный туман. Наваждение то проявляло себя, то скрывалось, словно никогда и не было. Именно это создавало необычный контраст, заставляя мальчишку покрываться мурашками от тока прошедшего по телу при взгляде в потусторонние омуты.       Уста мужчины перед ним сложились в вежливую улыбку, и сам он понимающе кивнул, пересаживаясь на стул рядом с кроватью, чтобы не сильно давить на Тома своим присутствием.       — Каин Гарольд Мракс, твой будущий опекун, а так же дальний родственник, — мужчина кивнул на документы, говоря парню, что все документы уже готовы и ждут лишь его подписания. — Извини, что так зашёл к тебе, когда ты спал, Том.. Я, честно говоря, не знал этого, а мадам Коул не подпустил к тебе, когда она хотела ворваться к тебе в комнату. Судя по её выражению лица, тебе бы было не очень приятно от такого..       Гарри поморщился, недовольно косясь своими невообразимыми глазами на запертую дверь. Тем временем, Том старался быстрее проснуться и сообразить, что происходит. Наваждение от приятного вида незнакомца постепенно спадало, уступая место настороженности, ведь прирожденные интуиция и чувство опасности не работали на этом мужчине так, как было ранее. Словно перед ним был самый мягкий человек, который и впрямь сможет обеспечить ему безопасность и хорошее будущее в любви и тепле, но, в то же время, незнакомец явно был не прост. Он точно хранил множество секретов.       А после же на сонное сознание Тома снизошло неожиданное озарение. Рассудок начал работать в экстренном режиме, подкидывая мальчику не самые приятные моменты с прошлого.        Его хотят забрать отсюда. Снова. Губы скривились, брови сползли к переносице, и парень сжал кулаки, сквозь неприятные ощущения отстраняясь подальше от незнакомого человека. Нет, он уже такое проходил. Его потом со скандалом возвращали обратно в это убогое место, заставляя заново привыкать к здешним стандартам и правилам! И ведь не единожды он возвращался сюда в состоянии намного хуже, чем могло бы быть. Как физически, так и морально.       Он не согласится снова переживать этот кошмар! Нет. Тем более этот Каин был самым странным из всех его приемных родителей, хоть и внешне это не выражалось, но Том ощущал, буквально кожей, что с мужчиной напротив него что-то не так. Они просто не смогут с ним ужиться!       Эмоции на его лице были видны слишком отчетливо, да и в комнате стало резко прохладно, хотя на улице стояла поздняя весна, считай начало лета. Каин лишь понимающе усмехнулся и легко покачал головой.       — Я понимаю твое нежелание. Оно предсказуемо, учитывая твое досье, где написано о приемных семьях, и не самые лестные отзывы воспитателей о твоем пребывании здесь, — Каин отвел глаза и взял небольшую паузу для обдумывания последующих слов, которые будут сказаны твердым тоном, не поддающийся ни под какие сомнения. — Однако я тебя возвращать сюда не буду. Понимаешь ли, Том, я такой же, как и ты..              Последние слова были с явным подтекстом. Однако мальчик не понимал точно, о какой схожести говорится речь. Мужчина напротив, так же как и он из приюта? Или он переживал такие же странные вещи, что творятся с Томом? Хмурый взгляд вновь и вновь бродил по лицу незнакомца, а когда глаза встретились, а тонкие уста сложились в притягательную улыбку, мальчика осенило. Мужчина напротив точно знал, что с мальчиком что-то происходило..              — Я не поеду с вами в психлечебницу! — юноша гневно прошипел эти слова, весь напрягаясь и посылая всю свою силу в эти слова, надеясь избежать участи быть отвезенным в подобное место, где практиковались пытки и эксперименты над людьми.       — Нет же, Том, я не об этом. И какая вообще психлечебница? Я похож на человека оттуда? — поморщился Каин, с легкостью смахивая слабенькие темные нити. Удивительно, что даже в столь юном возрасте мальчик уже жил бок о бок с тьмой, которую, видно, взращивали с самого детство, и умел ею пользоваться, хоть и не так искусно, как делала его старшая альтернативная версия. Мужчина поднял руки в защитном жесте, слегка отстраняясь, но тем самым показывая, что безоружен, успокаивая разбушевавшегося ребенка. — Я не собираюсь причинять тебя увозить в это место. А даже если бы и хотел, то у нас с тобой не было бы этого разговора, уж точно.       — Зачем я вам тогда? — мальчик насторожено напрягся, следя за каждым движением своего собеседника. – Кто вы тогда такой? И почему говорите, что такой же, как и я?       Каин как-то устало улыбнулся, опуская взгляд, обдумывая ответы на заданные вопросы. И впрямь. Зачем он ему вообще? Почему Гарри вообще здесь находится и разговаривает с этим ребенком, альтернативная версия которого в прошлом убила его родителей, друзей и союзников? С ребенком, у старшей и сумасшедшей версии которого на руках было больше крови, чем казалось известно? Гарри был без понятия.       Виной этому разговору были его желания, которые он перестал прятать за последние несколько лет прошлой жизни без лишнего контроля? Или же чертово притяжения даже сквозь жизни?       Он не знал ответов на эти вопросы.       Однако он явно осознавал, что желал бы забрать этого ребенка из этого уродского места. Даже если он будет лишь якорем, удерживающим его от очередной безбашенной ситуации, в которую он может когда-нибудь встрять по собственному желанию, как то бывало в прошлом и явно случится в будущем.       Он просто хотел избавить этого мальчика от подобной жизни. Тут не было ничего про перевоспитание, как бы он подумал в самом начале, когда впервые узнал о Томе Марволо Реддле, когда он убил его, когда уходил от друзей, да даже когда он попал сюда. Нет. Сейчас лишь было чистое желание защитить, обезопасить и показать, какого это, когда у тебя есть хотя бы один человек, которое не даст в обиду.       Перед глазами у Гарри пролетали его годы ненавистной жизни у Дурслей, теплые времена в Хогвартсе, истории связанные с ним, с его друзьями и в принципе людьми, окружающими его, война и последующие воспоминания, вплоть до его крайне неудачной, быстрой и бесславной смерти.       Он не знал точную причину его нахождения здесь, но в его голове, закручиваясь в безумный вихрь и заполняя его изнутри, крутились желания защищать, оберегать, учить и находится рядом. Дать этому ребенку всё, чего его самого лишили в своё время.       Именно это Гарри и решил донести до Тома, сидящего на кровати прямо напротив него и сверлящий в нем дыру настороженным и уже подозревающим в чем-то взгляде. Парень хотел посеять надежду и сделать всё, чтобы она переросла в нерушимую веру, что всё, чего захочет мальчик, будет в его руках, ведь рядом Гарри. И мужчина заговорил, поднимая мутные потемневшие от долгих раздумий глаза на юношу:      — Хм.. Я хочу забрать тебя отсюда потому, что сам познал подобные излишества, да и что такие как мы, волшебники, должны держаться вместе. К тому же обеспечить твою безопасность моя прямая обязанность как твоего родственника и Регента рода Мракс. — мужчина говорил сначала тихо, но с каждым словом уверенность появлялась в его голосе, и он продолжал медленно и четко, чтобы ребёнок понял всё: — И не подумай, что подобное желание из-за моих титулов. Я и впрямь желаю защищать, оберегать и дать то, чего ты был лишён в этом месте, а именно: тепло, уют, доверие и любовь. Понятно дело, что вначале нам будет трудно, однако если приложим все усилия, думаю, мы сможем найти общий язык.       Высказав свои мысли, Гарри замолчал, переводя дыхание и попутно с этим изучая колебания ауры парня, стараясь понять эмоции того и если что помочь, ведь после таких новостей и последующего возможного шока может случиться выброс. Он давал время ребенку всё переварить и осознать, надеясь, что смог правильно донести до того всё, что вертеться в его душе. Да, может, получилось скупо или не так красочно, но зато это была правда, а она не всегда приятна и объемна.       Том же сидел как в воду опущенный. Многие, кто его забирал, говорил, что хочет показать, какого это жить в обычной семье и получать ласку. Были и те, кто расписывал ему, как они будут жить, их традиции и правила. Кто-то говорил, что просто пришли сюда посмотреть на детей, познакомится с ними и потом выбрать уже, словно те были товар в магазине.       Но никто и никогда не говорил эти слова с такой интонацией и серьезностью. Ни от кого в голосе Том не услышал хоть каплю ответственности, за душу забираемого ребенка из приюта. А здесь было всё, от этого и становилось дурно.        Неверие, сомнения и прочее-прочее заставили Реддла опустить голову, вновь сжимая расслабившиеся ладони в кулаки. На нежной коже появились небольшие аккуратные углубление в виде полумесяца, которые скоро начнут наливаться кровью - именно с такой силой мальчик напряг свои руки.       Еще одно, что зацепило Тома в этой речи Каина. Слово «волшебники». Он знал, что особенный, хоть тоже был насыщен этими предрассудками, которые постепенно заполняли его изнутри. Поэтому он и надеялся, что он не единственный в своем роде, что к нему когда-нибудь придут и расскажут хоть что-то о его способностях, ведь было бы крайне тяжело.       И Том был безмерно рад, что узнал, как это называется и что он не один. Однако приятные эмоции не длились долго. Последующие после этого слова мужчины заставили пошевельнуть внутри что-то страшное. А точнее давний сокрытый гнев. Это он поднял свою голову в груди мальчишки, вызывая новую волну понижения температуры в комнате.       И как он только в первый раз не услышал его слова? Они были родственниками, а значит, этот человек должен был знать о нем! Почему он пришел только сейчас?! Раньше-то где он был со всеми этими речами и желаниями? Зачем нужно было заставлять его страдать в этом убогом месте, для чего?!  Последние вопросы, едва сдерживая эмоции, юноша задал своему будущему опекуну, на что тот лишь сожалеюще склонил голову и теперь сам сжал ткань брюк до белых костяшек. Голос его звучал крайне надломлено и отстраненно в момент ответа.       — К сожалению, я был без понятия, что происходит в семье, ведь стал изгоем там. То, что совершила твоя мать - самый глупый и дикий поступок, который мог бы быть в этой ситуации. Волшебники, кем бы они ни были, он должен расти в знакомой среде, а не в месте, лишённом тепла, любви и, самое главное, понимания и достаточных сил для полноценного развития ядра, — Каин с силой потёр переносицу и поднял свои невероятные зеленые глаза на Тома. В них плескалась злость, сожаление и желание исправить нынешнюю ситуацию. — Мне правда жаль, что тебе пришлось прожить здесь большую часть своего детства, но сейчас у тебя на руках шанс на будущее, приятные воспоминания и спокойное взросление, находясь под моим крылом. Я тебе это обещаю.       Теперь же Том смог задуматься и о предложение оказаться под опекой этого человека. Эмоции с каждой фразой Каина успокаивались, но некоторые слова вызывали новые, хоть и не настолько сильные. Упоминание его матери стало удивлением для него. Он понимал, что это не вся история. Однако из-за недостатка времени у них сейчас приходилось запоминать вопросы, которые будут заданы после, поэтому приходилось делать выводы из сказанных раннее слов.       За думами мальчик совсем не заметил, как из-за его спины показалась его дражайшая подруга, и вздрогнул, услышав знакомое язвительное шипение.      — И чего ты думаешь? Соглашайся, видно же, что человек твой, — Том прикрыл черное тельце змеи ладошками, от чего та недовольно зашипела, и, кидая настороженный взгляд на мужчину перед ним, нахмурился.       Каин же лишь удивленно приподнял бровь, разглядывая небольшую черную змейку с чудесным узором на спине. Она была похожа на Нагайну, только вот младшую ее версию. И намного меньшую.       — Твоему человеку необходимо подумать, чтобы взвесить все плюсы и минусы, дорогая, — мужчина улыбнулся змее и приподнял руки в защитном жесте, видя всколыхнувшуюся магию для защиты дорогого сердцу существа. — Я не буду её трогать против твоей воли, Том. Она так же может отправиться с нами, я не буду против этого, там где я живу, как раз есть место, которое ей понравится.       — Все волшебники умеют разговаривать со змеями и понимать их? — мальчик свёл брови к переносице, а его аура стала достаточно плотной и колючей, выдавая настоящие эмоции владельца.       — Нет, не все. В Британии на данный момент лишь два человека обладающих этому навыку, — улыбнулся мужчина, показывая на них самих и шипящим шепотом продолжая, словно раскрывая какую-то тайну: — только мы с тобой.       Удивление проявило себя в поднятых бровях, которые едва ли не улетели к коротким иссиня-черным волосам мальчика, и немного в качнувшейся магии ребенка. Том кинул короткий взгляд на змею, что тихо примостилась у него на коленях, слушая их разговор, и повернул голову в сторону двери, всё так же держа мужчину в своем поле зрения.       Он видел, что тот за ним наблюдает, но не придавал этому значения. Сейчас юный змееуст определял для себя плюсы и минусы ухода из уже давно понятной системы приюта и выстроенными в нем законами. Он все еще не верил, что его не бросят спустя некоторое время, только вот слова мужчины уже начали давать свои корни в его голове.       Его могут забрать и дать возможность обучиться всему, что он захочет. Даже, возможно, научат и управлять своими силами. И, по словам мужчины, дадут ту самую заботу и тепло, про желание которых он забыл в слишком юном возрасте. Тем не менее, шанс возврата оставался так же, как и фактор лжи в сладких словах Каина.       Это означало одно: ему обязательно нужно будет постараться остаться несмотря ни на что. Том больше не хотел находиться здесь, к тому же давал себе пару дней назад, что найдет способ уйти отсюда и защитить свою подругу. Раны до сих пор молчавшие, дали о себе знать, неприятно ноя. Да, он сделает всё возможное, лишь бы не возвращаться обратно. Сердце ускорило свой темп, а пальцы задрожали.       Он обязан был привязать к себе этого человека, чтобы тот не отпустил его больше. Чтобы не вернул обратно.       Он сделает всё, что было в его силах.       — Хорошо, я согласен, — спустя несколько минут напряженной тишины раздался тихий голос мальчика, — я согласен пойти с вами..       — Тогда обращайся ко мне на «ты» или Гарри, — мужчина облегчённо выдохнул, поднимаясь со стула, ощущая, как мышцы расслабляются. Он даже не заметил, как напрягся от долгих раздумий мальчика. — Собирай тогда вещи, и отправляемся, малыш.       — Я не малыш! — воскликнул мальчик, подрываясь с постели, и испуганно прикрыл рот ладонью, округлив и без того большие глаза глубокого иссиня-черного цвета.       — Для меня малыш, — весело хмыкнул Каин, доставая из папки документы и ручку. — Все-таки я тебя старше лет на 10, Том. И не пугайся так говорить со мной или возражать, я не кусаюсь. Если нам что-то не нравится, обсуждаем сразу – самое первое правило при общении со мной. Договорились?       Гарри взглянул мельком на кивающего ребенка и сам склонил голову. После же повернулся к документам. Одним размашистым движением он поставил свою роспись в нескольких местах, подтверждая свое право на этого ребенка. Тем временем, Том уже собрал все свои вещи. Их оказалось удручающе мало: пару вещей, потрепанные книги и странная на вид железная коробка.       Приподняв удивлено бровь, мужчина тяжело выдохнул, опуская ручку и бумаги на стол. Ему было тяжело смотреть на такое количество вещей у ребенка. Ну, ничего, они это исправят. Взмах ладони и пас руками уменьшил вещи и отлеветировал в карманы юноши, который заворожено наблюдал за проявлением магией. Нагини, как звали змею, что очень удивило пришедшего из другой реальности, пришлось спрятать в рукаве рубашки Каина, чтобы никто не увидел её.       Так они и вышли из уже бывшей комнаты Тома. В коридоре все еще стояла мисс Коул, бесстрастным взглядом разглядывая стену перед собой перед тем, как они вышли. Мутный и слегка отстраненный взгляд перевелся на мужчину, приобретая каплю осознанности и некоторой доли гнева, от чего Каину пришлось остановиться ненадолго рядом с воспитательницей, объяснить обстоятельства дел. Том же решил отойти немного дальше, чтобы никто не подумал, что он подслушивал. И хоть у него и так был обостренный звук, так еще в коридоре они находились одни, ему все равно не хотелось слушать, о чем говорят взрослые.       Задумчиво мальчик уставился в окно в конце коридора, разглядывая серые дома и некоторые ветви деревьев, растущих на территории приюта, которые частично можно было увидеть с его места нахождения.       Что ж, если верить словам его нового опекуна, он сюда больше не вернется. Грустить он точно не станет. Не по этому месту уж точно. Серость, жестокость и непревзойденный холод – это единственное, что он планировал помнить в будущем, чтобы не иметь соблазна больше возвращаться в это злосчастное место. Была бы возможность, он и вовсе сжег бы это место. Как из реального мира, так и из своего разума. Слишком много боли оно ему принесло..              - Неужто нашего Томми забирают? – рядом раздался приторно сладкий знакомый голосок, заставившись вздрогнуть и поежиться, вспоминая происшествие несколькими ночами ранее, – Ты и впрямь думаешь, что он тебя не вернет, как только осознает, какой ты монстр?              Девочка вышла из коридора рядом, сжимая в руках своего плюшевого и немного порванного мишку. На лице ее была едкая улыбка, от которой пробивала дрожь, а ядовитые слова наносили всё больше урона его уязвимому после некоторых откровений сердцу.              - Эмма.. Нет, даже не надейся, что я еще когда-нибудь ступлю на эту территорию, - злобно прошипел мальчик, делая шаг назад. - Только через ваши трупы.              И хоть девочка была сейчас одна, но она всколыхнула воспоминания, которые Том решительно пытался засунуть в самый дальний уголок своего сознания. Спина вновь начала нещадно ныть, а кожа на ней жечь. Синяки до сих пор не сошли со всего тела, а раны только-только начали заживать, удивляя его самого. Ему не хотелось вновь получить новые повреждения или вскрыть старые. Ему и так хватало. По самое горло.              - Не будь так самонадеян, Томми, - сладкий голос изменился враз, преобразившись в мерзкий тихий шепот с шипящими звуками, который временами снился мальчику в кошмарах, – Когда ты прибудешь обратно, мы встретим тебя с распростертыми объятиями, даже не сомневайся. И тебе покажется раем..              Внезапно голос затих, а пара перепуганных глаз переместила свой взор за спину Тома. Он тоже хотел обернуться, но теплые ладони на его плечах не дали ему этого сделать.              - Держите язык за зубами, юная леди, - холодный властный голос прошелся волнами эха в пустом коридоре, заставляя застыть по струнке, а мурашкам устроить забег по загривку. – Иначе кто знает, что с ним может случайно случиться..       - Не смейте угрожать моей воспитаннице, Каин! – перед ними появилась мадам Коул, которая стала перед Эммой.       - Ох, не переживайте, это не угроза. Это лишь предупреждение, ведь кто знает, кого ваша подопечная может встретить еще. Вдруг это окажется не настолько милосердный человек, как я, - тонкая усмешка появилась на лице Каина, вид которого не сулил ничего хорошего, а потусторонний, леденящий душу взгляд не позволил старшей воспитательнице сказать и слова против его фраз.              Они вместе застыли, словно перепуганные кролики перед опасным хищником. Хмыкнув, Гарри потрепал волосы Тома и, кивнув на прощание напряженной мисс Коул, увел наконец-то молчаливого мальчика подальше из этого ада под прицелом гневных взглядов остальных детей. Какое же младшее поколение здесь злое, жестокое и невоспитанное.       Реддл же, выходя за ворота, задумался, что впервые за его жизнь за него кто-то заступился. И даже прикоснулся в попытке успокоить и подбодрить…              ***       Над мальчиком на окраине леса возвышался трехэтажный дом, где третьим этажом служила мансарда. Так же в придачу он шел с достаточно большой территорией под сад. Лишь вдалеке, и то, если хорошо присмотреться, можно было увидеть другие дома поселения. С первого и пока единственного взгляда само строение казалось достаточно светлым и уютным, однако внутри многие комнаты пустовали.       - Ты как? – беспокойно поинтересовался новый опекун у мальчика, поглаживая того по голове, когда они вывалились на просторную поляну.       А тот стоял будто и не в себе. Его до сих пор не могло отпустить от теран-..тринс-..транс-гре-си-и. Вот, да. Том еле как держался на ногах и старался не вывернуть содержимое и так пустого желудка. Голова кружилась, а глаза слишком сильно реагировали на яркие цвета, что проходилось жмуриться, а иногда и вовсе их закрывать. Если бы не сильные руки, удерживающие его за плечи, он бы все таки позорно свалился на зеленую траву.       - Что ж, да, понимаю. Сам ранее так же не любил аппарировать, но ты привыкнешь, малыш, - улыбнулся мужчина, наблюдая, как аура Тома шаг за шагом становится более спокойной и плавной, да и самого ребенка все меньше и меньше начинает шатать. – Спустя время уж точно.       - Это какая-то пытка, а не способ достижения определенной точки.., - просипел Реддл, хватаясь за голову и делая несмелый шаг назад.       - Что факт, то факт. Но он был самый быстрый, учитывая, что добираться до мест со специальными каминами для перемещения было бы слегка трудновато, - мужчина тяжело выдохнул и отошел в сторону, открывая вид на место, куда они прибыли. – Что ж, в любом случае, добро пожаловать домой, Том.       Интонации были мягкими, нежными, а голос словно обволакивал. По коже прошлись мурашки, и мальчик наконец-то поднял свой взор иссиня-черных глаз, которые на солнце напоминали горький шоколад. Перед ним и впрямь был дом. Большой. Светлый. И явно просторный, без каких-либо вычурных излишеств снаружи. Перед входом же была огромная территория с зеленой, живой и такой яркой травой, что мальчик на мгновение забыл, как дышать.       Что ж, это было первым по-настоящему цветным и животрепещущим пятном в его серой, скучной жизни, окруженной со всех сторон чужими людьми с явным намерением переломать ему несколько костей.       - Извини, что так пусто, пришлось быстро разбираться с делами и приводить в порядок всю территорию, чтобы не было чего-то опасного, - слегка смущенно пробормотал Гарри, потирая в неловком жесте шею. – Однако думаю, с каждым годом здесь будет появляться всё больше нового, не так ли, Том?       Ребенок же не мог ответить чего-то стоящего. Он был в прострации. Заворожен. И ему было не до чьих-то слов со стороны. Восторженный взгляд метался от травы к бежевым тонам стен дома. Том уже знал, что сделает с этой территорией, если ему будет позволено. Он уже строил планы, даже не осознавая того..       Из транса его вывел негромкий смешок рядом. Мальчик моргнул и со страхом посмотрел на мужчину рядом, предвещая насмешки. Но их не последовало. Он лишь увидел добрую улыбку и протянутую большую ладонь. В зеленых глазах танцевали смешинки, не злые, нет. Они были восторженными, наслаждающимися моментом и волшебно искрившимися в лучах весеннего закатного солнца.       Черные омуты переместились на протянутую руку. Юноша помедлил, он никогда не брал кого-то за руку. Он в принципе не был привычен к прикосновениям, однако опекун, видимо, был тактильным человеком, поэтому не упускал возможности мимолетно прикоснуться к Тому. Сейчас же ему давали выбор.       И он его принял.       Осторожно, словно прощупывая почву, мальчик положил свою крохотную ладошку, в сравнении с кистью мужчины, на теплую, сухую кожу – и ощутил бережное сжатие. Тонкое запястье тут же обвила Нагини, переползая на руку своего хозяина. После мальца неспешно повели в сторону дома, попутно весело рассказывая, как обстоят дела на этой территории.       Как оказалось, это был один единственный нормальный в своем виде дом, оставшийся от рода Мраксов. К сожалению, остальные поместья были проданы или же уничтожены благодаря сошедшей с ума семейки. Так что, сейчас оба оставшихся из этого рода потомка, были на своих землях, по крайней мере, на том, что от них осталось. Лес рядом так же принадлежит им, но туда, как говорил опекун, лучше не ходить из-за всяких опасностей.       Оказываясь, внутри дома Том не смог не отметить, что вещей было по минимуму, однако даже так сохранялся некоторый уют. Нужно было лишь обставить всё, чтобы не было настолько пусто. Этим, как сказал старший Мракс, они займутся чуть позже, а точнее на выходных. До этого им нужно было разобраться с документацией и вещами для самого Тома. Ведь опекун был без понятия, какие размеры подходили Тому, да и стиль, подходящий для ребенка, тоже оказался проблемой для него.       Но со всем они будут разбираться по ходу дел, а пока..              - Вот это твоя комната, располагайся, - мужчина открыл двери средней по размеру комнаты и подтолкнул слегка мальчика в спину, от чего тот зашипел, перескакивая через порог. – Ты чего? Я слишком сильно толкнул?       - Н-нет, - дрогнувший явно не от приятных эмоций голос ребенка заставил Гарри нахмуриться, а дальнейшие беспечно брошенные слова и вовсе привели в еще более напряженное состояние, пока Том внимательно разглядывал расстановку в комнате. – Вы просто задели незажившие до конца раны.              Старший Мракс застыл в дверном проеме, вперив мутный взгляд в спину ребенка, который отпускал свою дражайшую подругу на постель. И как он не заметил? Поведение самого Тома явно отличалось от увиденного когда-то в старых воспоминаниях Дамблдора. Да, основные черты были, а для слепого человека и вовсе восприняты как нечто нормальное для сиротки мага в тусклом приюте. Но все же, он не подумал, что попадет в тот момент, когда на юноше должны были быть раны, из-за которых Том тихо страдал.       Он вообще ничерта не понимал. Кто посмел поднять руку на маленького беззащитного ребенка? К тому же чтобы нанести такие серьезные раны. И какой вообще был урон, что юный волшебник до сих пор чувствовал боль в спине даже от несильного толчка?! В голове почти перещелкнуло, но Гарри вовремя переключился, отмечая напрягшиеся линии плеч ребенка.       Вся его маленькая фигура показывала, что ребенок лишь создавал вид того, что он любуется своей новой обителью. Однако магия никогда не врала. Она словно сжавшийся котенок окутывала мальчишку. Том переживал колючие волнение от такого пристального внимания. Он уже осознавал, что из его рта вырвалась глупость, слова, которые уже не заберешь и тему не переведешь, поэтому решение прощупывать своего опекуна и дальше возникло в его голове в тот же миг, хотя он не знал, чем может закончиться подобное легкомыслие.              - Том.. – Гарри прошептал что-то неразборчивое, явно нецензурное и сквозь зубы выдохнул, сжимая кулаки. Тихий голос следом прозвучал сдавлено, но интонация была осторожна и мягка, будто мужчина боялся спугнуть раненого из-за жестокости и безразличия людей щенка. – Ты позволишь мне залечить твои раны?              Ребенок вздрогнул, застывая на месте. Он не ожидал таких слов. Ему никогда не предлагали подобные вещи. Он всегда справлялся сам. Сам терпел, сам лечился, когда понимал, что это и впрямь нужно. Том постоянно выживал и никогда, никому не позволял о себе заботиться. Да и никто на самом-то деле даже не пытался этого сделать.       Однако не в этой ситуации.       Мягкие нотки в вопросе мужчины подкупали, заставляли сомневаться и обдумывать ответ на вопрос. А сама неожиданность всего действа пугала своими последствиями. Но Том кивнул, едва слышно произнеся:              - Да, можете попытаться, но им уже пару дней..              И с этого момента вокруг мальчика вдруг завертелись вихри легкой ласковой магии, которая будто ощупывала его тело, проникая под кожу и осматривая каждый участок на наличие повреждений. Создавалось ощущение, что мужчине лишь нужно было дать отмашку для использования магии, именно таким стремительным потоком она полилась со стороны Гарри.        Зеленоватое свечение было приятно глазу, оно окружало и словно погружало в мягкий кокон, успокаивая потревоженную душу. Том, который до этого стоял на одном месте, изображая каменную статую, стал с восторгом рассматривать происходящее с ним волшебство. Спустя время на местах, где были синяки, царапины и рваные раны, зелень магии потемнела, преображаясь в едва ли не черные пятна среди окружающего мальчика света.       Гарри шагнул к ребенку ближе и положил на его плечи свои большие ладони. Предупреждение о том, что сейчас может быть больно, слетело с его уст быстрым шепотом. Не прошло и секунды, чтобы мальчик успел напрячься, как его вмиг захватило жжение, которое постепенно нарастало, танцуя безумный танец на нервах, проникая под кожу в саму суть ребенка. Тело задрожало, зубы сжались, крик застрял в горле. Мышцы ослабли, он не понимал, как держался на ногах. Колени подгибались, однако он продолжал находиться в вертикальном положении. Глаза зажмурились сами по себе, погружая юного мага в темноту.       Он не знал, сколько прошло времени. Секунды, минуты или часы. Всё слилось в единый поток, создавая ощущение, будто он парил в вечности, испытывая лишь жар, боль и нестерпимое желание сбросить со своих плеч показавшимися безопасными руки..       Всё закончилось резко, так же как и началось.       Первым, что почувствовал Том, была влага на собственных щеках. Следом мальчик ощутил и свое тело. Легкое и полное сил. Больше не было боли и сковывающего мышцы напряжения. Он поднял руку, вытирая дорожки слез, и наконец-то облегченно выдохнул, замечая сквозь пелену помутневшего зрения, оседавшие на пол искры волшебства.              - Вот и всё, малыш. Теперь больше нет никаких ран, - по волосам Тома прошлись пальцы, вызывая мурашки, а перед лицом появилось чужое бледное, но довольное и улыбающееся. – Извини, что не заметил сразу. Ты молодец, держался очень хорошо. Как себя чувствуешь?       - Ощущения странные, но больше вроде нет той тянущей боли, что была до этого.. – мальчик посмотрел на свои руки, будто хотел найти ответ там. – Вы.. ты правда мне помог?       - Конечно! Ты совсем скоро сможешь в этом убедиться, - добрая улыбка оказалась лучиком света, освещающим путь впереди. – Я тебе показал твою комнату, однако до ванной мы не добрались. Да и остальной дом пока что так же не показан тебе.       - А можно уже будет завтра обойти дом? Я немного устал, - смущенно произнес Том, отводя взгляд.              Мракс взглянул на улицу за окном. Хоть он ничего и не видел, но тьма перед глазами темнела. Уже наступал вечер, а небо шаг за шагом темнело, открывая виды на звезды. Мужчина даже не заметил этого, настолько был поглощен событиями этого дня, поэтому усталость мальчика была объяснима. Тем более он использовал заклинание, которые использует ресурсы и лечащего, и пациента, так что им обоим нужен был отдых.              - Без проблем. Тогда, пойдем, я тебе выдам одежду и покажу, как управляться с ванной, - Гарри с тихим кряхтением поднялся на ноги, ведь до этого сидел на корточках, чтобы быть одним ростом с ребенком. – Там ничего сложно..              И таким образом под болтовню опекуна, Реддла повели сначала в покои хозяина дома, выдали вещи уменьшенные магией, и провели до ванной. Она оказалась просторной и светлой, но вот некоторые механизмы для включения воды оказались со своими причудами, поэтому Гарри пришлось показывать, как и где всё включается, а так же, что в этой комнате находилось вообще. Пару минут было потрачено на объяснения, и мужчину выставили за дверь, говоря, что уже не маленькие и могут сами справиться с омовением.       С усмешкой старший Мракс все таки кивнул и, пожелав спокойного отдыха и сна, вернулся в свою комнату, которая находилась рядом с комнатой Тома. Устало выдохнув, он присел на край кровати, сжимая пальцами простынь.       Этот день оказался насыщеннее всех предыдущих, но теперь основная цель была достигнута. Том был с ним рядом и больше не придется переживать о нем. Он будет под его крылом, не один и под защитой. И Гарри сделает всё, чтобы оправдать ожидания этого ребенка, так похожего на совсем крошечного беззащитного котенка.              - Мастер Гарольд, Том вернулся в комнату и готовится ко сну, - неожиданно прозвучал тихий посторонний голос совсем рядом с парнем, от чего последний едва заметно содрогнулся.       - Спасибо, Мари, - Некромант кивнул, прикрывая глаза. – Передай остальным, чтобы не пугали мальчика, когда придет время, я вас познакомлю с ним.       - Конечно, Мастер, я передам, - судя по голосу, девушка улыбнулась и на прощение произнесла: – Приятных вам снов.              Что ж, ему и впрямь тоже нужно поспать. Он и так за последние дни сделал многое. Поход в Гринготтс, прием титула Регента, многие проблемы с документацией и узнавания информации об оставшихся членов в роду и о его делах. Но дальше – больше, а значит, ему нужны будут силы и здравомыслящая голова. Кивнув своим доводам, парень переоделся в домашнее и, уже оказавшись в постели, переключился на обычное зрение, погружаясь в привычную для глаз тьму.       Спустя некоторое время дом погрузился в ночную тишь, ожидая следующего дня и новых событий, совершенных двумя жителями, обитавших здесь под одной крышей.