Endless Sundays 2 - A bet. A pet. / Бесконечные воскресенья 2 - Пари. Питомец.

Глава 18

Два варианта

Тон мадам Арисон заметно смягчился — несравнимо мягче, чем в начале их встречи в ресторане. Она и сама не понимала, когда именно её дочь успела так сблизиться с Жасмин Доран — настолько, что та добровольно провела целый день, пытаясь вразумить Эйлин. Если бы рассматривать их дружбу отдельно от всей этой суматохи, то это было бы не просто неплохо — а даже отлично для семьи Арисон. Но теперь… Всё пошло не так. И теперь она, возможно, не только поставила под угрозу их отношения, но и обидела Жасмин Доран — старшую внучку семьи Доран! Такого нельзя было допустить. Ситуация была уже достаточно ясна, чтобы не усугублять её дальше. — Мисс Доран, прошу, присядьте. Вы даже кофе не успели выпить — хотя бы чашечку, перед тем как уйдёте, — мягко сказала мадам Арисон, указав на место и сама присаживаясь. Это был явный жест примирения. Жасмин приняла приглашение, села, и выражение её лица стало спокойнее. — Мисс Доран, я всё понимаю… Вы ведь хотели как лучше, — начала мадам снова, тщательно подбирая слова. — Кажется, между нами возникло недоразумение. Но, что касается внутренних дел нашей семьи, надеюсь, вы понимаете меня — как мать. Я никогда не желала дочери зла. Я лишь хочу, чтобы она стала ещё лучше… — Разве мисс Эйлин и так не хороша? — спокойно заметила Жасмин. — Она умна и талантлива — гордость для нас обоих, и для меня, и для мужа. Но… без должного руководства она бы не стала той, кто она есть. Я просто хочу, чтобы она не сбилась с пути. — Ей уже двадцать семь… — тихо напомнила Жасмин. — Мисс Доран, как воспитывать мою дочь — решаю я, — резко перебила мадам Арисон. В вопросах воспитания Эйлин она не уступала никому. Никогда. И именно поэтому Александр не боялся задеть её — если с ней нельзя договориться, значит, нужно прижать к стене и заставить услышать иначе. — …Хотя, возможно, сегодня… мне действительно стоит поблагодарить вас, мисс Доран, — неожиданно смягчилась она, сначала ускорив, а затем вновь замедлив речь. — Похоже, я и правда не замечала некоторых проблем у Эйлин. Это моя вина. Что она сегодня готовила, убирала, стирала, даже сама пошла за лекарством… я и представить себе не могла. Она бросила взгляд на дочь, сидевшую молча и угрюмо. Конечно, мадам не хотела, чтобы та была «сломленной». Если у Эйлин и правда появились психологические срывы, это могло погубить всё. Не каждое её слово исходило от сердца — часть была просто попыткой загладить ситуацию перед Жасмин. Бросив ещё один взгляд на дочь, она снова повернулась к Жасмин: — Я подумаю над этим… Позволю Эйлин немного больше самостоятельности. Всё-таки ей уже пора замуж. У нас хватает прислуги, но если она хочет чему-то научиться, попробовать себя в чём-то новом — я не стану больше мешать… Кстати, мисс Доран, вам ведь тоже двадцать семь, верно? Резкая смена темы была очевидной — мадам просто ушла от неудобного разговора. — Да, двадцать семь, — кивнула Жасмин. — Вот и неудивительно, что вы с Эйлин подружились, — тепло улыбнулась мадам. — Эйлин ведь чуть постарше, не так ли? — Всего на три месяца. Значит, это я должна обращаться к ней с уважением, — спокойно ответила Жасмин. — О, что вы! — махнула рукой мадам. — Семья Арисон не сравнится с Доран. Мы куда скромнее. Вы обе ровесницы — просто оставайтесь, как есть. Она слегка польстила, но улыбка на её лице была искренней. До этого дня мадам Арисон никогда не слышала, чтобы Жасмин вообще кому-то так доверялась — тем более, чтобы помнила чей-то день рождения. И именно эта фраза заставила её понять, насколько близки стали девушки. Если их связь окрепнет, если они станут настоящими подругами, — Эйлин получит всё, что нужно, чтобы стать достойной преемницей отца. Такую личную поддержку не купишь ни за какие деньги. Те недовольные акционеры компании, что шепчутся о возрасте Эйлин и ждут смерти Майкла Арисона, сразу притихнут. Ведь дружба с Жасмин означала не просто влияние, а возможный союз с Доранами. Хотя отношения Жасмин с остальной семьёй Доран были сложными, все знали — с братом Данте её связывало редкое взаимопонимание. Если Жасмин решит поддержать Эйлин, Данте встанет на сторону сестры. А Данте, как молодой наследник, мог задействовать всю мощь семьи Доран. Другими словами, если Эйлин сохранит эту дружбу, в нужный момент она сможет опереться на всю силу рода Доран. Это было… пугающе — в лучшем смысле слова. Такой союз не только укрепил бы её положение в компании, но и позволил бы поставить на место всех старых лис, что выжидают удобного момента. Мадам Арисон не знала, как именно дочь сумела сблизиться с Жасмин — ведь та почти не общалась с кем-то вне деловых кругов, в личной жизни предпочитая уединение. Но это было неважно. Главное — не поссориться. А лучше — укрепить эту связь. Эта мысль лишь усилила доброжелательную улыбку мадам. — Мисс Доран, у вас с моей дочерью столько общего. Вы обе умны, амбициозны, ведёте бизнес, стремитесь к совершенству, — сказала она мягко. — У Эйлин немного друзей. Наверное, это моя вина — слишком строго её воспитывала. Поэтому то, что рядом с ней появилась такая подруга, как вы, — её настоящее счастье. — Не стоит так говорить. Это не удача. Мисс Эйлин замечательная — её невозможно не любить, — ответила Жасмин с вежливой улыбкой. Напряжение ушло окончательно. С тех пор как мадам Арисон решила не рисковать и сгладить конфликт, атмосфера становилась всё спокойнее. Она ловко вела разговор, показывая, что умеет быть и гибкой, и обходительной. Таких женщин в Нью Йорке было немного. Большинство богатых жён давно превратились в теней своих мужей — в «домохозяек», терпящих их измены и лишённых всякого влияния. Но мадам Арисон была другой. Её уважали не только за происхождение или мужа — она заслужила свой статус «умной и сильной жены». Следующие десять минут прошли в лёгкой, почти дружеской беседе. Жасмин, видя, что всё улажено, просто подыгрывала, не вдаваясь в детали. Воздух стал легче. Но одна деталь бросалась в глаза — всё это время мадам Арисон ни разу не обратилась к Александру. Она держала на него обиду. Сильную, но тщательно спрятанную. Однако, раз дочь молчала, а из-за Жасмин скандал поднимать было нельзя, мадам решила проглотить раздражение. И ещё по одной причине — она опасалась, что если поссорится, Александр потом наговорит Жасмин гадостей про неё. Нужно было это предотвратить. — Уже поздно, мисс Доран. Вы выглядите уставшей. Почему бы не остаться здесь на ночь? — предложила мадам, глянув на часы и поднявшись. Не дожидаясь ответа, она повернулась к дочери: — Эйлин… Сегодня, возможно, я была с тобой слишком строга. Понимаю, тебе тяжело. Не возвращайся домой этой ночью. Просто завтра приезжай прямо в офис. А потом снова — к Жасмин: — Мисс Доран, пусть Эйлин останется с вами. Ей нужно отдохнуть, расслабиться. Пожалуйста, поговорите с ней. Вы ведь умеете убеждать. На деле это было лишь предлогом. Настоящая цель — укрепить связь между Эйлин и Жасмин. Рано или поздно дочь вернётся домой, под материнский контроль, но пока она рядом с Жасмин — Александр не рискнёт вмешаться. А с Эйлин в компании — у него не будет шанса наговорить лишнего. — Хорошо, — согласилась Жасмин, поднимаясь. Обе женщины обменялись ещё парой любезностей, пожали руки, и мадам Арисон наконец ушла со своими людьми. На прощание она всё же бросила на Александра взгляд — вроде бы обычный, но в нём сквозила открытая неприязнь. Александр лишь спокойно улыбнулся. Он прекрасно понял, что у неё на уме. И скоро она убедится: «сеять смуту» — это только начало. В семье Арисон, где Майкл вот-вот уйдёт на покой, главной станет не она, а её дочь — Эйлин Арисон, наследница. И не только в семье, но и в компании… Совсем скоро Александр покажет всем, кто здесь настоящий Хозяин. Когда мадам ушла, в комнате наверху осталось трое. Эйлин, проводив мать до выхода, вернулась, закрыла дверь и сразу же подбежала к дивану. Потянула Александра за рукав, надув губы: — Любимый… я правда такая глупая? — протянула она, кокетливо прижимаясь. Она пришла умилостивить его. Эйлин прекрасно знала, что все эти грубости раньше — была лишь часть игры. Но ведь в гольфе она действительно бездарна, и теперь не могла не задуматься: а вдруг Александр и правда так думает? Шлёп! Раздался звонкий хлопок — Александр легонько ударил её по попке, потом тут же сжал ладонью округлость. — Не неси чушь. Думаешь, я мог сказать такое всерьёз? — усмехнулся он и поманил её пальцем. Эйлин мгновенно обернулась и устроилась к нему на колени, обвив руками за шею. Прижалась, вдохнула его запах. — Значит, все те слова — про то, что я тупая… тоже были не всерьёз? — спросила она игриво. — Конечно, не всерьёз, — сказал Александр, щёлкнув её по лбу. Эйлин звонко засмеялась и поцеловала его в щёку. — Эй… может, вы хотя бы передохнёте? — послышался тихий голос у двери. Это была Жасмин, вернувшаяся после проводов мадам Арисон. Александр всё это время даже не встал с места. Теперь она застала их в позе, где Эйлин сидела у него на коленях, обнимая и целуя. Жасмин вздохнула, подняла руку и устало потерла висок. Лицо её оставалось спокойным, но внутри она мысленно ругала себя. Что я вообще творю? Зачем мне всё это? Ради Александра? Ради чего?.. Эйлин, заметив её взгляд, поспешно слезла с колен Александра и повернулась: — Мисс Доран, спасибо вам за сегодня. Вы так много сделали для меня и моего… мужа… Жасмин отмахнулась, не желая продолжать разговор. Она прошла к дивану, где до этого сидела Эйлин, и села. Прошла всего минута после ухода матери, а девушки уже поменялись местами: Эйлин рядом с Александром, Жасмин — подальше. — Может, поедем куда-нибудь ещё? — предложила Эйлин. — Всё-таки это собственность моей семьи. Персонал тут весь наш, и если вы выведете меня наружу, будет спокойнее… Она и правда хотела уйти. Её охватывало странное чувство — как будто она дома, но не на своём месте. Говорить свободно было невозможно: стоило лишь повысить голос — и кто-нибудь услышит. — Поехали ко мне в офис, — сказала Жасмин серьёзно, переведя взгляд с Эйлин на Александра. — Думаю, нам нужно спокойно сесть и всё обсудить. Она и правда начинала терять терпение. Одна только мысль о том, что теперь ей придётся вечно прикрывать этих двоих и их тайную связь, вызывала у неё головную боль… и раздражение, с которым она не знала, что делать. — Конечно, поехали. Любимый? — охотно согласилась Эйлин и повернулась к Александру. — Не торопись. Мы поговорим позже. Раз сегодня у нас ещё есть время, и Эйлин здесь, то, пожалуй… сделаем всё разом, — протянул Александр. Эйлин повернулась — и увидела, что он смотрит на экран телефона. На нём был открыт набор номера. Он явно собирался кому-то звонить… но колебался. — Любимый, ты что, забыл номер? — спросила она. — Нет, — Александр усмехнулся и поднял взгляд. — Просто думаю… кому звонить первым. — Первым? — Эйлин нахмурилась. — Сколько людей ты собрался обзванивать? Жасмин, сидевшая на диване, вдруг что-то поняла. Её лицо изменилось мгновенно — она вскочила. — Александр! Что ты собираешься сделать?! Не вздумай! — воскликнула она. Она знала его слишком хорошо, чтобы не догадаться… Он собирался действовать. Раз Эйлин уже на его стороне — значит, не против неё. Значит, против кого-то другого… Против её семьи. Против Арисонов! — А я разве сказал, что собираюсь делать что-то безумное? — спокойно улыбнулся Александр. — Да прекрати же! — Жасмин шагнула к нему. — Всё уже уладилось! Зачем опять всё портить? Разве сейчас не идеально? Мадам Арисон больше не станет тебе мешать, ты сможешь продолжать видеть Эйлин. Что тебе ещё нужно? — Мне ничего не нужно, — ответил он с той же мягкой улыбкой. — Не волнуйся, в этот раз я не втяну тебя. — Да дело не в этом! — Жасмин подошла ещё ближе. — Сегодня и так было достаточно рискованно! Сколько сил ушло, чтобы всё замять! Всё уже решено — неужели нельзя просто отпустить… — Рискованно? — перебил её Александр и чуть прищурился. — Ты правда считаешь, что сегодня было опасно? Они встретились взглядами. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Эйлин же была в полном замешательстве. Она вообще не понимала, с чего вдруг они начали спорить. Ещё минуту назад всё было спокойно! — Если бы она не была матерью Эйлин, я бы не стал действовать так мягко, — наконец сказал Александр, всё так же улыбаясь. Он снова опустил взгляд на телефон и быстро набрал несколько цифр. — Помнишь, что я говорил? У каждого есть тайны, которые он хочет скрыть. У каждого! Особенно у таких корпораций, как «Arison Group». Чем больше компания — тем больше грязи внутри. Если бы я выбрал другой способ, мадам Арисон уже стояла бы на коленях, умоляя меня пощадить её дочь. Умоляя пощадить её саму. Жасмин слушала, не решаясь предположить — он блефует или говорит всерьёз. — Но ведь она мать Эйлин, — добавил Александр тихо. Он закончил вводить номер, но не нажал «вызов». Поднял глаза. — Она не плохой человек. Просто любит по-своему… больной, перекрученной любовью. Она хочет, чтобы дочь жила идеально — по плану, который сама придумала. И ради этого готова унизиться перед кем угодно. Как сегодня — перед тобой. — Такова родительская любовь, — добавил он с лёгкой, почти грустной улыбкой. Потом коротко взглянул на Эйлин. — А ты теперь — моя. Моя женщина. Я не притворяюсь святым, но раз уж ты выбрала быть со мной, идти за мной — значит, я обязан тебя защищать. Если у меня есть сила, я не позволю тебе страдать. Я не стану мучить себя и не дам мучить тебя. Я не хочу, чтобы ты выбирала между любовью и семьёй. Потому что даже если бы выбрала меня, ты всё равно не была бы счастлива. Первое, что почувствовала Жасмин, услышав это, — зависть. Она и сама не поняла, почему. Просто ощутила — этот мужчина действительно дорожит Эйлин. Сильный, опасный человек, который способен на всё, лишь бы защитить свою женщину. Неужели Александр любит покорных? Зарабатывают ли его любовь те, кто послушен? Жасмин вдруг встряхнула головой, словно прогоняя странные мысли. — И что теперь? — спросила она хмуро. — Что ты собираешься делать? — Ты ведь уже догадалась, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Ты… — глаза Жасмин округлились. Он и вправду собрался взяться за Арисонов! Сумасшествие. Семья Арисон — одна из самых влиятельных в Нью Йорке! Их компания, Golden Fortune Group, входит в тройку крупнейших ювелирных концернов страны. Настоящий гигант — гордость города. Даже семья Доран, при всей своей мощи, не владела предприятиями такого масштаба. Они просто избегали ювелирной сферы — медленный оборот, слишком стабильный рынок, — но размеры «Golden Fortune Group» были неоспоримы. Даже среди активов Доранов лишь несколько фондов могли сравниться по объёму. Александр же собирался бросить вызов Арисонам — на их собственной территории. Безумие! Даже Доран не рискнули бы тронуть их в пределах Нью Йорка — только вне его, и то косвенно. — Ты не можешь этого сделать! Если ты… — Жасмин шагнула к нему, но он перебил: — С каких это пор ты так за меня переживаешь? — произнёс он с той же мягкой улыбкой. Она застыла. Потом выдохнула. И почувствовала, как закипает злость. — …А давай так, — внезапно сказал Александр и поднял телефон. — Я ведь ещё не позвонил. Пусть решает Эйлин. Он повернулся к ней. Та сидела, растерянно наблюдая за их спором. Не то чтобы она ничего не понимала — кое что уловила: фразы про «мать на коленях», «не усложнять ей жизнь», «пощадить»… Но суть ускользала. Она просто не понимала, почему они вдруг сцепились. Александр усмехнулся и кивнул ей. — Садись напротив, малышка. У меня для тебя вопрос с двумя вариантами ответа. Эйлин нахмурилась, но подчинилась — обошла стол и села напротив. Жасмин стояла сбоку, скрестив руки, молча наблюдая. — Итак, первый вопрос, — сказал Александр, глядя на Эйлин. — Завтра утром, когда ты вернёшься домой, как ты собираешься реагировать, если мать начнёт тебя ругать за побег? Она ведь скажет тебе что то, правда? — Я… — Эйлин замялась. На её прекрасном лице мелькнули колебание и тревога. Страх перед матерью сидел в ней слишком глубоко, в самом нутре. — Я… я буду сопротивляться! Попробую объяснить! Она не права! Я скажу ей всё, что думаю, всё, что она делала неправильно за эти годы… — Эйлин действительно стала смелее под влиянием Александра. Но её смелость заканчивалась на словах. Порыв — это не сила. А силы у неё пока не было. Вернувшись домой, она бы снова сжалась от первого же крика матери. Главная её проблема — отсутствие уверенности. Ни внутренней опоры, ни дерзости. Если бы она могла быть хоть немного нахальнее — просто не слушать, не уступать, — мать, возможно, и не смогла бы ничего сделать. Ведь Эйлин — единственная наследница! — Думаешь, сможешь спорить с матерью на её территории? — тихо спросил Александр. Эйлин опустила взгляд. Спорить? С кем? С родителем? В таких семьях не спорят. Просто слушают. — Нет, да? — сказал он, и Эйлин лишь молча кивнула. Она знала, чем всё закончится. Попробует — и всё равно уступит. — Тогда слушай, — сказал Александр и поднял телефон. — У тебя два варианта. От твоего выбора зависит, наберу ли я этот номер. Он покрутил телефон между пальцами. На экране уже был введён номер — оставалось только нажать «вызов». — Вариант первый. Я не звоню. Ничего не происходит. Завтра ты спокойно возвращаешься домой. Всё идёт, как раньше. Мы сможем встречаться только тайно. Пока состояние твоего отца не ухудшится, семья начнёт подыскивать тебе жениха — того самого, «входящего в семью». Ты будешь отказываться, но давление не прекратится. — Если найдут подходящего кандидата, я позабочусь, чтобы он… исчез. Но ты всё равно останешься под давлением. И даже когда отца не станет, ничего не изменится. Потому что мать здорова, энергична и будет править домом, как императрица, до конца своих дней. — Даже когда тебе будет пятьдесят, ты всё ещё можешь жить в тени своей семидесятилетней матери. С каждым словом лицо Эйлин бледнело. Её словно душили будущие годы, превращаясь в бесконечную петлю. Жасмин слушала молча — зная, что Александр не преувеличивает. Всё могло именно так и быть. Но… какой же второй вариант? — Вариант второй, — сказал Александр, и его взгляд стал острым, как лезвие. — Я звоню. И не только этому человеку — я свяжусь с другими. Я сделаю так, чтобы ты взяла под контроль семью. Быстро. Чтобы ты стала президентом компании. Чтобы ты сама управляла, не только бизнесом, но и Домом. Чтобы мать склоняла перед тобой голову — не смела больше командовать. Чтобы даже немного… боялась тебя. И тогда, поверь, твой отец будет тобой гордиться. Он откинулся на спинку кресла, покачал телефоном. — Выбирай, малышка. Эйлин ошарашенно моргала. Жасмин — тоже. То, что он описал, звучало как сказка. — Эйлин Арисон, выбирай. Твоя судьба в твоих руках, — сказал Александр с улыбкой. Эйлин всё ещё не могла прийти в себя. Она подняла руку и робко показала пальцами «два». — В-вариант второй… можно?.. — спросила она, будто боялась, что это вообще запрещено выбирать. — Конечно можно, — ответил Александр и нажал «вызов». До того, как Жасмин успела что-то сказать, звонок уже пошёл. Она раскрыла рот — но слов не нашла. Тут же шагнула и села рядом, наклонившись ближе, чтобы слушать. Даже не скрывала — просто подставила ухо к телефону. Александр не возражал. Если она хоть что-то поймёт из этого разговора — пусть попробует. Эйлин тоже не удержалась. Вскочила, подбежала, уселась к нему на колени, обвила руками за шею, прижалась ближе — тоже хотела слушать! — Может, включить громкую связь? — усмехнулся Александр. — А то вы обе скоро устанете висеть у меня на плечах. Он сказал это весело, с довольной улыбкой. Две красавицы, прижавшиеся к нему с обеих сторон, — зрелище, которое могло растопить даже камень. С момента, как время наконец снова пошло вперёд, прошло всего несколько дней. А его гарем, влияние и богатство — уже росли. Жизнь определённо становилась всё интереснее. И теперь у него появилась новая цель… Помочь своей женщине занять трон.