Точка невозврата: Путешествие в Ореон.

Мне было так холодно в последний раз, когда я открыл глаза и посмотрел на чистое, почти безоблачное небо. Я уже не помню, как я оказался в том поле, среди сугробов, заснеженных деревьев и ёлок, помню только… Помню, как бежал вперёд что есть силы и не оглядывался назад, не слушая голоса позади. Моё сердце так бешено стучало тогда… И сейчас. Мне страшно. Страшно, что будет дальше. Мои конечности уже окоченели от холода, я не могу даже пошевелиться, я их не чувствую. Снег рядом со мной плавно окрашивался в красный цвет, как окрашивался и нововыпавший снег на мне. Я готов был поклясться, что ждал, пока умру там с кровоточащей раной, замёрзну насмерть и никто не найдёт мой труп посреди этого поля… Но жизнь была ко мне мила, как и удача повернулась в мою сторону, но я никогда не забуду этот пронзающий тело холод, заставляющий меня окаменеть... * * * – ГХАА! Резко ёж сначала сел на кровати, а после наклонился на бок к краю кровати, блюя кровью в ведро, стоявшее рядом. Он не сразу его заметил, но успел блевануть в него, а не на пол или кровать. В голове всё ещё был беспорядок, он почти не соображал, всё мутнело, а тело пробивал этот чёртов озноб, который никак не проходил. Соник постоянно сидел, укутанный в тёплое одеяло с ног до головы, но даже это ему не помогало избавиться от этого холода, неприятно напоминавшего о том, что было несколько дней назад. – Ты в порядке? В комнату быстро зашёл тёмный ёж с полосками на иголках, идущими вдоль них, оставляя красный след. Он выглядел обеспокоенным, хоть и старался не подавать виду, ведь ему это было несвойственно. Быстро пройдя к синему ежу, парень убедился, что больше блевать тот не будет, поэтому посадил Соника обратно на кровать, сев на край и смотря на его измученное лицо, на котором слабо старалась держаться неуверенная улыбка. – Оуу… Шедс, это так… Мило с твоей стороны, что ты заботишься обо мне… Пытался сказать Синий ёж своим обычным тоном, однако все его планы нарушил новый кашель, который вновь грозил ему проблеваться кровью. – Замолчи. Тебе надо лежать и беречь свои силы, а не тратить их на пустые слова. В ответ на это замечание от Шэдоу Соник только слабо, но очень нежно и добро улыбнулся своему приятелю, а после медленно лёг обратно с помощью друга. Хоть синий и шёл на поправку сравнительно быстро, пока было слишком рано для того, чтобы он хоть как-то пытался двигаться или говорить. Шэдоу и Мария старались поддерживать его здоровье как могли, однако это давалось слишком трудно. Они смогли спасти его от смерти, а вот поддерживать его жизнь было задачей посложнее. – Тебе принести чего-нибудь? Мария должна вернуться только к вечеру, поэтому пока что за тобой буду следить только я. Сказал чёрный ёжик, погладив синего по руке. Это было очень нежно, почти неощутимо, будто он боялся только больше навредить ему… Так оно и было. Смотря на состояние Соника, Шэдоу даже близко не хотел подходить к нему, но не из-за неприязни, а из-за того, что может сделать только хуже, поэтому лечением синего ежа довольно долгое время занималась Мария, однако со временем к ней присоединился и сам Шэд. – Твою рану надо перевязать… Как себя чувствуешь? – Мгхх… Не так уж плохо… Н-наверное… – Тогда нам пора сходить до ванны. Полежи пока тут, а я пойду наберу воду и подготовлю всё, что надо. – Хорошо… Босс… Улыбнувшись, сказал в ответ Соник, а после того, как Шэдоу ушёл из комнаты, прикрыл глаза. В голове вновь всплывала одна и та же картина о том, как его никто больше не хотел видеть, как за правду, рассказанную им, его ошибку, его пронзают мечом и как он убегает оттуда куда угодно, лишь бы не оставаться там. Лишь бы там не умирать. Шэд и Мари уже знали о произошедшем, поэтому держали секрет о том, что Соник находился у них. Они боялись, что за ним могут прийти и убить. Не успел ёжик открыть глаза, как почувствовал, что его взяли на руки. Конечно же, он знал, кто это, поэтому сразу положил голову на плечо своего носителя. Соник был очень благодарен Шэдоу за то, что тот так сильно с ним возился и ухаживал в такой трудный момент, жаль, ничего в ответ сделать не мог. Совсем скоро он почувствовал, как его положили в ванну, а после аккуратно начали развязывать рану, от чего синий прошипел сквозь зубы. – Тише-тише... Потерпи немного, потом будет не так больно... Пока Соник вжимал край ванны в руке, морщась от того, как почти горячая вода попадает на рану, заставляя чувствовать, как она пульсирует. Шэдоу знал, что нельзя было так делать, но только так выходило отмыть рану как нужно и не заставить Соника окоченеть от нарастающего холода. Рану он промывал бережно, а после брался и за самого синего, моя его как маленького. Он хоть и говорил, что сам может себя помыть, но это давалось ему с таким трудом, что было жалко смотреть на это. Отмыв всего ежа, Шэд достал его из ванны, пересадив на стул и начав вытирать. Кровь из раны уже не шла, но давала знать о себе своей болью. – Мария должна принести сегодня специальные иголку и нитки, чтобы зашить тебе рану. После этого она не должна кровоточить, и ванну будет принимать легче. Говорил о планах на будущее чёрный ёж, обрабатывая и перебинтовывая рану своего приятеля по новой. Он хотел хоть как-то утешить синего, сказать хоть какую-то новость, которая заставит улыбаться его чаще или даже посмеяться... Однако как бы он ни старался, – не мог. Соник только смотрел на него измученным взглядом, слабо, почти незаметно, улыбаясь, только чтобы сам Шэдоу меньше беспокоился из-за него. Было так грустно и больно видеть ранее весёлую мордашку настолько измученной от всей этой боли. Шэд не понимал, из-за чего он волнуется за него и почему ему так больно, но разбираться с этим времени у него не было. Взяв на руки своего друга, они направились обратно в комнату, где Соник вновь был закутан в тёплое одеяло, которое хоть немного заставляло чувствовать его тепло. Нежные поглаживания по голове со стороны чёрного уже стали привычными для синего, он ждал их каждый вечер, они так его успокаивали... Жаль, он не мог постоянно ощущать эти поглаживания на своей голове из-за дел самого Шэда, однако такими моментами он очень наслаждался. Шэдоу даже лёг рядом с Соником, слабо обняв его, дабы не навредить, а после продолжил поглаживать того по голове и спине, утыкаясь ему в лоб своим носом. Они пролежали так всё время, что ждали Марию. Под тихое напевание Шэдоу о чём-то, под вой вьюги и почти кромешной тьме за окном.