семья

      Рунику нравились животные. Всё без исключения. Как и насекомые, птички и все-все. Он не видел смысла разграничивать, когда они все были милыми, красивыми и интересными.       Ему нравилось наблюдать за тем, как смешно голуби сидят в луже в парке, где они обычно гуляли с папой. Мальчик всегда расстраивался, когда видел, как кто-то распугивает их минуту спокойствия, и ему казалось, что он даже видел грусть в глазах голубей.       Ему нравилось наблюдать за трудящимися муравьями; они напоминали ему военный строй или механизм, что поражало мальчишку.       Он ходил с папой в цирк и там видел медведя, а после держал в руках змею, которая на ощупь была крайне интересной и не похожей на сапоги или сумку.       Руник не боялся зверей в зоопарках, но, как правильный мальчик, держался от клеток подальше, лишь с восхищением рассматривая всяких козлов, львов и других красивых животных.              Но было одно, о котором так мечтал его маленький пытливый ум. Это была кошка или кот. В детском доме была бродяжка, которая гуляла по территории, когда было тепло, и аккуратно, мелкий ещё совсем тогда подкармливал её; конечно, потом получал от воспитателей.

***

      Гуляя на площадке рядом с домом, Руник сидел на качелях и дёргал ногами, пока в голове напевал какую-то мелодию из рекламы. Из мыслей его вывел странный звук. Он осмотрелся и никого не увидел на площадке, но под скамейкой сидел комок чёрной шерсти и мяукал.       Мальчику понадобилось немало усилий и пара царапин на руках, но в итоге он взял беднягу в руки, чтобы помочь животному, принеся его или её домой. Он мечтал, как эта мягкая злюка, которая покусывает пальцы, останется у них. — Папа! Папа! Мне нужна помощь! — с порога заявил мальчик и очень удивился удивлённому лицу отца. — Ты кого это притащил? Это он так тебя поцарапал? — у Модди посыпались вопросы, особенно когда он опустился на колени к мальчику. — Ничего страшного, он так мяукал... ну или она, я не знаю...       Руник не понимал, почему папа так обеспокоен и кажется не очень рад новому животному, но не выгнал его. Он сказал, что сначала надо обеззаразить порезы, что даже радовало мальчика, ведь это повод достать пластыри с планетами.       Потом папа хмуро смотрел на кота (да-да, папа заверил его, что это кот), который с упоением пил молоко, как будто давно подобного не видел, и фыркал на каждый звук. Затем шёл очень долгий диалог с папой об ответственности: о том, что если они хотят его оставить, то будут новые обязанности. На что в ответ Руник серьёзно хмуро ответил с полной готовностью.       Модди устало выдохнул и так же с долгой борьбой всё-таки взял кота на руки и понёс на более затяжную битву — купание.       Руник слышал кряхтение, мяуканье, фырканье, грубые слова; это было долго. Но в итоге папа, кажется, вышел более мокрым, чем сам кот, который был завернутый в полотенце так же как Руник, когда его купал Чат. Папа устало сел на диван, продолжая чесать и высушивая шерсть, бубня себе под нос всякое.       Когда Руник пришёл обрадовать отца тем, что придумал имя котику, он увидел малейшую картинку: папа дремал с котом на груди, накрывая его своей широкой ладонью. — Ну кажется, Борька, ты тут остаёшься — с улыбкой шепчет мальчик, поглаживая нового члена семьи.