Marvel: Астральный эльф и академия магии

Танос стоял среди тишины. Ветер нёс пепел его «милости». Вокруг не было никого. Капитан Марвел, попавшая под луч Камней, исчезла. Тор лежал бездыханный, его тело не рассыпалось, но жизнь покинула его. Стив, Тони, Стрэндж, Наташа, Брюс, Родос, Валькирия, Коллекционер, Пьетро, Мэри Джейн… все, кто стоял на поле, исчезли или погибли. Он опустился на одно колено. Перчатка дымилась, его левая рука была обуглена до кости, тело покрыто ранами. Использование полной мощи Камней потребовало чудовищной цены даже от него. Но он сделал это. Он ощущал простор вселенной. Тишину. Баланс. Он поднялся, чтобы уйти. Его работа была завершена. И тогда случилось то, чего он не предвидел. То, что не могло случиться. Пепел у его ног засветился. Не золотым светом Камней, а фиолетовым, алым и синим – цветами магии Астрариума, цвета воли, которую нельзя стереть. Частицы пепла стали собираться, формируя силуэты. Первой материализовалась Сисильвана. Её тело было полупрозрачным, но её воля горела, как звезда. Она не была воскрешена Камнями. Она удержала себя в существовании силой своей внутренней магии и наследия Нетерила в тот самый миг распада. Она существовала на грани между мирами, и эта грань дала ей новое понимание. За ней, один за другим, стали появляться другие. Не все. Но те, чья воля была сильнее страха смерти, или те, кто был связан с альтернативными источниками силы: Стивен Стрэндж (его защитил Камень Времени, с которым он успел установить связь), Тони Старк (его разум, сросшийся с технологией и магией, отказался угаснуть), Тор (его божественная сущность, хоть и ослабленная, ещё тлела), Вижен (лишённый Камня, но теперь полностью живое, магическое сознание), и Капитан Марвел (её связь с пространством позволила ей «соскользнуть» в момент стирания). Они поднялись. Их было горстка. Израненных, на грани, но не сломленных. Танос обернулся. В его глазах впервые появилось настоящее изумление. «Как…?» «Ты стёр нас из этой реальности, – сказала Сисильвана, её голос звучал эхом из многих мест одновременно. – Но ты не можешь стереть нас из всех. Магия, которую ты пытался присвоить… она не подчиняется законам одной вселенной. Она говорит на языке многих.** «И мы, – сказал Стив Роджерс, поднимаясь из пепла, его форма тоже была призрачной, но его дух горел ярко, – мы не сдаёмся.» Танос, стиснув зубы от боли и ярости, снова поднял перчатку. «Тогда я сделаю это снова! И снова! Пока не останется ничего!» Он попытался активировать Камни. Но его рука, обугленная, повреждённая, не слушалась. Камни сияли, но их свет был нестабилен, хаотичен. Цена первого щелчка была слишком высока. И в этот момент слабости они нанесли удар. Тор, собрав последние силы, вонзил Громсекиру ему в грудь, не для убийства, а для заземления, для отвлечения. Капитан Марвел рванулась вперёд и схватила его руку с перчаткой, пытаясь оторвать её, её сила встретилась с силой Камней в ослепительной вспышке. Стрэндж создал иллюзию тысяч щитов и зеркал, чтобы сбить с толку его восприятие, усиленное Камнем Разума. Тони выпустил последний заряд энергии из реактора прямо в его лицо. Стив бросил обломок своего щита, который вонзился в соединение перчатки и руки. А Сисильвана сделала то, что могла только она. Она не атаковала Таноса. Она атаковала связь между Камнями. Используя своё знание Нетерила, видение их истинной природы как межмировых стабилизаторов, она направила луч своей магии прямо в точку, где сходились энергии всех шести Камней на перчатке. Она не пыталась их уничтожить. Она попыталась… перенастроить их резонанс. «Это не конец, – прошептала она. – Это… переход.» Энергия Камней, и без того нестабильная, под воздействием внешней, чужеродной магии, вышла из-под контроля. Перчатка треснула. Свет шести Камней слился в один ослепительный белый шар, который поглотил и Таноса, и всех, кто был рядом. Раздался взрыв, не похожий ни на что. Без звука, но с волной чистой информации, реальности, переписывающей саму себя. Когда свет рассеялся, Танос стоял на коленях. Его перчатка была разрушена. Камни Бесконечности, освобождённые, не рассыпались. Они парили в воздухе вокруг него, медленно вращаясь, словно планеты вокруг умирающего солнца. Его тело было цело, но его глаза были пусты. Он был жив, но его воля, его разум, его «миссия» – были стёрты перегрузкой. Он был пустой оболочкой. А затем и эта оболочка начала рассыпаться. Сначала в пыль, затем в свет, затем в ничто. Титан, достигший всего, исчез, не оставив после себя ничего. Ни славы, ни пепла. Только пустое место.