Утро не бывает добрым [ Нил/Сет/Рене ]
19 марта 2026 г., 01:31
Примечания:
Загляните в тгк: Рождённые в тени лесов
https://t.me/TheyWereDead
Там будет подробно описана география, как работает магия, разные приёмы и мемы.
Эстетика и всё связанное с жизнями персонажей.
Каждый профессиональный мечник может с гордостью сказать, что его жизнь началась в тот момент, когда он впервые взмахнул клинком. Однако жизнь Нила началась с похорон. Точнее сказать: с сожжения трупа матери.
Нормальный подросток не посмел бы поднести пламя к родному человеку, но другого выбора у беглеца не было. Добровольно оставить холодное тело в лесу было слишком безнравственно: монстры могут учуять и прибежать полакомиться легкой добычей. А в городе не проведут должного обряда без настоящих документов. Выбор только один — сжечь и бежать. Так далеко, так быстро, как он только может.
Достав из самодельной сумки последний сверток магических спичек, брюнет плавно влил в него собственную ауру и уже приготовился бросить в созданное им подобие деревянного гроба, но задумался: может ему все же стоит отнести тело к воротам ближайшей крепости и сбежать уже оттуда? Все-таки говорят, что Динго уважительно относятся к погибшим в сражении. Однако раны на теле матери не от когтей, а от лезвий. Таких не хоронят, таких делают приманками в сезон охоты.
Нил вовремя успел заметить, что пламя подбирается к пальцам. Он легонько потряс кистью, после чего выкинул прочь оставшуюся деревяшку. Огонь — лучшее решение.
Листья мирно шелестели, играя вечерний реквием. Никто не придет на эти похороны, никто не узнает о том, что здесь ветер развеел чей-то прах. Парень убедился в том, что бруски достаточно разгорелись, после чего натянул на себя капюшон, накинул на плечи сшитую из кожи сумку и пустился трусцой в путь. Огонь не распространится дальше огороженной территории, что позволит дереву спокойно дотлеть, при этом не поджигая остальной лес.
Ему предстояло провести в пути не один день. Тем более идти протоптанными дорожками было опасно: люди Мясника, влиятельного преступника в здешних местах, всё ещё рыскали где-то неподалёку и, скорее всего, проверяли каждого путника. Оставалось прямиком через лес.
По официально принятому всеми автономными округами календарю сезон охоты начнётся уже через два месяца. За это время Джостен должен будет пересечь две границы, посетить несколько городов и, возможно, переплыть реку, если к моменту его прихода лодочник уже переберётся в более безопасное место. Этот план был составлен ещё вместе с матерью целых четыре года назад. Они должны были проделать этот путь вместе, но теперь Нилу придётся выкручиваться самому. И всё для того, чтобы избежать страшной участи уготовленной ему Судьбой. Милосердна ли Богиня, позволяя ему родиться не на том месте и не с той силой? Благородна ли она, подкидывая засаду только что успевшим обрести свободу и надежду на хоть какое-то будущее? Нет. Джостен больше не мог поклоняться Богине Судьбы, как его мать. Правда даже проклиная её, он не решился отбросить до конца веру.
Сезон охоты — страшнейшее событие каждого пятилетия. Людям необходимо защищать облагороженные ими границы от монстров, дабы выжить. И именно сейчас близилось то самое время, когда на востоке менее населённые земли Пальметтского округа набирали наёмников. Достаточно лёгкий вариант заработать своими умениями, хоть и опасный. Туда-то и направлялся путник, но не из-за нехватки средств для проживания, а потому, что там легче всего можно смешаться вместе с толпой нелегалов. Никаких вопросов к твоей личности, только проверка навыков и всё. Назовись как хочешь, докажи, что не сдохнешь от первой же твари и свободно разгуливай гле вздумается.
Гвардия Лисов была самой малочисленной во всём королевстве. Каждый год она уменьшалась всё сильнее по разным причинам. Говорили, что у жителей даже есть поверье на счёт тринадцатого номера, что страшило ехавших туда не по собственной воле. На деле никто точно не помнил как именно звучало поверье. Многие приписывали недостоверные факты Лисам, портя из репутацию ещё сильнее. Собственно говоря именно поэтому городничий и собирал разных наёмников, рассылая по всем городам пригласительные листовки. Правда до некоторых юго-западных областей они физически не доходили, но об этом Ваймак понятия не имел. Чем больше людей узнает об их доблестных сражениях и примет в них участие, тем больше шансов было у Лисов заручится поддержкой других городов и получить хорошее финансирование.
Шум. Слишком много людей и все их взоры прикованы к трибуне. Толпа уже готова оголить клинки против друг друга, лишь бы как можно скорее закончить этот бессмысленный отбор, но время ещё не пришло.
Вчера вечером в местную таверну завалился измученный подросток. Легко было догадаться по невысокому росту, хотя в этой стране лучше не судить по внешним признакам. Ни слова не говоря, пришедший вывалил на стол оплату на десять дней вперед и чуть ли не выхватил у хозяйки заведения ключ, удаляясь прочь — на второй этаж питейного заведения. Только заперевшись в своей новой коморке, путник смог спокойно выдохнуть. Он снял с себя измазанную в грязи верхнюю одёжку, откинул куда-то в сторону вместе с рюкзаком, забирая с собой из вещей лишь кинжал, и бросился на кровать. Точнее на подобие кровати, потому что, стоило ему только прилечь, как спина за секунду пересчитала все уцелевшие пружины.
Нил скривил презрительную рожу, сжимая в руках перевязанную рукоять. Как люди вообще смогли придумать такую неудобную вещь? Даже на сырой земле и то лучше спится, чем на этой дешевизне. Еще и тот придурок около ворот — он чуть не сбил его с ног, при этом даже словом не обмолвился, словно Джостен приведение, а не человек.
Причина его усталости была достаточно проста: засидевшись из-за ранения в одном из городов по дороге к Лисам, парень потерял время. Он планировал прибыть в самую восточную точку минимум за неделю до начала набора, но сейчас еле как успел за день. И то ему пришлось в последние сутки чуть ли не бегом преодолевать расстояние от крепости Шершней до назначенного места. Благо охранники у ворот понимающе отнеслись к нему и, видя запыхавшуюся фигуру, без должной проверки впустили его в город. Нил был уверен: при следующей встрече с ними его досмотрят гораздо тщательнее. Он сделал пометку в голове, что нужно будет затолкать поглубже все запрещённые вещи просто для личного спокойствия. Вряд ли его вышлют из города из-за приближающейся угрозы, но вот повязать могут.
Пора было отходить в сладкий мир грёз, где нет ни склизкой грязи на ботинках, образовавшийся из-за недавнего дождя, ни монстров в лесу, что беспорядочно нападали на всё, что движется, ни кошмаров наяву. Там его ничто не потревожит. Нил мог бы хоть тут на секунду расслабиться, как внезапно подскочил, отодвинулся прямиком к стене и боязливо огляделся. Вроде бы и людное место, а внутреннее беспокойство всё никак не отпускало его. Мать парня слишком часто срывалась с места в ночи, предпочитая провести её за стенами города, а Джостен просто следовал за ней, учился её повадкам и сейчас слишком хорошо им следовал. За последние дни в его жизни всё вновь перекульнулось с ног на голову, но так и не встало на свои места.
Внизу лишь первое время было тихо. Видимо местные сплетники строили шёпотом безумные теории и догадки насчет внезапно появившегося юноши, однако первичный интерес к неизвестной персоне пропал где-то в бочке с сидром минут через десять, и громкий гул грубых полупьяных голосов возобновился с удвоенной живостью. Нил еще с пол часа ворочался по всей кровати, ища удобное и одновременно безопасное место для сна. То укутывался в тряпичное одеяло, то закрывал уши подушкой, параллельно с этим матеря алкоголиков снизу. Он всегда ненавидел сон в городе из-за бесконечного шума ото всюду, правда в этот раз усталость взяла вверх над неприязнью и Джостен медленно, но верно, провалился в глубокий сон.
Утро выдалось на славу. В окно так и били яркие лучи осеннего солнца, заставляя сонного парня развернуться к стене. Беглец мало спал в последние дни, поэтому сейчас организм отказывался подниматься с постели раньше девяти часов. Тем временем на улице бурлила неизменная жизнь жителей окраин. Люди занимались выгоном скота на пастбища, другие открывали лавки и готовились принять первых клиентов. Однако внимание всех было направлено на стекающийся в центр крепости народ. Долгожданное событие этого месяца: набор наемников для уничтожения лесных тварей. Гвардия способна справится с любой опасностью, но если она будет отвлекаться на мелкую живность, то быстро выдохнется и не сможет вовремя защитить горожан от большей опасности. Еще пару минут и Нил бы проспал, благо, для таких как он, где-то за три четверти часа до начала набора во всех питейных заведениях принято было будить новичков. И не каким-то криком, а грубым стуком в двери. Конечно же многие были недовольны таким мягким пробуждением, но за последние двадцать лет никого за ранний подъём не прибили.
«Мягкие» три удара прямиком по дереву моментально вытащили путника из мерного сна. Он взглянул на солнце за окном, вновь слабо хмурясь, после чего подлетел к своему багажу и начал «наряжаться».
Более сотни людей столпились на городской площади в ожидании управителя округа. Лязг ржавых доспехов распространялся на всю площадь, заполненную не таким уж и малым количеством бродяг — настоящие ободранцы, некоторые даже с явными повреждениями и отсутствием конечностей. Это немного удивило пришедшего парня, который не особо мог поверить в то, что такие калеки способны расправится с тварями. Все и вся желали получить лишние деньги за охоту. Нилу пришлось оторваться от созерцания и протиснуться сквозь эту толпу, чтобы добраться до пункта приёма заявок и получить свою заветную деревяшку с цифрой. На нём тоже было подобие лат, способное защитить разве что от ножевого ранения, но больше ему и не требовалось. Если пройдёт — закупится у местных мастеров. Придётся отдать добрую половину собственных денег, чтобы получить снаряжение на заказ, но он не пожалеет их и потратит. Всё равно девать их больше некуда. Оставшиеся деньги пойдут на качественный меч, ведь сражаться кинжалом не входило в его планы.
Нил чуть ли не вывалился на стол к писарю, но тот, видимо уже привыкший, быстрым движением отставил банку с чернилами подальше и обмакнул в неё перо.
— Ваше имя, позывной или кликуха. Желательно вместе с фамилией. — Юноша не успел даже поздороваться, как его уже начали оформлять. Он хотел было вначале расспросить мужчину, но краем глаза увидел, как городничий, его точно нельзя было перепутать с кем-то из-за отличительного знака на груди и трости, стал подниматься на трибуну.
— Нил Джо!..— вдруг его с силой толкнул в бок проходивший мимо наёмник. Беглец обернулся было, чтобы огрызнутся, но его грубо дёрнули за рукав и всучили деревяшку с номером «93».
— Подходите поближе, — быстро что-то записывая в бланк, писарь указал в сторону городничего. — Порядок битв вам объявят уже там. Мы не несём ответственность за то, какого уровня вам попадётся противник. Так же, если вы получите сильные увечья, то можете получить бесплатное лечение в лавке лекаря через два квартала на север от центра.
— Нет, послушайте, я хотел бы вас спросить насчёт. — Но его уже не слушали. Мужчина занялся другим наёмником, что тоже желал принять участие, забывая про существования Нила Джо. И правда, даже подтверждения личности не потребовали.
Юноша ещё раз прошмыгнул сквозь разносортную толпу, наткнулся случайно на практикующегося мага, но вовремя успел увернуться от неудавшегося заклинания. Он подошёл почти вплотную к деревянной трибуне и стал дожидаться объявления с остальными.
— Здравствуйте, уважаемые жители и приезжие крепости Лисов, — наконец прозвучал глухой, вызывающий необъяснимое уважение, голос. — Сегодня и в ближайшее дни будет проводится набор наёмников для зачистки малых групп монстров. Места не ограничены, однако, чтобы получить возможность поучаствовать в войне против неприятеля, вам будет необходимо сразиться с тремя противниками и, при выигрыше, забрать их номера. Мы не желаем наблюдать за лишними жертвами во время войны. Если вы точно понимаете, что неспособны помочь гвардии, то лучше сдайте ваши номера. Вы подведёте не только себя, но и жителей востока, а в последствии и всё королевство. — Мужчина лет пятидесяти с копейками чётко проговаривал наизусть заученные слова. Девид Ваймак уже долгие годы заправлял не только крепостью, но и всем Пальметтским округом. Раньше он был всеми уважаемым членом лисьей гвардии, но, после случая с его знакомой, вынужден был сменить карьеру. — Ваши попытки не ограничены. Только когда у вас кончаются жетоны, вы не можете больше участвовать в спаррингах. К концу завтрашнего дня принесите писарю добытые вами номера. Сражения разрешены исключительно в ограниченной зоне. Если будет заявлено в отделение охраны о нарушение правил, — Отделение охраны и гвардия — это два разных места. В отделение охраны служили больше психопаты, желающие выместить свою злость на людях. Они следили за порядком и так же организовывали публичные наказания. Отвратительные люди, но на них держалась дисциплина каждого города. Нил впервые прибыл на окраину востока, поэтому ещё не был знаком с местными «цепными псами» — будет проведено тщательное расследование. Наказания, в случае находки пропажи или обнаружения лжи, просты: колодки, денежный штраф, либо каторга до года. Надеюсь, жульничество будет сведено к минимуму, с учётом того, что с каждым днём сезон охоты всё ближе. Что же, отважившиеся, желаю вам сил и удачи. Да прибудет с вами Судьба!
На самом деле каждый раз происходили случаи похуже, чем простой грабёж, но городничий, как и другие управленцы, предпочитали умалчивать это «в целях сохранения всеобщего спокойствия». Люди понимали, что за всем не уследишь, и надеется можно лишь на здравомыслие участников.
Все вокруг мигом начали делится на пары, следуя в сторону, как понял Нил, боевого плаца. Он было оглянулся вновь, чтобы взглядом найти ещё свободного человека, но поток унёс его первее, чем юноша смог сориентироваться в пространстве.
Место для сражений находилось недалеко от казарм. Не исключено, что и сами гвардейцы могли проходить где-то рядом. Джостен ни разу не видел их в лицо, разве что на размытых плакатах в центре разных городов, и то мать каждый раз отрывала его от рассматривания, натягивала едва спавший капюшон на его грязно-рыжие волосы посильнее и уволакивала в очередной переулок. Но это предвкушение в душе от того, что он мог встретить защитника окраин, переброситься с ним парой слов, а при счастливых сечениях обстоятельств попасть вместе с ним на ринг. О, как же оно захватывало дух, кружило голову и отвлекало от главной задачи на ближайшее время. Если не сегодня, то через пару дней, при условии, что Нил пройдёт отбор, ему удастся узреть вживую весь передовой состав. В его голове даже не существовало варианта «проиграть» соперникам.
По всему плацу стояли люди с желтоватыми повязками на предплечьях. Скорее всего это были судья, что будут чётко фиксировать победу той или иной стороны. Тут же поблизости расположился скудный выбор деревянного оружия, предлагаемый наёмникам для сражения друг с другом. Щиты, мечи, разного рода луки с затупленными стрелами. Многие крутили носом от них, но с обычными режущими принадлежностями судьи не принимали поединок. Лишь магам позволялось сражаться в полную силу. Их даже приглашали на отдельный ринг, поодаль от остальных. Но и тех набралось от силы штук восемь во всём этом сборище, а об их уровне навыков лучше вообще промолчать.
Нил двинулся вперёд, отыскав глазами такого же потерявшегося наёмника, как и он. Прекрасно, первый раунд уже можно считать выигранным. Он точно сможет закончить его ещё до обеда, если повезёт встать в очередь к рингу пораньше остальных. Но прежде, чем он успел добраться до своей жертвы, чья-то массивная фигура преградила ему путь.
— Какого?.. — зрачки Джостена аж сузились от невозможности сдержать собственное негодование.
***
— Ты — предатель. Будь моя воля, убил бы тебя прямо сейчас, но глава не одобрит. — Кулак Эндрю с силой влетел блондину в живот, после чего холод начал медленно пробираться внутрь органов. Образы умерших горожан мелькали перед глазами, пока скрючившийся мужчина пытался привести дыхание в порядок. С каждой секундой стена позади затягивала Сета всё глубже, а удары Миньярда становились всё сильнее. Лисы, стоящие позади, уже не смотрели на мечника. Они не видели ни его, ни лёд, пронизывающий тело насквозь, ни стекающую кровь, заполняющую весь пол под ногами. Гордон был один на один с собой и мерзлотой внутри. Утро было паршивым, как и все до этого. Блондин проснулся в холодном поту, разбросав конечности по всей кровати, стоящей около окна. Одеяло давно сползло на деревянный, покрытый специальной смолой, пол, в то время как подушка всё ещё отчаянно держалась за простыню неведомыми силами. Ещё немного и гвардеец бы закричал, но сухость в горле позволила выдать лишь неясный хриплый звук, от которого в ушах аж затрещало. Гордон глубоко вдохнул. Раз, другой, а перед глазами всё ещё оставались до отвращения знакомые тени прошлого и настоящего. Беспомощно схватившись за край тумбы, он подтянулся и привстал, помогая себе локтем. В кристальной тиши слышались лишь нервные вдохи мужчины, смотрящего сквозь стены в никуда, и сопение остальных жильцов комнаты. Холодная капля пота пробежала с лопатки до копчика, оставляя за собой ледяную дорожку и заставляя мечника нервно вздрогнуть. Даже пару его локонов прилипли к вискам из-за влаги. Они неприятно щекотали, отчего испуг в глазах сменился необъяснимым раздражением. Гордон тряхнул головой, подтянул своё тело рукой и уселся нормально, прежде чем с шумом выдохнуть. Он начал было поднимать скатившееся ночью одеяло, прежде чем ловко ухватился за не выдержавшую силу гравитации подушку. Небрежно свалив это всё у изголовья, Сет сглотнул подступивший к горлу комок, поморщился от невидимых игл в районе голосовых связок и опрокинулся назад. Их казарма находились на одном холме вместе с зданием городского управления, откуда открывался прекрасный вид не только на защитную стену около входа в город, но и на восходящие из-за деревьев солнце. На том месте, где сейчас должен был красоваться хотя бы кусочек золотого светила, был лишь бледный отблеск на облаках и розовеющий горизонт. Гордон бросил краткий взгляд на настенные часы: ещё не пробило даже шести утра, а до подъёма вообще оставалось ещё больше. Стрелки изнуряюще медленно перещёлкивались с места на место, приковывая к себе взгляд. Не в силах бесцельно пялится на циферблат, он соскользнул с постели, прекрасно понимая, что больше не уснёт, и отправился прочь из комнаты. Бойд как всегда дрых без задних ног крепким гвардейским сном, которому разве что позавидовать можно было. Его не разбудила даже скрипящая дощечка около выхода, как и остальных, а вот за стеной недовольно заворочились. Кровать одного из близнецов была приставлена к ней, отчего воспоминания о недавнем сне невольно дали о себе знать. Блондин вновь скорчил презрительную рожу в тот момент, когда проходил мимо их двери, чтобы добраться до главной лестницы и попасть в столовую, где всегда можно найти стакан воды. Удобно, конечно, живётся водникам: наколдовал себе водички и пьёшь, когда хочешь. Гордон зачесал пятернёй отросшую чёлку, неспешно спустился вниз по каменным ступеням и присел на скамью в просторной комнате, где всё ещё пахло вчерашним ужином. Всё пространство было заставлено столами и на каждом стоял кувшин, накрытый сверху полотенцем, чтобы мухи не добрались до кипячённой воды. Только утро. Только ёбанное утро, а его уже тянет закопать себя заживо на местном кладбище, хоть этой традиции уже давным-давно не существует. Слишком много трупов, на них места в городе не найдёшь, за городом монстры раскопают, а вот на коробочки с прахом, точнее урны, если повезёт чуть меньше, то памятные таблички — легко. Жаль, что мысль о конце жизни пришла так не вовремя. Она всегда выскакивала в мелонхоличные моменты, мешая вдоволь насладиться ими. Если раньше мечник пытался как-то противостоять или наоборот прорабатывать свои размышления насчёт смерти, то сейчас его отношения к таким раздумьям координально переменилось.Чтобы отвлечься, Сет двинулся вперёд, стянул ткань с кувшина и перевернул один стакан с подноса. Вода в мгновение наполнила его и немного пролилась на стол. Гордон даже не задумываясь вытер жидкость рукавом плотной кофты, в которой спал не первую ночь подряд. Она вся пропахла им, отчего Элисон постоянно пыталась вытащить Сета в центр города, чтобы тот перестал «быть скрягой» и потратил бы деньги на что-то по-настоящему нужное. Одной сменной рубахи будет уже вдоволь, не просит же она скупить все прилавки. Но зачем покупать что-то новое, когда старая вещь всё ещё выглядит не так уж и плохо. Тем более он чаще ходил в латах и рабочем обмундировании, чем в домашней одежде. Закидывая в себя то ли третий, то ли четвёртый стакан, мечник вдруг осмотрелся. Может прогуляться перед суетливым днём, привести свои мысли в порядок, но. Хотя какие тут могут быть «но»? Уже через пять минут Сет спускался по потайному ходу к задней двери, чтобы не потревожить стоящих на стрёме солдат. За это время он успел сходить за верхней одеждой в общую прихожую, натянуть походную обувь и привести себя в хоть какой-то порядок. В его понимание слово «порядок» совершенно не означало побритое лицо или может быть хотя бы расчёсанные волосы. Хватит повязки, чтоб никто из прохожих не запомнил его. Наконец, в темноте пальцы нащупали холодную ручку двери. Гордон воровато, словно в старые времена, юркнул в маленькую щель между каменной стеной казарм и тяжёлой дверью, наверное специально сделанную для таких гномов, как Миньярды. Плотнее натягивая на нос подобие маски, больше похожее на кусок небрежно отрезанной тёмной ткани, он огляделся вокруг. Тишь и благодать. Только ржание лошадей в конюшне поблизости, стук тележек крестьян, что не успели до конца собрать урожай с пахот, и щебетание всё ещё не улетевших птиц. Сет прошёлся пару метров, пока не вышел на протоптанную тропинку, с которой планировал свернуть в районе церкви. Там находилась сокровищница для торговцев с чёрного рынка. Так забавно, что люди лазали за защитную стену совсем рядом с территорией Богини. Интересно, а святая вообще знала эту тайну грешников, что в полдень сидят вместе с ней и молят о спасении их душ? «Рене и не знать чего-то? Уверен, что именно она рассказала об этом приехавшей Элисон. Не просто же так она забрела в этот уголок города в тот вечер? Когда-нибудь я точно заставлю её рассказать правду.» — Мечник невольно усмехнулся, после чего трусцой пробежал оставшийся путь. А знал ли городничий о том, что в стене присутствует незащищённая щель, через которую хорошо осведомленные жители лазают, чтобы избежать проверки? Прекрасно знал. Как-никак Ваймак был бывшим лисом, а почти все поколения гвардейцев так или иначе ненароком узнавали о потайном ходе. Сет не ведал точно, кто сейчас осведомлён о лазейке, но его это мало волновало. Главным было только то, что никто её не заделал и заделывать не собирается. Гвардеец остановился около примятой растительности, натянул рабочие перчатки без пальцев поплотнее и подошёл поближе к старым кустарникам, вьющихся у не менее старых камней. Не просто же он на прогулку собрался? Осенний ветер подмораживал оголённые костяшки мозолистых рук, пока те разгребали заросли, чтобы залезть внутрь куста. Мужчина умело извернулся так, чтобы навредить растению как можно меньше, после чего проник за стену. Даже воздух на этой стороне ощущался как-то совершенно по-другому. Как-то приторно-сладко и в то же время жгуче-опасно. Мало кто из монстров добирался до стен незамеченным. Бывали особо мелкие, которых магические радары просто пропускали, но одна только возможность встретить такого без должного оружия под боком нагоняла нежеланный страх. Нет, Сет справился бы с тварью и голыми кулаками, на которых разве что намотано пару слоёв ткани и зачарованные земляным магом перчатки, правда не исключено, что он вернётся с лишними ранениями. Да и если у него после обнаружат незарегистрированное ядро — будут вопросы, скандалы, разбирательства и хуёвые наставления от Ваймака. Взгляд зацепился за проскользнувший по облаку луч. Скоро начнётся рассвет — капитан явно встанет спозаранку и отправится на пробежку. Необходимо было вернуться в момент её отсутствия, просто чтобы лишний раз не трепать себе нервы. Пришлось ускорить шаг, побыстрее огибая каменную защиту города и доходя до отмеченного кирпича. Здесь. Гордон присел на корточки, начиная приподнимать одними пальцами специально установленный камень, под которым валялась изгрязнившаяся заначка. Она осталась ещё с его первой встречи с Хуаном и это лишь сильнее манило. Вернуться бы обратно, в день его первого рейда, когда он только вступил в ряды гвардии юным и более-менее счастливым. Когда Девид только вышел в отставку и был его главным наставником, обучая всему, что могло пригодиться мечнику. А теперь эта задача повисла на плечах Сета. Учителем был он неважным, да и взявшийся ниоткуда Кевин был гораздо лучше него во всём: характером, внешностью, да что там, он даже был лучше него в спаррингах, не то, что ленивый «старшина», почти никогда не сражавшийся со своими подопечными. Только увидишь эту прекрасно-умело-велеколепную фигуру на плаце и уже блевать тянет. Теперь необходимо было быстро добраться до Лисьей башни, ничего лучше, чем назвать казармы в честь города, предки не придумали, последующие же поколения были заняты сражениями, а не изменением и так устраивающих их вещей. Чтобы в кратчайшие сроки вернуться назад, можно бы перепрыгнуть через стену. Задача не самая лёгкая, когда она достигает в некоторых местах двадцати, а то и двадцати четырёх метров, но для обладателя ветреной стихии это не составило бы особого труда. Именно поэтому люди придумали оборонительные орудия и патруль, сменяющийся три раза в сутки. Однако так было в обеспеченных городах. Лисы же довольствовались лишь стеной и гвардией, а так же воинственными жителями, что состояли из бывших наёмников, молодых умельцев, желающих проявить себя как можно скорее, и умелых магов-отшельников, что предпочли остаться в отдалённом городе с малым населением, чем лишний раз подвергать себя опасности в дремучем лесу. Схватив свёрток и небрежно засунув его себе в карман, Сет присыпал землёй свой тайник и начал отходить от стены. Внутри тайника оставался ещё запас на будущее, но в скором времени ему вновь придётся отправляться в излюбленные места за поиском ингредиентов. Всё бы хорошо, но понадобится ещё и место, где гвардеец сможет в спокойном темпе, со стороны больше похожий на лихорадочную трясучку, изготовить желанный продукт. На самом деле это детская забава. Прыгать через стены было популярным занятием, особенно у уличных мальчишек, пытающихся впечатлить девчонок или же сбежать от недовольного торговца, у которого был только что украден кусок хлеба. Мало кто мог с лёгкостью взлететь на столь огромную высоту, но за годы жизни в переулках научишься и не такому чуду. Сет собирался было взять разгон, как справа пробежал чей-то силуэт. Спина мужчины похолодела. Неужели рядом с городом всё же ошивался непрошенный гость? Он вновь, как в комнате, резко взглянул в сторону неясных звуков. Деревья всё так же стояли неприступным ограждении, давая взглянуть разве что на пару десятков метров вперёд. Слышался тихий шелест листьев на верхушках крон, и лишь беспокойное дыхание сбивало естественную музыку леса. Он беспокойно запихнул поглубже в карман свёрток, после чего вернул своё внимание предстоящему «упражнению». Легко ступая по земле в своих изодранных кожанцах, Сет, не добегая до стены буквально пару шагов, подпрыгнул и взлетел. Приземлившись где-то посередине препятствия, он начал ловко карабкаться по кирпичной кладке, ища неровности и выступы, а иногда помогая себе собственной стихией, чтобы подлететь чуть выше. Это требовало невероятной сосредоточенности, поэтому, когда справа вновь послышался беспокоящий его ранее треск, Гордон запретил себе обращать на это внимание. Не хватало ещё сорваться. Даже если это монстр, он не сможет догнать его. Спустя пару долгих минут Сет крепко ухватился за выступ стены и рывком поднялся на вершину. Здесь воздушный поток был более резвым, чем внизу: в ушах свистело от завываний в ближайшей башни, откуда уже давно не стреляли по противникам. Несмотря на то, что междоусобная война всё ещё продолжалась, сейчас все округа заключили временный мир и подготавливались к грядущей беде. — Эй, там! Наверху! — вдруг послышался приглушённый голос горожанина, что отчаянно привлекал внимание Гордона размашистыми движениями рук. Когда же ему удалось обратить на себя раздражённый взор, он стал активно указывать ему на тридцать градусов севернее, то есть левее, Сета. — Патруль! — крикнул в последний раз «доблестный» житель и принялся за свои дела. Хорошо, конечно, что человек решил совершить благородный поступок и спасти прыгуна от неминуемого заключения. Жаль, что он не знал об истинной личности Гордона. Хотя с такого расстояния вряд ли кто может различить защитника города от нелегала. Сет устало потёр весок, после чего махнул рукой на старого дурня и сиганул вниз со стены. Парить ему давалось с трудом, всё же он не маг, а мечник, поэтому большую часть пути он прополз собственным ходом, царапая и так истерзанные не самыми упорными тренировками руки. До казарм тот добрался значительно быстрее, чем от них. И, как блондин предположил, вернулся он до ухода Дэн из главного корпуса. Та не заметила его на тропке, ведущей к потайной двери, когда перебрасывалась парой слов со сменным караулом малых гвардейцев. Пробраться вновь в столовую не составило труда, но вот вскипятить воду для целительного чая уже вызывало некоторые проблемы. Сет вошёл на кухню чуть ли не на цыпочках. Местная кухарка, что каждый день варганила еду на весь полк солдат, очень злилась, когда рыцари пробирались на кухню без её ведома. Особенно если это были мужчины. Конечно она готовила не одна, но её авторитет не знал границ, поэтому, на всякий случай, Гордон специально осмотрелся, прежде чем переступить порог и направится к печке. Люди уже давным-давно изобрели специальные печати с разными заклинаниями, что не требовали должного умения в управлении стихией, активировать которые можно было без особого усилия. Печально, что не каждая сила поддавалась на такие махинации. Схватив один такой свёрток, что лежал около глиняной печи, Сет скомкал его и кинул в подготовленные со вчерашнего вечера брёвна. Пока пламя медленно разгоралось, он подготовил тару, куда набрал воду, а после запихнул её внутрь над разгорающимися поленами. Минут через пятнадцать закипит. Мечник достал тканевую заначку и начал рассматривать сушёное содержимое. На вид не самая вкусная вещь, но Гордон знал. Нет, он прекрасно знал какой эффект будет от этой гадости. Спокойствие, никакой дрожи в руках и только блаженство. Сейчас ему этого так не хватало. Вода закипела как-то подозрительно быстро. Сет чуть свою драгоценность не рассыпал от лёгкого негодования. Он потерялся во времени? Вряд ли. Просто задумался. Засыпав и залив водой свой отвар, Гордон стал ждать. Его поза, напряжённые морщинки лба и непрерывно дёргающаяся нога — всё выдавало в нём волнение. И дело не в том, что кто-то мог увидеть его на кухне. Дело было в предстоящем году. Сезон охоты — самое страшное время. Сезон охоты — единственное, что могло подкосить даже самых сильных воинов. А он не был сильным. Сколько лет назад погиб Хуан? В этом году исполниться первая годовщина его смерти, а отмечать эту дату будет только Гордон. Может Ваймак и Эбби вспомнят, но из прежнего состава никто не поддержит его. Сет остался один на один сам с собой или может быть с желанием заглушить в себе время от время прорастающие чувства. Он топтал и топтал проростки растений на своём огороде, позволяя сорнякам захватить его полностью. Что ж. Сорняки поработили всю вспаханную землю, теперь они доберутся и до хозяина несчастного поля. Пальцы коснулись чайника, быстро налили в чашку мутно-каштановую жидкость. Казалось, что глотки мечника слышала вся округа. Ян предупреждал своего младшего, что стоит эту штуковину принимать постепенно, но на это Гордон положил ещё до его ухода, а сейчас и подавно не собирался выполнять. Он знал, что эффект будет не сразу, поэтому подождал, пока жидкость не остынет. Только перед второй чашкой Сет тяжело набрал воздух в лёгкие. В нос ударил мягкий запах древесины и жжёных трав. Оказывается он всё это время сидел не дыша. Этот живительный вдох вскружил голову получше самого отвара из Халлукинатиовых, так лекари прозвали их, грибов. Прежде чем эффект набрал силу, Гордон успел прибрать за собой, уничтожая любые улики, кроме остатков, что забрал с собой. Он шагнул в коридор уже с помутнённым сознанием, как чьи-то тонкие изящные пальцы грубо схватил его за ворот и оттащили к стене с прохода. — Я так и знала! Твою ж налево. Сет! — вскричал визгливый голос девушки, что отчаянно трясла ещё не успевшую сообразить тушу мечника. — Посмотри на меня, Сет! Посмотри! Наконец до блондина дошло: это Элисон. Видимо она подкараулила или просто удачно наткнулась на него. Девушка ни на секунду не переставала колошматить Гордона, отчего ему пришлось просто отпихнуть подругу от себя подальше, вытянув вперёд руку. Вышло это, конечно, совершенно неудачно. Рейнольдс наткнулась боком прямиком на тумбу, стоящую около противоположной стены, и издала не менее противный звук восклицания. Ударилась что ли? Впрочем, не так важно. Наконец стало совершенно спокойно, без каких либо лишних шумов в голове, мешающих нормально сосредоточится, без тугого узелка в сердце, разрывающего тело напополам. Несомненно стены поплыли, перемешиваясь с полом в единую линию, отчего Сету пришлось идти наобум вперёд, но побочка была не слишком велика и никак не мешал наслаждаться блаженными минутами. — Не лезь. Бесишь, — тратить слова на очередную ссору было бессмысленно. Тем более девушке сегодня нужно выглядеть презентабельно, а не как подравшаяся кошка. Вдруг к ним подлетела другая девушка с закинутым на плечо полотенцем. Видимо командирша вернулась пораньше с утренней пробежки и собиралась сходить в душ, но услышала шум рядом с кухней и застала не самую душещипательную ситуацию. — О, Богиня. Что ты наделал? — Голос Даниэль звучал ещё хуже, чем возгласы лучницы. Они правда не могут говорить чуть тише? Мужчина выставил руку, в отстраняющем жесте, начиная удалятся скорее всего в свою комнату, где можно было бы накрыться с головой и забыть о существовании всех тех вещей, что скоро свалятся на его сломанную спину. Правда ему даже пару метров не дали пройти. — Гордон! Я с тобой разговариваю! — твёрдая хватка девушки остановила его, но тот не стал церемонится. Он резко отшагнул назад, заставляя Дэн потерять контроль, после чего крутанулся и, используя ветер, оттолкнул её на приличное расстояние. Для человека под запрещённым веществом он владел своей силой достаточно умело. Если бы защитница не успела схватится за мебель, то влетела бы в стенку и мало ли что повредила бы себе. Когда она опомнилась, Сета уже не было в зоне видимости. Мечник не помнил точно, но добрался до комнаты он не скоро. Вроде завернул не туда, оказался в малых казармах, потом прошёл насквозь корпус, что сейчас ремонтировался и магией очутился около своей кровати. Эти невероятные скачки в пространстве, после принятия очередной дозы, всегда забавляли его. Всё крутилось, потолок менял свой цвет ежесекундно, как и все остальные окружающие его предметы. В особенности человеческие лица. — Да ты с дуба рухнул! Городничий прибьёт тебя! — гудяще, словно из-под толщи воды, донеслось со стороны. Грубые руки Бойда сжали плечи друга, усаживая того в кресло. Благо сейчас в комнате остались лишь они и никто, кроме девушек, пока ещё не знал о проступке мечника. — Сегодня отбор наёмников. Ты должен был быть шестым номером. Нам из-за тебя отменять спарринги теперь? — озадаченный Донаван нервно оглядывался вокруг, понимая, что разоблачения не избежать, а привести Сета в чувства так быстро не получится. — Мэтт, чушь городишь, заткни своё хлебало. Кому какая разница с каким номером сражаться? И к чему эти цифры вообще? Кто придумал эту хреновую систему? Ха! Хрен какой-то! — Наконец подал свой хихикающий голос сидящий, пытаясь вглядеться в растекающееся на глазах лицо Донована. Его нос перетёк на лоб, уши оказались на месте глаз, а глаза на месте ушей. Даже смотря на эту шутку собственного мозга, Гордон не испытывал такого страха, как после кошмаров. Только спустя пару секунд мечник заметил, что съехавшие органы зрения направлены к дверному. Чёрт. Уже пришли. Не полежать ему на кроватке сегодня. Снова неожиданное перемещение. Он за столом у Ваймака, пытался было только что встать, но несколько рук грубо потянули его назад. Аж локтем ударили, но никто этого не заметил. Эмоции бушевали, заполняя всю комнату до краёв, отчего только недавно отступившая мигрень нагрянула вновь на Сета. — Хватит, хватит, — прозвучало снизу, но это только усилило шум в разы. Тут были не все. По крайней мере из комнаты «отбросов» пришёл лишь один урод, видеть которого сейчас хотелось меньше всего. Девушки активно жестикулировали, показывая всё то негодование, которое накопилось со стычки около кухни, но разобрать что именно они пытались донести до Ваймака было почти невозможно. Сет с трудом поднял голову, чтобы вновь прочитать по напряжённым алым губам Рейнольдс её очередное возмущение, но даже это мало чем помогло. — Похвастался умением похерить всё. Браво, Гордон, становишься лишь лучше с годами, словно дорогущее пойло. Мне стоит купить тебе бутылку в нашем трактире и вылить её тебе на бошку. Все новички сразу почувствуют кто самый «главный» у нас. О, а вот это мечник прекрасно расслышал. Сет рванул вперёд, будто бы никакой тяжести в голове пару секунд назад не было. Взгляд его был чист, словно только что протёртое стекло. Он впился руками в шею Дея и пригвоздил того к ближайшей стене с таким грохотом, что стоящая в полуметре лучница аж отшатнулась. Дрожь вернулась к пальцам, но в этот раз от еле сдерживаемых сил. В комнате стало подозрительно ветрено и в то же время необъяснимо жарко для этого времени года. — Неженка решила подать свой голосок, так? Может засунешь себе в глотку своё ебаное мнение и покрепче заткнёшь свой рот? Ах, извини, думаю, одной рукой тебе не удержать свой длинный язычок. Может лучше вырвать его к херам? — Если до этого брюнет лишь высокомерно поглядывал на усмехающееся лицо, то сейчас молния пробежала по его физиономии, омрачая и давая понять, что стычка будет неизбежной, если вовремя ничего не предпринять. — Сет! Кевин, вот кто тебя за язык тянул? Растащите их немедленно! — Если бы не раненная нога, Ваймак ринулся бы сам разнимать их. Он уже предпринимал попытки сделать это раньше, но всё же окончательно смирился со своим ничтожным положением. Стоило только блондину оказаться в зоне досягаемости трости, как на его грязную макушку с треском опустилась деревяшка, отбивая всякое желание продолжать конфликт. Он попытался было ещё что-то сказать вдогонку, но Мэтт посильнее дёрнул за плечо, а тащущая его Даниэль успела вовремя закрыть ему рот и усадить на стул, в этот раз не разжимая хватки. — Ладно. с учётом сегодняшней «потери» будем действовать по плану, исключая, разве что, спарринги Сета. Наша задача: отобрать как можно больше лучших кандидатов на роль наёмников. Думаю вряд ли кто-то из вас так желает сам выполнять всю грязную работу. Постараемся. На этом закончим, встретимся около плаца. Элисон, ты сходишь за Рене? Кевин, зови Эндрю и всех, кто ещё не поднялся с постели, — после краткого кивка, все покинули кабинет городничего, оставляя двоих наедине. Ваймак молчал. Долго. Наверное минут десять, прежде чем двинулся на выход. — Пока не опомнишься, не выходи отсюда. Остатки мы уничтожили, поэтому даже не думай тут поднимать всё вверх дном — ничего не найдёшь. Эбби придёт проведать тебя ближе к обеду, она принесёт еду, а так же проведёт с тобой беседу. Очередную беседу. И, пожалуйста, Гордон. Пожалуйста, прошу тебя, пойми, что шутки кончились. Мне хватило возиться с тобой все эти годы, теперь пора переставать. Мне. не хочется этого признавать, но если бы ты попался на глаза наёмникам, то вряд ли бы они так верили бы в нас. Просто приди в себя, — мерный стук дерева об дерево удалился, увесистая дверь хлопнула, позвякивая петлями, а ключ в замке повернулся два раза. Сета заперли, словно проблемного ребёнка. Оставили вновь наедине со своими мыслями, забывая о том, что всё могло окончится куда хуже, чем грибами. Он слышал, как на подкорке черепа выцарапываются очередное слово «Позорище», но делать с этим что-либо ему было в лом. Огромный камень воспоминаний, ощущений и эмоций катился прямиком на Гордона, угрожая снести его к чёртовой матери, но ему было абсолютно плевать. Мечник откинулся на спинку стула, запрокидывая голову назад. Теперь он рассматривал деревянный узор на потолке. Ему даже привиделся чей-то силуэт, что вызвало глупую улыбку на его лице. — Всё это чушь. Чепуха! Хрень! Да по сравнению с монстрами!.. Нас всех съедят твари, а горожан утопят в нашей крови. Утопят! — Веки плавно закрылись, после чего Сет наконец заткнулся. Спать на стуле было не самым приятным занятием, но пережатая шея была пустяком. Всё было одним большим пустяком.***
Рене стояла лицом к зеркалу, опираясь ладонями на стол, и осматривала свои длинные белокурые локоны, свисавшие чуть ниже её ключиц. Сегодня был священный день. Каждые пять лет именно двадцать седьмого сентября по Эксилианскому календарю она срезала своё прошлое, оставляя возможность прорости будущему. А если это будущее будет загублено, то она не станет жалеть об отброшенном прошлом. По крайней мере так она говорила простым знакомым людям или прихожанам церкви, что доставали её неэтичными вопросами, но гвардейцы знали истинную причину её поступка. Девушка жила при церкви, как многие «святые» до неё. Здесь были люди, что служили Уокер, помогали ей или подменяли её, когда она сражалась на благо окраин, а так же ухаживали за её матерью. Эта женщина не была ей родной, но сделала она для неё гораздо больше, чем можно было представить. Уокер взглянула на часы: стрелки показывали почти семь тридцать. На стрижку уйдёт не больше пятнадцати минут, но пора было уже спешить. Подушечки пальцев медленно прошлись по холодному металлу ножниц и уже было взялись за них, как в комнату ворвалась запыхавшаяся девушка. Она точно не бежала, скорее эмоции захватили её и всё никак не могли отступить. — Рене, Рене! Представляешь! Этот идиот. Он всё испортил! — Лучница чуть ли не в припадке гнева попыталась скинуть что-нибудь со стола, но, понимая насколько её поведение сейчас было вызывающе, всё же выдохнула, стараясь привести себя как можно скорее в порядок. — Так. Всё по порядку, — скомандовала святая, прекрасно видя, что подруга собиралась вновь начать безостановочно тараторить. — Мне кажется или ты становишься занудой? Ладно! Ты же помнишь про наш с ним договор? Рассказывала тебе ещё года три тому назад, — забыть такой рассказ было и правда трудно. Но Рене редко что забывала и так. Некоторые избранные, в особенности её самые близкие друзья, прекрасно осознавали силу знаний девушки. Многие исповедовались ей, другие боялись этого, поэтому молчали. Но про них рассказывали третьи лица. Скрывать что-то от Рене было по настоящему пустая трата времени. — Так вот, зная его привычку, я встала спозаранку, прошлась мимо комнаты и, о, чудо! Его нет! В душе? Нет! В конюшне? Нет! Ты бы знала, как мне хотелось врезать этому болвану, но таких помешенных бить — себе же хуже! Одним словом: полный пиздец. — Элисон. — Уокер не злилась. Её мало волновало сквернословие, она скорее просто хотела, чтобы пришедшая побыстрее переключилась на стрижку, а не продолжала мусолить видимо уже решённую проблему. — Что, Элисон? Ну вот что! Этот, да простит меня Богиня, мудак испортил нашу задумку! Нет, я знаю, что это не особо важно для результатов, тем более нужно будет просто предупредить пару. десятков человек, но как же репутация! Она и так зарыта глубоко под землёй, а он ещё сверху накладывает грязи, чтобы эту горку издалека можно было увидеть. — Благо намёк был понят без лишних слов. Продолжая что-то без умолку доказывать, Рейнольдс оказалась рядом с девушкой, усадила её на кресло, начиная примирятся к распущенным волосам подруги. — Может хочешь попробовать что-то новое? — она взяла ножницы и начала с самых кончиков, пока лишь подрезая их. — Не в этот раз. Попробую, если выживу. А сейчас просто режь. — Волосы стали мерно опускаться вниз, пролетая так медленно, словно первый пушистый снег минувшего года. И вот Рене снова маленькая девочка. Её снова остригают на лысо, чтобы меньше возиться с вшами. Она снова рыдает, видя безжалостно оторванную от неё частичку себя, однако никто не желает даже попытаться успокоить её. Теперь всё по другому: наблюдая за укорачивающейся длиной и продолжая слушать болтовню подруги, Рене улыбалась, ожидая будущие сражения. Сегодня ей исполнилось двадцать семь лет. Лучшим поздравлением на этот праздник могло быть разве что молчание окружающих. Не замечая собственной задумчивости в течении некоторого времени, Рене, наконец, оборачивается к что-то активно делающей с её волосами девушке. — Тише ты! — Элисон слабо дёргает её за локоны, возвращая в прежнее положение и продолжает переплетать пряди, выводя неведомый до этого узор из волос. Наконец всё закончено. Внутрь маленьких косичек, что огибали голову с двух сторон, были вплетены нити, вместе с блестящими на солнце побрякушками. — Что это? — спросила наконец обладательница нового украшения, после того как с пол минуты не могла отвести глаз от неизвестной вещицы. Она всё так же продолжала смотреть через зеркало, но взгляд её бегал то на причёску, то на приподнятые уголки губ Рейнольдс. Больше он не выглядит таким холодно-весёлым. Живой интерес пробудился в Уокер. — Мой подарок. Сегодняшний день важен для всех, но для меня особенно. — Не нужно было. — впервые за долгие годы святая по-настоящему стушевалась. Она вселяла надежду и уверенность в народ, заставляла себя, хоть это было и не так необходимо, быть строгой к окружающим и себе. Но, получив ненавязчивый презент, её образ дрогнул. — Ну! Что сделано, то сделано. Расплетать эту красоту я не собираюсь уж точно. Думаю, что пора отправляться. Городничий скорее всего вновь проклинает нас за очередное опоздание — по лицу Элисон сразу видно — её хитрющий план удался на славу. Скрывать своей маленькой победы девушка совершенно не собиралась, отчего улыбка на губах святой стала лишь сильнее. Поднявшись со стула, Уокер ещё раз осмотрела себя с ног до головы, после чего взглянула на подругу. — Спасибо тебе. — кратко, но этого было более чем достаточно. В первый раз Элисон знатно облажалась, закатив не самую лучшую из её вечеринок. А всё потому, что Рене никогда не была любительницей больших шоу, поэтому даже на будущем мероприятии девушка будет иметь роль наблюдателя. Сейчас, спустя года, лучница хорошо запомнила все предпочтения Уокер и ни в коем случае не собиралась их забывать. Хорошо, что Рене сбежала. Хорошо, что они все сбежали от проблем в ещё более проблемный город. Лисья башня славилась нелегалами, но гораздо больше здесь проживало травмированных душ. Тех, кто бежал от собственных страхов, от несчастий, что проследовали их изо дня в день. Здесь такие неудачники обретали больше чем дом или семью. Они обретали себя. Рано или поздно, а может вообще перед самой смертью.
Примечания:
Эу! Прежде чем писать гневные комменты: здесь главы от лиц персонажей. То есть видение именно Нила, Сета, Рене и тд с их стороны. Может на самом деле всё не так? Но! Здесь точно не будет метки "ненадёжный рассказчик".
