Реалити-шоу «Отношения»

~ ° ~ ° < ○ > ° ~ ° ~

      Последние дни своего отпуска ребята провели в гостинице, так как буря продолжала свирепствовать ещё некоторое время. И только в день их отъезда, когда они уже были готовы выезжать, ветер стих, а из-за облаков показалось солнце. Оно было холодным и ярким, но само явление грело сердца парней. Чимин широко улыбался, щурясь и надевая защитные очки с затемнёнными стёклами, а Юнги — наблюдая за младшим.       Несмотря на то, что возвращение было ожидаемо, всё-таки оказалось непростым. А если точнее, то сложным было расставание.       Они ощутили его неожиданно, когда, выходя из аэропорта, осознали, что их ждут разные машины для поездки домой. Оба были настолько дезориентированы, что даже не обменялись личными номерами телефонов, и поняли это лишь по дороге домой.       Со Хён, разделившая с Юнги поездку в город, отказалась поделиться этой информацией. Но постаралась убедить его, что уже через четыре дня у него появится возможность, чтобы обратиться с этой просьбой лично к Чимину.       — Не смотрите так на меня, – засмеялась Со Хён. — Неужели вы забыли, что через четыре дня день всех влюбленных? – и всё ещё не находя ясности в глазах напротив, пояснила: — Завершение праздничного выпуска, который призван соединять сердца. Последняя встреча двух дебютных пар. У вас будет возможность не только рассказать вашу с Чимином историю, но и увидеть её со стороны, – в этот момент она потрясла камерой, с которой почти не расставалась. — Собранный мной материал тянет на платину! Заявляю без малейшего приукрашивания! – подняв вверх палец, хмыкнула она, и поправила выбившуюся прядку за ухо.       Они оба рассмеялись. Она — с иронией, а Юнги — с некоторым смущением и облегчением. Он уже прикидывал в голове их встречу, предвкушая и наполняя мысли текстами невысказанных эмоций.       

~ ° ~ ° < ○ > ° ~ ° ~

      Чимин встретил этот момент наедине с собой. Осознание собственной недальновидности прострелило его молнией, и он шлёпнул себя по лбу.       — Идиот…Дурак… Как можно было забыть обменяться номерами?! – его шок был настолько в шоке, что парень просто потерялся на некоторое время в этом состоянии, смотря в окно, но не видя ничего, кроме ставшего ему дорогим силуэта.

~ ° ~ ° < ○ > ° ~ ° ~

      Когда Юнги предвкушал их встречу через несколько дней, он совершенно не предполагал, что будет ТАК скучать по присутствию младшего в своей жизни. Уже в первый же вечер он приготовил вместо одной кружки чая — две. А выйдя на работу, часто сидел у окна, задумчиво смотря на кресло напротив и вспоминая их посиделки с Паком. Ему не хватало его улыбки и эмоций. А ночами он крутился в кровати без возможности уснуть, не услышав мягкое: «Спокойной ночи, хён». А ещё он мечтал держать его в объятиях, которые у них были лишь раз, той ночью после бури. Тогда он с трудом унял грозившее выпрыгнуть сердце, а потом сладко спал, как никогда до этого, до самого утра удерживая младшего в крепких объятиях.       Юнги не понимал, как можно так быстро привязаться к человеку, что уже к вечеру третьего дня не выдержал и встретился с Сокджином (благо ни для кого из них не было секретом, где тот ведёт свою практику).       — Это вообще нормально?! – взволнованно вопрошал он, поглядывая из-под нахмуренных бровей на психолога.       Джин лишь внутренне умилялся растерянности влюблённого мужчины, но внешне профессионально держал маску участия.       — Всё зависит от того, что вы считаете нормой и как воспринимаете ваши отношения, – он провоцировал Юнги раскрыться, подталкивая его к размышлениям.       — Он мне понравился — это факт. Но я начинаю чувствовать себя помешанным на нём, – почти выкрикнул он. — После возвращения, – уже спокойнее пояснял мужчина, — не могу сосредоточиться на работе, постоянно отвлекаюсь.       Его сокрушённый вздох и напряжённая поза уставшего человека подтолкнули Джина к действиям.       — Как так вышло, что вы не написали и не позвонили ему до сих пор? – с интересом уточнил он.       — Да всё тривиально, Джин. У меня нет его номера телефона, – сокрушённо заключил Юнги. — Даже не знаю, как так вышло, но мы не обменялись номерами. На вершине мы всегда были на связи через выданные нам телефоны и гарнитуру компании, а о расставании мы даже не думали и не говорили, поэтому я поздно понял, что у меня нет его контактов, – он нервно скрестил пальцы рук, зажав между ними колено, и после небольшой паузы добавил. — Я вчера даже пытался найти его в соцсетях, но Паков так много, что я быстро понял насколько тщетны мои попытки, – тихо признался он, не поднимая взгляд.       Джин, взглянув на часы и понимая, что у них уже не осталось времени (это и так была незапланированная встреча), быстро оторвал стикер для заметок и, найдя что-то в компьютере, записал на листке.              — Вот, – протянул он записку Юнги. — Но, прежде чем звонить или писать, подумай о том, чего ты на самом деле хочешь от этого парня? Потом реши, что ты готов за это отдать? И только после этого представь вашу завтрашнюю встречу, возможно, при миллионах свидетелей. Подумай, что бы ты хотел и готов был сказать, потому что спрашивать вас будут много и жадно. И только от вас зависит, как именно будут развиваться дальнейшие события. А сейчас, извини, но у меня встреча, – вставая и направляясь к дверям, сообщил Сокджин.

~ ° ~ ° < ○ > ° ~ ° ~

      Юнги ещё долго сидел в машине на парковке у института, где вёл свою практику Ким. Он держал в одной руке телефон, а в другой — листок с заветными цифрами, которые уже заучил наизусть, так жадно всматриваясь в них. Но напутственные вопросы психолога не выходили из головы, не позволяя сорваться, чтобы наконец услышать столь желанный голос.       «Действительно, а что я скажу ему?! Привет, я скучал?! Кто я такой, чтобы претендовать на взаимность?!», он отбросил телефон вместе с запиской на приборную панель.       «Случайный незнакомец, навязанный ему телекомпанией, и возможно, слабо вписывающийся в его мировосприятие».       «Да у нас разница в возрасте девяти лет!», мысль неприятно уколола, уязвляя самооценку.  «Чёртов старик!!!», двинув в сердцах по рулю, он сокрушённо простонал, откидываясь на сиденье.       Мысли разбегались, и одна была хуже другой. Он буквально разочаровывался в себе, пытаясь представить себя рядом с Чимином. Младший казался ему слишком идеальным, чтобы даже смотреть в его сторону.       В какой-то момент, так ни к чему и не придя, он решил ответить на трезвонивший почти всё время телефон.       — Ну наконец-то! Хён, ты куда пропал?! Мы ведь договаривались встретиться в бильярдной, – упрекнул его собеседник.       — Блин… Минсок, прости, скоро буду.       Заведя машину, он откинул все мучавшие его мысли, сосредоточив внимание на дороге. Пока не оказался в полумраке бильярдной, наблюдающим за игрой друзей.       — Как поездка? – подсел к нему с вопросом друг, завершив матч.       — Отлично, – ответил тот, но ответ не вязался с испытываемыми им эмоциями.       — Неужели?! – спросили друзья, переглядываясь. — А по тебе и не скажешь, – подколол Хёк.       Хмуро обведя друзей взглядом, Юнги вздохнул и вкратце описал им сложившуюся ситуацию.       — Ооо! – протянули друзья, хлопая его по плечам. — Наш хён наконец-то влюбился!! – и радостно рассмеявшись, они подняли бутылки с безалкогольным пивом, шумно звеня ими от столкновения. — За это надо выпить!       Отпив несколько шумных глотков, Хёк внимательно посмотрев на хёна, проницательно отметил:       — Уже спланировал ваше первое свидание? Знаешь, я имею в виду без камер и софитов.       И глаза Юнги расширились в понимании. Вот оно! То, чего он хочет.       «Свидание!»       Резко поднявшись, он хлопнул друга по предплечью.       — Ты прав! Это именно то, что мне нужно. Пошёл планировать, – подмигнул он, направляясь на выход.       Ему было необходимо побыть наедине со своими мыслями. Юнги обдумывал их завтрашнюю встречу. Он не сомневался в том, что она будет идеальной. Оставалось только продумать детали.

~ ° ~ ° < ○ > ° ~ ° ~

      Чимин в то же самое время был глубоко в своих мыслях. В первый день он искусал свои пухлые губы, переживая, что не обменялся номерами с хёном. Ночью крутился в постели, не имея возможности заснуть и выбросить все мысли из головы. Пока не вырубился, обессилев.       На следующий день учёба и работа захватили его сознание так, что сокрушаться было некогда. И он нашел в этом отдушину, возможность переждать.       В день сьёмки он решил, что несмотря ни на что скажет хёну о возникших чувствах, просто потому что для него «лучше попытаться, чем не сделать вовсе». Это не значит, что он совсем не верил, что интересен хёну, но сильно сомневался. Его рассуждения, конечно, не были лишены логики, но все же упускали из виду главное — чувства самого Юнги.

~ ° ~ ° < ○ > ° ~ ° ~

      — А сейчас мы пригласим в студию уже знакомого нам с вами Пак Чимина. Встречайте! – воскликнул Хосок, поворачивая лицо в сторону входа в студию.       (Гремят аплодисменты, показывая радость от предстоящей встречи с молодым человеком).       — Хорошо выглядите, Чимин-ши. Как прошло ваше путешествие?       — Всё было превосходно, спасибо, что спросили, – улыбнулся Чимин, нервно теребя край пиджака, который на него надели стилисты.       — Вижу, что вы смущены, но нам необходимо знать подробности, – говорит Хосок и подмигивает залу, намекая поддержать его и пошуметь, но этим только ещё сильнее заставляя напрячься парня. — И чтобы облегчить вам задачу, мы пригласим второго главного участника. Встречайте — Мин Юнги.       В студию лёгким шагом входит мужчина в простых джинсах и толстовке. Конверсы на ногах дополняют внешний вид, а очки в тонкой оправе подчёркивают красоту черт лица.       Сталкиваясь с ним взглядом, Чимин чувствует электричество, проходящее через всё его тело. Резко отведя взгляд, он пытается отвлечься на зал. Улыбку, которую должен держать. Но и тут не всё так просто.       (Студия взрывается аплодисментами. А когда зрители видят, как Юнги садясь рядом с Чимином, берёт его за руку, то наполняется умилёнными возгласами и смехом).       — Господин Юнги, расскажите нам как прошло ваше с Чимином путешествие? – спрашивает Хосок, дождавшись последних аплодисментов и восстановленной тишины.       (Зал с трепетом замирает, в жадной попытке ничего не упустить из истории двух влюблённых, к которой они приложили «руки»).       — Это было волшебно. Я благодарен за возможность, которую вы нам предоставили.       Это его невзначай брошенное «нам», заставило глаза Хосока блеснуть. Прищурившись, он повернулся к залу и с улыбкой произнёс:       — Давайте с вами посмотрим, о каком волшебстве говорит господин Юнги, а Чимин-ши умалчивает.       (Зал зашумел. Послышались аплодисменты и смех. Пока ведущий не повернулся к экрану, а свет начал гаснуть, создавая в зале интимную атмосферу, и фокусируя внимание зрителей на большом экране).       Избавившись от всеобщего внимания, Чимин расслабился и с интересом перевёл взгляд на экран, но фотокадры, короткие видеосъёмки и даже отрывки интервью, собранные в историю, заставили его напрячься. Он вдруг увидел себя со стороны. Все те взгляды, которые украдкой он бросал на старшего. Все моменты, когда незаметно зависал на нём. Когда краснел от волнения или был смущён. Всё то, что он старательно прятал, выставили напоказ.       В мгновение ему захотелось смалодушничать и сбежать. И он уже было дёрнулся, но ощутил крепкую хватку — Юнги всё ещё держал его за руку. Подняв взгляд на старшего, Чимин попал в плен его глаз. Юнги смотрел прямо и твёрдо. Его лицо выражало сосредоточенную серьёзность и собранность, и младшему было сложно понять, о чём тот думает.       — Чимин… – только и успел прошептать мужчина, прежде чем прожекторы вновь осветили помещение, а внимание всех сосредоточилось на них двоих.              — Вы правы, господин Мин! – воскликнул Хосок. — И зрители, я уверен, поддержат меня, это действительно волшебство!       (Зрители зашумели. Аплодисменты перемешивались с подбадривающими криками о свадьбе, пока ведущий не поднял руку, прося их о тишине).       — Думаю, что сейчас для всех будет самый важный момент, – спокойно проговорил он.       (Музыка на этих словах изменилась, как бы подводя всех к кульминации. Зрители затаились, создавая практически абсолютную тишину, а ведущий слегка наклонился к паре).       — Мы видели вашу взаимосвязь и общение. После почти двух недель, проведённых вами в горах. Разделяя не только один номер, но и опасность, – у Чимина расширились глаза. — И сейчас, у всех только один вопрос: «Вы хотите продолжить или остановиться здесь?»       Юнги напрягся. Он не ожидал, что всё произойдёт так резко. Им даже не удалось переговорить. Из-за пробок Чимин задержался, а когда пришёл, то его забрали стилисты, и у них не было ни одной возможности увидеться до эфира.       Мужчина держал руку младшего, и не хотел её отпускать ни при каких обстоятельствах. И он очень хорошо понимал, что давление было слишком сильным для парня, и он может не выдержать этого. Ведь буквально несколько минут назад он готов был уйти. Старший почувствовал рывок и видел эмоциональную бурю на лице младшего. Он сам когда-то проходил через это. Тяжело, когда твою жизнь выставляют напоказ и рассматривают под лупой даже мельчайшие детали.       — Подождите, Хосок, – напряжённо остановил он ведущего и, повернувшись к Чимину, расслабил лицо, выпустив свои чувства, чтобы младший увидел. — Чимин, послушай. Я совсем не так хотел это сделать… – но Пак перебил его.       — Н..не делай! – запинаясь, сказал он.       Юнги замер в растерянности.       — Не делай, если не хотел, – уже твёрже сказал младший.       Мин не понимал. Он готов был душу вывернуть наизнанку в присутствии всего мира, а его останавливают, говорят: не надо. Это отказ?! Он не мог понять в какой момент совершил ошибку и неправильно понял отношение младшего. Разочарование в себе начало накатывать приливной волной, а лицо вновь затянулось маской приличия. И только чуть нахмуренные брови выдавали мрачное настроение их хозяина.       Чимин повернулся к ведущему.       — Господин Чон, мы благодарим ваше шоу и экспертов за эту возможность и поддержку, которые вы нам оказали, но… – он сделал паузу, вновь переведя внимательный взгляд на старшего, который несмотря ни на что, всё ещё держал его руку. — Но дальше мы продолжим сами.       (Зал буквально взорвался восторженными криками, смехом и аплодисментами. Музыка тоже ликовала, создавая праздничную и ликующую атмосферу. Ведущий смеялся, пытаясь успокоить зрителей и дать Чимину закончить то, что он пытался сказать).       А Чимин теперь смотрел на вопросительный взгляд Мина. Реакция зрителей и его не оставила равнодушным. Хотя он, в отличие от них, не спешил ликовать.       — Чимин, – одними губами прошептал он, почувствовав приободряющее рукопожатие.       Когда шум наконец начал стихать, ведущий повернулся к паре и подал Чимину знак продолжать.       — Так сложилось, что у нас не было возможности обсудить всё до приезда сюда, чтобы говорить определённо, отвечая на ваш прямой вопрос. Или тем более на предложения, которые прозвучали от зрителей, – слегка розовея щеками, ответил он, отводя взгляд. — И уж простите, но я бы хотел оставить этот наш разговор за пределами камер, не вынося на публику.       (Кто-то в зале разочарованно застонал, заставив рассмеяться даже Чимина с Юнги).       Старший не сводил взгляда с Пака, продолжая крепко удерживать его руку, и младший уже начал всерьёз задумываться, удастся ли ему вернуть конечность. Но посмотрев в посветлевшие глаза Мина, на лице которого лёгкой улыбкой робко светилась надежда, он добавил:       — Я могу только сказать за себя, что хочу попробовать.       Он видел, как зрачки Юнги увеличились, а потом сузились, прежде чем он быстро вставил, буквально выкрикнув:       — И я хочу!       (Ликование уже было неприкрытым. Зал шумел и аплодировал).       Хосок поднялся и протянул руку для рукопожатия, одними губами говоря: «Я рад!». Пара переглянулась, а потом снова посмотрела на ведущего, спрашивая взглядом, и он кивнул, показывая направление.       Не тратя время на прощание, они покинули студию, продолжая держаться за руки. Возле выхода, столкнувшись с Техёном и Гуком, удивлённо смотревшими на них, лишь легко кинув им приветствие, Юнги молча и уверенно прокладывал путь к парковке, где оставил свою машину. Всё ещё не говоря ни слова, он помог Чимину устроится на пассажирском сиденье, после чего закрыл дверь и уселся сам. В какой-то момент младшему показалось, что хён что-то скажет, но тот включил негромко музыку, выехал на дорогу и снова взял его руку.       Чимин наслаждался этими тихими минутами, после всей той суматохи и внимания, устроенного на телевиденье. Спокойная музыка, льющаяся из колонок, помогала абстрагироваться от шума дороги и расслабиться. Он так погрузился в свои ленивые мысли, что не сразу заметил, когда они остановились.       Почувствовав шевеление и услышав щелчок отстегнувшегося ремня безопасности, он перевёл взгляд на Юнги. Старший сидел в полоборота к нему и внимательно разглядывал.              — Выйдем? – спокойно уточнил он, махнув в сторону головой.       Чимин посмотрел в том направлении и ахнул. Быстро отстегнувшись и выйдя из машины, он сделал пару шагов вперёд, останавливаясь у капота. Впереди, по всему горизонту куда ни кинь глаз, расстилался светящийся город. Вдыхая свежий, немного морозный воздух, Чимин восхищённо вздохнул:       — Так красиво!       А затем ощутил, как на его плечи ложится пальто, а руки поверх него поглаживают.       — Рад, что тебе нравится. Именно тут я хотел провести наше первое свидание, если ты согласишься со мной встречаться. Прости, что сначала увёз, – виновато посмотрел на него Юнги.              «И куда подевалась вся уверенность этого сильного мужчины?!», промелькнула игривая мысль в голове Чимина.       — И что будешь делать, если я откажусь? – хитро спросил Пак, не дрогнув ни мускулом на лице.       Мин замер, а потом, медленно выдохнув, ответил:       — Предложу побыть здесь ещё немного и отвезу тебя, куда скажешь, – стараясь говорить ровно, ответил Юнги.       — И даже к себе? – уточнил младший с абсолютно серьёзным видом.       — И даже… – начал Мин и задохнулся. — Чимин, ты играешь с огнём… – слегка прорычал он, прежде чем за лацканы пальто притянуть к себе парня, накрывая его губы своими.       Их поцелуй был лёгким и неспешным. Он рассказывал о нежности, которая родилась среди белой, морозной пустыни. О тепле и заботе, которой готов поделиться партнёр. О будущем, готовом вот-вот родиться. Он шептал о рождающейся любви.