Запах корицы в дождь

СПРАВКА ОБ АКТИВЕ. Код: SP-717-B (Запаховый профиль). Описание: Уникальный запах. Смесь корицы и феромонов страха кролика. Статус: УТЕРЯН. Розыск инициирован. — Лаборатория «Scentis Prime» Запах не выветривался. Он преследовал Чонгука всю дорогу до дома, въелся в обивку сиденья машины, примешался к пару от утреннего кофе. Это было невыносимо. И безумно интересно. К полудню лис понял: просто так эту навязчивую мелодию из корицы и страха он не отпустит. Это в природе лиса, правда? Хищник не отступает от следа. Но был ли тот мальчик — добычей? Скорее нет. Просто новый запах заставил проснуться инстинктам, заострил зрение на деталях, которые раньше ускользали. Даже ароматы новых пушистых пациентов не могли вернуть его полностью в работу. Он, конечно, выполнял свой долг — ставил уколы, перевязывал лапы — но глубоко в душе не думал ни о кошке с гипсом, ни о взъерошенном шпице, цапнувшем его за палец. Сознание плыло, будто в трансе. Взгляд, зацепившись за трещину в кафельной плитке под ногами, застыл на ней, безуспешно пытаясь найти в причудливых узорах ответы. Лишь резкий рывок за рукав вернул его в реальность. – Нужно сделать рентген, эй? Чон? Ты меня слышишь? – А? Да, конечно, – Чонгук вздрогнул и поспешно поднял голову, натыкаясь на озабоченный взгляд коллеги. – Извини, я просто... задумался. Он с силой потёр переносицу, стараясь стряхнуть остатки наваждения и вернуть лицу привычную маску профессионализма. – Ты вчера в том ливне не промок? Может, заболеваешь? – Вчера..? Нет, всё в порядке, – ответил он, но мысленно тут же добавил: – А вот он, наверное, промок... Слова пронеслись в голове слишком тихо, чтобы быть услышанными. Он говорил их себе, а не другим. Был ли это первый признак беспокойства? Или хищник просто волновался, что болезнь испортит его новую «добычу»? Вопросов было больше, чем ответов. И в голове у Чонгука царил полный хаос. Он не понимал, что с ним происходит. В конце концов, это просто незнакомец. Просто запах. Может, и вовсе духи? На обеденном перерыве, лис уставился на свою курицу с пюре в пластиковой тарелке. Обычный быстрый перекус из магазина — некогда было готовить. Удобно, дешево, сытно. Можно набрать таких контейнеров на неделю вперед. Пальцы с миндалевидными когтями крепко сжимали вилку, бесцельно разминая картофельное пюре, словно в нем можно было найти ответ — почему его так цепляло состояние того парня? Единственной уликой его внутренней бури был пушистый рыжий хвост, равномерно постукивавший по ножке стула. Неосознанная привычка, когда он был напряжен. Переворошив всё пюре и не найдя в нем откровений, лис раздраженно вздохнул. Он опустил голову, сжимая и разжимая ладони, внимательно разглядывая проступающие сквозь кожу вены, — лишь бы отвлечься от навязчивых мыслей. Чем больше он думал о вчерашнем, тем сильнее закручивалась спираль беспокойства. Когти нервно отстукивали дробь по столу. Хвост бился о стул. Взгляд метался по крошечной кухне и комнате отдыха. Внезапно он вскрикнул от жгучей боли — нечаянно задел незаживший порез на пальце. Сдавленно выругавшись, лис вскочил со стула и принялся рыться в ящиках в поисках пластыря. Наконец нашёл, заботливо заклеил палец и, забыв о недоеденном обеде, погрузился в работу. На этот раз дело пошло спокойнее. Чону удалось отвлечься от навязчивых мыслей и подавить порыв просто взять и пойти к той автобусной остановке. Но даже если бы он решился и встретил того парня... что сказать? Он лишь покажется подозрительным и напугает мальчика еще сильнее. Разве он этого хочет? Может, и правда — просто отстать? Забыть. «Да, так и сделаю», — твердо решил Чонгук. Он вышел в холл, чтобы встретить нового клиента, как вдруг ноздри судорожно дрогнули, уловив до боли знакомый запах... Снова он? Но это был не мальчик. Всего лишь женщина с котом в переноске. Казалось бы, тупик. Ложный след. Повод наконец выдохнуть и стряхнуть с себя этот дурман. Лис даже попытался — провел ладонью по лицу, будто стирая наваждение, и с особым вниманием принялся осматривать пушистого пациента. Работа, привычные движения, знакомые запахи лекарств и шерсти. Он почти убедил себя, что корица и страх были лишь галлюцинацией уставшего ума. Но к концу дня, садясь в машину, он все равно свернул не на свою улицу. «Просто по дороге» — оправдывался он перед собой, глядя, как дворники смахивают с ветрового стекла невидимый дождь.« Просто проеду мимо. Просто проверю». Остановка была пуста, омыта вечерней изморосью и призрачным светом единственного исправного фонаря. Ничего. «Ну и хорошо, — подумал он с странной горечью. — Значит, забыть все-таки можно». Он уже потянулся к ключу зажигания, как вдруг — нос вздрогнул. Не мощный шлейф, как тогда. И не обманчивый дух, как от женщины в холле. Еле уловимая, тончайшая нить. Свежая. Она вилась в воздухе, как шепот, и вела не к остановке, а от нее — в темный промозглый переулок между панельных домов. Тело отреагировало раньше разума. Ноги сами вынесли его из машины. Он шел медленно, почти бесшумно, втягивая воздух, фильтруя его, как прибор ночного видения. Асфальт блестел лужами. В одной из них, у стены, лежало что-то маленькое, темное, отражая тусклый свет. Чонгук присел на корточки. Это был браслет. Не модный аксессуар, а простая, грубовато сплетенная кожаная полоска с маленькой металлической пластинкой. Он поднял его. Кожа была холодной и влажной, но когда он поднес находку к носу, запах ударил в мозг с новой силой. Корица. Испуг. И что-то еще… что-то, чего он не мог определить, но от чего сжался живот. Он перевернул пластинку. На тусклом металле что-то было выцарапано. Не имя. А цифры. Студенческий билет? Номер? Или что-то вроде инвентарного ярлыка? Внезапно в переулке скрипнула дверь. Чонгук резко выпрямился, зажав браслет в кулаке. Из подъезда вышла пожилая женщина с собакой, бросила на него недовольный взгляд и поплелась прочь. Сердце колотилось, впиваясь в ребра. Он стоял один в сгущающихся сумерках, сжимая в ладони чужую потерю — единственное доказательство, что вчерашняя ночь не была сном. Браслет был теплым теперь. От его руки. Решение «забыть» перестало существовать. Оно растворилось, не оставив после себя ничего, кроме холодного металла браслета в его руке. Охота, против его воли, началась.