Судьбоносное сотрясение

Чонгук слышал голоса людей отдалённо, будто находился под водой. Глаза упорно не хотели открываться, и от напряжения у него начала болеть голова, а перед глазами появились разноцветные узоры, которые только усилили головокружение. Из горла вырвался хрип, и он сжал кулаки, пытаясь вырваться из небытия. — Чонгук? — он расслышал голос, зовущий его. Тот прозвучал ближе, чем все до этого, и довольно приятно. — Чонгук, ну же, приходи в себя. Кто его звал? Определённо, этот человек — волшебник, если только своим голосом он смог практически избавить его от головной боли. И глаза, наконец, смогли открыться. Правда он тут же снова зажмурился, ибо белый яркий свет больно резанул по чувствительному зрачку. — Господин Чон, пожалуйста, аккуратно откройте глаза и посмотрите на меня, — раздался другой голос, уже не такой приятный. Чонгук нехотя снова открыл глаза, теперь уже медленнее, прищурившись, чтобы снова не ослепнуть. Он сфокусировал свой взгляд на двух мужчинах. Оба были в белых халатах, но у того, что старше — застегнут полностью, а так же на голове была белая шапочка, а в руках планшет. У второго же, молодого парня, халат был накинут сверху на бежевую толстовку. — Господин Чон, вы слышите меня? — обратился к нему мужчина. Чонгук кивнул головой. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но вырвался лишь сухой кашель. Молодой парень тут же подскочил к нему и поднёс ко рту стакан с водой, который до этого стоял на тумбочке. Его глаза были такими красивыми. Чонгук, пока пил воду, не мог оторвать от них взгляд. А особенно от родинки на нижнем веке под одним из них. Парень остался сидеть рядом, даже когда Чонгук уже напился. От этого внутри него всё довольно затрепетало. Очень красивый. Разве бывают такие красивые люди? — Господин Чон, вы можете назвать свое полное имя и дату рождения? — снова раздался голос старшего мужчины. Чонгук недовольно поджал губы, без желания отрываясь от разглядывания красивого человека рядом. — Чон Чонгук, — ответил он, а затем немного нахмурился. Дата рождения? Он пытался вспомнить эту информацию, но голова от напряжения снова начала болеть. Вернув взгляд на красивого парня, Чонгук заметил, что чужое лицо омрачилось беспокойством. Это не понравилось Чонгуку. Он что, расстроил его тем, что не смог вспомнить? — Первое сентября тысяча девятьсот девяносто седьмого года. Слова сами слетели с губ, и он ожидающе посмотрел на красивого парня. Тот ему ободряюще улыбнулся, и Чонгук кивнул, будучи довольным, что смог угодить. — Хорошо. А какая сегодня дата? Чонгук снова недовольно посмотрел на стоящего мужчину. Почему он всё не отстанет от него и не оставит наедине с этим красивым человеком? Чонгуку срочно нужно с ним познакомиться, а после пригласить на свидание. Они только теряют время на эти странные вопросы. — Я не… знаю? На лице красивого парня снова отобразилось беспокойство, и Чонгук виновато улыбнулся ему. Но он правда не мог вспомнить. — Чонгук, что последнее ты помнишь? — обратился к нему красивый парень, и от его низкого голоса по спине Чона пробежали приятные мурашки. Вау, таким голосом можно сражать наповал. — Ты очень красивый, — сказал ему Чонгук, не обращая внимания на заданный вопрос. Ответ на него он всё равно не знал, а упустить свой шанс на это чудо он не мог. — Ты будешь моим парнем? Глаза красивого человека расширились, и он молча уставился на другого мужчину, что жутко не понравилось Чонгуку. Зато теперь он мог вдоволь налюбоваться его прекрасным профилем. Высокие скулы и чёткая линия подбородка смотрелись очень эстетично, а длинная шея, вытянувшись, выглядела довольно привлекательно, чтобы захотеть оставить на ней несколько поцелуев-укусов. — Видимо сейчас у господина Чона кратковременная потеря памяти, — сказал старший мужчина. — Нет ничего страшного, такое часто бывает после травм головы. Будем наблюдать, показания в норме, я зайду позже. Наконец-то они с красивым парнем остались одни, и тот снова сосредоточил свое внимание на Чонгуке. — Как ты себя чувствуешь? Чонгук улыбнулся, радуясь, что за него волнуются. Значит, он не безразличен и у него есть шанс. — Ты переживаешь за меня? — спросил он. — Я тебе нравлюсь? Парень напротив сначала замер, а потом смущенно улыбнулся. Чонгук перевел свое внимание на его губы, которые были очень красивыми. Пухлые и симметричные. И тоже имели маленькую родинку под нижней. Очень мило. — Ох, конечно, я переживаю за тебя. Чонгук еще более довольно улыбнулся. — Когда меня выпустят отсюда, мы пойдём с тобой на свидание. — Уже не вопрос? — усмехнулся парень, покачав головой. — А ты против? — уточнил Чонгук, а после нахмурился: — У тебя уже кто-то есть? Я лучше твоего парня, обещаю. Наступило неловкое молчание, в течение которого красивый парень пялился на него широко раскрытыми глазами, будто не верил, что Чонгук действительно говорит это. Но он не собирался отступать от своей цели. Этот человек — чертово совершенство. Его красота неземная, а голос заставляет внутри всё трепетать. — Нет, у меня нет парня, — наконец Чонгук услышал ответ и облегченно выдохнул. — Но у меня есть человек, который мне очень нравится. Думаю, я даже влюблен в него. Чонгук снова насупился. — Тогда почему вы не встречаетесь? — Ну… я не думал, что тоже нравлюсь ему, — тихо ответил красивый парень, а после смущенно отвернулся и тише добавил: — до сегодняшнего дня, по всей видимости. Но Чонгук не придал этому значения, ведь всё его внимание захватил румянец, разлившийся по щекам этого божества. Черт, он так хотел наблюдать за этим все оставшиеся дни до конца жизни. — Ну, он полный придурок, если не отвечает тебе взаимностью. Ты же невероятный такой, — кивнул Чонгук и внезапно зевнул. — Тебе нужно отдыхать, — красивый парень поправил одеяло на нем, и в местах, где его рука соприкоснулась с телом Чонгука, казалось, пробежали мурашки. — Поспи. Чонгук недовольно фыркнул. Он хотел побольше поболтать с этим парнем, но ему действительно очень хотелось заснуть. — Обещаешь, что когда я проснусь, то ты будешь тут? — он протянул руку к нему. Красивый парень широко улыбнулся и обхватил его ладонь своей, согласно кивнув. После Чонгук закрыл глаза, по кругу воспроизводя в голове его необычную квадратную улыбку, желая высечь эту картину на подкорке.

***

— Тэ, спасибо, что помог. Не знаю, что бы я без тебя делал, — Чонгук благодарно посмотрел на лучшего друга, укладывая вещи в сумку. Наконец, спустя неделю ему разрешили покинуть больницу. — Нет проблем, Гук-а, — улыбнулся Тэхён, забирая сумку из его рук, как только Чонгук ее застегнул. На возмущенное: «Эй», он лишь пожал плечами: — Тебе нельзя носить тяжести. — Она вовсе не тяжёлая, — хмыкнул Чонгук, куксясь от смущения. Ему было приятно, что старший заботится о нем, от этого тепло растекалось внутри, а сердце билось быстрее. — Не дуйся, — Тэхён пальцем разгладил складку меж его бровей. — Поехали домой. Чонгук замер на мгновение, прежде чем кивнуть. В последние дни ему казалось, что Тэхён стал очень тактильным. Он и до этого был довольно жадный до обнимашек с Чонгуком, мог закидывать свои ноги на ноги младшего, если они сидели рядом, или класть голову ему на плечо. Но теперь это всё будто увеличилось в геометрической прогрессии. И бедное влюбленное сердечко Чонгука уже не знало, как с этим справиться. Сейчас они возвращались в их квартиру, которую они уже пару лет вместе снимали, и Чон боялся того, что будет, когда они останутся вдвоём в домашней обстановке. Боялся, что уже не сможет сдерживаться и продолжать играть роль просто лучшего друга.

***

— Добро пожаловать домой, — торжественно произнес Тэхён, пропуская Чонгука вперед. Младший рассмеялся и церемониально поклонился, а после скинул куртку и разулся. Тэхён прошел вслед за ним и врезался в резко остановившегося перед дверьми гостиной Чонгука. — Гук, ты чего? А Чонгук замер в дверях, рассматривая открывшуюся перед ним картину. Журнальный стол сейчас был сервирован на двоих, в центре стоял красивый небольшой букет, а так же расставлены пока незажжённые свечи. По периметру комнаты развешана гирлянда, а в воздухе витал приятный аромат от тлеющего пало санто. — Это…? — Чонгук махнул рукой в сторону гостиной и вопросительно посмотрел на Тэхёна. — Оу, — старший почесал кончик носа, и взгляд Чонгука против его воли зацепился за родинку на нем. Боже, сколько раз он мечтал поцеловать её. — Ну, у меня сегодня намечается свидание, вроде как. Чонгук вскинул брови, а сердце ухнуло куда-то вниз, пуская по телу неприятную дрожь. За всё время, пока они с Тэхёном жили вместе, они никогда не приводили в их квартиру кого-то, с кем встречались. Тэхён смеялся, что это только их территория, и третьим здесь не место, а Чонгука такое полностью устраивало. И раз теперь Тэхён решил устроить свидание у них дома, значит, этот человек для него очень важен. Значит, у него что-то серьёзное. Чонгук сильно сжал кулаки, чтобы ногти впились в кожу. Чтобы почувствовать физическую боль и заглушить душевную, которая тяжёлым молотом сейчас разбила всё внутри. — Тогда, — тихо выдохнул Чонгук, опуская голову, — тебе следовало завезти меня к Чимину. Но Тэхён только усмехнулся и кинул сумку в сторону. — Глупости какие, — он протянул ладони и обхватил лицо Чонгука, поднимая его вверх. А после приблизился, чтобы прошептать прямо на ухо: — Какое же это свидание получится без второго участника? Чонгук непонятливо смотрел на старшего какое-то время, пока до него не дошёл весь смысл сказанных слов. Ошеломление, отразившееся на его лице, повеселило Тэхёна. — Ч-что ты сказал? Тэхён рассмеялся, опуская руки ему на плечи. — Да, а в больнице ты был более смелым. А Чонгук всё ещё не мог понять, что вообще происходит. Поэтому продолжал смотреть на Тэхёна, ожидая объяснений. Тот понимающе кивнул и, развернув, повел Чонгука к дивану. Усадив его напротив себя, он взял его руки в свои. — Пока ужин еще к нам не приехал, давай расскажу тебе всё по порядку. Чонгук кивнул, немного расслабляясь от чужих прикосновений. — После того, как ты пришел в себя в больнице, у тебя случилась кратковременная потеря памяти. Чонгук кивнул — эту информацию ему сообщил лечащий врач, когда он очнулся, как оказалось, во второй раз. — Ну и ты, увидев меня, начал, эм… — Тэхён пытался подобрать слово, а потом фыркнул, — подкатывать? Типа да. Рассказывал мне, какой я красивый и то, что ты хочешь стать моим парнем и будешь самым лучшим. Чонгук пискнул и вырвал свои ладони из чужих рук, чтобы тут же уткнуться в них сгорающим от стыда лицом. — Ох блять, — просипел он. — Какой стыд. Тэхён же рассмеялся, а после аккуратно отцепил его руки от лица, наслаждаясь алеющими щеками. — Это было мило. Ну и дало мне зелёный свет. — Что? — Ты тоже мне нравишься, Чонгук-а. Очень сильно. Я влюблен в тебя, кажется, со дня нашего знакомства, — признался Тэхён, нежно улыбаясь ему. Чонгук же уставился на него серьёзным тяжёлым взглядом. — Ты не шутишь? Если да, то это очень, очень плохая шутка. Тэхён нахмурился, бросая на парня напротив недовольный взгляд. — Как я могу шутить с чувствами? Ты за кого меня принимаешь? Чонгук тут же замотал головой. — Прости, прости. Это просто довольно неожиданно, — он закусил губу и опустил взгляд. — Я столько времени был влюблен в тебя и думал, что безответно, что теперь для меня всё это кажется каким-то сном. Тэхён понимающе кивнул, придвигаясь ближе по дивану. — Я понимаю. Я испытал то же самое, когда ты в больнице смотрел на меня своими чертовски красивыми глазами и говорил все эти прекрасные слова. Чонгук выдохнул, а после посмотрел на Тэхёна. Они словно изучали друг друга заново, в тишине позволяя этой новой правде улечься между ними. — Я могу тебя поцеловать? — спустя время спросил Чонгук. Ему нужно было это сделать, чтобы принять новую реальность окончательно. Ибо пока всё это больше смахивало на сон. — Ты должен поцеловать меня, — тут же ответил Тэхён, и сам сделал этот шаг. Его губы коснулись губ Чонгука, и обоих словно током пробило. Это не сон. Это их новая реальность. Стоило этой мысли усвоиться, как нежные поверхностные движения губ тут же перетекли в более глубокий, ненасытный поцелуй. Язык Чонгука ворвался в чужой рот, сплетаясь с языком Тэхёна. Старший довольно промычал, опуская руки на его бедра, чтобы в следующий момент потянуть Чонгука на себя, усаживая сверху. Неистовые движения губ друг по другу теперь сопровождались жадными касаниями рук, которые бродили по телам друг друга. Чонгук одной вцепился в его шею, а второй в широкие плечи, когда Тэхён обеими своими огладил его спину, спускаясь к упругой заднице, чтобы сжать ее. Чонгук застонал ему в рот, инстинктивно двинувшись вперед. Его собственный стояк проехался по возбуждению Тэхёна, заставляя нетерпеливо выдохнуть в поцелуй. После чего он снова и снова потерся о старшего, желая быть ближе, при этом ни на мгновение не разорвав такой вкусный поцелуй. Отстраниться друг от друга их заставил только звонок в дверь. — Курьер принёс наш ужин, — прошептал Тэхён, нехотя помогая младшему слезть с себя. Поднявшись, он осмотрел себя и хмыкнул, когда заметил небольшие пятна выступившей смазки на штанах. Чонгук же пытался отдышаться, всё ещё находясь в состоянии эйфории. Наклонившись к нему, Тэхён чмокнул его в покрасневшие и слегка припухшие губы, а после направился к двери. Попросив курьера оставить пакет у двери, он дождался звук отъезжающего лифта и после забрал их еду. Вернувшись в гостиную, он подмигнул младшему, оставив пакет рядом со столом. После включил гирлянду и зажег свечи, и комната приобрела более тёплую и уютную атмосферу. Он вернулся к Чонгуку и протянул ему руку. — Давай проведём наше первое свидание, родной, — мягко сказал он, глядя на Чонгука. Когда он поднялся, Тэхён приблизился к его губам и прошептал: — А после я покажу тебе, что именно и как сильно я желал с тобой сделать всё это время. Чонгук осоловело посмотрел на него, а затем сокрушенно промычал, когда старший отстранился и довольный принялся расставлять еду на стол. Чонгук же, наблюдая за ним, не мог поверить, что этот прекрасный человек целиком и полностью принадлежит ему. Всего-то стоило упасть с велика и не очень удачно удариться головой. На самом деле он был готов пережить еще десять сотрясений, лишь бы оказаться в этом моменте.