Телоид

Чужая ладонь легла на его шею, щекоча своими поглаживаниями. Олег смотрел так внимательно и находился так близко. Его карие глаза Серёжу завораживали, вроде это был самый распространенный цвет глаз, но у Олега они были особенными. Серёжа подался вперёд за рукой и прикосновениями, их казалось мало. Олег к нему наклонился, и Разумовский рефлекторно прикрыл глаза. В следующую секунду к его губам прижались другие. Они даже не шевелились, просто ощущались горячим касанием. Пропали те так же быстро, как и появились. — Я видел, так делали в фильме, — оправдался Олег. Серёжа кивнул и потянулся сам. На этот раз поцелуй получился более походящим на реальный. А ладони Олега уже покоились на его пояснице. Чужое дыхание сбивало, оно было слишком громким. Пульс бил в ушах. Олег что-то невнятное промычал и коснулся губами щеки несколько раз. Он действовал осторожно, на пробу, но, похоже, всем этим наслаждался. Потому что продолжал и делал всё с максимальной отдачей. Серёже только оставалось прикрыть глаза и позволять всё это делать с собой. После такого Серёжа отказывался верить, что это телоид. Даже если так, подобное уже не имело значения. Он упал в Олега и больше ничего не хотел. Чужая рука погладила его по волосам, и это было так нежно, так ласково и аккуратно, что Серёжа прикрыл глаза от наслаждения. Как кто-то мог к нему относиться так? Или Олег просто чего-то насмотрелся и начитался и сейчас повторял действия какого-то персонажа, стараясь понять что тот чувствовал. Разумовский не хотел обманываться, но думать он не хотел сильнее. — Ты такой красивый, — Олег впервые перешёл на ты, но, похоже, это он не особо вообще контролировал сейчас свою речь. В его глазах были слишком расширены зрачки. Телоиды могли же испытывать возбуждение? Но как именно это выражалось? Тело захватывали животные инстинкты? Но почему он тогда говорил такие слова? Разумовскому даже страшно стало на несколько мгновений, он не совсем понимал, что от Олега ждать, вдруг тот захочет чего-то максимально близкого, возьмёт своё и Серёжа даже остановить его не сможет. Олег же был физически его сильнее. И Серёжа надеялся приобрести с ним чувство защищённости, но теперь хотелось защититься от него, хотя, может, он себя сейчас накручивал. — Олег, — позвал он этого нечеловека. Тот сразу же отстранился и внимательно на него взглянул. — Я что-то делаю не так? — спросил он. И Серёжа убедился, что его слышат, это было очень хорошо. Страх отступал, появлялся интерес. — Нет, просто… — Серёжа замялся, ну и что ему следовало говорить в этой ситуации? — Всё так быстро, я немного теряюсь и не совсем понимаю, что делать и что будет. Олег мягко коснулся его ладони. — Будет всё, что захочешь ты, твои желания — для меня закон, — пообещал Олег. Серёжа ему улыбнулся, это было так приятно, только он сам не понимал, чего хочет. Разумовский потянулся к чужим губам, это ему нравилось. Его руки скользнули по телу Олега. Тот в свою очередь его приобнял и спустил ладони непозволительно низко. Серёжа куснул его за губу и решил делать более кардинальные шаги. Его ладонь опустилась на чужой пах. Ткань джинсов была крепко натянута. Уже так можно было предположить, какой там размер, и природа Олега достоинством явно не обделила. Теперь страха не оставалось, был интерес и совсем чуть-чуть смущения. Похоже, партнёр с его действий тоже прифигел, но не пытался отстраниться. Он издал тихий стон и прижался к ладони Сергея сильнее. Разумовский отпустил себя полностью и сам прогнулся в спине, принимая абсолютно несвойственную ему позу. Время летело незаметно. Серёжа, кажется, вообще выпал из реальности и не понимал, сколько они уже наслаждались друг другом. От Олега очень приятно пахло, Серёжа никогда не любил ярко выраженные запахи, тем более запахи людей, но тут аромат самого Олега идеально гармонировал с мужским одеколоном. Интересно, а что чувствовал тот? Разумовский понял, что ему даже особой стимуляции не нужно. Поцелуев хватило, а разрядка казалась совсем быстрой без чьей-либо дополнительной помощи. Ему шептали миллион комплиментов, и Разумовский был в шоке от того, каким этот человек нечеловек оказался в близости. Возможно, так сказывалось отсутствие у него самого партнёров и опыта с ними, но он мог сказать, что больше ни с кем такого не чувствовал, и это самое прекрасное, что с ним случилось. Разумовский надеялся, что потом не будет неловкости, хотя он ничего по этому поводу не мог сказать. Он просто не мог здраво мыслить в данный момент времени. Но уже подозревал, что пожалеет. Сейчас внутри бушевали гормоны, мозг не хотел думать, и пребывал он в состоянии эйфории, но, когда возбуждение спало бы, Серёжа понимал, что на трезвую голову осознал бы всю плачевность ситуации. Олег наклонился близко к нему, коснулся ещё раз губ и застыл, громко выдыхая. Рука ощутила влажность. Серёжа слегка отстранился. Олег слишком изучающе на него смотрел, и Разумовский этого не выдержал, сбегая в ванную. Там наедине с собой можно было хотя бы подрочить и привести мысли в порядок.