Улыбчевый и смертельно-больной

Клоттед Крим одиного шёл по пустому коридору особняка Кастрард. Ноги дрожали, немного подкашиваясь. Не то от чумы, не то ли от..

страха.

Если консула вызывал к себе его приёмный "отец", это ничего хорошего не сулило. Обычно парень вёл себя сдержанно, вежливо кривя свои губы. Но болезнь отняла последние силы и заставило сердце разрыватся от стука. Стоило блондину зайти к Старейшене, и печеньку накатил целый ряд неприятных воспоминаний. Унижений, сварливых криков, долгих нравоучений... Мука вновь мучительно подобралась к горлу, но Крим здержал приступ. Сам же Кастрард сидел за письменным столом, презренно глядя на "сына". - Явился всё таки. - прохрипел Кастрард, постукивая пальцем по столу. В его словах звучала до тошноты фальшивая мягкость. Значит дело очень плохо.. - Присядь же в кресло. Клоттед поклонился головой и сел перед мужчиной. Ослабленые конечности наконец-то могли отдохнуть. К этому моменту, лицо консула приобрело привычные равнодушие и кроткость. Кастрард же, пристально смотрел на собеседника. - Твоей же идеей было отправить заражённых в институт? - Да, это моё предложение. Старейшина угрожающе шептал, слегка стиснув зубы. Так откровенно кричать на Клоттед Крима как раньше он уже не мог. - Ну что-же, поздравляю! Раскрошилось около семи печенек. Средь которых аж два ваниллианца. Ты хоть осознаёшь, как же сильно ты позоришь мой дом! - Из всех вариантов, институт Тауматургии мне показался меньшим из зол. - Молчать! - старик так резко повысил голос, что Клоттед вздрогнул. Почти сразу же старейшина вернул тихий тон голоса. - Консул республики во, чтобы то не стало, должен избежать всяких проблем!.. Блондин из-за жара почти что не различал тирады Кастрарда. Да и слушать там было нечего. Ничего нового он ему точно не скажет. Консула куда больше беспокоило его состояние. Голова разрывалась от чудовищной боли, а колющее ощущение в груди достигло своего пика. Ну почему, почему же именно в этот день Кастрард решил его вызвать! Он же хотел сегодня спокойно выйти на больничный. Не сторониться печенек, как запуганная дворовая псина, в страхе кого-либо заразить! Просто взять, объявить о своей "простуде" прессе и отдохнуть в тишине. Возможно хотя-бы тогда боль в груди затихнет. Но сделать сейчас этого консул просто не мог. Перед кем угодно, но только не перед старейшиной Кастрардом. Стоп.. а кто это вообще такой?.. - Ты вообще меня слушаешь Клоттед! - Парня одёрнул хриплый голос. - Стоило получить хоть каплю свободы, как ты совсем отбился от рук. Порочишь всё ванильное наследие! - Да, больше такого не повториться.. - И как мне этот ответ, чёрт подери воспринимать!? - Кастрарду уже было плевать на запрет и мужчина окончательно перешёл на крик. - Я столько времени на тебя убил, столько тебе дал, и этим ты мне отплатил! Бесхребетный, бессовестный... Но член Совета не успел договорить.

Его прервал оглушающий кашель.

Блондин больше был не в силах сдерживать чуму. Мука буквально разъедала лёгкие изнутри. Клоттед отвернулся и закрыл рот руки почти моментально, склонившись в мучительной судороге. Дрожащую ладонь наполняло всё больше бледной трухи. Остановиться он не мог. Болезнь была слишком сильна. Голову консула тут-же окатил мерзкий постыдный холодок. Старейшина, узнав о состоянии своего названного сына, отпрянул. Выражение его лица, источающее лишь злость, сменилось страхом и лёгким отвращением, а в голосе проявилась дрожь. - Так... так значит ты... Консул поднял усталый взгляд к мужчине, едва уняв приступ. Сам Кастрард же довольно быстро пришёл в себя. - Об этом же никто.. не знает.?. В ответ блондин слабо покачал разболевшейся головой. От кашля его голос осип. - Так и не дай никому узнать! Клоттед, ты являешься настоящей надеждой Республики и моего дома. Не лишишь же ты страну и мой дом веры? От слов "отца" сливочной печеньке в очередной раз поплохело. От этой наигранной родительской ласки, возникающей только в моменты нужды. Но консул был слишком измотан, чтобы выразить недовольство. Да и не то чтобы хотел. Что вообще такое.. хотеть? - Нет. Я всё сохраню.. - Консул встал на дрожащие ноги и отряхнул костюм- Я.. могу идти? Спустя пару минут опустошённый Клоттед Крим снова отшивался по коридору. И без того сухое горло всё ещё зудило. - Консул! Меня попросили передать вам письмо от Эспрессо куки. Тут сзади донёсся знакомый женский голос. Финансьер подошла к политику со спины с бумажным конвертом. Девушка сразу же заметила его болезненный вид. - Сер, вы выглядите всё хуже.. Вам точно не нужна помощь?. - Нет. Пожалуйста, не задавайте больше этот вопрос.. - Похрипывая произнёс Крим. Он хотел было одарить телохранительницой улыбкой, но сил не было даже на это. - Мы же хотим забыть об этом? Миндальная печенька ничего не сказала. Просто смирно приклонила голову, отдала ему письмо и попрощавшись удалилась.