Billion Dollar Man

      − ПОУЛ-ПОЗИЦИЯ! ПОУЛ-ПОЗИЦИЯ У ШАРЛЯ ЛЕКЛЕРА!       Слова комментатора утонули в реве толпы. Трибуны взорвались аплодисментами, когда молодой пилот Феррари Шарль Леклер пересек финишную черту. Люди за ограждениями, на балконах и террасах, до этого наблюдавшие за гонкой, сейчас размахивали алыми флагами с вышитым на них легендарным и неподвластным времени символом Феррари. Кто-то начал запускать фаеры с красным дымом.       Шарль едва ли мог услышать все это через защитный шлем, его собственное сердце билось как сумасшедшее, но сейчас это казалось не важным. Он и так знал о чем ему все кричат. Он чувствовал поддержку.       Он смог забрать победу у себя на родине. Его первая поул-позиция в Монако.       Он был готов заплакать. Черт, а может он и уже.       Слезы начали щипать в уголках глаз, и он вытер их плотной тканью перчатки, при этом продолжая часто моргать, словно ему предстояло выйти на заключительный круг. Его тело трепетало от адреналина, испытанного в борьбе за первое место со своим товарищем по команде Карлосом Сайнсом.       После всего этого он продолжал улыбаться как сумасшедший.       Проезжая мимо трибун, он одной рукой держал руль, а второй махал толпе, благодаря их, и от этого люди начинали приветствовать его еще громче. Шарль мог разглядеть плакаты со своим именем, сделанные вручную постеры, лого Феррари на футболках и лицах. Абсолютно все.       В этом всем было что-то, как будто обещание и свет в конце тоннеля.       В этом году он силен, выиграл большинство гонок и в этот раз борется за титул Чемпиона Мира. Впервые.       Это его год, он чувствует это.       Его мечта о том, чтобы Феррари забрали свое первое Чемпионство со времен Кими Райкконена, была близка к исполнению. Он сделает все возможное, чтобы завоевать этот титул на втором году сотрудничества со Скудерия Феррари, а его победа в домашнем Гран-при лишь станет вишенкой на торте.       Пока что он еще не выиграл, разумеется, но это точно случится. Завтра он выиграет эту гонку и войдет в историю.       Остановив свой болид, Шарль сразу же отсоединил руль и вылез из машины, едва ли дожидаясь ее полного выключения.       Вся команда уже была в сборе и ожидала у ограждения. Фред стоял впереди всех с еле заметной ухмылкой. Со всех сторон были слышны поздравления от механиков, инженеров и команды пит-стопа. Как только он приблизился к ним, красная форма замелькала перед глазами.       Без колебаний Шарль прыгнул в море из рук.       Его окутало красное облако, кто-то касался его спины, кто-то хлопал по шлему и плечам, шум от ликований стоял в ушах.       − Отличная работа! Ты сделал это!       Кто сказал ему это, он не знал. Возможно, это и не было столь важно. Каждая ошибка, каждая победа, каждая гонка, выскользнувшая из его рук (таких было всего лишь несколько) – все из вышеперечисленного стоило того, что он имел сейчас.

***

      Позже, когда он стоял перед камерами в зоне для СМИ, весь в поту и переполненный счастьем, с его лица все еще не сходила улыбка.       − Шарль, поздравляем вас с поул-позицией! Что вы чувствуете?       Шарль мягко и легко посмеялся, проводя рукой по своим кудрявым волосам.       − Такое чувство, будто я в раю, − сказал он открыто и честно, с улыбкой шире неба.       − Это не первая ваша поул-позиция в этом году. Отличается ли она чем-то от предыдущих?       Он задумался, затем кивнул и ответил:       − Да, не первая. Но в этот раз ощущается…заслуженной, − он улыбнулся и перевел взгляд на своих счастливых фанатов.       − Возможно, даже личная. С машиной все было хорошо, команда сработала идеально, и, я не знаю, − его улыбка стала шире, − есть что-то особенное в этом сезоне. Я уверен в этом. Я правда верю, что завтра мы сможем превратить этот поул во что-то большее.       Он завершил свой ответ кивком.       − Вы планируете сегодня отмечать победу?       Шарль многозначительно улыбнулся и посмотрел в камеру, этот кадр фанаты точно будут скриншотить и выкладывать в сеть.       − О, я точно отпраздную. Это же Монако, будет грех не отметить.

***

      Было около 23:30, когда Шарль подъехал к L'Antichambre.       Этот клуб был оплотом элиты Монако, построенный в скалах над гаванью, со стеклянными и мраморными полами, освещенный золотыми люстрами и наполненный пульсирующим бассом. Это то место, где каждый может оставаться собой без беспокойства за свой имидж.       Шарль зашел через отдельный боковой вход.       На нем была белоснежная рубашка с закатанными до локтей рукавами и слегка расстегнутым воротником, что придавало ему более свободный стиль. Черные брюки сидели как влитые, на ногах кроссовки Nike, а на шее висело его фирменное золотое колье из 16 звеньев. Волосы были немного растрепаны после душа, принятого спустя час по прошествии пресс-конференции и брифинга. Он их не укладывал. В этом не было необходимости, ведь, ожидаемо, под конец ночи на его голове будет полный беспорядок.       Клуб уже был под завязку наполнен людьми. Самые счастливые и самые богатые люди Монако покачивались в такт музыки под бархатным освещением и стеклянными потолками. Воздух наполнился запахами дорогого парфюма и освежающих цитрусовых коктейлей.       − Я знаю. Осталось только лишь сфокусироваться на завтрашней гонке и превратить этот поул в победу, − Шарль вздохнул, в его голове крутились мысли о гоночных стратегиях и идеях, какие из них будет лучше завтра применить. Для него эта гонка была очень важна, но не из-за очков, нет, у него довольно хороший отрыв от второго пилота в турнирной таблице – Оскара Пиастри.       Нет, все дело в победе у себя на родине, вся его семья и друзья наблюдают за ним. Черт, да весь Монако смотрит.       Он даже получил поздравления от членов королевской семьи, что случилось уже вне камер. Шарль был ошеломлен, когда ему сказали, что с ним хотят встретиться какие-то люди, и после он увидел королевскую семью, стоящую рядом с Фредом и другими из руководства Феррари.       Прежде чем покинуть комнату, они поздравляли его и желали удачи. После, руководители проводили их до выхода из моторхоума Феррари и оставили Шарля с Фредом наедине.       − Вау…, − это все, что Шарль мог тогда сказать.       Фред слегка усмехнулся на это и похлопал его по плечу.       −Расслабься, − ответил он и, развернувшись, направился к выходу.       − Хватить думать обо всем этом. Тебе нужно расслабиться, отпразднуй этот момент, − сказал другой друг Шарля, тем самым прервав поток его мыслей о прошедших событиях за сегодня и переключив внимание на происходящее вокруг.       Шарль рассмеялся, взял со стола один шот и залпом выпил его.       − Тогда давай повеселимся!       Его друзья заулюлюкали, подняли свои бокалы и выпили за Шарля.       Первый час прошел для них в дымке из выпитых шотов, после чего все перешли на воду, а затем – на напитки по вкусу.       К тому моменту большинство друзей переместились на танцпол, оставив парня в покое, так как он несколько раз отказался к ним присоединиться.       Он наслаждался водой, потихоньку трезвея, пока к нему не подошел один из друзей, Лукас. Он был пьян и немного вспотевшим от танцев, но тем не менее выглядел лучше всех остальных.       − Ты же не собираешься сидеть так всю ночь, правда? − спросил он, вставая перед Шарлем со скрещенными руками.       − Нет. Знаешь, я немного устал, − ответил Шарль. Он не был любителем выпить, так что его голова начала кружиться уже после 5 шота. Поэтому он решил посидеть и не смущать себя возможностью того, что его может стошнить.       − Покупка напитков не в счет, − возразил Лукас, сел рядом и приобнял Шарля, притянув к себе.       − Давай, я приглашу тебя потанцевать, − прошептал Лукас ему на ухо.       Шарль хихикнул и повернулся к Лукасу.       − Ты самый прямолинейный человек, которого я когда-либо видел. Почему ты не пригласишь девушку? − Шарль повернулся к нему всем корпусом и смотрел на него в ожидании ответа, Лукас глядел на него своим привычным напряженным взглядом.       − Потому что я хороший друг, который жертвует жаркой ночью рядом с горячей девушкой, чтобы поддержать своего лучшего друга, − ответил ему Лукас, и Шарль глубоко вздохнул, покачивая головой.       − Какое самопожертвование, − Шарль рассмеялся, вставая и обнимая Лукаса.       − Да ладно, пустяки, − сказал Лукас, выходя вместе с Шарлем из-за стола.       − Но чтоб ты знал, шлифовкой я не занимаюсь, − неожиданно произнес Лукас, чем вызвал секундный ступор у Шарля, а затем еще больший смех, настолько, что люди рядом начали оборачиваться.       − Даже не планировал.       Через какое-то время они пересеклись с остальными друзьями, каждый из них танцевал, подстраиваясь под ритм играющей музыки. Шарль, как и обещал, танцевал вместе с Лукасом, который пытался исполнить движения, превышающие его возможности, отчего Шарль смеялся с него даже больше, чем с самого танца.       После продолжительного нахождения на танцполе, Шарль решил отойти на минуту в сторону и перевести дыхание до того момента, как его утянут в другую группу танцующих. Это будет просто ужасно.       Он стоял на углу VIP зоны и рассматривал толпу, не придавая этому особого значения. Он не искал чего-то конкретно. Просто наслаждался.       Даже сейчас, среди грохочущей музыки и приглушенном свете, в его груди было это ощущение…дофамин еще никуда не испарился.       Он запустил руку в свои кудри и медленно вздохнул. Глаза по привычке скользили по толпе и в какой-то момент он увидел его.       На другом конце бара.       Мужчина был высоким, это было видно даже несмотря на то, что тот сидел за стойкой. Шарль готов был поклясться, что был как минимум на две головы ниже его. Эта мысль заставила ощутить внутри какое-то волнение и трепет. Одет он был в белую хлопковую рубашку с закатанными рукавами и расстегнутым воротником. В руке держал стакан с напитком. В таком образе он выглядел как грешник, ступающий по земле. И даже с дальнего расстояния Шарль ощущал сквозившую от него уверенность, было в этом человеке что-то сверхъестественное. Он не казался местным или завсегдатаем данного заведения. Просто было в нем что-то…выбивающееся из общей картины и вызывающее интерес. Как будто бы он не особо вписывался в окружение, но ему на это было все равно.       Мужчина, казалось, ощутил на себе взгляд Шарля и посмотрел ровно в сторону пилота Феррари.       В его глазах не промелькнуло и тени узнавания. Ни широко открытых глаз. Ни указаний пальцем в его сторону. Никаких перешептываний по типу «Это же Шарль Леклер?» или чего-то подобного.       Лишь любопытство. Только после осознания этого факта Шарль заметил, что на него тоже смотрят.       Возможно, интуиция его обманывала, но было ощущение, словно он столкнулся взглядом с хищником и стал его жертвой.       Шарль с интересом склонил голову набок. Буквально на секунду. На что мужчина легко и непринужденно улыбнулся.       Такую улыбку Шарль видит редко. Это улыбка того, кто не знает его имени, статуса, спонсоров. Это не улыбка фаната. Она не наигранная, а более…настоящая. И такая загадочная.       Шарль едва заметно улыбнулся. Один уголок его губ дрогнул. После чего он отвел взгляд. С невероятно быстро колотящимся сердцем он глянул на себя и убедился, что все еще стоит на ногах.       Мужчина был заинтересован, Шарль понял это по взгляду, но ему не хотелось сдаваться так просто. В этом не было никакого веселья.       Он отошел от стены и вернулся назад к своим танцующим друзьям. Он все еще ощущал на своей спине взгляд того мужчины, поэтому решил проверить, что же будет дальше. Шарль не из тех, кто гонится за кем-то. Он привлекает к себе, и если этот мужчина хочет, то пусть подходит к нему, а не наоборот.

***

      Монако изматывал.       Макс Ферстаппен прислонился к полированной мраморной стойке бара в модном клубе, в который его привели друзья и тихо вздохнул под нос. Город вокруг него блестел в золотых и красных цветах, сверкал как россыпь кристаллов в попытке его впечатлить. Яхты в гавани были выстроены, словно оружие на витрине. На каждом лице, казалось, отражались следы филлера и славы. Голоса слишком громкие, каждая улыбка такая фальшивая.       Макс был здесь не ради того, чтобы потусоваться. Он здесь только потому, что его друзья настояли на том, что Максу нужно больше куда-то выбираться. И это место было лучшим для него, так как он побывал во множестве более значимых исторических мест, чем это, заполненное молодыми парнями и девушками, танцующими рядом друг с другом.       − Тебе надо развеяться. Пока проходит уикенд Монако, ты просто обязан это сделать, − сказал кто-то справа от него.       Макс ничего не ответил. Он никогда не раздражался на незначительные вещи. Иногда проще позволить людям вытащить его куда-то и уже там взять ситуацию под контроль.       Он всегда все контролировал.       В свои 34 года Макс привык командовать, при этом, не прилагая особых усилий. Он был высоким, широким в плечах, с тяжелым спокойствием человека, который не тратит зря силы на показуху. Его голос низкий и размеренный. Движения – спокойные. Белая рубашка слегка обтягивала фигуру, а рукава закатаны до локтей. Верхние пуговицы были расстегнуты, обнажая участок груди.       Когда он вошел, люди смотрели на него. Как мужчины, так и женщины.       Но он не смотрел ни на кого конкретно. Пока не поймал его взгляд.       На танцполе, находившемся на другом конце зала, был парень, которого Макс никогда не видел здесь ранее. А в Монако это говорило о многом. Он был моложе. Стройный, но не худой, настолько элегантен, что казался неземным. Такая красота заставляла посмотреть на человека дважды, чтобы убедиться в его реальности. Если бы Макс верил в Бога, то сказал бы, что тот парень – ангел (или что-то вроде того).       Каштановые кудри обрамляли острую линию челюсти, губы мягкие и пухлые, ресницы густые и казались неестественно длинными. Он был одет в белую рубашку с закатанными рукавами, приоткрытым воротником, который открывал вид на изящную шею, и золотое колье, мерцающее на загорелой коже.       И нет, он не выглядел хрупко. В его позе чувствовалась сила. Он стоял прямо и уверенно. Но при всем этом, он оставался нежным.       Взгляд Макса задержался на нем, неторопливый и бесстыдный. Парень подходил под типаж Макса. И от этого по его телу пробежали мурашки.       В этот самый момент незнакомец обернулся.       В следующую секунду их взгляды ненадолго пересеклись. Как будто два камня соприкасаются для того, чтобы высечь искру.       Макс слегка улыбнулся. Зная Макса, можно было бы понять, что эта улыбка означала, что вы привлекли его внимание. А это…было очень непросто сделать.       И тут, неожиданно, произошло нечто…едва заметное. Молодой человек слегка наклонил голову, приоткрыв вид на свою шею. На губах появилась выражающая понимание полуулыбка, словно он раскрыл секрет, предназначенный только для Макса.       После этого действия он сразу же пошел в сторону танцпола, при этом, не сводя с мужчины взгляда. Начав танцевать среди людей, находящихся рядом, его тело подстроилось под ритм популярного попсового трека, который Макс раньше никогда не слышал.       Незнакомец танцевал между двух мужчин, и получалось так, что все они были слишком близко друг к другу. Однако, даже несмотря на это, взгляд незнакомца был все еще прикован к нему. Он смотрел на Макса, не отводя глаз. И эти самые глаза посылали молчаливый сигнал о том, чтобы тот подошел к нему и забрал его, но Макс знал, как играть в эти игры. Рано или поздно, молодой парень сам подойдет к нему.       В моменте, когда один из рядом танцующих с незнакомцем парней приблизился к нему слишком вплотную, Макс слегка сжал пальцами свой бокал. Парень явно хотел завладеть вниманием незнакомца, однако им уже завладел Макс.       Интересно.

***

      Прошло уже 20 минут, а незнакомый мужчина все еще не подошел к нему. Шарль начинал уставать от танцев, но внимание мужчины до сих пор было приковано к парню. Он не был уверен, как ему удалось убедить Лукаса и остальных танцевать с ним столько времени. Хотя, все они были настолько пьяны, что не задавали лишних вопросов.       В конечном итоге, полностью выбившись из сил, вся группа решила сделать передышку и посидеть.       Шарль посмотрел на мужчину и увидел, что тот все еще сидит у бара. Шарль фыркнул, извинился перед друзьями и направился в сторону бара. Если мужчина не хотел к нему подходить, то это выглядело как поражение, но глядя на него, Шарль не хотел упускать возможность провести приятный вечер. Так что он на время засунул свое эго подальше и пошел к мужчине.

***

      Макс наблюдал, как парень покинул компанию, как он предполагал, друзей, и направился в его сторону. Он ухмыльнулся, ведь без сомнений парень шел именно к нему.       Он подошел к бару, словно понимал, как обратить на себя внимание. Он сделал это непринужденно и естественно. Без стеснения, но также и без надменности. Просто…он знал, какое может оказывать влияние на кого-то. На Макса.       Остановившись рядом с мужчиной, не вплотную, но и не слишком далеко, на его лице не было улыбки. Только любопытство, которое, казалось, становилось все больше с каждой секундой.       − Ты не похож на завсегдатая клубов, − сказал парень низким голосом, с акцентом. Возможно, французским. Или близким к тому.       Макс медленно повернулся и посмотрел на него. Вблизи он был еще красивее. Молодой, но не наивный. Его лицо будто вылеплено искусным скульптором: острый нос, высокие скулы, пухлые губы. В нем была женственная грация, от которой Максу хотелось прижать большой палец к этим губам и почувствовать, как они приоткроются.       − Почему ты так решил? − Макс ухмыльнулся.       Пауза. Быстрый и инстинктивный взгляд парня пронеся от горла до груди, затем к запястью.       − Ты выглядишь так, будто хотел бы оказаться где угодно, но только не здесь, − пробормотал он.       Макс вновь ухмыльнулся и промолчал. В ожидании.       − Я Шарль, − произнес парень через секунду. Он сказал только имя, ничего более.       − Макс, − ответил он спокойным низким голосом.       Он не протянул ему руку. Шарль и не просил об этом.

***

      Они стояли у барной стойки, напитки связывали их невидимой нитью. Шарль заказал себе шампанское. Макс наблюдал за тем, как тот держит бокал – изящно и без нервозности. Может это была напускная элегантность. Или же наоборот, естественная.       − Празднуешь? − задал вопрос Макс спустя минуту.       Шарль слегка улыбнулся, бросив взгляд на пузырьки.       − Что-то в этом роде.       − Ты не похож на человека, у которого есть повод для праздника, − возразил Макс, делая глоток бурбона.       − А ты на человека, который выпускает что-то из-под своего контроля, − непринужденно парировал Шарль, метнув на мужчину свой взгляд.       Брови Макса поползли вверх. Это было неплохо.       Он подошел чуть ближе, не настолько, чтобы отдавить ему ноги, но достаточно, чтобы показать, кто из них выше. Больше. Кто из них победит без вопросов, если дело зайдет дальше простого разговора.       − Тут ты прав, − тихо проговорил Макс.       Шарль сглотнул. Едва заметно.       Он все понял.

***

      Между ними завязался разговор. Легко. Макс взял это под свой контроль, хотя они об этом не обмолвились и словом.       Он задавал вопросы – Шарль отвечал. Иногда остроумно, иногда уклончиво. Но всегда внимательно. С приоткрытым ртом и быстрым взглядом в сторону мужчины.       Макс знал, как считывать людей. Шарлю нравилось, когда на него смотрели. Может, не всегда из-за того, кто он есть, а из-за того, что он скрывает.       И Максу хотелось его узнать.       −Ты здесь из-за гонки? − наконец спросил Шарль, допивая шампанское.       − По приглашению, − ответил Макс, − возможно пойду. Еще не решил.       Шарль повернул к нему голову чуть больше, чем на 90 градусов. Его голос стал чуть тише.       − Ты следишь за Формулой-1?       − Нет. Никогда не интересовался.       − Даже за гонщиками?       − Нет.       Губы Шарля дрогнули. В его улыбке было что-то напряженное, нечто среднее между забавой и…чем-то еще. Макс не мог понять, что именно, но если бы ему пришлось угадать, то он бы назвал это облегчением.       − Тогда тебе нужно будет кое-что разузнать.       Макс склонил голову набок.       − Думаешь, мне должно быть не все равно?       − Я имею в виду, − продолжил Шарль, допив шампанское и аккуратно отставляя бокал на край стола. Он подошел еще на шаг ближе к Максу. Их лица почти соприкасались, − если будешь смотреть, приглядись к красному.       Макс слегка прищурился и понизил голос.       − К красному?       Шарль не ответил.       Он лишь лукаво и лучезарно улыбнулся, его глаза сверкали. Максу хотелось притянуть его ближе за подбородок и заставить повторить это еще раз.       − Ты поймешь, когда увидишь.

***

      Клуб за пределами бара растворился.       Время замедлилось. Люди превратились в фоновый шум, остались только движения и цвета, как на слегка размытой картине. Четким оставалось только пространство между ними.       Шарль небрежным движением облокотился на стойку. Задев своим локтем предплечье Макса, он рассказывал ему что-то. Он уже даже не был уверен, о чем они говорили. Может о музыке, а может о путешествиях. Макс вскользь упомянул о своем перелете в Сингапур, который закончился игрой в покер в подпольном клубе. Эта история заставила Шарля улыбнуться.       Макс говорил мало, но, когда начинал, его голос звучал весомо, низко и хрипловато, как дым от выдержанной сигареты. Он умел придать значимость своим словам. Даже молчанию.       Когда Макс говорил, Шарль слушал и не перебивал. Обычно он так не делал.       Ему нравилось наблюдать, как челюсть Макса напрягается, когда он думает. Ему нравилось, как Макс смотрит на него – неторопливо, пристально, словно видит его насквозь через защитные стены, которые он возвел.       В какой-то момент, Макс потянулся мимо него за новым напитком. Это движение было нарочито медленным, его грудь коснулась руки Шарля, отчего парень слегка вздрогнул.       Это не было проявлением резкости. Но и не было случайностью.       И Шарль не отодвинулся. Напротив, он придвинулся еще ближе.       Чуть позже, когда в зале начало становиться слишком жарко, музыка зазвучала громче, а людей вокруг стало слишком много, Макс коснулся запястья Шарля и наклонился к нему.       − Выйдем на перекур.       Это был не вопрос, а утверждение.       Шарль кивнул и последовал за ним.       На улице было свежее. Звуки бассов все еще были слышны из недр клуба, заглушаемые тяжелыми дверьми и шумом проезжающих машин. Они стояли в закрытом дворе перед зданием – освещение было слабым, мраморные стены, вокруг лишь несколько человек.       Макс открыл портсигар, зажег одну сигарету серебристой зажигалкой и сделал медленную затяжку.       Шарль смотрел с неподдельным интересом. Не на сигарету, конечно, а на мужчину. Насколько непринужденно он выглядел. Его плечи были расслаблены, челюсть сжималась на выдохе.       − Будешь? − спросил Макс, протягивая портсигар.       Шарль покачал головой, мягко улыбнувшись.       − Не курю.       − Хороший мальчик, − Макс спрятал сигареты, будто он ожидал такого ответа.       Так они стояли какое-то время. Тишина не казалась неловкой. Они оба смотрели на огни Монако в полуночном небе. Шарль прислонился к перилам, слегка наклонив голову.       − Так, чем ты занимаешься?       Макс с забавой посмотрел на него.       − Бизнесом.       − Как-то расплывчато.       − Я предпочитаю такой ответ.       Шарль тихо усмехнулся, скрестив руки на груди.       − Ты всегда такой скрытный?       − А ты всегда такой любопытный?       Шарль глянул на Макса, но в глазах того не было и намека на холодность.       − Да, − просто ответил он.       На лице мужчины появилась едва заметная улыбка. Этого оказалось достаточно, чтобы что-то затрепетало у него в животе. Макс подошел на шаг ближе.       Без давления. Просто для того, чтобы между ними вновь пробежала искра.       − Ты довольно молод, − проговорил он, взгляд был прикован к Шарлю в поисках хоть малейшего признака нерешительности.       − Это проблема?       − Зависит от обстоятельств, − ответил Макс, выдыхая сигаретный дым, − сколько тебе лет?       − Достаточно, − Шарль улыбнулся.       Макс прищурился и сделал еще одну затяжку.       − Я заметил, − сказал он несколько секунд спустя. Он знал, что парень перед ним был точно совершеннолетним. Судя по тому, как тщательно проверяют документы перед входом, он был стопроцентно в этом уверен. В клуб L'Antichambre точно бы не пустили несовершеннолетнего.       − Я тоже на кое-что обратил внимание.       − Да?       − Мм, − голос Шарля стал тише, − мне нравится, как ты двигаешься, как смотришь на меня, − Шарль придвинулся ближе, полностью развернувшись к Максу, тем самым показывая, что открыт для него.       − И что ты об этом думаешь? − Макс сделал еще одну медленную затяжку.       − Я думаю, что ты любишь контроль, − губы Шарля были приоткрыты. В его глазах не было хитрости, когда он еще раз взглянул на мужчину.       − Умно, − Макс тихо усмехнулся.       − Стараюсь, − ответил Шарль и нахально пожал плечами.       Они стояли так чуть дольше положенного. Между ними искрила напряженная, многообещающая энергия.       Затем, Макс выкинул сигарету и отошел на шаг.       − Ну что, давай выпьем напоследок, −произнес он, голос его в этот раз был мягче, − прежде чем я загадочно уйду.       Шарль рассмеялся.       − Так ты решил уйти эффектно?       − Мне не в первой.

***

      Зайдя обратно в здание, казалось, будто температура внутри поднялась на несколько градусов. Или может дело было в Шарле. Он последовал за Максом к небольшому столику, огороженному от остальных. Кто-то уже освободил его, и Макс махнул официанту, чтобы заказать напитки. Сделал он это так, будто это место принадлежало ему.       Шарль сел рядом с ним настолько близко, что их колени соприкасались. Никто из двоих не отодвинулся после этого. Принесли напитки. Шарль не стал спрашивать, что это – просто выпил. Оказалось вкуснее, чем он предполагал.       − Итак, есть кое-что, что я все еще не могу понять, − начал Макс, глядя на парня поверх своего бокала, − красный.       Брови Шарля взметнулись вверх.       − Ты сказал мне смотреть за красным.       − Да, − Шарль ухмыльнулся.       − Это метафора?       − Завтра узнаешь.       − Как уверенно.       − Очень, − ухмылка Шарля стала еще шире.       Макс слегка откинулся назад и положил руку на спинку дивана за спиной Шарля. Он не касался его. От этого действия кожа парня покрылась мурашками. Он ощущал, как воздух вокруг начинал накаляться.       − Ты всегда так флиртуешь? − спросил Макс.       Шарль наклонил голову и невинно посмотрел на мужчину.       − Думаешь, я флиртую?       − Я думаю, что ты флиртуешь еще с того момента, когда ты танцевал между двух парней, при этом смотря на меня.       − И ты мне это позволил.       − Я не стал тебя останавливать, − глаза Макса сверкнули.       Шарль сглотнул. Внимание Макса было осязаемым. Словно руки держали его за бедра, удерживая рядом с собой.       − Мне скоро надо будет идти, − сказал Шарль тихим голосом после небольшой паузы.       Макс не возражал. Просто кивнул.       Парень зашевелился в поисках своего пиджака. Как только он поднялся, Макс встал следом, возвышаясь над ним на две головы. Разница в их росте не была так заметна, пока они сидели, и даже когда они выходили на улицу. Но сейчас…не заметить ее было просто невозможно.       Макс посмотрел на парня сверху вниз.       Не собственнически. Не настойчиво. Но в его взгляде определенно что-то было.       Шарль не отступил.       − Доброй ночи, Макс.       Макс взял его руку в свою, приподнял и коснулся губами костяшек. Это было слишком интимно для клуба.       − Доброй ночи, Шарль.       Затем, парень ушел в ночь улицы, не оглядываясь.       Но он продолжал улыбаться.       И на этот раз, он не чувствовал себя одиноко.

***

      Макс не нервничал. Он никогда не нервничает.       Он управляет бизнес-империей, раскинувшейся на 4 континента. Сделки на миллиарды долларов ест на завтрак. Одним своим взглядом он пугает генеральных директоров вдвое старше себя, а однажды, он лишь фразой «не впечатляет» отменил сделку по слиянию частных инвестиционных компаний. Мало что в мире могло заставить его пошатнуться.       И все же, стоя над паддоком в Монако, под палящим солнцем Ривьеры, окруженный тысячами людей в красном, Макс чувствовал себя не в своей тарелке.       Он пришел сюда с друзьями, половина из которых были фанатами автоспорта. Они протащили его через гостевые проходы, VIP-залы и вдоль пит-лейна, как будто они заполучили Святой Грааль. Они болтали о стратегиях, составах шин, андеркатах и оверкатах, что-то про систему DRS.       Макс их не слушал.       Он сканировал взглядом окрестности.       Искал его.       Шарля.       Парня из клуба. Того самого, с высокими скулами и бархатным голосом. Того, кто двигался как музыка и смотрел на Макса так, словно уже опробовал его на вкус в мечтах. Того, кто сказал: «Обрати внимание на красный».       Макс планировал искать что-то повседневное: рубашку, кепку или типо того.       Сейчас же, находясь в многолюдном потоке из алых футболок и флагов Феррари, он понял, что Шарль его разыграл.       Красный был повсюду.       Его было слишком много.       Он был слишком безликий.       Из горла Макса вырвался низкий смешок, тихий и резкий. Конечно. Конечно же Шарль заставил бы его поохотиться за ним.       Макс поправил манжеты своего льняного пиджака цвета слоновой кости и повернулся к одному из своих друзей.       − Дай-ка угадаю, − сухо сказал он, − мы пробудем здесь еще час, сгорим под солнце и уйдем, прежде чем произойдет что-нибудь интересное.       − Что, нет...       Но, прежде чем кто-либо из них успел продолжить, внезапно раздались радостные крики и приветствия со стороны красного моря болельщиков, привлекшие внимание Макса.       − Приятель, − выдохнул один из друзей Макса, − ты не поверишь, гляди.       Макс обернулся, приподняв бровь.       Рассекая толпу, как нож режет шелк, через паддок шел Шарль. Не тот Шарль, который был в клубе. Не тот загадочный парень. Это был Шарль из Феррари.       Красный огнеупорный комбинезон был повязан вокруг его талии. Красная майка облегала грудь. Его походка была резкой и целеустремленной. Одной рукой он лениво провел по своим кудрям, кивая на что-то, сказанное механиком.       Он был окружен папарацци, которые спешили сделать фото. Он остановился, давая им сделать несколько снимков и подписал пару вещей для болельщиков, которые желали ему удачи и хорошей гонки.       Но Макс этого словно не замечал. Он видел только его.       Шарль выглядел абсолютно по-другому, но в то же время остался таким же. Все то же лицо с самодовольной улыбкой. Те же ресницы, темные и густые. В его движениях была та же нарочитая грация. Он все еще был таким же нежным, каким показался прошлой ночью, но теперь в нем еще больше чувствовалась уверенность, которой не было равных.       Это была такая же уверенность, с которой Макс подписывает сделки на миллиарды долларов.       Губы Макса дрогнули.       − Интересно, – подумал он, − очень интересно.       Затем, откуда-то слева от него послышался голос одного из друзей.       − Это Шарль Леклер, золотой мальчик Феррари. У него поул в родном Монако. Возможно, будущий чемпион.       Взгляд Макса был неподвижен. Он даже не моргал.       Поул. Феррари. Домашняя гонка. Будущий чемпион мира.       И он не сказал об этом ни слова. Похоже, Макс не был единственным, кто не любит делиться подробностями в своей работе.       Он ухмыльнулся уголком рта.       Ему нравилось, как все обернулось.

***

      Шарль не думал, что Макс придет.       Шарль говорил самому себе, что ему все равно. Клуб для парня был просто небольшой передышкой, чтобы скрыться от СМИ, давления, веса королевства на своих плечах.       Но на подходе к паддоку, сжимая челюсть в напряжении и с колотящимся в груди, словно заведенный двигатель, сердцем, он не удержался и посмотрел в сторону VIP ложи.       И там был он.       Макс.       Проблеск белоснежной рубашки в алом море. С солнечными очками в волосах. Воротник расстегнут, словно он совсем не замечает жары. Он облокотился на перила с видом, будто ему принадлежит весь мир.       Макс наблюдал за Шарлем с выражением лица, которое парень еще не видел. С одержимостью. Их взгляды на секунду встретились. Мужчина не улыбался, он ухмылялся. И эта ухмылка означала: «ты меня обманул».       Шарль невинно чуть наклонил голову, и едва заметная улыбка показалась на его губах, отвечая тем самым: «я так не думаю».       Затем он исчез в моторхоуме Феррари, со шлемом в руках проверяя связь по радио.

***

      Гонка началась, и фанаты заулюлюкали.       Двигатели ревели, когда болиды мчались по прямой мимо Sainte Devote, выхлопные газы отскакивали от каменных стен, шины впивались в трассу с невероятной силой.       Шарль лидировал.       Первый поворот прошел чисто.       Гонка превратилась в самую настоящую борьбу на самых крутых поворотах в автоспорте. На подъеме, в гавани и на финальной шикане Шарль был безупречен. Безжалостен в зонах торможения. Легок на поворотах. Точность была видна в каждом повороте руля. Это было его лучшее выступление на сегодняшний день.       Макс смотрел за происходящим из VIP ложи над моторхоумом Феррари. Не как сторонний наблюдатель и не как человек, которого это все развлекает, а тот, кто наблюдает за чем-то редким.       Шарль был быстр. Но он видел не только это. Он красиво смотрелся в болиде. Баланс агрессии и элегантности сводил с ума. Это как смотреть, как кто-то ведет в танце со смертью. И этот «кто-то» был впервые в жизни ему под стать.       Когда парень проезжал мимо трибун, болельщики вскакивали со своих мест и начинали размахивать красными флагами.       − Шарль! Шарль! Шарль!       Макс не кричал со всеми. Он знал, что в этом не было необходимости, потому что впервые в своей жизни он хотел чего-то только для себя, и он был готов на все, чтобы получить это. Он хотел заполучить Шарля, потому что теперь, когда он нашел его, он не собирался его отпускать.

***

      Когда Шарль первым пересек финишную черту, вокруг поднялся шум.       Механики кричали. Шампанское было открыто раньше времени. В воздух над гаванью полетели фейерверки. По радио раздался голос Шарля с едва сдерживаемым смехом. Затем что-то на французском, хриплое, эмоциональное и полное счастья.       Макс не понимал его слов.       Но он мог понять его чувства.       Шарль медленно проехал еще один победный круг, махая рукой из кокпита, на его шлеме отражались лучи вечернего солнца. Вся ответственность момента давила на него, словно корона.       И Макс наблюдал за ним с гордостью каждую секунду.

***

      Шарль не спешил сразу взойти на подиум.       Вначале он подбежал к своей команде. Его окружили объятиями, хлопали и поздравляли, громко кричали его имя. От Шарля еще пахло потом и топливом после гонки. Андреа выглядел так, будто вот-вот заплачет. Фред уже не мог сдерживаться и дал волю слезам.       Макс все это время не отводил взгляда от экрана.       Когда Шарль наконец расстегнул шлем и снял его одним легким движением, вокруг все встрепенулись.       Толпа снова закричала. Множество камер устремились на него.       Кудри парня прилипли ко лбу. Лицо горело, скулы раскраснелись от жара. Губы были искусаны и подрагивали от еле сдерживаемой радости.              Он выглядел дико. Как будто вышел из влажных снов Макса.       О мой бог…       Команда отпустила парня, и он смог подойти к своей стойке, чтобы поставить на нее шлем. Закончивший гонку вторым Оскар Пиастри подошел к Шарлю с поздравлениями, пожал ему руку и похлопал по спине, после чего направился праздновать со своей командой.       Шарль сделал глоток воды и позволил себе кинуть взгляд в сторону моторхоумов, пробегаясь по гостям.       Наконец, он задержался на Максе.       Их взгляды снова пересеклись, на этот раз дольше.       Никаких слов. Никаких жестов. Только взгляды.       Макс поднял свой почти пустой бокал с виски и кивнул. Шарль широко улыбнулся.       В этот момент Шарль смотрел так, словно никого вокруг больше не существовало.       Прежде чем кто-то из них успел что-либо предпринять, команда уже подталкивала парня в сторону подиума.

***

      Шарль ощущал, как прохладное и игристое шампанское стекает по его коже, однако, почти не обращал на это внимания. Он был невероятно счастлив, но не только от алкоголя или одержанной победы, но и от того, что на него смотрели.       Он знал, что Макс за ним наблюдает.       Парень специально тогда не сказал ему свое полное имя. Но не потому, что он прятался, а потому, что хотел, чтобы хотя бы раз с ним провели время не из-за того, кто он. Без лишнего давления и ожиданий. Чтобы были простые прикосновения рук незнакомца. Предложение сигареты, от которой он отказался. Смех. Истории. Ощущение того, что его хотят таким, какой он есть…       Он понимал, что Макс узнает. Он просто не ожидал, что это будет так.       А теперь…он не знал, что Макс будет делать дальше.       Но он надеялся. Верил в то, что их вчерашняя история имеет продолжение. Надеялся, что они оба окажутся в гостиничном номере, без одежды…       Как же сильно он в это верил.

***

      Уже спустя несколько часов после подиума, брифинга, пресс-конференции и, наконец, бесконечного парада поздравлений, Шарль в очередной раз проверил свой телефон.       Одно новое сообщение.       Неопределенный номер:       15 этаж, номер 1507. Hôtel de Paris.       Если хочешь, чтобы я посмотрел на тебя точно так же еще раз − приходи. Сегодня.       Шарль затаил дыхание. У сообщения не был указан отправитель, но он точно знал, от кого оно.       Он не стал отвечать.       Просто засунул телефон в карман, быстро переоделся, закрыл за собой дверь и сказал охранникам, что на сегодня они свободны.

***

      Была почти полночь, когда Шарль подъехал к отелю. Теперь на нем была белая футболка с немного помятым воротником, так как он собирался в спешке. Волосы были взъерошены, глаза сияли, эмоции от победы еще не до конца отпустили его.       Он не стал задерживаться на ресепшене и не оглядывался по сторонам. Он уже знал нужный ему номер комнаты.       Когда лифт остановился на 15 этаже, Шарль не промедлил ни секунды. Он был уверен в том, чего хочет. Подойдя к двери в конце коридора, он постучал, и она открылась. На пороге стоял Макс, без галстука, в расстегнутой рубашке с закатанными рукавами. Сейчас он казался еще шире, чем тогда, намного.       Шарль забыл, как дышать. Он был воплощением всех его мечтаний – всего, что он хотел видеть в мужчине.       Макс ничего не сказал, просто отступил назад, позволяя Шарлю пересечь порог комнаты. Дверь за ним захлопнулась, отрезая обоих от всего остального мира.       Между ними воцарилась густая, звенящая тишина, пульсирующая, как второе сердцебиение. Никто не проронил ни слова. Шарль оглядывал номер, президентский, как он полагал. Он даже не хотел знать, сколько стоит одна ночь в таком номере.       − Ты мне солгал, − тихо произнес Макс, его голос звучал глухо и вибрировал в тишине.       − Я не лгал, − ответил Шарль, смотря на него, − ты не спрашивал, кто я такой.       − Ты позволил мне думать и говорить с тобой так, будто я хорошо тебя узнал.       − А ты дал мне возможность флиртовать и оставил в неведении, чем все это закончится.       Макс подошел ближе и напряжение между ними возросло в сотню раз.       Это была страсть и голод. Чистая одержимость, которая ясно читалась в глазах Макса.       − Я должен быть в ярости, − сказал Макс с придыханием.       − Но ты не злишься.       Взгляд Макса опустился на губы Шарля.       − Нет, не злюсь, − согласился он, едва слышно произнеся это, после чего наклонился и следующие слова прошептал прямо на ухо Шарлю, − еще хуже.       Он сократил расстояние между ними до минимума.       − Я не переставал думать о тебе, − признался Макс, в его голосе слышалось желание.       У Шарля перехватило дыхание, из горла вырвался мягкий сдавленный звук.       В глазах Макса зажегся собственнический огонек.       − Ты даже не представляешь, что это означает для такого человека, как я.              Шарль вздернул свой подбородок и его губы вот-вот могли коснуться сильной челюсти Макса. В мягком освещении зеленые глаза парня сверкали, как два изумруда, он смотрел с нарочито дерзкой невинностью.       − Так покажи мне, − этот ответ был вызовом, предложением, знаком.       Взгляд Макса последний раз метнулся вниз, в качестве финального предупреждения или, может быть, капитуляции, прежде чем все рухнет. Напряжение в комнате висело в воздухе, словно дым, густой и наэлектризованный, сгущаясь все сильнее с каждым вдохом. Это становилось невыносимым, наполненным чем-то диким, чем-то голодным.       Они оба тяжело дышали, стоя слишком близко друг к другу. Воздух между ними был пропитан желанием.       Шарль…он выглядел так, словно…словно был мечтой, сотканной из знойной жары, шампанского и шелка. Как искушение, высеченное на камне.       Макс стиснул челюсть и сделал последний шаг навстречу.       В одно мгновение он шагнул вперед и обхватил талию Шарля. Парень едва успел издать звук, как Макс без труда подхватил его.       Резкий выдох сорвался с его губ, но он превратился в тихий, удивленный смешок, когда инстинкт успел взять верх. Шарль обвил ногами талию Макса, его руки скользнули на широкие плечи, пальцы впились в ткань воротника рубашки.       Их губы наконец встретились.       Поцелуй не был нежным. Он не был осторожным. Это был всепоглощающий, голодный поцелуй. С приоткрытым ртом и сбившимся дыханием, пронизанный напряжением после нескольких дней неопределенности и обещанием на одну ночь.       Макс развернулся настолько быстро, что вокруг все казалось размытым. Шарль едва успел осознать это, как он с глухим стуком был прижат к стене. Он тихо вскрикнул, больше от изумления, чем от боли. Макс удерживал его руками за бедра, словно пушинку.       Поцелуй стал глубже. Макс ворвался в его рот с новой силой, проталкиваясь языком с желанием завладеть им и опробовать на вкус. Шарль растворился в этом поцелуе, в самом Максе. Он не мог сопротивляться такому порыву, такой силе. Макс целовал его так, словно хотел остаться отпечатком под его кожей.       Это было доминирование без жестокости. Сила без давления.       Шарль наклонил голову, его губы тянулись за губами Макса, как будто они были связаны друг с другом. Он поднял одну руку и дотронулся до лица парня, проведя большим пальцем под глазом, и в этом прикосновении было столько тихого благоговения и страсти.       Затем Макс немного отстранился.       − Скажи мне, если захочешь остановиться.       − Даже не думай об этом, − ответил Шарль не задумываясь.       Глаза Макса потемнели, он снова развернулся, неся Шарля через всю комнату, претворяя свое обещание в действие.       Стена уступила место кровати. Напряжение от ожидания сменилось на что-то другое, более осязаемое. Но никто из них не собирался отступать.       Макс опустил Шарля на кровать. Парень издал еле слышный писк, когда он с мягким звуком упал на простыни.       Приближаясь с каждым шагом, взгляд Макса становился все темнее.       Шарль не шевелился. В этом и не было необходимости. Все еще опираясь на локти, его дыхание перехватило, когда мужчина склонился над кроватью и снова прижался к его губам. На этот раз поцелуй был еще глубже. Еще более неистовый. Таким собственническим, что Шарль вжался в матрас, одной рукой потянувшись к волосам склонившегося над ним Макса. Он целовал так, словно хотел что-то доказать, будто Шарль теперь принадлежал ему, и он не собирался ему позволить забыть об этом.       Одной рукой Макс придерживал голову парня, придавая больше устойчивости, в то время как другой медленно и уверенно поглаживал острые линии его ребер, мягкую кожу на боку, изгиб талии. В этих прикосновениях одновременно чувствовались благоговение и жажда. И во время всего этого их поцелуй не прерывался.       Он медленно и с легкостью стянул рубашку Шарля. Его пальцы скользили по обнаженной коже так, словно он ждал этого момента всю ночь, всю неделю. Это осознание заставило Шарля громко выдохнуть и слегка выгнуться, дрожа под тяжестью всего, что еще не было озвучено.       Затем, Макс начал опускаться ниже. Он поцеловал уголок его рта, поцелуй в челюсть, после чего дошел до шеи.       Теперь еще медленнее, не торопясь, он провел губами вниз по шее, касаясь пульсирующей жилки прямо под кожей. Шарль издал тихий, прерывистый стон, который заставил Макса на мгновение остановиться, улыбнуться, а затем прижаться губами обратно к его коже и продолжить.       Он целовал ключицу, грудь, повторяя путь своих рук, и в каждом месте, к которому он прикасался, разливался жар. Шарль не мог ни о чем думать. Он едва мог дышать. Каждое ощущение от прикосновения было наэлектризованным, пронизанным благоговением и голодом, от которого его кожа словно искрилась.       Макс не торопился. Он по-прежнему полностью контролировал ситуацию, оставаясь одетым ниже пояса.       Как будто Шарль был чем-то драгоценным. Чем-то, чем он планировал насладиться.       Губы Макса медленно скользнули по груди Шарля, задержавшись там ровно настолько, чтобы заставить его задрожать. Уверенными и неторопливыми движениями он стянул с того остатки одежды.       Когда он снова встал в полный рост, Шарль смотрел на него снизу вверх, затаив дыхание. Взгляд Макса был тяжелым от голода и страсти, заставляющим плавиться под ним.       − Ты прекрасен, − пробормотал он низким, хрипловатым голосом, − ты даже не представляешь, насколько.       Он снова опустился на колени, на этот раз начав с бедер парня, целуя внутреннюю сторону каждого из них с невероятной выдержкой. Он не приближался к тому месту, куда его направлял Шарль. Намеренно проявлял непокорность, наслаждаясь каждой дрожью, каждым прерывистым дыханием от своих прикосновений.       Это заставило Шарля начать едва слышно молить об этом. Это был едва различимый шепот.       Макс лишь улыбнулся и снова поднялся. Его мышцы перекатывались, отбрасывая тени в мягком освещении комнаты. Он медленно стянул с себя брюки, обнажив то, что заставило Шарля замереть. Его глаза расширились настолько, что Макс смог это уловить.       Из груди мужчины вырвался тихий смешок. Он наклонился ближе, касаясь губами уха Шарля.       − Все еще думаешь, что справишься со мной, детка?       Парень напряженно сглотнул и едва заметно кивнул. Неуверенно, но в то же время нетерпеливо. Только вот уже в следующую секунду он тихо покачал головой.       − Не думаю, что он поместится, − с его губ сорвался неуверенный и прерывистый шепот.       Макс придвинулся к нему, забравшись на кровать, словно стихийное бедствие, и заключил Шарля в объятия. Широкими руками, властно и уверенно, он обвил его вокруг талии, прижимая к себе.       − Все будет хорошо, ты сможешь, − прошептал он твердо, но с нежностью, - я позабочусь об этом.       Рука Макса скользнула ниже, раздразнивая, но не торопя. Он точно знал, что делает, каждое прикосновение было рассчитано так, чтобы еще больше распалить Шарля.       Раскрасневшийся парень дрожал под ним, с блестящими глазами, его голос срывался от тихих, отчаянных мольб. Этот звук пронзал Макса насквозь.       Он наклонился и оставил поцелуй за ухом Шарля, затем провел губами по острой линии подбородка. После раздался его низкий, ровный шепот, от которого у парня побежали мурашки по коже.       − Ты такой прекрасный сейчас, − прошептал он, − весь разнеженный из-за меня.       Его рука снова двинулась, на этот раз еще ниже, и Шарль ахнул, его тело содрогнулось от внезапной смены ощущений. Макс ввел в него один палец.       Он не ускорял темп, то отступал, то вновь медленно проталкивал вперед, наблюдая за каждой реакцией. Другой рукой он по-прежнему крепко сжимал талию Шарля, удерживая его на месте.       − Ты хорошо справляешься, − произнес Макс на выдохе благоговейным голосом, − так стараешься для меня.       Шарль держался за предплечье Макса, впиваясь в него ногтями, едва в состоянии дышать из-за накатывающих волн удовольствия, поднимающихся в нем. Его тело дрожало, он тихо постанывал и бормотал бессвязные слова, пока Макс прижимал его к себе, крепко обхватывая рукой за грудь.       Губы Макса нашли изгиб плеча, царапая зубами кожу, после чего он оставлял на ней страстные поцелуи, которые продержатся не только сегодня, но и до завтра. Как напоминание.       Шарль что-то пробормотал, почти бессвязно, но Макс его понял. Он наклонился к нему, голос звучал хрипло и ласково, а горячее дыхание коснулось уха парня.       − Не сдерживайся, − сказал он, − ты будешь рассыпаться на части из-за меня. Снова и снова.       После этой фразы он больше не замедлялся, не сбавлял темпа, и Шарль кончил с именем Макса на устах.       Его всего трясло, когда он рухнул на Макса, обессиленный и с тяжелым дыханием, каждый нерв в нем пылал и гудел. Макс вывел из него свои пальцы, прикосновения теперь были еще нежнее, чем ранее. Он нежно поцеловал Шарля в щеку, а затем коснулся губами уха.       − Ты так хорошо постарался, малыш, − тихо и тепло прошептал Макс. Он прикусил его мочку, пуская мурашки по всему телу. Тот не мог что-либо сказать. В этом сейчас не было необходимости.       Макс поменялся с ним местами, и оказался прямо перед Шарлем, проводя рукой по его животу. Пальцы мужчины оказались в белесой жидкости, которую пару минут назад излил на себя гонщик. Взгляд парня затуманился, пока он наблюдал за этой картиной. От этого зрелища по всему его телу разливались волны наслаждения. В следующий момент, Макс потянулся к кровати с его стороны, взял в руки упаковку с презервативом и, открывая ее зубами, продолжал смотреть на Шарля.       Макс обхватил его ноги и притянул ближе к себе, придвигаясь к заветной, тугой и раскрасневшейся дырочке. Он начал медленно входить. Шарль чуть было не закричал, все его тело словно горело.       Сантиметр за сантиметром Макс проталкивался внутрь, растягивая парня сильнее, чем тот мог себе представить. В уголках глаз Шарля начали собираться слезинки, он уже чувствовал себя наполненным, хотя Макс еще не вошел в него полностью.       С влажных, припухших губ сорвался тихий всхлип по мере того, как Макс продолжал входить в него. Мужчина наклонился и одной рукой обхватил голову Шарля, другой взялся за его бедро.       − Ты молодец, малыш, − зашептал он на ухо Шарлю, вызывая табун мурашек, − ты так хорошо меня принимаешь.       Шарль глубоко вздохнул, когда почувствовал, что Макс теперь был полностью в нем. Тот не двигался, давая парню привыкнуть, и решил отвлечь его от боли, выцеловывая и покусывая шею.       Шарль протяжно и громко простонал, когда Макс переключился на его ключицу. Напряжение в его теле начало постепенно спадать, уступая место удовольствию.       Макс продолжал свои действия, позволяя Шарлю окончательно успокоиться и перестать зажиматься, и затем начал двигаться в неспешном ритме.       Наслаждение переполняло Шарля, его тихие вздохи превратились в стоны. Постепенно Макс ускорил темп и начал двигаться быстрее.       − Ма-акс! − комната наполнилась громкими стонами. Шарль запрокинул голову.       − Ты так хорошо его принял, − прошептал Макс низким голосом, его губы коснулись уха парня, − ты был создан для него.       Шарль глубоко выдохнул, прогибаясь в спине.       − Пожалуйста...не останавливайся...       Макс не собирался останавливаться, а наоборот увеличил темп. Внизу живота постепенно нарастало тепло.       − Близко…Макс! Я очень-очень…, − речь Шарля превратилась в неразборчивые стоны, руками он царапал спину Макса, оставляя на ней красные полосы.       − Кончи для меня, Schat, покажи, как тебе хорошо со мной, − Макс откровенно рычал, наращивая темп, и сам стремился к разрядке. С протяжным стоном Шарль достигнул своего пика, и Макс вскоре последовал за ним, излившись в презерватив.       Шарль лежал, переводя дух, его грудь вздымалась и опускалась, когда он пытался отдышаться, глаза были расфокусированы, губы приоткрыты. Он был совершенно разбит, но в самом лучшем смысле этого слова.       Но тут Макс пошевелился, без каких-либо усилий подхватил Шарля на руки и усадил к себе на колени. Парень ошеломленно моргнул, нахмурив брови в замешательстве. В какой-то момент Макс успел снять использованный презерватив.       Он, как хищник с запасом времени всего мира, склонил голову на бок и на его лице появилась ухмылка.       − Что? − пробормотал он, уткнувшись лицом в открытую шею, − ты подумал, мы уже закончили?       Макс наклонился и коснулся мочки Шарля.       − Ох, mon cœur, − зашептал он, − мы только начали.       Шарлю потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя, после чего он собрался с силами и толкнул Макса обратно на спину. Это застало Макса врасплох, но он был явно не против. Он просто положил руки на бедра Шарля и позволил ему делать все, что тот захочет.       Медленно приподнявшись на коленях, Шарль обхватил член Макса позади себя и постарался пристроиться к нему поудобнее. Они оба зашипели от удовольствия, когда их тела вновь соприкоснулись.       Шарль выпустил член из рук и, вместо этого, обхватил Макса за плечи, продолжая постепенно опускаться. Парень застонал, ощущая руки Макса на своих бедрах, которые крепко держали его. Он был уверен, что утром на них останутся синяки.       Шарль начал покачивать бедрами, испытывая удовольствие. Постепенно он увеличил темп и скакал на Максе изо всех сил.       Он закрыл глаза от нереальных ощущений и позволил Шарлю ненадолго взять темп под свой контроль, но когда тот начал стонать громче и двигаться быстрее, Макс просто не смог больше сдерживаться, схватил парня за талию и начал подстраиваться под каждое его движение, попадая во все нужные места. Прошло всего пару минут, прежде чем они кончили во второй раз. Макс остался глубоко в Шарле, в то время как сам гонщик Феррари навалился всем своим телом на пресс и грудь мужчины. Изнеможение мгновенно охватило парня, и он рухнул на Макса, который все еще оставался в нем.       − Ты потрясающий, Schatje. Просто потрясающий, − Макс своей рукой приподнял лицо Шарля и притянул его к себе для поцелуя. Этот поцелуй был полон страсти и вожделения, которые переполняли Макса изнутри.       Пока они продолжали целоваться, Шарль почувствовал, что Макс снова начинает возбуждаться.       − Последний раз? − прошептал тот на ухо, увидев, что парень заметил его возбуждение.       Шарль поднял голову, чтобы посмотреть Максу в глаза, и ухмыльнулся.       − Ты еще можешь продолжить в том же духе, старик? − голос Шарля охрип от стонов и криков, которые он издавал, но он все равно не скрывал своей дерзости.       Даже несмотря на то, что он был измотан, и это был самый страстный секс в его жизни. Он просто ничего не мог с собой поделать. Его сердце екнуло, когда он увидел, как потемнели глаза Макса. Одним быстрым движением тот взял Шарля, обхватил ногами за талию и встал на колени, одной рукой придерживая его за бедро, а другой – за талию.       Шарль вскрикнул и обхватил Макса за плечи, чтобы не упасть. Хотя, мужчина ясно дал понять, что тот для него, по-видимому, ничего не весит.       Макс прервал ход его мыслей, целуя в губы и медленно налегая на Шарля, начиная снова делать толчки.       – Я думал, тебе нравятся мужчины постарше, – поддразнил его Макс, шепча это на ухо, и без предупреждения начал двигать бедрами вверх, сразу же попадая в нужное место, которое он теперь знает как свои пять пальцев.       На этот раз его толчки были более резкими, заставляя Шарля задыхаться и громко стонать от каждого соприкосновения кожи к коже. Слава богу, что у Макса был президентский номер, иначе, мужчина был уверен, они бы получили уже много жалоб. Но прямо сейчас Максу было на это плевать. Это не имело значения. Не тогда, когда Шарль, такой красивый в его объятиях, был выжат до предела, кончил уже дважды и сейчас стонал ему в ухо.       Вскоре, Шарль кончил в третий раз и окончательно обмяк в руках Макса. Тот тоже не заставил себя долго ждать и излился внутрь парня.       В комнате стало тихо. Был слышен только шум города за окном и ровный ритм их дыхания. Лунный свет проникал сквозь прозрачные занавески, освещая смятые простыни и обнаженные тела.       Шарль лежал, прижавшись к груди Макса, когда тот уложил их на матрас. Сердцебиение с каждой минутой приходило в норму. Рука Макса мягко скользила по волосам парня, что было абсолютно в противовес тому, что происходило здесь ранее.       Они оба молчали. Им и не нужно было что-либо говорить.       Ресницы Шарля трепетали, когда он смотрел в потолок, пытаясь прийти в себя. Это казалось чем-то нереальным − не только из-за разбушевавшейся страсти между ними, но и из-за того, как Макс смотрел на него, прикасался к нему. Как будто Шарль был действительно важен.       И это его пугало.       Но он до сих пор не отстранился.       Макс зашевелился и опустил взгляд вниз, в его темных глазах было спокойствие.       − Ты в порядке? − спросил он хриплым голосом.       − Да, − кивнул Шарль.       И снова тишина.       − Ты не такой, как я ожидал, − затем робко прошептал парень.       Макс по-доброму усмехнулся, проводя большим пальцем по линии челюсти Шарля.       − Ты тоже.       Какое-то время они лежали в таком положении. Не официальные любовники, но и не чужие люди. Они находились в объятиях друг друга, пока их не сморил сон, и ночь Монако не окутала их своим мягким сиянием.       И в этой тишине, что-то переменилось.       И началось что-то новое.