Еще одна жертва Палача

Индийская делегация уже две недели провела в Англии, а этим вечером в доме лорда де Клера ожидался небольшой прием. Гости постепенно привыкали к обстановке, поэтому были готовы к встрече с представителями английской элиты. Должен был пожаловать давний знакомый Кристиана — лорд Суинфорд вместе с сестрой, а также пара гостей, о которых бенгальцы ни разу не слышали. Эрит переодевался к ужину в своей комнате и настраивался на вечер. Необходимо было оставаться начеку и внимательно наблюдать за Суинфордом, о котором ходили сомнительные слухи и подозрения, что он мог затеять свою игру против губернатора и его планов насчет женитьбы на Деви. Брахман усилием воли пытался сконцентрироваться на делах, но мысли предательски возвращались к той сцене в покоях Дорана. Прошло чуть больше трех недель с того момента, а Басу вел себя как обычно, сохраняя абсолютное безразличие, словно это все было фантазией Эрита. Тхакур и сам был готов усомниться в реальности произошедшего, если бы не синяки от укусов, не сходившие несколько дней. Каждое прикосновение к шее или взгляд на оставленные Дораном следы вызывали моментальное возбуждение и одновременно гнетущее разочарование от того, что это больше не повторится. Но ведь Басу явным текстом сказал, что он еще с ним не закончил, с надеждой утешал себя Эрит. Когда это произойдет? Постоянное ожидание хотя бы мимолетного взгляда или движения, намекающего на продолжение, сделали уравновешенного брахмана нервным и растерянным. На это уже обратил внимание младший Дубей, с которым Эрит проводил много времени. Рам знал, что молодой брахман увлечен мужчинами, и Тхакур молился, чтобы ведающий не обнаружил объект своего вожделения. Сарасвати тоже догадывалась об истинной причине переменившегося поведения ведающего, однако не подавала вида. Только изредка сочувственно поглядывала на будущего супруга, видя, на кого направлен его полный надежды взор. Завершив приготовления, Эрит стал спускаться вниз. В гостиной уже ожидала вся делегация, вполголоса обсуждавшая, чего им ждать от сегодняшнего вечера. Доран с Камалом стояли поодаль от всех, ближе к входу, словно охранники, готовые разорвать любого, кто попытается причинить вред индийским гостям. В сущности, так оно и было. Поздоровавшись со всеми, Эрит прошел к диванам и сел рядом с Дубеем. От Дорана он получил только сухой кивок, которым тот одаривал каждого, а в глазах не было огонька, вызывавшего в брахмане бурю эмоций — лишь строгость, периодически сменяющаяся безразличием. Вскоре прибыл лорд Суинфорд с сестрой и своим помощником. В то время как все с напускной вежливостью приветствовали друг друга и общались, Эрит разглядывал молодого человека, сопровождавшего Суинфорда. Это был худощавый мужчина, с собранными в хвост светлыми волосами, вычурно одетый и манерный. Брахман заметил, что тот украдкой стреляет в него глазами, но будто стесняется этого и пытается скрыть. Эрит, одарив гостей дружелюбной улыбкой, старался поддержать неловкую беседу: — Вы здесь впервые? — Лорд с сестрой нет, а я вот да. — ответил молодой человек и протянул брахману ладонь. — Меня зовут Оскар Фицуорин, я правая рука Бернарда Суинфорда. Эрит ответил на рукопожатие, и тут же вмешалась Деви: — В таком случае, господин Фицуорин, не желаете осмотреться, пока мы ждем ужин? Господин Тхакур готов составить вам компанию. Что? Асуры, Деви! Ведающий растерянно посмотрел на Шарму, которая также заметила интерес Оскара к нему и некстати решила посодействовать. — Ты же хотел изучить местные обычаи? Вот сейчас самое время. — заговорщически шепнула ему Дивия. — Господин Фицуорин… — замялся Эрит и неосознанно бросил взгляд в сторону младшего Басу. Тот стоял достаточно близко, так что мог слышать разговор. — Кхм… разумеется, я с удовольствием покажу вам поместье. — Между прочим, господин Тхакур принадлежит к касте брахманов. У нас в Индии считается, что они способны общаться с богами. — не унималась Деви. — Неужели? Я был бы рад побольше узнать об этом. — изумленно ответил Фицуорин, тут же ловко подхватил Эрита под руку и потащил в сторону выхода из гостиной. Тхакур от неожиданности стушевался, но подался за ним. Выходя из комнаты, он почувствовал на себе прожигающий взгляд и обернулся. Доран пронизывал его насквозь, в глазах засветилось что-то недоброе, а челюсть была плотно стиснута. Что это? Ревность? Нет, это невозможно. *** Спустя полчаса, без особого энтузиазма проведя экскурсию для Оскара и рассказав ему о необычных обязанностях ведающих, Эрит вернулся вместе с Оскаром к начавшемуся ужину. За столом он постоянно чувствовал на себе взгляд Дорана, не предвещающий ничего хорошего, и это заставляло все его внутренности переворачиваться. Оказалось, Оскара посадили рядом с брахманом, и тот на протяжении всего ужина близко склонялся к тому, чтобы продолжить расспросы о культуре Индии. Тхакур смущенно подглядывал на Басу, который яростно пережевывал пищу и не отрывал от них взгляд, и рассеянно отвечал Фицуорину. — Скажите, мистер Фицуорин, узнали ли вы сегодня что-то новое об Индии? — неожиданно раздавшийся вопрос Дорана заставил Эрита еще сильнее вжаться в стул. — О, несомненно, господин Басу. Господин Тхакур был очень любезен и много поведал мне о вашей культуре. — не догадываясь о двусмысленности этой беседы, наивно ответил молодой человек. — Не сомневаюсь. Господин Тхакур много знает и многим может удивить. — бросил беззастенчиво Басу и наигранно улыбнулся, грозно вперившись в Эрита. *** Вернувшись в свои покои после затянувшегося ужина, Эрит ополоснулся, снял вечернюю одежду и переоделся в ночные свободные штаны. Собираясь затушить свет, чтобы лечь в постель, он услышал, как дверь неожиданно отворилась и тихо закрылась. Он обернулся и увидел массивную фигуру в приглушенном свете лампы, отражающей блеск янтарных глаз. — Ч-что ты здесь делаешь? Басу, даже не заперев дверь на замок, хищным шагом приближался к Эриту. — Кто-то может зайти. — неуверенным и тихим голосом проговорил брахман. — Пусть. — ледяным тоном возразил Доран. Приблизившись к парню вплотную, мужчина грубо схватил того за подбородок и потянул к себе. Сжал двумя пальцами его челюсть и с злорадной улыбкой спросил: — Понравился англичанин? Эрит на миг почувствовал самодовольство от реакции Дорана, хотя внутри тут же все скрутилось из-за трепета перед ним. — Мы не… Постой, что? Ты ревнуешь? Доран резко фыркнул, качнув головой. Наклонился ближе и, не отпуская лицо Эрита, укусил нижнюю губу почти до крови. Парень сдавленно всхлипнул. — Не собираюсь делиться тем, что принадлежит мне. — отчеканил Басу. — Я тебе не принадлежу. — произнеся это, Эрит мысленно засмеялся над собственными словами, понимая, что это неправда. Не было минуты, чтобы он не подумал о нем, ни минуты, чтобы не пожелал ощутить на себе его взгляд, не говоря уже о прикосновениях. Конечно, он без остатка принадлежал ему. И они оба это знали. Доран резко просунул руку в штаны Тхакура и тут же ощутил до предела возбужденный член. Самодовольно ухмыльнулся, подтверждая свои слова. — Да ну? — прошипел ему в губы Басу, грубо огладив, а затем сжав мозолистой ладонью его член. От наглости движения у Эрита подкосились ноги, он судорожно вздохнул и отчаянно потянулся к Дорану за поцелуем. Но тот сел на край кровати и с такой же грубой силой притянул к себе парня так, чтобы тот оседлал сверху его бедра. Тхакур положил руки ему на плечи и потянулся ладонью к затылку, сминая пальцами темные мягкие локоны, легонько оттягивая назад, на что получил одобрительное мурчание. Доран проводил крупными ладонями по его спине, заставляя того выгибаться в пояснице, затем схватил за ягодицы и вдавил в себя. Мужчина подарил Эриту то, чего он так долго желал, жадно впившись в его мягкие губы. Языком провел по ним, заставляя раздвинуться и вторгся в рот горячим поцелуем. Он был неистовым, пылким, почти диким. Брахман простонал ему в рот и сильнее стиснул пальцами волосы Дорана. Это было так неправильно, но неправильность еще сильнее опьяняла, одновременно обостряя все чувства и лишая их. Для Эрита это было сравнимо с агонией, и он был готов к тому, что после этой яркой вспышки от него ничего не останется. Дав парню пару минут насладиться забытьем, Доран мягко отстранил его от себя и провел по щеке, оттягивая чувственные губы юноши. Большие серые глаза Эрита горели страстью, в них читалась покорность и полное доверие. Мужчина приподнял его за ягодицы и властно приказал: — Садись на колени. Тхакур послушно привстал и медленно опустился на пол, не отрывая взгляд от ореховых глаз. Потянулся руками к нему и начал стягивать ткань дрожащими от волнения руками. Доран помог ему снять штаны, приподняв бедра. Затем придвинулся ближе к краю кровати и шире расставил мощные ноги, открыв Эриту вид на уже возбужденный член. Брахман нервно сглотнул, убедившись, что угадал, насколько внушительным окажется размер достоинства Дорана, и не представлял, как он поместится ему в рот. Одной рукой он робко обхватил твердую обвитую венами плоть, а губами потянулся к крупной влажной головке. Ему льстило, что Басу был так же сильно возбужден, как и он, и это придало ему уверенности от ощущения власти, которую он сейчас имеет над львом. Эрит нежно обхватил губами сначала кончик, затем оставил несколько несмелых поцелуев по всей длине, помогая себе рукой. От первого прикосновения Доран втянул воздух и дернул тазом. Парень начал медленно посасывать налитую головку, втягивая ее в себя и оглаживая языком. Не выдержав, Доран схватил его за голову, сжал в кулак шелковистые волосы брахмана и сильнее насадил на себя. — Терпение это не про меня, тигренок. — гортанно прорычал он. — И убери руки. Эрит неуверенно поднял на него глаза, но руку убрал и постарался ускорить темп. Отстранившись, чтобы вдохнуть воздух, он начал глубже опускаться, но из-за размера с трудом подавлял рвотный рефлекс. Наконец он медленно погрузился настолько, что достал носом до лобка, и из глаз полетели искры, смешиваясь со слезами. Доран позволил ему к себе привыкнуть, но уже терял терпение и начал подначивать его, толкаясь бедрами ему в рот. Брахман еще раз отстранился и тут же глубже насадился, начал ускоряться сильнее, услышав одобрительный рык Дорана. Окончательно озверев, Доран обеими ладонями схватил голову Эрита и стал грубо толкаться тому в рот, игнорируя, как парень начал давиться и хрипеть. Он сжимал волосы и насаживал его с такой силой, что головкой постоянно касался его горла. Комнату оглушили хлюпающие звуки, сдавленные стоны Эрита и низкое рычание Дорана, но они не боялись, что их могут услышать. Парень начал задыхаться и одной рукой схватился за ногу Басу, крепко ее сжимая. Доран немного сбавил темп, дав тому вдохнуть воздуха и перевести дыхание. Он посмотрел вниз и залюбовался красотой юноши, чьи опухшие губы находились так близко к его члену. Сбивчивое дыхание, одурманенные глаза, румянец на смуглых щеках — Дорану хотелось притянуть к себе и одарить его благодарными поцелуями. Но он должен был наказать его за уединенную прогулку с англичанином, показав, кому он принадлежит на самом деле. Поэтому снова собственнически насадил рот юноши на член и стал еще сильнее вбиваться в него. Эрит самозабвенно продолжил, старательно заглатывая глубже и расслабляя горло, чтобы подавить рефлекс. Чувствуя приближение, Басу еще несколько раз сильно всадил себя в рот Эрита и излился прямо в горло. Парню пришлось сразу заглотить тягучую теплую жидкость, чтобы не подавиться. Наконец Доран отстранил его от себя и одобрительно провел горячей ладонью по щеке раскрасневшегося парня. — Иди ко мне. — низко прохрипел Доран, притягивая Эрита к себе и снова сажая к себе на колени. Парень уселся сверху и потянулся за поцелуем. Мужчина ласково оглаживал его по спине и ответил на поцелуй, который был уже не диким, а утешающим. Доран мягко покрывал поцелуями его щеки, острые скулы и высокий лоб, вертел в пальцах упругие локоны. Затем отстранился, привстал, поддерживая Эрита за бедра, и пересадил на кровать. Поднял с пола штаны и начал одеваться, лукаво подглядывая на брахмана. Собравшись уходить, он подошел к нему и наклонился, оперевшись руками в кровать по обе стороны от него. Накрыл его губы своими и тут же просунул язык в рот, по-хозяйски прохаживаясь по небу, зубам и дразня язык парня. Эрит протянул к нему руку и одержимо обхватил за шею, углубляя поцелуй. Сжав зубами полные губы юноши, Доран окончательно отстранился и прошептал: — В следующий раз я буду нежнее. Но смотреть ты всегда должен только на меня. — по-кошачьи лизнув его израненные губы в последний раз, Басу тихо покинул покои.