За кулисами

Полторы недели между первой ночью и финалом Boys II Planet стали для Лио и Санвона странным, растянутым во времени сном наяву. Днем они были конкурентами, оттачивавшими каждый жест под прицелом камер, но теперь у этой конкуренции появилась новая, жгучая грань. Санвон ловил себя на мысли, что смотрит на Лио во время групповых репетиций не только с желанием, но и с новой тоской. <Что, если мы оба пройдем? Что, если мы окажемся не по разные стороны сцены, а в одной группе? Рядом… не только ночью, но и днем, на каждой репетиции, на каждой съемке…> Эта дерзкая и почти невозможная мечта стала его тайным топливом. Их мир жил в щелях графика. На следующий день после той ночи они столкнулись в пустом коридоре у кофейных автоматов. Слова были лишними. Лио, убедившись, что камеры развернуты в другую сторону, притянул Санвона за руку в укромный угол, прижал к стене и поцеловал — аккуратно, но требовательно и с такой жадной интенсивностью, что у Санвона перехватило дыхание. - Не смей опускать руки на оценке сегодня, - отрывисто прошептал Лио. - Если мы оба хотим оказаться там, в топ-8, нам нельзя давать слабину. Эта фраза «оказаться там» прозвучала как молчаливое признание общей цели. Санвон только кивнул, его сердце колотилось не только от поцелуя, но и от надежды. Вечерами, когда тренировочные залы пустели, они находили способы побыть вместе. В один из таких вечеров Лио молча вручил ему наушники. Звучала их общая песня. - Это наш дуэт, - сказал Лио. - Жаль, его никогда не исполнят на сцене. ~А кто сказал? - Санвон встрепенулся. - Если мы… если мы дебютируем вместе… Может, когда-нибудь… мы сможем спеть ее вместе? Настоящий дуэт. Лио посмотрел на него, и в его обычно аналитическом взгляде мелькнуло что то теплое, почти уязвимое. - Это было бы… здорово, - ответил он, стараясь спрятать уязвимость, но Санвон уже научился читать Лио как открытую книгу. Их ночные встречи в комнате Санвона стали не просто побегом, а репетицией будущего, о которой они боялись говорить вслух. Лежа в темноте, Санвон, прижавшись щекой к его груди, вдруг проговорил: ~Представляешь… мы оба в одной группе? Ты вечно теряешь свои наушники, а я бы клал их тебе на стол. Мы бы путешествовали по турам и давали концерты перед тысячами людей. И мы могли бы писать музыку вместе не украдкой, а просто… потому что мы одна команда. Лио замер, его пальцы, перебирающие волосы Санвона, остановились. - Ты слишком забегаешь вперед. Сначала надо пройти. ~Но ты же думаешь об этом? О том, чтобы быть в одной группе? Тишина затянулась, а потом Лио тихо, так, будто признавшись в слабости, ответил: - Думаю. Это… эффективно. Наша химия на сцене была бы невыдуманной. Зрители это чувствуют. Санвон улыбнулся в темноте. Для Лио «эффективно» и «невыдуманная химия» были высшей степенью романтики. Однажды после изматывающих съемок, в уборной, Лио, убедившись, что они одни, обнял его и прошептал, прижимая к себе: - Я видел сегодняшние предварительные голоса. У нас обоих есть шанс. Но для победы нам нужно выдать на финале не просто хорошее, а гениальное выступление. Потому что я… я уже привык к мысли, что мы на одной сцене. И мне не хочется от этой мысли отказываться. Это было самое прямое признание. Санвон почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. ~Мы будем там. Вместе. Я обещаю, - выдохнул он, и это прозвучало как клятва. Однажды, после особенно изматывающего дня съемок, когда Санвон едва не расплакался от усталости и непрекращающегося давления в мужской душевой, Лио вошел, убедившись, что они одни. Он не сказал ни слова. Просто подошел, обнял его за плечи, влажного и дрожащего от прохладного воздуха, и крепко прижал к себе, положив подбородок ему на макушку. Санвон обвил его руками за талию и просто стоял, вдыхая его запах — чистый, без парфюма, просто кожа и хлопок. ~Я не выдержу, - выдохнул Санвон ему в грудь. - Выдержишь, - ответил Лио, его голос был тихим, но твердым. - Потому что завтра я буду на той сцене и буду смотреть только на тебя. Вместе мы справимся. Или ты уже забыл о нашей мечте? Это была их самая странная и самая действенная форма поддержки — не жалость, а вызов, брошенный с позиции того, кто уже видел его, слабость и силу. За два дня до финала они оказались в одном тренировочном зале, отрабатывая сложную совместную часть для финального выступления — короткий дуэт в центре сцены, который режиссер добавил для драматизма. Это был момент, когда их пути, как участников из разных команд, должны были ненадолго пересечься в гармонии. Музыка была напряженной и эмоциональной. Санвон, выполняя свой проход, должен был резко развернуться и оказаться лицом к лицу с Лио, их взгляды по задумке должны были встретиться в эпицентре конфликта. Но в сотый раз повторяя это движение, Санвон поймал себя на том, что смотрит не в камеру, а прямо в темные, сосредоточенные глаза Лио, и забыл следующее движение. Он замер на долю секунды, сбившись с ритма, чувствуя, как жар стыда и досады заливает его щеки. Лио, не прерывая своего отточенного движения, плавно закрыл дистанцию между ними. Со стороны это выглядело как часть хореографии — резкий захват за предплечье и резкий поворот. Но его пальцы, впившиеся в руку Санвона, говорили об ином. - Соберись, - прошипел он так тихо, что это услышал только Санвон. Его дыхание обожгло ухо. - Ты хочешь, чтобы нас увидели вместе в финале? Тогда перестань пялиться на меня как загипнотизированный. Работай. Он оттолкнул его с необходимой для хореографии жесткостью, и Санвон, будто ошпаренный, автоматически выдал чистую, идеальную связку. Адреналин от вспышки стыда и от этого грубого, прямого напоминания об общей цели заставил его тело работать с удвоенной точностью. Когда тренер наконец крикнул: «Перерыв!», и все рассыпались по залу, Лио налил два стакана воды. Он протянул один Санвону, их пальцы снова встретились на прохладном пластике. - Извини, - буркнул Лио, отводя взгляд. - Но если мы облажаемся на этом дуэте, они вырежут его. И этот шанс… шанс показать, как мы звучим и двигаемся вместе… он испарится. А нам он нужен. Зрители должны захотеть видеть нас в одной связке. Понимаешь? Санвон понимал. Этот маленький дуэт в финале — их надежда. < Он прав. Это наша минута, чтобы доказать, что наша химия — не случайность в темном коридоре, а то, что будет сиять. > ~Понимаю. Не пялюсь больше, - он сделал глоток воды. - Просто… когда я смотрю тебе в глаза там, на сцене… я забываю, что это постановка. Для меня это выглядит как начало нашего настоящего дуэта. Лио замер со стаканом у губ. Потом поставил его и, убедившись, что их никто не видит за колонной, провел большим пальцем по его вспотевшей щеке. - Тогда запомни это чувство. И вынеси его на сцену. Пусть все подумают, что это гениальная игра. Только мы с тобой будем знать правду. Ночь перед финалом была пропитана этой невысказанной надеждой. Сидя на полу в комнате Санвона, слушая их трек, Санвон не выдержал: ~Завтра… что бы ни случилось… Спасибо. За то, что показал мне эту мечту. О группе. О нас… на одной сцене не в роли соперников. Лио взял его руку и переплел пальцы. Его прикосновение было твердым. - Это не мечта, - сказал он с непривычной для него страстью. - Это цель. Я обычно достигаю поставленных целей. И в эту… я вложил слишком много, чтобы позволить ей развалиться. Он поцеловал его, и в этом поцелуе было все: страх, желание, азарт и та самая, невероятная надежда на общее завтра. Когда Лио ушел, Санвон лежал и смотрел в потолок. Мысли о финале, о страхе провала, о давлении — все это отступило перед одним ярким образом: он и Лио, стоящие под дождем конфетти, с табличками с одинаковыми номерами в топ-8. Они улыбаются друг другу, и больше не нужно скрываться. < Мы должны это сделать. Ради этой ночи. Ради всех этих украденных минут. Ради нашего дуэта, который мир обязательно услышит. > Он засыпал с мыслью, что завтра он борется не просто за место в группе. Он борется за право идти к своей мечте рука об руку с человеком, который за полторы недели стал для него и самой большой слабостью, и самой главной силой. Финал был не концом, а шансом на начало всего по-настоящему.