Трио без Рона Уизли

Три месяца назад.

Октябрь. Удар книги об стол получился такой мощный, что все в обеденном зале повернулись в ее сторону. Гермиона не ожидала острого внимания к своей персоне и тихо извинившись, присела на деревянную скамью, скрывая волосами позорное смущение и стыд за свой всплеск негатива. Мимо, как нельзя кстати, проплыла смеющаяся тыква, напоминая всем и каждому, — приближается Хэллуин. -  Привет Гермиона, — Гарри, казалось бы, и не увидел раздражения девушки, продолжая жевать картофель. — Ты встала не с той ноги? Или в библиотеке закончились книги, которые ты еще не прочитала? Литературный кризис? Библиотекарь не пропустила в читальный зал? -  Очень смешно, Гарри Поттер! Ты, как всегда, очень ответственно подходишь к юмору, — она закатила глаза и, схватив кубок с морсом, сделала один большой глоток. Аппетит пропал напрочь. -  Конечно! Ты разве не знала, что я очень ответственный человек? Она фыркнула и пыталась возразить, но он поднял в верх указательный палец, прерывая ее негодование и непринужденно продолжил говорить: — Вот представь: вдруг на нас нападут Боггарты и я, как надёжный и находчивый волшебник, воспользуюсь своим воображением и превращу его, скажем, в домового эльфа с лицом мадам Хуч и её противным голосом: Держи метлу лучше, Поттер! — его очки отбросили блик солнца, а взгляд загорелся от предвкушения. Со всех сторон послышались смешки. — Или, быть может, мы организуем свой мастер класс! Позовем домовых эльфов и гоблинов, предложим им сыграть на публику и прочитать цитаты из книги Снейпа для Боггартов! Те сами сбегут от страха. Да нам Ж.А.Б.А. автоматом поставят! -  Гарри, профессор Снейп не пишет книги, — фыркнула Джини Уизли, сидящая недалеко от Поттера, и нагло подслушивая своих друзей. — Он слишком занят оттачиванием своего интеллектуального высокомерия в личных подземных казематах. И у него, однозначно, должен быть свой личный страдалец для дискуссий. Джини заговорщически ухмыльнулась, представив профессора Снейпа, ведущим дебаты, скажем, с Мандрагорой. — Я думаю, его заносчивость и паршивый характер выдержит, разве что, только зеркало в собственных покоях. Другие собеседники давно уже разбежались, — Гарри переглянулся с Уизли, отражая её ухмылку. — Точно, — вмешался в их разговор Дин и понизил голос до шепота, но так, что бы его слышали сидячие рядом товарищи. — Я как-то видел, как Снейп разглядывает себя в зеркале, что стоит в его лаборатории. И! — Дин сделал паузу, нагнувшись над столом. — Он пытался улыбаться и корчил рожи! Жуткое зрелище, я вам скажу! — Да не может быть! — Ты врешь, Томас! Быть такого не может! Со всех сторон посыпались возгласы и гомон студентов, на что парень повысив голос, воскликнул: — Да я вам честно говорю! Я видел это собственными глазами! -  И Ты ушел оттуда живым? — Поттер отвлекся от еды и наставил на Томаса вилку. — Удивительно! И ты еще не сбежал из магического мира от его Круциатоса? -  Как видишь Поттер, мне повезло не попасться, — Дин выпятил грудь, бахвалясь своей храбростью, но желаемого эффекта не получил. Ученики уставились на него с ужасом на лицах, а Поттер вообще подавился клюквенным морсом. -  Действительно, Мистер, — раздался над головой самый страшный голос в волшебном мире. — Вам повезло, что у вас мозги, размером с лапку черноголовой лягушки, а инстинкт самосохранения отсутствует напрочь. — Снейп подкрался незаметно, возвышаясь позади застывшего в ужасе и побелевшего, словно полотно, Гриффиндорца. — На следующем уроке вам предстоит сделать доклад о влиянии яда этой самой лягушки на организм молодых и бестолковых волшебников. И, не забудьте добавить пару страниц о противоядии и где его добывают. А также, какая технология приготовления зелья по моему особому рецепту, который, как вы знаете, есть только у меня. Вам всё ясно, Мистер Томас? -  Но сэр…. -  Прекрасно, что вы всё поняли и уяснили своим чудовищно маленьким мозгом, Мистер Томас. В следующий раз, следите за языком и не забывайте о мерах безопасности на уроках зельеварения. А вы, — Снейп перевел холодный и высокомерный взгляд на притихших студентов. — Невоспитанные, наглые и бестактные недоучки. То, что я сейчас Вам поведаю, будет сказано лишь один раз, так что сохраните эту информацию в своих пустоватых головах, сделайте над собой усилие. В моем кабинете и в моей личной лаборатории нет ни одного зеркала, но стоят охранные заклинания, сканирующие всех незваных гостей. Я всегда знаю, когда там посторонний. Если хоть один из вас пересечет данную территорию вне урочного часа — пеняйте на себя. Уж я-то усмирю ваши снующие по всюду, длинные носы. Это понятно? -  Да профессор! — хор голосов разной октавы прозвучал до нелепого смешно в притихшей столовой. Даже приведения и тыквы зависли в воздухе, наблюдая за публичной поркой в тягучем ожидании. Снейп лишь хмыкнул, развернулся на каблуках и удалился, оставив за собой шлейф вселенского унижения и пристыженных до смерти студентов. Столовая погрузилась в вязкую, звенящую тишину. Затем стол Гриффиндора взорвался шквалом голосов и возгласов: -  Ты покойник, чувак! -  Ты был славным другом, Дин. -  Мы будем помнить тебя вечно, друг. Когда начнешь писать завещание, то не забудь, что на первом курсе я поделился с тобой шоколадной лягушкой. Твоя метла не пропадет даром! -  Пакуй вещи, Томас. Ад для тебя только начинается. Со всех сторон поднимался несмолкаемый гам, и столовая Хогвартса за минуту превратилась в филиал рынка на Косом переулке. -  Заткнитесь придурки! Это было страшно! — Дин схватился за голову, ошарашено провожая взглядом преподавателя Зельевара. «Может претвориться больным? На весь оставшийся год?» -  Конечно страшно, — Поттер передернул плечами, вырывая товарища по несчастью из своих тревожных размышлений. — Ты хоть представляешь, как мы испугались? Да наши нервные системы, считай, еще легко отделались! — Проще сказать, Поттер, чем сделать! И это не тебе задали доклад про мифическую лягушку! — огрызнулся Томас, пытаясь придумать, как выкрутиться из сложного положения. Идея с болезнью казалась не такой уж и бредовой. Да же? — Полно вам, — Гермиона сделала вид, что их паника её утомила. — Я помогу тебе, Дин, подготовить доклад. — Правда? — парень с сомненьем и затаённой надеждой посмотрел на Грейнджер. — Ты не шутишь? Девушка цокнула языком и покачала головой. Она не стала рассказывать друзьям где она собирается искать нужную информацию. — Мне не сложно, Но! — она подняла в верх палец, затем указала им на притихшего и заметно повеселевшего Томаса. — Ты мне не мешаешь; не задаешь глупых вопросов; и вообще не лезешь с расспросами. Ясно? — Так точно, мэм! Дин выпрямился на стуле по стойке смирно и за столом раздался шквал смеха. Никто не удивился рвению Гермионы к учебе, да она и была этому искренни рада. Письмо, полученное утром от Макгонагалл, жгло карман, а мысли крутились вокруг всего одного абзаца, чернильными строчками отпечатавшимися в мозгу: «Настоящим подтверждаем, что Гермиона Джин Грейнджер, студент(ка) школы магии и волшебства Хогвартс (Шотландии, Великобритания), принят(а) для обучения по программе академического обмена в Шармбатон (Франция), начиная со второго полугодия, шестого курса обучения сроком в полтора года, с усиленной программой обучения юных волшебников». — Гермиона, — позвал её Гарри, хитро улыбаясь. — Скорее Мерлин восстанет из пекла, чем ты бросишь учиться даже во сне. -  Господи, Гарри, заткнись! Гермиона взмахнула руками и улыбнулась другу. Ей всегда нравился их Факультет: глупые шутки; добрые заботливые люди; тяжелые интересные предметы; неформальные сборы всех факультетов по выходным. Ей будет не хватать всего этого, когда она переведется в Шармбатон. «Если я переведусь. Я еще не подписала документы; всегда есть возможность отказаться». Общение с друзьями немного отвлекло ее от тяжелых и изматывающих мыслей. А еще от картины, которую она воочию увидела сегодня в коридоре, буквально минут пятнадцать назад. Мерлин ради, в коридоре! На глазах у сотни студентов. На её глазах. Ну вот опять бешенство подкралось к горлу, заглушая все светлые и непорочные мысли. А ведь она только успокоилась и мысленно гладила кроликов и перечисляя ингредиенты для зелья. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. «Спокойно, Гермиона. Она лишь его временное увлечение, временное увлечение, временное увлечение!» -  Когда ты бубнишь себе под нос с закрытыми глазами — это повод отправлять сову в больницу Святого Мунго, Грейнджер. Она нервно моргнула, сдувая локон, который неудачно упал на нос от резкого дерганья. Рядом на столе примостилась бледная рука, украшенная огромным перстнем, дерзко кричащем на весь мир своей аристократической буквой М, — перед вами потомок знатной и древней семьи Малфой. Пафосное напоминание смертным, что хозяин кольца — голубых и благородных кровей. Водолазка из натурального кашемира глубокого темного оттенка и черные брюки от именитого дизайнерского дома, подчеркивали высокий статус и благородство хозяина. Жаль, характер не соответствует голубому антуражу. Где-то генетика подкачала — Гермиона была в этом уверена, как в шерсти Живоглота. «До безобразия красив, и он это знает». -  Малфой, не нужно мне советовать своих лечащих лекарей. Пожалей их психику и нервы. Им достаточно твоего раздутого эго и высокого самомнения. Она осеклась, когда в обеденный зал зашла толпа студентов, своим смехом разрывая барабанные перепонки. Гребанный Рон Уизли шел под руку с Лавандой Браун! Гермионе было не понятно, почему мальчики всегда выбирают девочек с большой грудью и мозгом, чуть крупнее грецкого ореха. Что за вопиющая несправедливость? — Мерлин Всемогущий, Грейнджер, — Драко вздернул бровь, поняв, почему Гермиона поникла и понизил голос до шепота так, что бы слышала лишь она одна. — Неужели нет достойных мужчин в твоем маленьком и совершенном мире? Девушка демонстративно сморщила нос, возводя очи к небу и мысленно считая до десяти. Если Драко Малфой настроился на чтение нотаций — то сбежать от него уже не получится. — Мужчин как раз таки нету, Драко! — тихо но возмущенно ответила она, скрещивая руки на груди в защитном жесте. Может все таки отстанет? — Туше, милая! — его губы тронула еле заметная ухмылка, но взгляд остался острее и беспощаднее меча Гриффиндора. Грейнджер знала, что друг злится на неё из-за глупой влюбленности в Рона Уизли и, по совместительству и очень не кстати, соперника Малфоя по Квиддичу. Хотя последнее парень отрицает и не признает тот факт, что Уизли «Имеет задатки мозга, да и вообще умеет играть, а не позировать». По мнению блондинистого аристократа, — Рон Уизли попал в команду чудом и то! для того, что бы красоваться перед девчонками.  «Уж чья бы корова мычала». Тем временем Джимми Пикс и Ричи Кут, — гриффиндорские загонщики, — тепло поприветствовали Гарри и всех остальных Гриффиндорцев. Драко лишь сдержанно поздоровался с командой Гриффиндора, провожая взглядом рыжего недоумка и его пассию, за которую Уизли держался очень неподобающим образом. Кэти Бэлл, кивнув всем, молчаливой тенью прошла за остальными в конец стола и так же молча села с щебечущей Лавандой. Никто не отправил ее восвояси, так что она вольготно расположилась по левую руку Уизила. Малфой неосознанно скривил губы. Он искренни не понимал, почему некоторые особи мужского пола, ведут себя настолько распущено в обществе. В груди поднялась волна бешенства, когда парень представил на месте Лаванды Браун — Грейнджер. Блондин сделал себе мысленную пометку: на следующем матче сломать придурку нос бладжером. Случайно, разумеется. — Тебе не приходило в голову, — он не удержал сарказм в голосе, недовольный безобразными манерами капитана команды Гриффиндор. — Что свет клином не сошелся на одном конкретном индивиде? Ты посмотри на него, — он же кретин и бабник! — А тебе не приходило в голову, что твое мнение никого не интересует Малфой? — Гермиона прекрасно поняла, что так возмутило друга, но поделать ничего не могла, а уж с распускающими свои конечности Уизли — и подавно. — О нет Грейнджер! — он опустил вторую руку на стол, подвигаясь к ней еще ниже, одарив ее восхитительным древесно-пряным ароматом. — Как раз таки тебе важно мое мнение, разве я не прав? — Тебе квоффл в голову ударил? — она мысленно застонала, но пыталась держать лицо строго. И почему он такой дотошный? — С чего ты это взял? Мне все равно! Ей хотелось, что бы Малфой оставил её в покое, а еще лучше — принял её выбор и объект симпатии так же, как она приняла его. Почему, Дементор его раздери, она должна страдать от его приступов детской ревности и братской опеки? Гермиона же смирилась с Пэнси Паркинсон в роли девушки Драко Малфоя. Она даже порадовалась за них, когда Пэнс этим летом прислала сову с коротким сообщением: «Грейнджер, у меня получилось». Гермиона и не сомневалась в этом, ведь сама помогала настырной брюнетке в обольщении Драко Малфоя. «Ведь Пэнси Паркинсон идеально подходит Драко Малфою». Они оба потомки древних семей, а их брак станет выгодной партией для обеих семей, — так сказал Люциус Малфой Гермионе Грейнджер год назад. И она его услышала и, чёрт возьми, приняла эту правду! Гермиона была умной волшебницей и понимала, что Люциус хоть и смирился с дружбой своего сына с дочерью обычных Алхимиков, но большего позволить им не мог. И решил убить, еще в зародыше, все грешные мысли и чувства Грейнджер к своему единственному сыну. И у него почти получилось. Гермиона перестала (старалась, если быть честной) видеть в Малфое объект романтического влечения и переключилась на Рона Уизли. Не без слез, но все же это было лучше, чем переживать за свои чувства и разрушать дружбу между ней, Драко и Гарри. Если бы её белобрысый друг не вел себя, как ревнивый болван и не драконил лишний раз сердце Гермионы своими выходками, — она жила бы себе спокойно и не гадала лишний раз: как отметелить Драко Малфоя за сорванное свидание или запугивание парней, которые проявляют к ней интерес. Сколько раз она просила Малфоя не лезть в её личную жизнь — не перечесть! Почему он не может вести себя как Гарри, — тихо возмущаться, но не перечить? А лучше дать ей возможность жить полной подростковой жизнью. И она не питала иллюзий по поводу его отношения к ней. В начале пятого курса, еще до расселения в общую гостиную, она подслушала разговор Тео Нотта с Драко Малфоем. И тогда, её розовые очки и мечты о совместном будущем, разлетелись в пух и прах. - Черт возьми, Малфой! Почему я не могу встречаться с Грейнджер? Объясни! Или ты сам имеешь виды на неё? Гермиона остановилась, как вкопанная, не успев завернуть за угол, в подземельях Слизерин. Сердце стучало набатом в ушах, грозя разоблачить воодушевленную хозяйку. Вот сейчас он признается Нотту, что давно влюблен в Грейнджер и сам предложит ей встречаться. На лице расползаюсь глупая влюбленная улыбка, но она застыла и померкла, после слов Драко Малфоя: - Тео, ты совсем идиот? Она для меня — как младшая сестра. И я, на правах старшего брата, не могу позволить ей встречаться с придурками вроде тебя. Её грёзы рассыпались, как карточный домик, под весом суровой реальности: она никогда не станет для него чем-то большим, чем просто друг. — Повторяй себе это по чаще, Грейнджер. — он вырвал её из пучины собственных мыслей и резко оттолкнулся от стола, отгородившись от Гермионы уже привычным холодным взглядом. Мерлин! Она поймала себя на мысли, что начала привыкать к его ледяному отчуждению. — Когда будешь щенячьими глазами смотреть на Рыжего придурка Уизела и на то, как он лапает Лаванду Браун на глазах у всей школы. — Следи за языком, Малфой, — угрожающе произнесла Джинни, но на нее никто не обратил внимания, кроме, разве что, Гарри. Гермиона вспыхнула от злости и досады, — ведь он был чертовски прав, но признаваться ему в этом — она не собиралась. — Драко, ты лезешь не в свое дело, — лицо у неё пылало, а прибывающие в обеденный зал студенты — нервировали еще больше своими любопытными взглядами. — Тебе кажется, Грейнджер. Все, что касается тебя напрямую — моё дело. Последнее заявление заставило подавиться уже Гарри и споткнуться подошедшую, очень не вовремя, Пэнси. Паркинсон громко поздоровалась со всеми и, обняв Малфоя за талию, звонко поцеловала того в щеку. «Очень, чёрт возьми, вовремя!» Гермиона вспыхнула от смущения и кольнувшей (где-то очень глубоко, и то, это проблемы с сердцем, не иначе!) ревности. Она отвернулась от новообеспеченной парочки и перевела грустный взгляд на конец стола, — туда, где сидели Рональд Уизли и Лаванда Браун. «Я не завидую. Я просто, очень не кстати, ревную». — Ребята, вы не думаете, что мешаете людям есть? — Поттер сдвинул брови и поправил сползающие на нос очки. На столе в мгновение ока появилось блюдо с куриными бедрышками, источая неповторимый аромат специй и чеснока. — Поттер, подбери свои слюни. — Малфой перевел взгляд на друга детства и, развернувшись к ним спиной, сел на соседнюю лавку факультета Слизарин. -Твой аппетит может испортить только Танцующий дементор перед Хогвартсом. Хотя, что-то я очень в этом сомневаюсь. - Иди к черту, Малфой! Гермиона, напомни-ка мне, почему мы с ним дружим уже много-много лет? Мы не могли выбрать себе в друзья кого-то более адекватного? Например, Забини! - Боже упаси, Поттер, — Блейз, проходивший в этот момент мимо них, в ужасе перекрестился и произнес что-то на испанском. — Хватит того, что я учусь с вами в одной школе. -  Очень смешно, Блейзи! — Гермиона не сдержалась и фыркнула от смеха. Мулата от данного прозвища передернуло. -  Знаешь, Грейнджер. Мне начинает казаться, что распределительную шляпу пора отправлять на пенсию. Она ошиблась, когда отправила тебя на Гриффиндор, вместо Слизерин. — он одарил ее скептическим взглядом, но в следующий момент — неожиданно ухмыльнулся: — Но я польщён! Значит ли это, что я лучше вас обоих, и вам не хватает в компании такого очаровательного и умного волшебника? Обед подходил к концу, а ей хотелось еще успеть забежать в библиотеку, отдать прочитанную за выходные книгу и вернуться на уроки. — Знаешь Забини, — Грейнджер резко встала, собираясь уходить. — Нам хватает одного нарцисса в нашем скромном обществе. Проходя мимо Малфоя, она услышала негромкое фырканье: — Среди сорняков… Девушка закатила глаза и увеличила шаг, мысленно посылая другу средний палец. «Очень надеюсь, что на завтрашнем матче тебе прилетит в голову снитч!» Она и подумать не могла, что следующий день станет поворотным моментом в их идеальном, дружеском мире.