Eternity With You

В подвале Уиллеров было душно. Спёртый воздух не давал нормально дышать, а запах вчерашней пиццы, которую они забыли выбросить, делал всё только хуже. Простыми словами — пахло ужасно. Кампания закончилась полчаса назад. Дастин, Лукас и Макс ушли практически сразу. Они перекинулись сухими "пока" и "до завтра", и на этом всё закончилось. Но не Уилл. Он остался, и теперь помогал наводить порядок в подвале. — Тебе не нужно помогать мне, Уилл, — Майк поднял пустую коробку из-под пепперони и засунул её в чёрный мусорный пакет. — Я не ребёнок — сам справлюсь с уборкой. — Я не говорил, что ты ребёнок, — парировал Байерс и смахнул со стола, на котором всё ещё была разложена "D&D", фантики от конфет. — Просто хочу помочь своему другу, нельзя? — "Другу", говоришь? — Уиллер бросил пакет на пол и полностью развернулся. Он приподнял уголок рта и вопросительно выгнул бровь. — Друзей не лапают ногой под столом, "друг". Щёки Уилла покраснели, как и шея, и парень отвернулся от Майка. Плечи были напряжены, из-за чего спина стала ещё шире. — Не понимаю, о чём ты... — Уже не такие уверенные, как за столом, а, Байерс? Уиллер медленно, словно крадущийся зверь, подошёл сзади и приобнял парня, кладя руки ему на живот. Он просунул холодные руки под майку и провёл ими по прессу, Уилл рвано выдохнул. — Когда ты успел так накачаться? — Майк... — ещё один выдох. Просьба остановиться. Стоп невозможен у такой машины. — Тише-тише, иди сюда. Уиллер вытащил руки из-под майки и развернул Байерса к себе. Его лоб упёрся в костлявое плечо, а снизу что-то коснулось бедра. Даже слепому понятно, что это. — У тебя уже встал? — Захлопнись, — раздался приглушённый ответ. Не грубо, но и не весело. Майк фыркнул, щекоча своим дыханием волосы Уилла и меняя расположение прядей. Он поцеловал его в макушку и пригладил их обратно. — Подними голову, пожалуйста. Байерс протестующе замычал, а его руки сильнее сжали рубашку Уиллера. — Я просто хочу посмотреть на тебя. Нежный голос всё же заставил Уилла приподнять голову, но лишь немного — Майк увидел верхнюю часть лица: нахмуренные брови и зелёные — его любимые, родные — глаза. Они блестели в свете жёлтых ламп, словно из них вот-вот польются слёзы. — Ты что, теперь стесняешься? — Уиллер засмеялся: голос задрожал и стал на несколько тонов выше, а плечи затряслись. — Как же так? Ты был таким храбрым во время кампании. Байерс всё ещё молчал, недовольно смотря в карие глаза Майка. После нескольких секунд гляделок в тишине, Уилл начал наклоняться обратно — опять прятать голову в плече, но Уиллер не позволил ему. Он обхватил его шею, слегка сжимая, фиксируя на одном месте, и приблизился к ней. Шершавый язык коснулся разгорячённой кожи. Байерс вздрогнул, вцепился пальцами в плечи Уиллера и судорожно вздохнул. Майк опустил руку ниже, освобождая больше места, и начал целовать шею, нежно и невесомо касаясь губами. Уилл задышал ртом, а его грудь поднималась в два раза чаще. Но всё ещё тихо, молча. Ни единого звука. Уиллер пересилил себя, оторвался от сладкой и горячей кожи, и приблизился к не менее тёплому уху. — Так, Я всё ещё друг? — прошептал он глубоким голосом, от которого Байерс сильнее выгнул спину и запрокинул голову. Он заметил, как уголок рта Уилла дёрнулся, и тот, наконец-то, заговорил: — Да, — низкий тихий смех, больше похожий на выдох. — Лучший друг. Собственная фраза, сказанная полтора года назад, болезненно отозвалась в сердце. Перед его глазами промелькнуло воспоминание: башня в Изнанке, их диалог с Уиллом, и как его глаза, полные надежды, вдруг стали печальными, а яркая улыбка померкла. Тогда Майку показалось, что стало темнее. Но сейчас, вместо того, чтобы разозлиться на самого себя, объектом срыва стала шея Байерса. Зубы впились в кожу, не сильно, но след точно останется на несколько дней. Уилл, либо перестал сдерживаться, либо не ожидал такого, застонал так громко, что Майк был готов поклясться — даже сверху услышали. Сразу же после укуса, Уиллер медленно прошёлся по месту, которое уже начало краснеть, языком и нежно поцеловал. Он прислушался к звукам — Байерс тихо скулил, а за пределами подвала было тихо, даже шагов мамы на кухне не слышно. Либо не заметили, либо проигнорировали происходящее в подвале. Уилл начал медленно размякать в руках Майка и всеми силами хвататься за него. Он глянул вниз — ноги Байерса дрожали и подогнулись, парень практически опирался на него, а скоро, если они продолжат, окончательно упадёт. Следующее, на что упал его взгляд — ярко-красный укус на шее. Понимание начало накатывать на него волной, ледяной и липкой. — Чёрт, Уилл, прости! Я не... — "хотел" так и осталось на языке. Уиллер не смог произнести этого слова, когда увидел глаза Байерса — уже не с застывшими слезами, а с горящим желанием. — Ты в порядке? — А ты как думаешь, Майк? — Уилл приблизился к его губам и выдохнул в них. Он нащупал одну из рук на своей талии, обхватил за предплечье и положил на пах. Тёплый смех обдал подбородок Уиллера, когда Байерс увидел лицо, полное шока и удивления. — Что такое? Ты же сам заметил это, ещё в начале. — Да, но Я... Ты... действительно этого хочешь? Бровь поползла наверх, а взгляд будто говорил: "Ты идиот?" — Я боюсь спросить — а для чего всё это было? — голос звучал ровно, прежняя неуверенность и смущение расстаяли, словно мороженое на солнце в жаркую погоду. Эта уверенность заставила Майка съёжиться: он отвёл взгляд и сжался под этими пронзительными глазами, но руки не убрал: одна — на талии, не позволяющая Уиллу упасть, вторая — на пахе, не двигаясь, но чувствуя жар через ткань джинс. — Просто... учитывая, что мы встречаемся — хоть и втайне... Я хотел пошутить, после того как ты назвал меня другом, но... Уилл, ты правда хочешь... "этого"? — Ты боишься сказать слово "секс"? — Фу, оно звучит ещё хуже, когда его говоришь ты, а не мама, — с отвращением протянул Майк, скривился и коснулся лбом места укуса — всё ещё горячий. — Но правда, Уилл, ты хочешь или нет..? Байерс положил руки на его плечи и надавил, приказывая опуститься на пол. Он, без лишних вопросов и возражений, сел и потянул за собой Уилла. Теперь прятать лицо в шее было неудобно, поэтому Уиллер отстранился и с переживанием уставился на парня. — Мы не будем ничего делать, если ты не хочешь. Сначала он тихо фыркнул, потом громче, а затем это переросло в полноценный смех. Уилл откинул голову и, без стеснения, широко раскрыв рот, засмеялся в полный голос. Майк заворожённо смотрел на него, приоткрыв рот. Уиллер снова влюбился в Байерса. — Ты... Ха-ха-ха... такой глупый, Я не могу. — Что? Почему? — Майк запаниковал и начал оглядывать его с ног до головы. Почему Уилл вообще смеётся? Но он проигнорировал пожирающий от непонимания взгляд Уиллера и, как ни в чём не бывало, спокойно продолжил: — Будем честны. Я хотел, чтобы ты что-то ответил на то действие во время нашей игры, — Уилл положил свою руку на бедро Майка и слегка сжал, успокаивая. — Но Я не ожидал, что ты так, — Байерс сказал это слово громче, — бурно отреагируешь. Хоть и дашь заднюю в конце. — Я не "дал заднюю", — возмутился Уиллер и слабо пихнул его в бок. — Я просто... увидел, что наделал. И испугался. Испугался, что ты оттолкнёшь, убежишь... И всё... Уилл опустил голову на его плечо, едва слышно хихикая. Пушистые волосы щекотали щёку, но Майк старался не обращать на это внимание — впервые за весь вечер ему стало страшно. Но все пожирающие мысли были прерваны простым и тёплым: — Я никогда так не сделаю, Майк. Мы обещали друг другу сойти с ума вместе, помнишь? Даже если твои действия перегнут палку — Я не уйду. Просто попрошу тебя остановиться. А теперь скажи мне, Я сделал что-то подобное сейчас? Он задумался и через пару секунд отрицательно промычал. — Так, как ты думаешь: хочу ли Я заняться "этим", — он поднял пальцы и загнул их, выделяя слово кавычками, — или я хочу убежать и оставить тебя одного в этом душном подвале? — Хм-м-м, явно второе, — саркастично ответил Майк и широко улыбнулся. Слова Уилла помогли ему успокоиться, прийти в себя и понять, что он зря себя накручивал. — Ну само собой, — Байерс поднял голову и приблизился к лицу Уиллера — между губами были жалкие сантиметры. Тёплый воздух коснулся их, когда он продолжил: — Так, может наконец поцелуешь меня, вместо того чтобы по двадцать раз за минуту смотреть на мой рот? Майку не нужно повторять два раза. Он сократил расстояние между ними, притягивая Уилла за шею, и впился в эти желанные губы. Поцелуй получился мягким, слегка неуверенным, так как они только учились, и коротким. Когда Уиллер отстранился и провёл рукой по коже Байерса, покрытой мурашками... ... он снова улыбнулся. Потому что у Уилла было такое довольное лицо, словно тот только что выиграл лотерею, а её главным призом был сам Майкл Уиллер. Это только больше раззадорило Майка. Парень надавил на грудь Байерса, прося его лечь на пол. Как только спина коснулась мягких подушек, Уиллер навис сверху и прижал запястья Уилла по обе стороны его головы. — Ты знаешь как... ну... "это" происходит? Нежный смешок и зажмуренные глаза. — Ты специально игнорируешь существование замечательного слова "секс" или правда стесняешься? И, отвечая на твой вопрос, нет, не знаю. Но мы разберёмся. Вместе. "Вместе" ударило по сердцу, словно молоток, забралось в образовавшуюся дыру и отказалось покидать новое и уютное место. — Да. Да, конечно. Ты прав, — он быстрый сморгнул выступающие слёзы. — Но, думаю, стоит начать с этого. Уилл проследил взглядом, куда смотрит Майк, и кивнул. — Стоит. Даже наш успокаивающий диалог не помог ему. Уиллер хохотнул, разжал хватку и сел рядом — на голый пол — и упёрся спиной в диван. Он осмотрел на мирно лежащего, но с подрагивающими пальцами на руках, Байерса, и в его голову пришла, как показалось ему, гениальная идея. Первый раз должен быть необычным, запоминающимся. — Уилл, — он отозвался и повернул голову, вопросительно промычав, — ты не мог бы, эм... лечь немного поближе ногами к дивану? — Конечно, но... зачем? — Потом узнаешь. Просто сделай. И... Господи, не верю, что Я говорю это... — Майк зажмурился и смущённо провёл рукой по волосам. — Снимай штаны. Пока Байерс молча следовал указаниям, Уиллер забрался на диван, стянул с себя носки и отбросил их в сторону. Голые ноги коснулись холодного деревянного пола. — Так что ты собрался делать? — Майк поднял голову и увидел Уилла, сидящего на подушках, без штанов и со спущенными до колена боксёрами. При виде стоящего члена, из которого вытекала смазка, в горле что-то сжалось, и следующие слова прозвучали глухо и с заметной дрожью в голосе. — Др-дрочить, но... Не просто... — Ты даже слово "дрочить" сказать не можешь? — Могу, просто... ты такой... Во-первых, Я нервничаю, слушаем и не осуждаем. Во-вторых, ты такой... такой красивый, что Я даже слов подобрать не могу... Байерс коснулся щиколотки Уиллера и отвлёк его от очередного глубокого погружения в мысли. — Что на этот раз пришло в твою гениальную голову? — спросил он мягко, смотря прямо в глаза, нежно щурясь. Майк испуганно сглотнул. — Подрочить тебе... — Это я уже понял, — Уилл кивнул. Его улыбка была такой яркой и тёплой, словно майское солнце — не такое жаркое, как июньское, но, для него — идеальное. Но следующая фраза полностью разрушила последние крупицы уверенности: — Это же не всё, ведь так? Язык Байерса облизнул губы — те самые, которые Уиллер целовал несколько минут назад, вкус которых он до сих пор помнит — шоколад, карамель и клубничный чай. И это сломило его, из-за чего он отвернул голову к стенке и стеснительно пробубнил: — Я хотел подрочить тебе ногами. Нависшая над ним тишина давила сильнее, чем совесть после укуса в шею. Пока Уилл не промычал. — Признаю, это не то, что Я ожидал, — начал он, постукивая пальцами по подбородку, и уже от этих слов внутри у Майка всё сжалось от стыда. Парень хотел сказать: "Ладно, нет, давай Я подрочу тебя руками", но Байерс продолжил: — Но, как Я и сказал ранее — мы разберёмся вместе. И попробуем "всё". Так что Я тебя не останавливаю. Уилл ослабил хватку, невесомо касаясь щиколотки пальцами, и отпустил ногу, подвигаясь ещё ближе к дивану. Майк уставился на него — на его лице была смесь удивления, радости и большой любви к Байерсу, которую невозможно описать одними словами. Но, видимо, он слишком долго пялился. — Майк, — серьёзный голос вернул его в реальность. Уилл улыбнулся шире, почти издевательски, обхватил рукой голень, подтягивая к себе, и мягко поцеловал в пятку, щекоча её своим прикосновением и дыханием. — Я сейчас сам себе ногами подрочу, клянусь. — Я бы посмотрел на это, — вырвалось у Уиллера, ни секунды не потратившего на мыслительный процесс. — Просто сделай уже это, пожалуйста. Байерс отпустил голень — обе стопы легли ему на член, слегка сжимая, из-за чего он прерывисто вздохнул. Майк поднял их выше, не отодвигая от плоти — рука Уилла сразу же подлетела ко рту. В мыслях Уиллера мелькнуло, что его идея действительно сработала. Парень коснулся пальцами головки, отчего сквозь ладонь прорвалось глухое мычание. — Не сдерживайся, пожалуйста, — его дыхание сбилось, поэтому шёпот прозвучал прерывисто. — Я хочу слышать тебя. Ноги прошлись по всей длине вниз. — Не... Не думаю, что твои родители и сёстры хотят... Ха-а, Господи... — К чёрту их. Это наша территория, мы можем делать здесь всё, что захотим, — глубокий голос с придыханием прервал все дальнейшие отговорки, а стопы снова двинулись наверх. — Да, но не дро—ых! Майк снова надавил на головку, но ладонь Уилла опоздала на секунду — наконец раздался долгожданный стон — сладкий и звонкий, ласкающий слух. Движения Уиллера ускорились — он желал услышать больше. А Байерс сдался — убрал руку от лица, напоследок проводя по волосам, поставил их по бокам и поднял заплывшие глаза. Майк встретился с ним взглядом и на секунду остановился, но сразу же возобновил движения, ускоряясь. Стопы проходили по всей длине, пальцы изредка задевали головку, а стоны Уилла становились всё громче и громче, словно он забыл о собственных словах. Штаны начали натирать в районе паха, но Уиллер проигнорировал это, сосредоточившись на быстром ритме и на зелёных глазах. Байерс сощурился, его тело напряглось, и он закинул голову. — Майк, Я сейчас... Уилл не успел договорить — на ногах Майка оказалась белая жидкость. Парень свалился на подушки сзади и протяжно выдохнул, пока Уиллер сидел смирно и осмыслял всё происходящее. Он подрочил Уиллу. Ногами. Майк накрыл лицо руками и приглушённо закричал. Как можно быть таким идиотом..? — Эй, — он глянул на Байерса сквозь пальцы. Парень устало улыбнулся и похлопал на место рядом с собой, — иди сюда. Несмотря на внутренний голос, твердящий: "Ты всё испортил", и приказывающий ему вжаться в диван, Уиллер встал, сделал пару шагов и рухнул рядом. Чужие руки сразу же обняли его за талию, притягивая ближе. — Пока твой параноидальный мозг не надумал очередной чуши, — Уилл тоже лёг на бок и коснулся носами с Майком. — Мне понравилось. Я говорю это не для того, чтобы пустить пыль в глаза и успокоить. Мне действительно понравилось. Ощущения такие... знаешь... — и тут его уверенность дала трещину, и он замялся. — Ну? Какие? — Уиллер подтолкнул его, гадко улыбнувшись, словно говорил: "Ты сам вырыл эту яму". — Непередаваемые. Доволен? — Хм. Ладно более чем, — он приблизился к губам и мягко коснулся их. Поцелуй продлился секунду. Только через мгновение Майк понял, что рука, которой Уилл водил по бедру, медленно прижвигалась к опасному месту. А потом, как бы невзначай, коснулась большим пальцем. Внутри всё сразу же перевернулось, а в горле застрял стон. Уиллер вцепился пальцами в плечи Байерса и наклонил голову так, чтобы не видеть его довольного лица. Но лишь сделал хуже. Теперь он перед его глазами было три вещи: их запутавшиеся ноги, руку Уилла и свой собственный стояк. Он в жопе. — Уже не такие уверенные, как минуту ранее, а, Уиллер? — повторил его же фразу Байерс. Его слова тянулись, словно мёд. Майк не нашёл ничего нормального для ответа: — Иди к чёрту, — и хмыкнул. Рука продолжала своё путешествие по ноге, палец задевал твёрдое место, а Уиллер не говорил: "Прекрати", позволяя делать Уиллу всё, что ему вздумается. Резинка домашних штанов слегка отодвинулась и вернулась обратно со шлепком. Байерс ещё раз оттянул и отпустил штаны, а потом засунул в них свою руку. Прикосновение отдалось во всём теле. Майк обессиленно всхлипнул и поднял голову. Уилл, будто ждал этого, хитро смотрел на него. Уиллер выдохнул, признавая поражение и прижался лбом к груди парня, надеясь, что это спрячет его от этого одновременно тёплого и игривого взгляда. Но он забыл, что главным врагом была рука Байерса. Рука, которая теперь оттягивала ринку трусов и медленно, крадучись, заползала внутрь. — Подожди, — выдохнул Майк и посмотрел Уиллу в глаза. Рука остановилась на полпути. — Мне остановиться? — мягко спросили в ответ. Вторая рука замерла. Уиллер постарался вздохнуть нормально, но у него не получилось: тело колотило и трясло, было так жарко, будто он стоял где-то у вулкана, а вокруг — лава. Ему неловко, но это желание требовало, чтобы на него обратили внимание. Желание, чтобы Уилл наконец-то нормально дотронулся до члена и довёл до разрядки. — Нет-нет, просто... — голос сел и казался чужим, горло царапала хрипотца. — Не здесь. В ванной. Байерс кивнул, вытащил руку — штаны опять хлопнули о кожу. Он перевернулся и встал, натягивая свои боксёры, а потом помог Уиллеру, чьё тело настолько ослабло, что парень едва шевелил пальцами на руках. Уилл медленно и осторожно повёл Майка к ванной, приобнимая за талию. — Теперь... Я понимаю, что ты чувствовал. Прости, что так долго не давал получить тебе то, о чём жаждало твоё тело... — Ты говоришь как энциклопедия, — Байерс хихикнул и открыл дверь локтём. — Это забавно, но побереги силы. Судя по всему, ты чувствительнее к "этому", чем Я. Он осторожно опустил Майка на крышку унитаза и сел перед ним на пол. Уиллер взглянул на него из-под прикрытых век, тепло улыбнулся и опустил руку на его волосы. Байерс прикрыл глаза и положил щёку на бедро. — Майк, мы же пробуем всё? — Твои слова. Не мои. Но да. Уилл отвёл взгляд, будто обдумывал свои мысли. Когда Майк временно вернул контроль над возбужденным телом и хотел спросить, что Байерс имел в виду, он продолжил: — Что, если Я отсосу тебе? И это выбило весь воздух из груди Уиллера, а остатки здравого смысла помахали ручкой и убежали на последний поезд. Он откинулся назад, запрокинул голову, ударившись об стену, и застонал. — Пожалуйста, Уилл, — сказал Майк, сразу же после возвращения в нормальную позу. Его голос звучал одновременно грубо и умоляюще. — Всё, что твоей душе угодно, но, пожалуйста, поторопись. Я уже не могу... Неконтролируемая речь прервалась, как только Байерс коснулся резинки штанов и резко стянул их вместе с боксёрами, оголяя ноги и член. Когда оголённой возбуждённой кожи коснулся холодный воздух, всё стало в разы хуже. Он лишь успел издать жалобный стон, потому что руки Уилла легли на ноги, а его лицо было слишком близко к стоящему члену. Байерс нежно сжал бедро, успокаивающе улыбнулся — последнее, что парень сделал, прежде чем сосредоточить всё своё внимание ниже. Он открыл рот — горячее дыхание обдало член, из-за чего Майк хотел свести ноги вместе, но не смог, так как ему мешал Уилл, сидящий между ними. Байерс взял головку, и тут мир перевернулся. Уиллер одной рукой схватился за бортик ванны, а второй — за крышку унитаза, и гортанно выдохнул. Это только начало, а он уже не чувствует реальности. Мысли прервались — Уилл взял глубже. Рука, державшаяся за крышку унитаза, нашла новый дом в мягких и пушистых, словно облако, волосах Байерса. Он сжал их, чтобы почувствовать что-то, кроме холодной поверхности под собой и горячего рта с языком на своём члене. Парень воспринял это как сигнал и опустился ниже. Он достиг конца. — Уилл... Уилл... Байерс поднял взгляд, а вместе с ним и голову. И мгновенно опустил, полностью проглатывая член. — Уилл... Я не могу больше... Прости... Я... После того, как он ещё раз поднялся и опустился, не разрывая зрительный контакт, Майк обхватил его голову двумя руками, и прижал к самому паху, кончая. Уилл не сопротивлялся: задрал кофту и сжал оголённую талию, но сидел до конца. Уиллер разжал пальцы, напоследок нежно провёл по волосам и откинулся назад. Байерс отодвинул голову — член из его рта выпал с тихим причмокиванием. Он вытер уголок рта и снова расположился головой на бедре Майка. Их окружила уютная тишина и запах геля для душа со вкусом яблока, но она не продлилась долго. — Где... — Уиллер прочистил горло, так как его голос звучал слишком глубоким, и продолжил: — Где ты научился этому? Байерс одарил его хитрым прищуром и лёгким постукиванием по ноге. — Фокусники не рассказывают своих секретов. — Да ладно тебе, Уилл. После всего этого, — он указал рукой на отсутствие штанов и трусов на себе, — между нами точно не должно быть секретов. Парень хихикнул и потёрся щекой о бедро. — Услышал от опытных. Случайно. Девочки в школе в Калифорнии перепутали женский и мужской туалеты и устроили дебаты, чей отсос был лучше. Тебе понравилось, кстати? Майк начал приходить в себя после оргазма: мир больше не расплывался и был чётким, жара спала, а самый лучший человек в этой Вселенной спрашивает, понравился ли ему отсос. — Мне нравится всё, что ты делаешь, — честно ответил он. Даже если это звучит слишком "розово и сопливо" — ему всё равно. Потому что это — чистейшая правда. Уилл взглянул на него, его глаза опасно заблестели — слёзы снова хотели пролиться. Он взял над ними контроль, шмыгнул носом и поднялся. Байерс помог Уиллеру натянуть обратно штаны и боксёры и сказал: — Я люблю тебя. Майк замер. Он повернулся к Уиллу всем телом и ласково ответил: — Я тоже. Так сильно, что у меня на ногах твоя засохшая сперма, а в подвале, наверное, остались следы. — Ты у меня такой романтик. Каждый раз поражаюсь. Оба засмеялись одновременно — тихо, боясь разрушить остатки интимной атмосферы. А потом их губы сами нашли друг друга, словно магниты с разными полюсами. — Хочешь продолжить? — после поцелуя спросил Байерс, нежно обхватил Уиллера за щёки и коснулся большими пальцами веснушек. — Хм-м. Нет, для первого раза достаточно. Я устал. И, как и всегда, их мнение сошлось. Они быстро убрали следы их "преступной" деятельности и улеглись на диван — Уилл — сверху, Майк — снизу. — Сейчас немного полежим, доубираем в подвале, сходим к маме и скажем, что ты остаёшься с ночёвкой. Я дам тебе что-нибудь из своей одежды, — Уиллер строил грандиозные планы с закрытыми глазами и сонным голосом, поглаживая Байерса по спине. — Хорошо, — так же устало, но тепло прозвучало в ответ. А когда у Карен Уиллер возникнет вопрос — где её сын, и почему Байерс младший всё ещё у них дома — она спустится в подвал и мгновенно найдёт ответы. Потому что Майк и Уилл будут спать в обнимку, согревая и держась друг за друга так, словно цеплялись за воспоминания из прошлого и пытались воссоздать ту самую позу, в которой они всегда засыпали на ночёвках.