Слова, которые мы не можем произнести

Было странно снова оказаться в... в цивилизованном мире. На севере тоже жили люди, но путешественники были редкостью. Теперь же они растворились в Мистрале. Прохожие не обращали внимания на Руби на тротуарах, по мощеным дорогам проезжали машины, а вывески рекламировали товары. Это было то, к чему она стремилась. То, чего хотела Руби. Вернуться целой и невредимой. Больше никаких жертв. Так почему же Руби чувствовала себя хуже, чем когда-либо? — Я оставил сообщение для твоих родителей, Жон. Но свиток разрядился, — Рен всё равно протянул ему свиток. — Нам понадобятся новые свитки, чтобы отправлять сообщения. Они были так близко к Светлому городу, где бы он ни находился, а потом им пришлось отступать, бросая всё на своём пути. Тогда Руби была главной. А до этого именно она решила последовать за Кроу. Именно она согласилась с его планами. Никто не возражал. Я оставила Кроу там. А Нео оставила здесь. Даже план Кроу провалился из-за ее слабости. Теперь инициативу взял на себя Жон, потому что так сказала Руби. Ее последний лидерский поступок: признать свою неудачу. Признать, что все ее решения ведут к смерти. Нубу вышла из банка с конвертом в руках. — На моем резервном счете хватит на проживание и питание в течение недели. Пойдем зарегистрируемся. Жон и Рен последовали за ней. Жон обернулся. — Руби, ты с нами? Нет! — Да, Жон, я иду за тобой. Ты не можешь идти за ними. Ты не можешь потерпеть неудачу. Ты лидер. Руби стиснула зубы и пошла за ними. Жон скажет ей, куда идти. Он все еще... От команды Руби давно никого не осталось. Блейк даже не пошла за ней, когда их пути пересеклись. У Жона был Рен. Это уже что-то. Что-нибудь. Затем Руби увидела вспышку в нескольких кварталах впереди, в окне высоко над землей. Это была башня в центре Мистраля. Самое высокое здание. И что-то внутри него взорвалось. Иди. Руби перепрыгнула через голову Рена и помчалась по кварталу, прежде чем до ее ушей донесся звук взрыва. На улице, где произошел взрыв, было не так много людей, но и не пусто. У Руби не было времени осматривать разрушения. Она раскинула руки и приготовилась сжать их, целясь в сторону тротуара. В мгновение ока Руби оказалась в одной руке с мужчиной, а в другой — с мальчиком. Она выпустила их из рук и, затормозив в конце квартала, оттолкнулась от земли. До конца квартала было слишком далеко. В зоне поражения все еще были люди. Руби продумала свой маршрут. Пара женщин, между которыми было свободное пространство, здание через дорогу, брешь в потоке машин. Она распалась на лепестки. Где-то на улице закричал первый человек. Женщины оказались легче, чем предполагала Руби, поэтому при взлете она взмыла в воздух и оказалась в здании через дорогу на высоте трех метров, а не двух. Она разбила тротуар в том месте, где прыгнула, — бессмысленное наблюдение, — а также кирпичную стену, на которую опиралась, чтобы остановиться. Под бетонной аркой стоял подросток в футболке и только начал поднимать голову. В десяти футах от него на тротуар упала балка. Руби выпустила женщин, которых держала, и, словно стрела, метнулась обратно через улицу, вытянув руки, чтобы схватить их. По пути она пролетела мимо мальчика, схватила его за плечи и прижала к груди. Он едва не выскользнул из ее рук, но они вместе влетели в окно башни, разбили дверь комнаты, пронеслись через открытый дверной проем в коридоре и разнесли стол в комнате за ним. Позади себя Руби услышала крики, заглушаемые грохотом и скрежетом рвущегося металла. Руби позволила осколкам стола удариться о стены и упасть на пол, чтобы перевести дыхание. Она оказалась на первом этаже башни с мальчиком примерно ее возраста, который барахтался в ее плаще. Через несколько секунд он высвободил голову, и грохот снаружи стал тише. Его сменили крики. Ты не можешь быть неудачницей. — Береги себя — сказала Руби мальчику, глядя на разбитое окно. Половины стены рядом с ним не было, на ее месте валялись беспорядочные обломки армированного сталью бетона. Руби пролезла в образовавшуюся брешь. Она двигалась слишком быстро, действовала слишком поспешно и не успела разглядеть всю улицу. Но там было еще несколько человек. Их уже не было. На землю все еще падали более легкие обломки, поэтому Руби поспешила через дорогу. Обе женщины, которых она сбросила, повредили ноги. Извини. Сквозь облако пыли она увидела тела, торчащие из-под обломков. Руби подбежала к одному из них, уже не в силах бежать, и начала откапывать его. Вытащить его. Где же Жон и остальные? Смогут ли они увидеть её из-за облака пыли? — Отойди! — крикнул мужчина, толкая Руби вниз. Горящий кусок деревянного стола упал на погребённого под обломками мужчину, разлетелся на куски и осыпал Руби и стоящего рядом с ней мужчину горящими щепками. Слава Пыли, у него была какая-то аура. Он был старше, в костюме. У Руби аура была слабой. Она поступила безрассудно. Руби встала и помогла мужчине подняться. Он, в свою очередь, оттащил её на пятьдесят футов от места взрыва. Руби оцепенела, у неё кружилась голова. Она почти не чувствовала своего веса, когда делала шаг. Слишком много проявления, слишком быстро. Она прислонилась к одной из машин, застрявших в пробке, и сползла на землю, сосредоточившись на дыхании. Медленнее. Медленнее. Там были еще люди. Некоторые могли быть живы. — Руби? В трёх машинах от них открылась дверь. Из чёрного лимузина вышла Вайсс Шни, нахмурив брови. Руби вскочила на ноги и бросилась к ней. — Вайсс, там люди, мы должны помочь им, пока... Раздался ещё один раскат грома, и крики стали громче. Вайсс подняла голову и создала глиф в пяти метрах над собой, достаточно большой, чтобы он касался зданий по обеим сторонам улицы. В глиф посыпались обломки, поднимая пыль и грязь, по краям взметнулись клубы пыли. — Руби, что ты здесь делаешь? Руби не видела ничего дальше чем в трёх метрах перед собой. — Я здесь с Жоном. И Реном. И... и ещё с одной девушкой. Мы сражались с Синдер и фейри, но нам пришлось вернуться, мы не могли... я не могла... — Её глаза слезились от пыли. Аура защищала от повреждений, но не от боли. — Руби, — Вайсс положила руки на плечи Руби и сжала их. — Здесь есть кое-кто, кого тебе нужно увидеть. Руби подняла голову, когда Вайсс садилась в машину. Вайсс накладывала один глиф поверх другого, позволяя верхним разрушаться, и так постепенно расчищала завал. Она делала это, пока разговаривала? Пока Руби пыталась отдышаться? Она делала это и сейчас, крича и приказывая кому-то: "Выходи!" Вайсс закончила вытаскивать свою спутницу из машины. Нео, одетая в серое в крапинку, стояла неподвижно и смотрела на улицу. Она пыталась слиться с окружением. Еще одна моя ошибка. Я бросила единственного человека, который на меня рассчитывала. Все еще слишком пыльно для спасения. — Вайсс, откуда ты знаешь Нео? — Руби сделала паузу. — И почему ты в Мистрале? И, погоди, как ты вообще оказалась в Мистрале? — Янг, Янг и мой отец. Нео, поздоровайся с Руби — Вайсс подошла к женщине сзади и подтолкнула ее вперед. Нео налетела на Руби и подняла глаза. Ей не нужны были слова. Ее лицо говорило: "Прости. Я сделала все, что могла. Пожалуйста, прости меня". Последовал еще один взрыв, на этот раз где-то вдалеке. Из-за пыли Руби ничего не видела, кроме глифа Вайсс над ними. Она решила подождать минуту, прежде чем начинать волноваться. — С тех пор как я ушла, ты... Нео покачала головой. Но Руби и сама могла догадаться. Потому что именно этого она и хотела от нее. Был один человек, которым Руби могла руководить. Ей нужно было лишь позволить ему следовать за ней. Нет, это не совсем верно. Был один человек, которому Руби могла помочь. Ей нужно было лишь согласиться снова работать с ней. Еще раз. Был один человек, которого Руби могла принять целиком и полностью. Ей нужно было лишь обнажить свою душу, и тогда ее приняли бы в ответ. Был один человек, которого Руби могла полюбить. Ей нужно было лишь перестать отрицать свои чувства. Руби поцеловала Нео. Женщина прильнула к ней, сначала боясь ответить, а потом с жаром ответив на поцелуй. Руби заплакала. Пыль. Руби открыла глаза, и мир вокруг стал серебристым. Нет. Ее глаза пылали, и от них в такт биению сердца расходились серебристые ударные волны. Они скользили по ее коже, одежде и ауре, оставляя за собой мерцающее эхо, которое отражалось в Нео. — Я люблю тебя — громко и отчётливо произнесла Нео, и Руби больше ничего не нужно было слышать. Они улыбнулись. Усталость Руби сменилась силой. Она могла это контролировать. Да. Серебро. Это могло означать только одно. Вайсс многозначительно откашлялась и указала на свой свиток. — Когда мы ехали сюда, до того, как сигнал пропал, в отчётах говорилось, что какая-то женщина метала огонь на верхние этажи. Вам это ничего не напоминает? Синдер Фолл. — Тогда я пойду — В любом случае Вайсс чувствовала себя здесь увереннее. Она сменила свой гигантский глиф на дюжину поменьше, наклонила их и сдвинула обломки в промежутки между машинами. — Давай, воительница с серебряными глазами, — сказала Вайсс. — Если ты собираешься и дальше спасать королевства, мне придётся и дальше тебя поддерживать. Руби улыбнулась. — Ты лучшая напарница, о которой я только могла мечтать, Вайсс. Спасай всех, кого сможешь. Передай Жону, что он отлично справляется. Передай Рену, что он был прав насчёт меня и что ему тоже стоит как-нибудь попробовать. Нубу... познакомься с Нубу. Она тебе понравится. Руби легко ступала по земле. Настолько легко, что могла просто взлететь в воздух. Это было немного опасно и требовало сосредоточенности, но она могла парить в любом направлении. Как и почему — это было неважно. Успехи и неудачи могли подождать. Синдер Фолл была здесь, и у Руби наконец-то появилась возможность её остановить. Она взлетела на полтора метра. Десять. Затем что-то потянуло ее за ногу, и Нео, повиснув на ботинке Руби, стала видна. Руби услышала звон бьющегося стекла. — Эй! — крикнула Вайс. — Вернись! Руби улыбнулась. Все верно. Если эта сила открылась благодаря честности, то ей понадобится помощь. Помощь того, кто не может ей лгать. Того, кто отдал за нее все. Она протянула руку и обняла Нео. Они вырвались из пыли и взмыли в прохладный весенний воздух.