Не заказывали любовь?

Клуб “Райские сумерки„ гудел, как гигантский перепоенный шмель. В свете неоновых прожекторов клубничного и лавандового оттенков мелькали красивые и в большинстве случаев пьяные лица, а воздух был густой смесью духов, пота и сладкого дыма.За стойкой, как неприступная скала, возвышался бармен со своей привычной дерзковатой ухмылочкой — Роланд. С прямыми короткими шелковистыми волосами, звёздного цвета ,серыми с голубоватым оттенком глазами и зататуированными руками в неотрайбле. Он полировал бокал с таким видом, будто разглядывал кристалл шара судьбы, и время от времени бросал на зал взгляд, словно выжидая кого-то определённого. У широкого и длинного стола восседала компания, отмечавшая день рождения Чонгука. Именинник, утонувший в кожаном диване, уже изрядно принял на грудь. Его обычно ясные глаза сейчас были влажными и немного расфокусированными, а улыбка — невероятно доброй и глупой. Его друг Тэхён, чьи энергетические уровни сегодня били рекорды, уже успел спеть караоке-версию песен Mitski, устроить челлендж по поеданию лимонов и теперь, высматривая новую забаву, обводил помещение хищным взглядом хорька на кофеине. И взгляд его упал на официанта. Пак в этот вечер был воплощением страдающего профессионализма. В белой рубашке с закатанными до локтей рукавами, с подносом, который он держал, как щит, он лавировал между пьяными телами, столиками и собственным желанием оказаться дома в пижаме с котятами. Его лицо было маской вежливой, но абсолютно безжизненной улыбки. Он только что отнёс четырнадцатую порцию текилы к столику с чересчур активными тётеньками, и душа его просилась наружу.Рядом с ним, как энергетический вихрь в такой же рубашке, носился Хосок. Он не просто работал — он ставил шоу:крутил поднос на пальце, подмигивал клиенткам и отбивал чечётку на пути к кухне. — Друзья! — вдруг возопил Тэхён, вскакивая и хлопая Чонгука по плечу. — Мы подарили тебе кучу всякого! Но забыли самое главное! Самый ценный подарок на двадцать первый — это возможность! Возможность найти… ЛЮБОВЬ! Компания загрохотала. Чонгук только смущённо хмыкнул, потягивая свой коктейль с названием “рай„ — напиток, состоящий из джина, абрикосового бренди и апельсинового сока. — И она, — Тэхён драматически вытянул руку, его палец был направлен точно в спину Чимина, который в этот момент замирал у соседнего стола, принимая заказ, — она вот, вон там! В образе прекрасного, трудолюбивого официанта! Иди и возьми своё,именинник! Все заулюлюкали. Чонгук, поддавшись всеобщему веселью и градусу в крови, с дурацкой решимостью в глазах поднялся и направился в сторону Чимина. Он был похож на плюшевого мишку, вышедшего на дуэль. Хосок, пролетая мимо с пустыми бокалами, увидел это. Его глаза встретились с глазами Тэхёна. И между ними проскочила искра — не просто узнавания, а вызова, дикой, хихикающей игры. Тэхён подмигнул. Хосок в ответ закусил губу, сделал вид,что роняет поднос, лихо поймал его и скрылся за стойкой бара, откуда уже наблюдал не только Роланд, но и заинтересованный Тэ. Чимин же, почувствовав на своей спине пристальный взгляд целого стола и тяжёлую, неуверенную походку приближающегося человека, внутренне содрогнулся. Он медленно-медленно, будто в замедленной съёмке, стал разворачиваться. Его лицо в этот момент было шедевром немого кино. Брови поползли вверх, глаза стали круглыми и абсолютно пустыми, губы сложились в тонкую, напряженную линию. Выражение было настолько красноречивым — смесь “вы-что-серьёзно?! „, “я-просто-хотел-дожить-до-зарплаты„ и “мама-я-боюсь„ — что один из друзей Чонгука — Джин — фыркнул и пошушукался с ребятами, правда оттого, что они были пьяными, этот шёпот.. Шёпотом не являлся: “Глянь, Джун! Опоссум из мема, когда ему светят в глаза фонариком!„ Чимин этот комментарий услышал. В его глазах вспыхнул крошечный, но яростный огонёк. Чонгук подошел вплотную. Он был чуть выше, пахло от него дорогим виски и беззаботной юностью. — Привет, — сказал Чонгук, и его голос прозвучал на удивление низко и с хрипотцой, несмотря на всю его пьяную нелепость. — Здравствуйте. Что изволите заказать? — отчеканил Чимин, вцепляясь в свой блокнот, как в спасательный круг. — Мне сказали.. что у вас есть... специальное предложение для именинников, — выдавил из себя Чонгук, пытаясь не смотреть в эти огромные, испуганно-возмущённые глаза. — У нас есть бесплатный десерт с одной свечкой. И комплимент от бара — лимончелло, — безжизненно процитировал Чимин. — А.. любовь? — спросил Чонгук, и тут его мозг, наконец, догнал, что именно он произнёс. Он покраснел до корней волос. Наступила пауза. Чимин перевел взгляд на стол, где Тэхён почти падал со смеху, обнимая соседа, кажись, Юнги, потом обратно на эти огромные, пьяные и безумно красивые килограммы смущения. И вдруг что-то щёлкнуло.Опоссум умер, родился Пак Чимин, у которого сегодня был чертовски тяжёлый день, и который уже ничего не боялся. Он наклонился чуть ближе, так, что только Чонгук мог его слышать сквозь гул музыки. — Любовь, — сказал Чимин с ледяной сладостью, — в нашем заведении — блюдо “à la carte„. И оно подаётся только трезвым. И только после того, как за него искренне попросят. Вы уверены в своем заказе, сэр? От его тона у Чонгука пробежали мурашки. Пьяный туман слегка рассеялся, уступая место азарту и какому-то дикому интересу. — А если… я попрошу? Искренне? — пробормотал он, тоже наклоняясь. — Тогда, — Чимин вдруг улыбнулся. Это была не служебная улыбка, а хитрая, обещающая улыбка кота из Шрека. — Тогда вам придется подождать.Мой перерыв через сорок минут. Если не передумаете — я курю у чёрного запасного выхода. Там пахнет мусором и разбитыми мечтами. Как раз подходящий антураж. Он развернулся и ушёл, виртуозно обойдя ошеломлённого именинника, чтобы отнести заказ тем самым тётеньками. Тем временем у стойки бара разворачивалась своя драма. Тэхён, решив, что “помощь„ нужно оказывать по всем фронтам, подкатил к бару, где Хосок только что принял от Роланда два сложных коктейля. — Бармен! Мне для друга самое крепкое, чтобы смелости прибавилось! — крикнул Тэхён, подпирая подбородок рукой и смотря прямо на Хосока. Роланд, не отрываясь от своего бокала, со смешком произнёс — смелости у него уже через край. Закажите ему лучше воды. — Но Хосок уже парировал, ставя бокалы на поднос: — Самое крепкое у нас “поцелуй ангела„. Но он сбивает с ног с одного взгляда. Вы точно готовы? — Он посмотрел на Тэхёна, и в его взгляде была та же хищная игривость. — Я ко всему готов, — беззаботно бросил Тэхён. — Это мы еще проверим, — прошептал Хосок себе под нос с такой интонацией, что Тэхён почувствовал, как по спине пробежал разряд. И, ловко перехватив взгляд,Хосок добавил уже громче: — Ваш заказ будет у вашего стола. Если найдете его. Я его.. специально немного спрячу. Чонгук вернулся к столу в состоянии, близком к трансу. Он не слышал подколов друзей. Он видел только это медленное поворачивающееся лицо-опоссум, сменившееся на лицо опасного, саркастичного ангела, предложившего свидание у мусорных баков. — Он придёт? — спросил Тэхён, сгорая от любопытства. — Не знаю, — честно сказал Чонгук. —Но я — приду. Ровно через сорок минут, за чёрным запасным выходом, в узком переулке, действительно пахло мусором и влажным асфальтом. Чимин, сменив рубашку на простую чёрную футболку, прислонился к стене и курил, глядя на тусклое небо над огнями города. Дверь скрипнула. Вышел Чонгук. Он выглядел заметно трезвее, волосы были слегка растрепаны, а в руках он сжимал два бумажных стаканчика. — Я не передумал, — сказал он просто. — И принес кофе. Чтобы.. ээ.. нейтрализовать обстановку. Чимин выпустил дым, изучающе глядя на него. — А твой друг, режиссёр этого ромкома? Он не выскочит с криком “Сюрприз!„? — Тэхён? — Чонгук неуверенно оглянулся. — Хмм.. Сейчас он, кажется, занят. Какой-то официант с лицом солнечного зайчика заманил его играть в дартс на раздевание в подсобке.Кажется, ему тоже “доставили подарок„. Чимин фыркнул. Наконец, он улыбнулся по-настоящему, широко и тепло. — Ну что ж. Тогда, именинник… Ты все еще хочешь сделать этот заказ? Чонгук шагнул ближе. Теперь между ними был лишь пар от кофе. — Да. Один заказ. Одна любовь. С доставкой..прямо сюда. Пожалуйста. — Пожалуйста, — передразнил его Чимин, но голос его дрогнул. — Требуешь много. Придется отрабатывать. У нас срочная доставка, ты понимаешь? — Я гонщик, — без тени сомнения сказал Чонгук. Чимин потушил окурок и взял один стаканчик. Их пальцы соприкоснулись. — С днём рождения, Чонгук-а. Готовься. Это будет самый долгий и сложный заказ в твоей жизни. — Я терпелив, — ответил Чонгук, и его глаза, теперь уже ясные и тёмные, смотрели прямо в душу. — И я люблю сложности. А из приоткрытого окна подсобки доносились сдержанные хи-хи ха-ха, азартные возгласы и голос Хосока: “Ой, промах! Кажется, футболка снимается первой, малыш!„ Роланд за стойкой, наконец, удовлетворённо блеснул своим идеально чистым бокалом. Ещё один вечер в “Райских сумерках„ удался на славу.