Другой Наруто Узумаки

На дворе стоял теплый летний день в Деревне, Скрытой в Листве — Конохагакуре-но Сато. Но все наше внимание приковано к маленькому светловолосому мальчику шести лет, который стоял на монументе Четвертого Хокаге. — Почему они каждый раз меня выгоняют и кричат, что я демон? Я же внешне ничем от них не отличаюсь... Ну, разве что эти дурацкие усики на щеках, — бормотал он себе под нос, сидя на камне и опираясь спиной о высеченные волосы монумента. Еще год назад Наруто каждый раз плакал от того, как окружающие к нему относились. Каждый раз, когда он проходил по улице, его встречали гневные взгляды, шепотки или же — что еще хуже для Наруто — полное игнорирование, когда он о чем-то спрашивал. Со временем он понял, что слезы ничего не изменят, но кое-что он всё-таки заметил. Во-первых, шесть усиков на его щеках, которые были характерны только для его лица. Во-вторых, возгласы о том, что он демон. Было совершенно непонятно за что, ведь за свою короткую жизнь он не сделал ничего такого, чтобы его называли демоном или отбросом общества. После всех гневных возгласов и игнорирования Наруто хотел сделать всё, чтобы его замечали. Но после нескольких розыгрышей он понял, что делает только хуже как для себя, так и для деревни, добавляя проблем Джи-джи Хокаге. Из-за этого он решил, что лучше избегать людей и меньше появляться на улице Но сейчас Наруто сидел на монументе, так как сегодня его день рождения — и, по злому везению, день фестиваля в честь победы над Кьюби, Девятихвостым Демоном-Лисом, напавшим на деревню шесть лет назад. Именно этот день для Наруто был худшим в году: его считали демоном, а из-за праздника на улицах появлялось много пьяных людей. Но еще хуже были пьяные шиноби, которые пытались поймать Наруто с возгласами: «Нужно завершить дело Четвертого Хокаге!» или «Убей демона!». Для многих детей день рождения — лучший день в году, но для Наруто всё было наоборот. Именно сейчас, после очередной облавы, он сидел здесь — на монументе своего любимого Хокаге Наруто сидел и складывал цепочку фактов воедино: почему всё происходит именно с ним? Почему его так называют и почему все его избегают? Первое, что пришло ему в голову — это день рождения. Когда он спросил у Джи-джи, когда именно он родился, тот ответил: «В день нападения Лиса». Второе — его усики на щеках, которые казались ему очень похожими на усы лисицы из книжки, которую Джи-джи подарил ему в пять лет, чтобы Наруто учился читать. И последнее — все эти возгласы про то, что он демон Весь пазл сложился, когда Наруто попросил у Джи-джи книгу обо всех Хокаге. На одной из страниц он вычитал про битву Мадары Учихи и Сенджу Хаширамы, Первого Хокаге. Бой был долгим и очень разрушительным, но больше всего внимание Наруто привлекло то, что хвостатого демона невозможно было убить. Даже Первый Хокаге не смог этого сделать, и в итоге Кьюби запечатали в его жене — Мито ,Неужели этот глупый лис внутри меня?.. — пробормотал Наруто себе под нос.Нам говорили, что Четвертый Хокаге убил Кьюби. Но ведь убить Хвостатого невозможно, если в книге написана правда. То, как ко мне относятся, неспроста: я родился в день нападения, и с самого первого дня, что я себя помню, меня все недолюбливают и называют демоном. Именно тогда Наруто осознал всю серьезность ситуации. Первое, что пришло ему в голову — пойти к Джи-джи и спросить напрямую и про глупого лиса, и про свои догадки. В то же время в кабинете Хокаге за столом сидел старик, которого называли Профессором. Третий Хокаге, Хирузен Сарутоби, в данный момент воевал с главным противником всех Каге — бумажной работой, из-за которой у него часто дергался глаз. Но он понимал, что это необходимо для порядка и процветания деревни, которую ему оставили Тобирама-сенсей и Хаширама-сенсей. В этот момент он подумал про своего преемника, который умер героем, запечатав Лиса в собственном сыне... Минато Намикадзе, Желтая Вспышка Конохи, армия из одного человека. Его называли по-разному, но в Третьей мировой войне шиноби его боялись все страны континента. -Эх, Минато, почему же ты умер?.. — пробормотал Хирузен. Он принялся изучать документы и доклады о миссиях генинов, как вдруг ему на глаза попался список поступающих в Академию. Одно имя было под вопросом — Наруто Узумаки, джинчурики Девятихвостого. Совет рвал на себе волосы из-за того, что Хирузен настаивал на обучении Наруто вместе со сверстниками в обычной школе. Хокаге поклялся, что никогда не позволит сделать из мальчика бездумную марионетку Данзо Шимуры — главы независимой организации АНБУ «Корень». В тот самый момент, когда он думал об Академии и Наруто, в дверь постучали. «Профессор» коротко бросил: «Входите». В кабинет вошел тот, о ком он только что размышлял — тот, кто доставлял немало хлопот просто самим фактом своего рождения... Наруто Узумаки, сын Четвертого и Кушины. Он унаследовал светлые волосы отца и его голубые глаза, но черты лица больше походили на материнские. Хирузен не был удивлен появлением Наруто в день фестиваля и прекрасно понимал причину. — Привет, Джи-джи, — сказал Наруто на удивление спокойным тоном. — Привет, Наруто. Почему ты пришел? — Я хочу, чтобы ты убрал всех АНБУ, которые сейчас прячутся возле кабинета. Мне нужно задать тебе личный вопрос, — почти властным голосом произнес Наруто. От такого заявления и непривычной серьезности в голосе мальчика Хирузен понял, что вопросы будут непростыми. После нескольких секунд раздумий Хокаге дал знак своим телохранителям удалиться — Я удивлен, что ты знал о том, что АНБУ сейчас здесь, — усмехнулся Хирузен. — Ну, вполне логично, что АНБУ будут рядом, так как ты, Джи-джи, самая важная персона в деревне, — ответил Наруто. — Но всё же я пришел задать тебе вопрос, и я надеюсь, что ты ответишь мне правдой. Теперь голос шестилетнего мальчика звучал по-настоящему серьезно— Хорошо, Наруто, я отвечу тебе на вопрос... если посчитаю это нужным. Спустя несколько секунд Наруто произнес то, что старик больше всего боялся услышать от маленького мальчика: — Девятихвостый Кьюби... он во мне, не так ли? — спросил Наруто. К удивлению старика, его тон оставался спокойным, а взгляд — пугающе серьезным. На мгновение Хирузен замешкался, не зная, что ответить. Он прекрасно понимал, что рано или поздно, с феноменальным умом Наруто, он услышит этот вопрос. Но он никак не ожидал, что это произойдет так скоро, и именно в день фестиваля После минуты молчания Хирузен понял: Наруто уже сам во всём разобрался, и врать ему не было смысла — так он только окончательно подорвал бы доверие мальчика. Хирузен осознавал, что он единственный человек, который не относится к Наруто как к демону или отбросу общества. — Да, Наруто... Девятихвостый демон внутри тебя, — подтвердил Хирузен, низко склонив голову и глядя в пол Последовала минута, потом две минуты тяжелого молчания, после чего Наруто тихо произнес: — Что ж, теперь понятно, почему все так ко мне относятся... Но зачем, Джи-джи? Почему Четвертый запечатал Лиса именно во мне? Он что, проклял меня на всю жизнь? — жалобным тоном спросил Наруто Хирузен молчал, не зная, что ответить, глядя на поникшего мальчика. Он понимал, о чем думает ребенок: его все ненавидят за то, чего он не совершал и, как был уверен Хирузен, никогда бы не сделал. Но он не находил нужных слов. Сказать, что Четвертый Хокаге не мог выбрать другого ребенка вместо Наруто? Тогда Наруто почти сразу задал бы вопрос: «Почему именно я?» — и тогда Хирузену пришлось бы раскрыть правду о его родителях. А этого он делать сейчас точно не хотел— Почему ты молчишь, Джи-джи? Ответь мне! Скажи, почему именно я? Почему не кто-то другой? Почему я получил этого чертового лиса-убийцу? Хирузен был в шоке от слов Наруто, хотя и знал, что тот прав во всем. — Что ж, Наруто... Я не могу ответить, почему Четвертый выбрал именно тебя. Но я точно знаю: он верил, что ты станешь великим воином, который будет защищать эту деревню. Ты же помнишь наш разговор, когда ты сказал мне, что хочешь стать Хокаге? — Да, я помню... Хокаге должен делать всё для деревни и ставить мнение большинства выше своего, но... — в этот момент Наруто перевел взгляд на портреты Хокаге. На стене он увидел: Первый Хокаге — великий Хаширама Сенджу, основатель деревни, прозванный «Богом Шиноби». Второй Хокаге — Тобирама Сенджу, брат Хаширамы, владыка стихии воды и создатель множества запретных техник. Третий Хокаге — Хирузен, по прозвищу «Профессор», знаток всех пяти элементов, долгое время считавшийся сильнейшим Каге в мире. И тогда Наруто посмотрел на фото Четвертого Хокаге — Минато Намикадзе. Герой Скрытого Листа, человек, принесший победу в войне, быстрейший шиноби в истории и кумир маленького Наруто Хоть Наруто и был очень молод, он был не по годам умен. Он учился невероятно быстро и обладал отличной памятью. Плюс ко всему, когда твоим наставником является сам Джи-джи Хокаге, обучение проходит намного проще. О Хокаге он знал очень многое, так как его заветной мечтой было самому занять этот пост — чтобы люди, наконец, признали его и полюбилиНаруто долго смотрел на портрет Минато Намикадзе, осознавая, что именно этот человек поставил его в такое положение: проклял, заставив нести бремя Девятихвостого демона. Но Наруто был умнее большинства сверстников. Со временем он понял, что у Четвертого просто не было иного выхода, чтобы спасти деревню, и на месте Наруто мог оказаться кто угодно. По крайней мере, так он пытался убедить себя сам Его взгляд упал на поразительное сходство между ними. У обоих были голубые глаза, светлые торчащие волосы и решительное лицо лидера. Наруто задавался вопросом: почему они так похожи, почти как две капли воды? Разве что у самого Наруто были иные черты лица. Но если у него был отец, значит, логично, что была и мать — именно поэтому его внешность имела свои отличия.Наруто пришла в голову сумасшедшая мысль, которую он даже боялся осознавать: неужели Четвертый Хокаге — его отец? Тогда он вспомнил все слова Джи-джи о том, что Хокаге должен ставить интересы деревни выше своей семьи. И что у него наверняка была жена и... ребенок Наруто долго думал, но решил отложить этот вопрос на потом, так как основная проблема по-прежнему оставалась нерешенной — Девятихвостый лис Кьюби.— Наруто… — Хирузен перебил мысли мальчика. — Я понимаю, это для тебя большая ноша и тебе сложно всё осознать. Но ты должен понять: для спасения деревни иного выхода не было. Какое-то время Наруто обдумывал слова Хирузена, после чего ответил: — Да… Я понимаю, что Четвертый Хокаге сделал то, что должен был, и умер как герой. Но… я всё же не могу смириться с тем, что лис внутри меня — и что именно из-за него меня все так ненавидят, — произнес Наруто тихим, надломленным голосом — Но ты всё еще хочешь стать Хокаге? Ты ненавидишь людей за то, что они сделали с тобой, Наруто? — резко спросил Хирузен, в упор глядя на мальчика. Наруто ответил почти мгновенно: — Да, моя мечта стать Хокаге по-прежнему мне ясна. И нет, я не ненавижу жителей деревни. Я просто... ну, не могу ненавидеть кого-то, даже того, кто проклял меня. Я чувствую какую-то связь с деревней, с Четвертым Хокаге и даже с Лисом, который сидит во мнеЧто ж, Наруто... — Хирузен решил направить разговор в нужное ему русло. — Чтобы стать Хокаге, нужно быть превосходным шиноби. А чтобы стать шиноби, нужно попасть в Академию. Ты понимаешь, к чему я клоню? Наруто задумался, после чего выдохнул: — Неужели?.. — Да, Наруто, — перебил его Хирузен. — Я уговорил Совет и всех остальных, чтобы ты поступил в Академию. Следующие шесть лет ты будешь обучаться навыкам ниндзя, чтобы стать шиноби, а потом, я уверен, и Хокаге. Наруто не знал, что чувствовать. С одной стороны, он был рад, что сможет стать тем, кем хотел — защитником деревни. Но он понимал: в Академии к нему будут относиться так же, как и на улице. Но если это цена за то, чтобы стать великим ниндзя — оно того стоит. — Спаси... бо тебе, Джи-джи, — наконец сказал Наруто. — Ты всегда делал для меня всё возможное, но... я всё еще на тебя обижен за то, что ты таил тайну про глупого Лиса внутри меня! — добавил он спокойным тоном, в котором слышалась крохотная доля веселья. Хирузен лишь тепло улыбнулся в ответ. — Что ж, Наруто, тебе скоро поступать. Верю, что ты проявишь свой ум и станешь одним из лучших. А сейчас тебе нужно идти домой — уже достаточно поздно, а завтра придется рано вставать. Надеюсь, ты меня не разочаруешь. Хирузен мысленно благодарил всех богов шиноби за то, что смог сменить тему в самый разгар событий. Он заметил, как Наруто задержал взгляд на фото Минато, и понял: мальчик на грани того, чтобы обо всем догадаться. Нужно было действовать резко и метко, что он и сделал. Выражение лица Наруто сразу изменилось с глубокой задумчивости на... радость. Небольшую, но искреннюю. — Я тебя не разочарую, Джи-джи, поверь! Я добьюсь высот и буду лучшим. Конечно, если ты дашь мне еще несколько книг из своей библиотеки про историю и всякое такое... — хитро ответил Наруто, на что Сарутоби лишь усмехнулся и кивнул. После разговора Наруто вернулся к себе домой. Его квартира была скромной, но очень уютной. В ней было всё необходимое: кухня, спальня и душ — вполне достаточно для комфортной жизни. Хоть Наруто было всего шесть, он прекрасно справлялся сам, хотя поначалу ему приходилось нелегко. По натуре он был человеком, который любит чистоту и порядок, поэтому квартира всегда находилась в отличном состоянии, несмотря на то, что жил в ней маленький ребенок. Наруто зашел на кухню и поставил греться воду для лапши. Каким бы умным он ни был, он всё еще не умел готовить, да и ингредиенты для нормальной еды ему всё равно никто бы не продал. Пока закипала вода, мальчик обдумывал всё, что произошло за день: фестиваль, из-за которого пришлось прятаться; осознание того, что внутри него заперт Девятихвостый; разговор об Академии с Джи-джи... Но одна мысль не давала ему покоя — поразительное сходство между ним и Минато Намикадзе. От раздумий его отвлек звук закипевшей воды, оповещающий, что пора запаривать лапшу. После ужина Наруто сходил в душ и лег спать, понимая: завтрашний день будет очень интересным.