Другой Наруто Узумаки

На следующий день после уроков в академии с новым учителем Мизуки-сенсеем Наруто направился к резиденции Хокаге по просьбе Джи-джи через посланника АНБУ. По дороге Наруто встретил несколько знакомых лиц, среди которых был Киба Инузука, который спорил с другим мальчиком академии о девушках и пытался доказать, что он альфа в классе. Наруто решил проигнорировать разговор, но краем уха услышал, что Киба говорил о Хинате, и, сам того не понимая, притормозил, но вскоре продолжил свой путь. Пришедши в резиденцию и подождав у входа в кабинет, через некоторое время из кабинета Хокаге вышел мужчина, опираясь на деревянную трость. Его лицо и рука были перебинтованы. Увидев мальчика, он немного прищурился, но решил его проигнорировать и прошел мимо. Наруто от взгляда мужчины стало не по себе, но, придя в себя, он зашел к Хокаге. — Здравствуй, Джи-джи, — поприветствовал Наруто. — О, привет, Наруто! Ты как раз вовремя пришел, — усмехнулся старик. — Чтож, ты знаешь, почему я тебя позвал сюда? Так что пошли, я покажу тебе поместье Намиказе и твоего временного сенсея, наставника, пока ты будешь обучаться, — сказал Хирузен, вставая и надевая шляпу Хокаге. На это Наруто отреагировал радостно, хоть и скрыв эмоции на лице, и вскоре решил последовать за Хокаге. Через некоторое время ходьбы Наруто пришел к поместью своего отца. Внешне дом ничем не отличался — двухэтажный дом с балконом, небольшой по размерам, но, как подумал Наруто, явно уютный. Сам дом был огражден каменным забором высотой 1,90 или даже выше. Пройдя через ворота на территорию, Наруто заметил, что справа от дома растет дерево, возле которого размещена качеля для двоих. Пройдя еще немного, он заметил небольшой пруд, возле которого росли разные виды трав, которые Наруто не знал, и решил временно отложить вопросы. В то же время Хирузен наблюдал за тем, как мальчик осматривает окрестности поместья его отца. На время Хирузен улыбнулся и предложил Наруто пройти в дом. На удивление, вся растительность вокруг была не заросшей, так как Хокаге направлял команды для регулярной уборки. Войдя в дом, Наруто не смог удержать вздох — первое, что он увидел, — картина его отца и красноволосой женщины, явно беременной. Портрет висел над камином, напротив которого стояло несколько кресел. Увидев картину, Наруто невольно проронил слезу, осознавая, как сильно любили его родители. Сразу после просмотра картины Наруто начал осматривать весь дом. В доме находилось три спальни, одной из которых была детская. Наруто не смог долго задержаться в той комнате и почти сразу вышел. Вторая спальня, как он понял по картинам на стенах, принадлежала его родителям, а третья спальня была для гостей. В доме находились кухня и ванная комната, связанная сразу со спальней родителей. Мальчик некоторое время сидел на кровати и думал, какой была бы его жизнь, если бы Кьюби не напал на деревню... Хирузен не мог ничего сказать мальчику, так как понимал, в каком состоянии тот находится, но все же решил прокашляться, привлекая внимание Наруто. — Наруто, ты не видел главного места в доме для твоего развития, а именно подвал, в котором находится кабинет твоего отца и все свитки техник, — сказал старик. Наруто немного посидел на кровати, после чего кивнул и пошел за Хирузеном. Дойдя до двери, которая находилась на первом этаже, Наруто даже не понял, как он мог не заметить такую дверь. Внешне она почти не отличалась от остальных, но была украшена кунаем Хирайшин Минато и табличкой с надписью "4 Хокаге".На мгновение Наруто замер перед дверью, нерешительно взглянув на Хирузена. Старик понимающе кивнул: — Наруто, чтобы войти, нужна кровь кого-то из родни Минато или Кушины. Твой отец установил эту защиту, чтобы сберечь секретные дзюцу и важные данные. Наруто молча кивнул и прикусил палец. Как только он приложил его к замку, по поверхности пробежал свет активированной печати. Раздался сухой щелчок, и тяжелая дверь поддалась. Внутри Наруто встретил густой запах старой бумаги и пыли. В отличие от жилых помещений поместья, здесь никто не касался вещей годами — комната была надежно скрыта за печатью.Сами свитки и карта были в отличном состоянии благодаря печатям, которые на них поставил Минато. Наруто думал, что это всё, но Хирузен сказал: — Наруто, насколько я знаю, Минато и Кушина оставили тебе письма где-то в поместье. Они понимали, что может произойти худшее. Я не знаю, где именно они спрятаны, но у тебя уже есть подсказка. Надеюсь, ты сможешь найти то, что написали тебе отец и мать. Наруто лишь пробормотал: — Спасибо, джи-джи. Думаю, я смогу их найти, но немного позже. Хирузен кивнул и продолжил наблюдать. Наруто стоял озадаченный: его отец славился техникой Хирайшин, но здесь не было свитков, связанных ни с этой техникой, ни с фуиндзюцу. Хирузен догадался, почему мальчик растерян, и добавил: — Если ты ищешь техники отца, то, думаю, подсказки к ним тоже в письмах. Техники твоего отца были слишком опасны — попади они в чужие руки, беды было бы не миновать. —Понятно, — ответил Наруто, после чего добавил: — Я очень хочу их найти, но через какое-то время. У меня сейчас голова треснет от всей информации. Но, джи-джи, ты также говорил о временном сенсее для меня? — Да, Наруто, я смог найти тебе подходящего учителя. Раз ты говорил, что у тебя явные проблемы с тайдзюцу и сюрикендзюцу, твой новый сенсей обучит тебя всему: от контроля чакры до ниндзюцу средних и, возможно, высоких уровней, — ответил Хирузен с улыбкой, после чего жестом позвал Наруто за собой. Мальчик неохотно покинул кабинет отца и последовал за Хокаге. Они вышли на задний двор поместья, где находилась тренировочная площадка. Там стояло несколько чучел, но внимание Наруто сразу приковал к себе высокий брюнет.Парень был высокого роста, примерно 184 см. Он был одет в черную водолазку без рукавов, поверх которой крепилась броня АНБУ. На нем были черные штаны, а за спиной красовался ниндзято. У парня была короткая стрижка, и несколько прядей волос спадали на протектор Конохи, повязанный на голове. Упершись спиной в одно из чучел, он что-то читал, но, заметив приближение двух фигур, отложил книгу. — Здравствуйте, Хокаге-сама. Я так понимаю, это тот сопляк, которого мне нужно будет тренировать? — с ехидной улыбкой спросил он. Наруто внешне отреагировал на слово «сопляк» лишь едва заметной гримасой, в то время как Хокаге тихо усмехнулся словам юноши.Подойдя ближе к брюнету, Наруто заметил на его левой щеке небольшой вертикальный шрам. — Да, Кадзэ, это Наруто Узумаки, — ответил Хирузен. — Тебе нужно будет его обучать. Надеюсь, ты сделаешь из него сильного шиноби. Сказав это, Хирузен многозначительно посмотрел на Наруто. Мальчик сначала не понял этого взгляда, но через секунду до него дошло. — Здравствуйте, Кадзэ-сама! — быстро произнес он. Кадзэ перевел взгляд на Хокаге: — Я постараюсь сделать из него способного шиноби, раз вы этого хотите. Надеюсь, вы не зря в него так верите, раз отозвали меня из АНБУ ради обучения ребенка. Закончив фразу, он посмотрел на Наруто. Мальчик был невысокого роста для своего возраста, с копной желтых волос и шестью отметинами на лице, похожими на лисьи усы. — Здравствуй, Наруто, — ответил он. — Думаю, теперь ты должен называть меня Кадзэ-сенсей. — Парень слегка усмехнулся. Хирузен молча наблюдал за их знакомством. Со стороны Кадзэ то и дело проскакивали шутки по поводу возраста, на что Наруто либо смущенно отводил взгляд, либо ворчал, что он не такой уж и маленький. Третий доверял Кадзэ — тот был одним из лучших и самых преданных бойцов АНБУ, наравне с Какаши Хатаке. Хокаге знал: этот человек точно научит Наруто многому.После короткого знакомства Хирузен отвел Кадзэ в сторону, чтобы обсудить формальности обучения. Наруто краем уха услышал фразу «старика»: — Постарайся его не убить. На что Кадзэ лишь усмехнулся и понимающе кивнул. Закончив разговор, Хирузен подошел к мальчику. — Ладно, Наруто, мне пора возвращаться. Я показал тебе всё, что здесь есть. Теперь ты должен начать свою первую тренировку под руководством Кадзэ-сенсея. Удачи! — Старик похлопал его по плечу и направился к выходу. От слов Джи-джи и хитрой ухмылки брюнета лицо Наруто немного побледнело. Он понял: Кадзэ либо садист, либо лентяй, но всё больше склонялся к первому варианту. Как только Хокаге ушел, Кадзэ нарушил тишину: — Что ж, Наруто, приступим. Я буду обучать тебя стойкам тайдзюцу, сюрикендзюцу и работе над скоростью. Твое первое задание: пробеги 50 кругов вокруг поместья, — сказал Кадзэ, широко улыбнувшись. Наруто был в шоке от такой цифры, но решил не возражать. Кадзэ молча наблюдал, как бедный мальчик выкладывается на дистанции. При этом бежать приходилось за забором, ограждавшим огромную территорию. Шиноби не ожидал, что ребенок в столь юном возрасте сможет одолеть такое расстояние без остановок, и втайне начал гордиться выносливостью ученика. Наруто же проклинал сенсея на чем свет стоит. Он понимал, что это нужно для силы, но почему сразу пятьдесят кругов, а не тридцать? «Он наверняка надеялся, что я сдамся», — думал Наруто, косясь на наставника. Мальчик лежал на земле под деревом, раскинув руки и ноги в стороны от усталости. Кадзэ с довольной улыбкой подошел к нему. — Что ж, Наруто, я поражен! Ты осилил все пятьдесят кругов без остановки. Как ощущения? Наруто лишь пробормотал что-то вроде: «А вы как думаете?», но брюнет проигнорировал ворчание и поднял мальчика на ноги против его воли. — Раз мы закончили с этой «небольшой пробежкой», которую ты так любезно выполнил, перейдем к тайдзюцу. Наруто лишь обиженно надулся. Он был уверен: никто в его возрасте не пробежал бы столько, сколько онВернувшись на площадку, Кадзэ начал показывать Наруто стойки тайдзюцу, которым когда-то научился у своего отца. Он то и дело поправлял мальчика, если тот неверно ставил ногу или совершал ошибки в движениях. Вскоре сенсей объявил, что их ждет небольшой спарринг — он хотел понять потенциал ученика. — Нападай в полную силу, — скомандовал он. Наруто не совсем понимал, зачем это нужно, но решил послушаться и ринулся на брюнета. Так началось их «обучение», которое больше походило на одностороннее избиение. Кадзэ с неизменной улыбкой отбивал все выпады и иногда наносил ответные удары, от которых Наруто вздрагивал — ему казалось, что наставник даже не думает сдерживаться. Спустя два часа тренировки Наруто рухнул на землю, не в силах пошевелить даже пальцем. Кадзэ же стоял рядом, даже не вспотев. — Что ж, Наруто, твой уровень тайдзюцу сейчас… примерно как у девчонки, у которой украли её любимое данго, — усмехнулся он. — Но ты быстро прогрессируешь. Уже к концу первого часа твои удары стали точнее, а стойка — увереннее. Удивляюсь, как быстро ты учишься. Наруто собрал последние силы, чтобы сесть. — Спасибо, Кадзэ-сенсей, — пробормотал он. Брюнет понимал, что, возможно, немного перестарался, но лишь довольно улыбнулся. — Послушай, Наруто. Хокаге говорил, что ты хочешь стать великим шиноби, а для этого нужно пробудить чакру. Я мог бы подождать, пока тебя научат этому в Академии, но, честно говоря, мне лень тянуть время. Понимаешь? Наруто ошеломленно кивнул. «Неужели он поможет мне пробудить чакру прямо сейчас?» — с надеждой подумал он. — Ладно, — подытожил брюнет. — Тебе нужно отдохнуть. Я побуду добрым и донесу тебя на спине, а ты скажи, где здесь можно перекусить. Из-за тебя я так и не успел пообедать, — притворно угрюмо добавил он. Увидев ошарашенное лицо блондина, Кадзэ снова улыбнулся. — Да Я знаю отличное место В «Ичираку Рамен» готовят вкуснее всего— ответил Наруто. Сенсей кивнул, закинул мальчика себе на спину и направился в сторону лавки. Пока они шли, Кадзэ не мог не замечать странные, полные ненависти взгляды прохожих, направленные на ребенка. Он знал причину: Хокаге лично предоставил ему всю информацию об ученике и инструкции на случай высвобождения чакры Девятихвостого. Кадзэ искренне не понимал этих людей. Как можно не видеть разницу между маленьким мальчиком и демоном? В глубине души он надеялся, что Наруто не затаит на них обиду за всё это зло.Пообедав в «Ичираку» и немного отдохнув в парке, они решили вернуться на тренировочную площадку, чтобы пробудить чакру мальчика. Кадзэ и сам до конца не понимал, почему решил помочь Наруто в том, чему его должны были научить в Академии. Но, зная отношение общества к блондину, он догадывался: там Наруто, скорее всего, просто бросят на произвол судьбы. Кадзэ не мог этого допустить. За время, проведённое вместе, он понял, что мальчик вовсе не шумный — он спокойный, рассудительный и невероятно упорный. Это искренне заинтересовало наставника, ведь он ожидал увидеть капризного ребёнка, который будет жаловаться на темп тренировок, но судьба преподнесла ему подарок в виде сосредоточенного ученика. Вернувшись на площадку, Кадзэ начал объяснять основы. — Ладно, сопляк, — усмехнулся он. — Садись в позу лотоса, сосредоточься и попробуй «отключиться» от внешнего мира. Когда ты погрузишься в глубокую медитацию, ты должен почувствовать внутри тепло. Как только ощутишь его, начни мысленно тянуть этот поток по всему телу: от пупка до самых кончиков пальцев рук и ног. Понял? Наруто внимательно впитывал каждое слово. Кивнув, он закрыл глаза и приступил к медитации. Прошло всего несколько минут, и мальчик на удивление быстро вошёл в нужное состояние. Почувствовать энергию было полбеды, а вот направить её равномерно оказалось настоящим испытанием. Поток чакры постоянно сбивался, и всё приходилось начинать заново. Однако спустя тридцать минут Наруто наконец удалось обуздать свою силу. Кадзэ сидел поодаль, размышляя, сколько времени это займет. Сам он в детстве потратил на это почти час. Он ожидал увидеть лёгкую волну воздуха вокруг тела Наруто — верный знак того, что чакра распределилась верно. Но стоило ему заметить на лице блондина уверенную ухмылку, как… БУМ! Резкий, сокрушительный порыв ветра ударил от мальчика с такой силой, что Кадзэ пришлось вогнать ниндзято в землю, чтобы удержаться на ногах. Он был в глубочайшем шоке. Количество высвобожденной чакры казалось невозможным для шестилетнего ребёнка. «Что он за монстр такой?» — пронеслось в голове у сенсея. В это же время всю Коноху накрыло мощным ощущением чужой силы. Какаши, мирно читавший «Ича-Ича» на ходу, невольно споткнулся. Асума выронил сигарету изо рта. Гай, балансировавший на одном пальце, с грохотом рухнул на камни. Хокаге в своём кабинете вздрогнул и резко поднялся. Почувствовав эпицентр выброса, он тут же отправил туда несколько отрядов АНБУ для разведки, хотя в глубине души уже знал причину этого явления. Наруто открыл глаза, явно довольный тем, что смог пробудить чакру раньше всех в Академии. Но, оглядевшись, он увидел ошеломлённое лицо сенсея, чьи глаза стали размером с блюдца. — Что случилось, сенсей? — встревоженно спросил мальчик. — Д-да так… — пробормотал Кадзэ. — Ты выпустил столько чакры, что её объем может конкурировать с уровнем джонина, а то и выше… — ошарашенно добавил он. Наруто сначала впал в ступор, а потом довольно улыбнулся такому результату. Встав и отряхнувшись, он подошел к наставнику. В этот момент Кадзэ почувствовал несколько приближающихся чакр. «АНБУ», — мгновенно считал он сигнатуры и на всякий случай подтянул мальчика ближе к себе. Через секунду на поле появились четверо оперативников в масках и доспехах. — Хокаге-сама направил нас выяснить, что спровоцировало такой выброс чакры, — раздался грубый мужской голос из-под маски Медведя. — А, эм-м… привет, ребята. Ну, мой ученик, вот он, — Кадзэ указал пальцем на притихшего Наруто. — Пробудил чакру в первый раз, и я очень горд таким резу… Его перебил женский голос из-под маски Лисы: — Ого, неужели великий Кадзэ устроился нянькой? — игриво спросила куноичи. — Эй! Вообще-то, меня лично попросил Хокаге-сама, чтобы я тренировал парня. И я ему не нянька! — парировал брюнет. — Да-а? А сам так мило прижал его к себе, когда нас почуял, — хихикнула девушка. — Это потому что… Кадзэ перебил суровый голос лидера группы: — Ладно, хватит вам. Кадзэ, ты уверен, что это была чистая чакра мальчика, а не… иная? — многозначительно спросил Медведь. — Уверен на все сто. Иначе мы бы почувствовали, ну, вы понимаете, «ту самую» чакру. Медведь несколько мгновений стоял неподвижно, после чего кивнул и подал команде знак уходить. Кадзэ облегченно выдохнул. — Фух, сопляк, ну и наделал же ты шума! Откуда у тебя вообще такие запасы? Ты что, с луны свалился? — спросил он, радуясь, что АНБУ ушли докладывать обстановку. Наруто сначала замялся: — Да нет, просто… само так вышло. А затем резко вскинул голову и возмущенно посмотрел на сенсея: — И я не сопляк! Хватит меня так называть! Брюнет лишь лениво пожал плечами в ответ.После тренировки Наруто решил вернуться к себе в квартиру, несмотря на то, что мог остаться в доме родителей. Поев и сходив в душ, он лег спать, когда почувствовал, что что-то не так. Он открыл глаза и оказался в какой-то канализации, чего явно не мог понять. Услушав какой-то звук, он решил следовать за ним. Через несколько минут блуждания он оказался в огромном помещении, где, как ему показалось, не было потолка. В этом помещении стояли огромные ворота, а на них, как решил Наруто, была печать. Когда он думал, что здесь может быть и где он находится, он услышал голос с другой стороны клетки. — Ну-ну, я удивлен, что ты смог так быстро пробудить чакру, — сказал грубый мужской голос, и в зоре Наруто появились два кроваво-красных глаза. После этого фигура начала приближаться к клетке, и Наруто с ужасом понял, кто он такой. — Ты... Кьюби? — запинаясь, сказал мальчик, но потом решил успокоиться и взять себя в руки. — Почему я здесь? — спросил он у лиса. — Хммм... Да, мерзкий человек, я великий и неповторимый король всех хвостатых, сильнейшее существо в мире — я девятихвостый лис Кьюби, но Йоко и... я не знаю, что ты здесь делаешь. Я сам до конца не понял, как ты сюда попал и что вообще от меня хочешь? Если силой, то убирайся! Ты слишком мелкий для этого, — прогремел Кьюби. Наруто лишь пожал плечами на ответ лиса, поняв, что у того явно нет проблем с самооценкой. — Ладно, раз уж я здесь, значит, нам можно поговорить. Мне все равно скучно, — предложил Наруто. Кьюби немного приподнял бровь и затем сказал: — Зачем мне с тобой говорить, глупый мальчишка!? Что ты можешь мне сказать, чего я не слышал за свою чрезмерно долгую жизнь? — сказал он, показывая ряд обнаженных клыков. Наруто немного отступил, но все же решил спросить: — Как тебя зовут? У тебя ведь есть настоящее имя? Имя Кьюби дали тебе в книгах, так ведь? — любопытно спросил мальчик. Лис сначала не понял вопроса мальчика, а потом задался вопросом: а ведь мальчик спросил то, что он никогда не слышал от людей — они хотели знать его имя. — С чего бы мне тебе говорить, малыш? — сказал Кьюби, немного подняв бровь и выпятив грудь вперед. — Ну, знаешь, некультурно, когда ты знаешь мое... То есть, меня зовут Наруто... Наруто Узумаки. Но ты должен знать, потому что ты глупый лис внутри меня. Кьюби немного помедлил с ответом, но решил сказать: — Ладно, ты надоедливый мальчишка. Если ты услышишь вопрос, то оставишь меня в покое, чтобы я мог лечь спать? Наруто немного подумал и кивнул. — Куромо... — тихо пробормотал лис. — Чтоooo? — закричал мальчик. — Я что, запинаюсь!? — прогремел лис. — Нет, просто ты что-то пробормотал, что только ты мог услышать, — гордо заявил мальчик. — Аа, достал ты меня уже! Моё имя — Курама, вот как меня зовут, а теперь уйди с глаз долой и дай мне поспать уже наконец. Наруто сначала не ответил, но потом сказал: — Приятно познакомиться. Надеюсь, мы когда-нибудь подружимся или что-то вроде того. И, наконец, поняв, как уйти, ушел с места клетки. Кьюби, положив голову себе на лапы и устроившись для сна, начал бормотать: — Хмм, странный он. Имя спросил и подружиться хочет... Джинчурики этого времени все странные что ли? Я ведь великий Кьюби, а он... не боялся меня. — Осенило лиса. — Будет явно интересно, хехе, — сказал Курама.Проснувшись рано утром, Наруто отправился в Академию в приподнятом настроении. Еще бы: он смог пробудить чакру, узнал, где находится дом его родителей, получил личного наставника и даже поговорил с Курамой (теперь-то он знал его настоящее имя!). Придя в класс, Наруто увидел Ируку-сенсея, который — к удивлению мальчика — очень быстро оправился от болезни. Оглядевшись, он заметил, что Киба подсел поближе к Хинате, а Шикамару не спал, как обычно, а о чем-то увлеченно болтал. И, о боже, возле Саске не было фанаток! — Точно снег пойдет, — пробормотал Наруто. Но не успел он закончить мысль, как в класс ворвались две главные фанатки Учихи: розоволосая Сакура и блондинка Ино. Наруто понял — день будет ровно таким, как он и ожидал. Вскоре Ирука обратился к классу: — Так, ребята, сейчас мы идем на задний двор отрабатывать тайдзюцу. В программе несколько стоек и тренировочные спарринги. Класс зашевелился и с довольным ропотом потянулся на выход. Единственным, кто заметно нервничал, был Наруто. Он снова ожидал провала, хотя в глубине души надеялся, что удача улыбнется ему и в противники достанется кто-нибудь послабее. — Саске Учиха и Наруто Узумаки! — объявил Ирука в середине урока. Наруто мысленно проклял свою «удачу». Саске же гордо ухмыльнулся и вышел в центр круга. Шикамару сочувственно потрепал друга по плечу: — Удачи, Наруто. Тот лишь обреченно пожал плечами и тоже вышел на ринг. Двор наполнился выкриками фанаток Учихи: «Давай, Саске-кун, ты точно победишь!» или «Саске-кун самый сильный в классе, он не может проиграть!». От этих воплей у Саске невольно дернулся глаз, но заметил это только Наруто. — Ладно, ребята, — прервал их Ирука. — Сложите знак примирения и начинайте спарринг. Наруто и Саске выполнили ритуал, и бой начался. Точнее то, что всем поначалу показалось избиением — но совсем не в ту сторону, которую ожидал класс. Сразу после сигнала Саске рванулся вперед, целясь кулаком в подбородок блондина. Наруто ловко увернулся, перехватил руку противника и перевел его вес на себя, чем немало удивил даже Ируку. Не выпуская руки Учихи, Наруто нанес три сильных удара ногой в ребра и грудь. Саске, болезненно поморщившись, повалился на землю, но быстро оклемался и вскочил, полный решимости отомстить. Завязался настоящий бой. Они двигались феноменально быстро по сравнению с остальными учениками, и казалось, что силы равны. Однако Наруто, блокируя удары, решил контратаковать, используя жесткие навыки своего наставника. Когда Саске в очередной раз атаковал ударом с разворота, Наруто, окончательно вышедший из себя из-за криков фанаток и самоуверенности противника, поймал ногу Учихи. Резким и жестким ударом локтя в колено он едва не сломал ногу парню. Пронзительный крик Саске заставил замолчать весь класс. Ирука тут же бросился к ним, чтобы остановить бой и увести раненого Учиху с ринга На ринге Наруто застыл, глядя на свои руки. Он корил себя за то, что потерял контроль и нанес такой тяжелый удар, но в глубине души понимал: жизнь шиноби неразрывно связана с болью. Именно этому его учил Кадзэ-сенсей. Он стоял, уставившись в пол, и невольно прислушивался к шепоту за спиной. Класс обсуждал его жестокость. Первой тишину нарушила «розовая банши»: — Как ты мог так поступить с Саске-куном?! — взвизгнула Сакура. — Ты же мог сломать ему ногу! Наруто резко вскинул голову. Его взгляд, холодный и колючий, заставил Харуно мгновенно замолчать. Она невольно отступила на шаг, столкнувшись с Ино. Та уже собиралась вставить свой едкий комментарий, но, увидев выражение лица блондина, тут же передумала и прикусила язык.Хината наблюдала за происходящим, прижав ладони к груди. В отличие от остальных, в её глазах не было злости или осуждения — только смесь страха за Наруто и робкого восхищения. Вот что пронеслось у неё в голове: «Наруто-кун... он стал совсем другим. В его движениях была такая сила и уверенность, какой я никогда не видела раньше. Но этот взгляд...» — Хината невольно вздрогнула, когда Наруто посмотрел на Сакуру. — «Ему сейчас так больно и одиноко. Все смотрят на него как на монстра, но я же видела... видела, как он на секунду замер, прежде чем нанести удар. Он не хотел этого, он просто защищался... или его так учили?» Она сделала крошечный шаг вперед, но тут же остановилась, покраснев до кончиков ушей. «Я должна подойти... Должна сказать, что я не считаю его жестоким. Но смогу ли я? Все эти взгляды... Наруто-кун, пожалуйста, не вини себя. Ты просто стал сильнее, чтобы защитить свой путь...» Она видела, как он стоит посреди ринга, окруженный тишиной и ненавистью, и её сердце сжалось от желания просто быть рядом, даже если она не сможет вымолвить ни слова.Хината чувствовала, как её сердце колотится где-то в горле. Страх перед толпой боролся с желанием поддержать того, кто всегда был для неё примером. Пока остальные ученики с опаской перешептывались, она, дрожа всем телом, сделала шаг на ринг. Наруто всё ещё стоял, сжимая кулаки, окутанный тяжелой аурой одиночества, когда почувствовал робкое прикосновение к своему рукаву. — Н-Наруто-кун… — едва слышно прошептала она. Блондин вздрогнул и обернулся. Его колючий взгляд, который только что заставил Сакуру отступить, наткнулся на чистые, полные сочувствия глаза Хинаты. Она была красной, как помидор, и смотрела в пол, но руку не убрала. — Ты… ты ведь не хотел причинить ему такую б-боль, правда? — Хината наконец подняла на него взгляд. — Я видела… ты просто стал сильнее. Пожалуйста, не смотри так… на самого себя. Наруто замер. Все вокруг видели в нём «монстра» или «жестокого придурка», и только эта девочка, которую он считал странной и тихой, увидела его внутреннюю борьбу. Гнев и напряжение, копившиеся внутри него после тренировок Кадзэ и криков фанаток, начали медленно отступать. — Хината… — выдохнул он, и его плечи наконец расслабились. Шёпот в классе на мгновение затих. Все с недоумением смотрели на наследницу клана Хьюга, которая единственная осмелилась подойти к «изгою» после такой кровавой схватки.Наруто посмотрел на Хинату, и выражение его лица смягчилось. В этот момент шум вокруг и взгляды одноклассников перестали иметь значение. — Спасибо, Хината... — тихо произнес он. — Это было важно для меня. Хината смущенно кивнула, сохраняя дистанцию, но в её глазах читалось облегчение. Наруто коротко кивнул ей в ответ, признавая её смелость, и направился к выходу с тренировочной площадки. Остальные ученики молча наблюдали за его уходом, обсуждая произошедшее между собой.Наруто вышел за ворота Академии, чувствуя себя совершенно подавленным. Мысли о том, что он не сдержался, вихрем крутились в голове, пока он не вспомнил слова Джи-джи… Письма! Это было именно то, что ему сейчас нужно, а он совсем забыл. Наруто поспешно направился к дому родителей. Оказавшись внутри, он сел на кровать и задумался: где отец мог спрятать послание? Варианты проносились один за другим. В одном из свитков? Слишком глупо. За большим портретом в прихожей? Любой, кто знал бы о письмах, проверил бы там в первую очередь. Место должно быть личным, незаметным, но при этом постоянно находиться на виду. И, скорее всего, в самой защищенной комнате… — Точно! — Наруто вскочил и бросился на первый этаж, к кабинету отца. Подбежав к рабочему столу, он взял фоторамку, стоявшую на самом видном месте. Бережно достав фотографию, Наруто обнаружил под ней то, на что и надеялся. Там лежало письмо.Наруто сел в кресло, где когда-то сидел его отец. В его дрожащих руках лежал заветный конверт. Он осторожно вскрыл его и начал читать: «Привет, Наруто. Если ты читаешь эти строки, значит, случилось худшее — я не смог удержать печать Девятихвостого. Мне бесконечно жаль, что пришлось оставить тебя одного. Знай, я очень тебя люблю. День, когда твоя мама сказала, что беременна тобой, был самым счастливым в моей жизни. В самом низу этого письма, справа, я оставил печать запечатывания. Там находятся все мои заметки и свитки с техниками, которые я когда-либо изучал, включая Хирайшин и другие мои личные разработки. А слева спрятаны сбережения, которые я решил оставить тебе на первое время. Надеюсь, ты вырастешь выдающимся шиноби и, самое главное, хорошим человеком. Люблю тебя. Твой папа». Наруто выронил несколько слез, которые пятнами расплылись по бумаге. Он перечитывал письмо снова и снова, а затем бережно отложил его в сторону, боясь, что оно может рассыпаться от малейшего прикосновения. Мальчик замер, обдумывая всё, что только что узнал.Родители любили его и очень хотели быть рядом — эта мысль согревала, но одно озадачило Наруто: почему отец написал, что не смог удержать печать Курамы? Теперь у него был доступ к письмам, секретам Хирайшина, другим техникам и даже к сбережениям. Наруто был благодарен за такое наследство, но в глубине души он, не задумываясь, отдал бы всё это богатство, лишь бы вернуть родителей. Он готов был променять любые свитки на возможность просто жить с ними, но те, кого он так полюбил по одному лишь письму, давно ушли из этого мира.Наруто распечатал сначала свитки с Хирайшином и другими техниками. Там было множество фуин-символов, которые он пока не понимал, но мальчик дал себе твердую клятву: он во что бы то ни стало освоит главную технику своего отца. Затем он вскрыл вторую печать — там оказалось 60 тысяч рё. От такой суммы Наруто невольно осел на пол, но среди пачек денег заметил еще один листок бумаги. «Еще одно письмо?» — пронеслось в голове. Он тут же вскочил, бережно взял его в руки и начал читать: «Привет, мой любимый Наруто! Ты бы знал, как я люблю тебя, сынок, больше всего на свете. Надеюсь, при родах всё пройдет хорошо, и я смогу увидеть, как ты растешь и становишься великим человеком. А если нет… мне очень жаль, что пришлось тебя оставить. Знай, я люблю тебя так же сильно, как твоего папу, и надеюсь, что с тобой всё будет в порядке. Если тебе нужны ответы на вопросы о том, что произошло в ту ночь… спроси у Девятихвостого лиса, Кьюби. Но не стоит грустить! Ты по крови Узумаки, а наш клан славился своим Фуиндзюцу. Внизу письма я оставила печать, в которой спрятано несколько редких книг по запечатыванию — от основ до мастерского уровня. Это очень поможет тебе в изучении Хирайшина твоего папы. Я уверена, у тебя будет такой же запал, как у него — он вечно норовил телепортироваться подальше, стоило мне попросить его вынести мусор! Ну да ладно, Наруто. Я очень тебя люблю и, несмотря ни на что, горжусь тобой. Твоя мама». В этот раз Наруто уже не сдерживался. Он дал волю слезам, просто сел на пол и начал безутешно плакать, прижимая письма к груди.Кадзэ шёл к поместью Намикадзе на тренировку со своим юным учеником. Придя вовремя, он не обнаружил мальчика на привычном месте и решил, что тот просто опаздывает. Прогуливаясь по территории, бывший АНБУ своим зорким глазом заметил, что входная дверь приоткрыта. Его терзали сомнения: стоит ли заходить внутрь без спроса? Переминаясь с ноги на ногу, он всё же решил рискнуть. Войдя, Кадзэ замер перед большим портретом Четвёртого Хокаге и его беременной жены, глядя на них с благоговением. Но внезапно он заметил то, что не предвещало ничего хорошего — дверь в личный кабинет Минато была распахнута. Ожидая боя, он поспешно ворвался внутрь, но увидел лишь своего ученика, который горько плакал, сидя за столом Четвёртого. — Эй, эй, Наруто! Что случилось? — Кадзэ подбежал к мальчику, видя его состояние. — Они и пра-вда ме…ня любили, — всхлипывал блондин. Кадзэ не был великим психологом, поэтому ему не пришло в голову ничего лучше, кроме как крепко обнять мальчика, понимая, о чём тот говорит. Наруто не ожидал такого жеста, ведь его никто и никогда раньше не обнимал, но это помогло ему немного успокоиться. «Папа и мама ведь не хотели бы, чтобы я был плаксой», — подумал про себя Наруто. Видя, что мальчик пришёл в себя, Кадзэ разомкнул объятия и присел на корточки рядом с шестилетним ребёнком. — Значит, ты нашёл то, что искал? — спросил он, вспомнив, как за обедом в «Ичираку» Наруто проболтался, что очень хочет найти важную вещь своих родителей. В ответ Наруто лишь молча кивнул, глядя на свои ноги и всё ещё крепко прижимая письма к сердцу.Когда Наруто окончательно успокоился, он решил отложить тренировку. Вместе с Кадзэ они направились к Хокаге, чтобы получить ответы на вопросы, возникшие после прочтения писем, и понять, что делать дальше. Подойдя к кабинету, Кадзэ постучал. Услышав негромкое «Входите», они поспешно вошли внутрь. Старик сразу заметил перемены в мальчике: на Наруто была всё та же школьная одежда, но его покрасневшие от слез глаза выдавали недавнюю бурю эмоций. — Что случилось, Наруто? — резко спросил Хирузен, давая понять, как сильно он переживает. — Я нашёл их, — коротко ответил мальчик. Хирузен мгновенно понял, о чём идёт речь, и лишь молча кивнул. Спустя паузу он спросил: — Значит, ты нашел письма... Но как же заметки твоего отца по технике Хирайшин? Наруто кивнул и рассказал про скрытые печати, упомянув послание матери и свитки по Фуиндзюцу. Хирузен явно не был готов к тому, что мальчик так быстро со всем разберется. «Боже, этот ребенок раскрыл почти все секреты, которые я пытался уберечь», — пронеслось в голове Хокаге. Оставалась лишь одна тайна, связанная с его матерью, которую Наруто еще предстояло осознать до конца.Значит, ты… — хотел было спросить старик, но Наруто его перебил. — Да, я думаю… нет, я уверен, что буду изучать Хирайшин и другие дзюцу моего отца. Но мне нужна помощь, Джи-джи, — твердо произнес мальчик. Хирузен понимал, насколько сложно это будет для ребенка, но он знал Наруто лучше всех: если кто и умел удивлять, то именно он. — Хорошо, Наруто. Кадзэ будет помогать тебе в освоении техник и во всем остальном, если ты этого хочешь. Наруто, не раздумывая, ответил согласием. Кадзэ стал третьим человеком, к которому мальчик относился с теплотой. Наруто решил: раз старик Хокаге доверяет этому шиноби, то и он должен. Хирузен одобрительно кивнул и составил для Наруто новый распорядок. Блондин поставил себе цель — не просто изучить Хирайшин, а превзойти своего отца. Старик же пообещал себе помочь мальчику всем, чем только сможет. Такого же мнения придерживался и Кадзэ: он искренне хотел вложить в Наруто все свои знания.