In the Changing Light

      Нед Старк всё ещё отчётливо слышал музыку, хотя стоял довольно далеко от здания клуба. Он не возражал. Джазовый оркестр, который нанял его отец для сегодняшнего вечера, был превосходен — несмотря на возражения Брандона. Тот протестовал, утверждая, что, поскольку вечеринка устраивается в его честь, он должен выбирать музыку. Рикард Старк лишь строго посмотрел на старшего сына и сообщил, что вечеринка организована для основных акционеров «Stark Capital Holdings», и, будучи президентом и генеральным директором компании, право выбирать музыку принадлежит ему. Объявление о назначении Брандона на должность финансового директора было лишь одним из пунктов праздничной программы вечера.       Неда тогда чуть не рассмешило выражение лица брата. Только Брандону под силу было всё превратить в историю о себе. Брандону пришлось усердно трудиться на благо компании последние три года, и он заслужил это повышение. Действительно заслужил, и Нед не завидовал ему. Но ему не нравилось неизбежное раздувание уже и без того непомерного эго брата, сопровождавшее это событие.       Нед прислонился к широкому стволу огромного дуба и посмотрел на запад — за восемнадцатую фервей‑зону, туда, где солнце низко висело над полями, прилегающими к элитному загородному клубу. Ему всегда больше всего нравился именно этот вид из клуба. Во всех других направлениях виднелись изысканно ухоженные фервеи и грин‑зоны, теннисные корты или бассейн. Только с этой стороны местность оставалась достаточно ровной, чтобы видеть далеко за пределы границ клуба, и он обнаружил, что предпочитает дикость этих в основном нетронутых полей с разбросанными в случайных местах деревьями, обилием диких кустов и разнотравья разной высоты.       Оркестр играл теперь очень живую мелодию, и Нед понимал, что, вероятно, ещё больше людей поднялись танцевать. Именно это и выгнало его сюда. Ему нравилась музыка, но он был ужасным танцором, и скрывать этот факт было ещё труднее, когда приходилось танцевать под джазовые мелодии, нежели под обычную поп‑музыку, которую ставил диджей. Вместо того чтобы быть невежливым с тем, кто предложил его на танец, или мучить себя попытками танцевать, он решил выйти и насладиться закатом. В конце концов, вечер был приятным.       — Не хочешь составить мне компанию?       Вздрогнув, он обернулся и увидел Кейтилин Талли, стоящую позади него. Как всегда, его сердце сильнее забилось при виде неё. Он хотел бы, чтобы это было не так, но уже отказался от мысли, что сможет это остановить.       — Где Брандон? — спросил Нед в ответ, намеренно упомянув имя брата ради них обоих.       Улыбка, игравшая на её губах, тут же угасла.       — Внутри. Танцует с девушкой из отдела по связям с общественностью. Ты знаешь её. Длинные чёрные волосы. Длинные загорелые ноги.       Нед кивнул. Он знал её, конечно. Он также знал, что Брандон провёл каждую ночь конференции, на которой они все присутствовали два года назад в Майами, в постели именно с этой женщиной. Брат уверял, что это был разовый роман — служебный флирт, который они оба, он и очаровательная мисс Дейн, оставили в прошлом, но Нед считал, что у брата чертовски обнаглел, раз решил танцевать с Эшарой сейчас — особенно когда Кейтилин находится здесь.       — Ох, расслабься, Нед, — сказала Кэт, когда он промолчал и снова уставился на западный горизонт. Она подошла к нему и слегка толкнула плечом в руку. — Я не позволю твоему брату испортить мне вечер. Так что и ты не позволяй. Мне не нужна защита или опека, так что ты свободен от своих обязанностей, мистер Старк.       Она слегка отстранилась, чтобы их руки больше не соприкасались, и тоже прислонилась к огромному дереву, вздохнув и повернувшись, чтобы посмотреть на запад.       — Почему ты здесь, Кэт? — спросил Нед спустя мгновение.       — А почему ты здесь? — парировала Кейтилин.       Он повернулся к ней и бросил на неё раздражённый взгляд.       — Ты прекрасно знаешь, почему я здесь, — сказал Нед.       Кэт рассмеялась.       — Ты правда прячешься за этим деревом только потому, что не любишь танцевать?       Он нахмурился.       — Дело не в том, что нравится или не нравится. Дело в способностях. — Он грустно улыбнулся. — Или в их отсутствии.       Кейтилин снова рассмеялась — мелодичный звук, один из его любимых.       — Ты действительно ужасен, — согласилась она.       — Спасибо, — сухо ответил он.       — Эй, я просто соглашаюсь с тобой. Но я думаю, что ты немного улучшил свои навыки за годы, что я тебя знаю.       — Ты правда так считаешь?       — Да, — очень серьёзно сказала Кэт, но Нед видел озорство в её голубых глазах. — В последний раз, когда ты танцевал со мной — когда Брандон бросил меня ради игры в покер с Робертом Баратеоном в том клубе, помнишь? И ты пришел на помощь — так вот, когда ты танцевал со мной тогда, ты наступил мне на ногу только один раз, насколько я помню, и у меня даже не было синяков на следующий день!       Кейтилин ухмыльнулась ему, и Нед не смог не улыбнуться в ответ. Кэт всегда так действовала на него. Он никогда не понимал, как это прекратить. В лучшие дни он просто радовался, что знает её, что она всегда будет присутствовать хотя бы на периферии его жизни. В худшие дни он проклинал Бога за то, что позволил Брандону встретить её первым, навсегда обрекая Неда на роль брата в жизни той единственной женщины, чьё общество он ценил всё больше с каждым разом, когда они проводили время вместе. Уже два с половиной года он знал Кейтилин Талли — сначала как девушку своего брата, а последний год как его невесту. Два с половиной года он знал её, и, если быть честным с самим собой, любил её почти всё это время.       — Ты думаешь, что ты забавная, не так ли? — спросил он её.       — Немного, — ответила Кэт. Она замолчала и снова посмотрела туда, где солнце почти скрылось. — Не очень, — тихо добавила она.       — Кэт? — обеспокоенно спросил Нед. — Почему ты вышла сюда?       — Чтобы найти тебя, — без колебаний ответила Кейтилин, не отрывая взгляда от горизонта. — Это то, что я делаю, когда мне тревожно, Нед. Я нахожу тебя. Ты не замечал?       Нед замечал. Официально он ещё не был её братом. Они с Брандоном даже не назначили дату свадьбы, но Кейтилин обращалась к нему, как к брату: когда ей нужно было успокоиться, когда она боялась. Чёрт возьми, Кэт даже позвонила ему, когда её машина застряла на дороге во время метели, а Брандон не отвечал на звонки. Конечно, Нед приехал за ней. Вместе они смогли вернуть её машину на дорогу, смеясь над ситуацией и друг над другом, оба покрытые снегом. Потом Кейтилин настояла на том, чтобы купить Неду кофе в благодарность. Это произошло прошлой зимой. У него до сих пор хранилась та самая чашка из «Старбакса», на которой бариста по её просьбе написал «Мой герой» вместо его имени.       «Я идиот, — подумал Нед. — Жалкий идиот».       — Я приму твоё молчание за то, что ты заметил, — продолжила Кейтилин, и Нед понял, что слишком долго молчал, погрузившись в воспоминания о снежинках в огненных волосах, смеющихся голубых глазах и ясном голосе, гордо выкрикнувшем:       — Он прямо здесь, со мной! — когда бариста поднял чашку, ее глаза сияли и она объявила — Мой герой.       — Ты сказала, что Брандон не расстроил тебя сегодня вечером, — осторожно произнёс Нед.       Он заметил, что часто произносит имя Брэндона, когда находится с Кейтилин. Ему нужно было помнить о нем, и порой он считал, что и ей тоже. Иногда ему почти удавалось убедить себя, что улыбки, которые она дарила ему, вовсе не были сестринскими.       — Брандон ничего такого не сделал, чтобы расстроить меня, — ответила Кэт. — Он просто ведёт себя как Брандон. И я решила, что больше не позволю этому расстраивать меня. Я слишком долго так делала. Несправедливо возлагать на него ответственность за моё счастье, Нед. Я должна сама нести за него ответственность. — Она повернулась к нему, произнося это, но теперь снова посмотрела на небо. — Ого, — тихо сказала она. — Ты только посмотри на это.       Нед обернулся и увидел, что солнце скрылось, но небо над полями пылало яркими красками. Розовые и фиолетовые оттенки, а также тонкая полоса ярко‑красного цвета напоминали о волосах девушки рядом с ним.       — Прекрасно, — кивнул Нед, снова поворачиваясь к ней.       Кейтилин посмотрела на него, и у него возникло ощущение, что она прекрасно понимает: он имел в виду не закат.       — Я не выйду за Брандона, — внезапно сказала Кейтилин.       — Ты не… что? — Нед посмотрел на неё, нахмурившись от слов, которые не имели смысла.       Конечно, она выйдет за Брандона. Все это знали. Они были прекрасной парой и во многом дополняли друг друга. Это видели все. Конечно, Нед видел больше, чем остальные. Он знал, как часто Кейтилин бывает несчастна. Но у него не было права…       — Почему? — наконец спросил он, когда она просто стояла и смотрела на него.       — Ты знаешь почему, — спокойно ответила Кейтилин, не отводя взгляда. Он начал медленно качать головой.       — Нет, Кэт… нет. Я никогда…       — Я не имею в виду из‑за тебя, Нед. Это не твоя вина.       Он тут же почувствовал облегчение, но одновременно и разочарование. И это разочарование заставило его ощутить вину.       — Я не люблю его, — ровным голосом сказала Кэт. — Как я могу выйти за человека, которого не люблю?       — Но ты… Кейтилин, ты всегда любила Брандона, — пробормотал Нед. — Конечно, ты любишь его.       — Нет, — возразила Кейтилин. — Я любила в нём многое. И были прекрасные моменты, когда мне нравилось быть его девушкой. Но я честно не уверена, что когда‑либо любила его. А если и любила, то теперь точно не люблю.       — Я… я не знаю, что сказать.       Она издала лёгкий прерывистый смешок. Он звучал неуверенно и почти испуганно, но в то же время с облегчением.       — Ну… теперь, когда я рассказала тебе все… мы всё ещё можем остаться друзьями? — спросила Кэт и прикусила губу. — Я не хочу терять тебя, Нед.       — Ты не потеряешь меня, Кейтилин. Я обещаю. Но ты уверена, что это то, чего ты хочешь?       Она вздохнула.       — Чего я хочу? Я не знаю, чего я хочу, Нед. На самом деле не знаю. Но я знаю, чего не хочу. Я не хочу выходить за мужчину, который никогда не будет мне верен. И не смей возражать! Я знаю, что Бран стал лучше с тех пор, как мы объявили о помолвке. Он больше не гуляет с девушками здесь, по крайней мере. Но мы оба знаем, что с этим повышением он будет путешествовать ещё больше, чем вы оба сейчас. Ты знаешь его, Нед. Мы, наверное, знаем его лучше, чем кто‑либо в мире. И когда он окажется в каком‑нибудь отеле далеко от меня, а какая‑нибудь симпатичная девушка улыбнётся ему и пригласит в свой номер… он не скажет «нет». И ты знаешь это так же хорошо, как и я.       Голос Кейтилин слегка дрогнул, но глаза оставались сухими. Неду хотелось защитить брата, но, чёрт возьми, он не мог ей солгать. Он не мог солгать Кэт. Она была права, и он это знал.       — Дело не в том, что он не любит тебя, — вместо этого сказал он, и она рассмеялась — усталый, горький оттенок испортил музыку этого смеха.       — О, я знаю, — кивнула она. — Ты думаешь, я не слышала этого? «Я люблю тебя, Кэт. Никто другой для меня ничего не значит. Это был просто секс. Я обещаю, она ничего не значила. Ты единственная, кого я хочу». — Кэт тяжело вздохнула. — Мне уже даже не больно слышать, как он говорит это, Нед. Это одна из причин, по которой я знаю, что больше не люблю его.       Нед уставился на Кейтилин. За последние два года он слышал почти те же самые слова от Брандона каждый раз, когда они спорили из‑за неверности брата девушке, которую тот, по его словам, любил. Он и не подозревал, что Брандон пытался оправдать своё поведение перед ней теми же бессмысленными фразами, и ему вдруг очень захотелось ударить брата по лицу.       — Не сжимай кулак. Я не хочу, чтобы ты его бил.       Нед вздрогнул от её слов и разжал пальцы, которые, сам того не осознавая, сжал слишком крепко.       — Я не буду его бить, — пробормотал Нед. — Но я должен. То, что он говорил тебе такие глупости…       — Дело не только в этом, Нед, — быстро сказала Кэт — Нет, я не думаю, что смогу быть замужем за человеком, который постоянно неверен, но даже если бы он мог измениться — даже если бы он никогда не посмотрел на другую женщину — я просто не чувствую к нему того, что должна, Нед. И если я выйду за него, не любя его всем сердцем, не зная, что хочу быть с ним навсегда, это будет так же несправедливо по отношению к нему, как он когда‑либо был ко мне.       Нед кивнул.       — Ты права. И я никогда не считал тебя несправедливой. Но, Кейтилин, ты уверена? Ты собираешься сказать Брандону об этом сейчас?       Кейтилин снова прикусила губу и отошла от дерева, так что её стройный силуэт вырисовывался на фоне западного неба, которое утратило свой огненный оттенок, но всё ещё светилось нежно‑розово‑фиолетовым.       — Не сегодня, — прошептала Кейтилин. — Сегодня его большой триумф, и я не могу… не могу его испортить. Но я также не хочу ехать с ним домой, Нед. — Она обернулась и посмотрела на него. — Теперь, когда я приняла это решение, я не смогу… мне будет не по себе…       Спать с ним. Ей будет не по себе спать с ним. Вот что она не могла сказать.       — Я понимаю, — сказал Нед. — Ты хочешь, чтобы я отвёз тебя домой?       — Я скажу ему завтра, — ответила Кейтилин. — Я должна это сделать. Неправильно, чтобы ты знал, а он — нет. Пока я собираюсь сказать ему, что плохо себя чувствую, но что он должен остаться и насладиться вечером. Когда завтра я скажу ему, что между нами всё кончено, он поймёт, почему я ушла рано. Если ты отвезёшь меня домой, он, скорее всего, разозлится и на тебя.       Кэт была права, конечно. Брандон придёт в ярость. Он заботился о Кейтилин. Любил её, по‑своему. Более того, он не любил проигрывать и воспримет это как потерю того, что считал своим. Это проявит и его собственническую натуру, и вспыльчивость — ни то ни другое не были самыми привлекательными чертами характера Брэндона.       К тому же брат нелегко прощал. Для человека, который так беспечно просил прощения, он был ужасно медлителен в том, чтобы его давать.       — Если ты сделаешь это, Кэт, — медленно сказал Нед, подходя к ней, — ты не сможешь вернуть всё назад. Даже если вы помиритесь, Брандон…             — Будет напоминать мне об этом каждый раз, когда я буду злиться из‑за чего‑то, что он сделал. Я знаю. Но мы не помиримся, Нед. Я уже некоторое время понимала, что должна это сделать. Мне просто нужно было найти в себе смелость. — Она слегка улыбнулась ему. — И мне нужно было поговорить с человеком, которому я доверяю больше всего.       Нед задумался, насколько она доверяла бы ему, если бы знала, как сильно ему хотелось обнять её, лишить дыхания поцелуями и сказать, что всё будет хорошо. Что он сделает так, чтобы всё было хорошо. Но сейчас ей было нужно не это. И он не встречался с бывшими девушками своего брата. Просто не существовало способа сделать такую ситуацию хорошей — особенно с учётом того, какой был Брандон. Но он не собирался оставлять Кэт одну в сложившейся ситуации.       — Я отвезу тебя домой, — твёрдо решил Нед. — Я не хочу, чтобы ты была одна прямо сейчас. Ты дрожишь.       — Я не дрожу.       Нед протянул руку и взял её ладони в свои.       — Ты дрожишь, — повторил он. — Я чувствую это. Не бойся, Кейтилин. Будет нелегко. Но ты права. Ты не должна выходить за мужчину, которого не любишь. Брандон со временем это поймёт.       — Может быть, — с сомнением произнесла Кейтилин. — Но я не могу контролировать, поймёт он это или нет. — Затем она удивила Неда, наклонившись вперёд, пока их лбы не соприкоснулись. — Я просто рада, что ты понимаешь, — прошептала она. — Я боялась потерять тебя, Нед.       Его сердце бешено забилось. Нед подумал о том, чтобы отстраниться от Кэт. Так ему следовало поступить. Но ему хотелось схватить её, прижать к себе и никогда не отпускать. Ему хотелось услышать, как она снова говорит: «Я боялась потерять тебя, Нед». Ему хотелось верить в то, что он услышал в её голосе, когда она это произнесла.       Не в силах сделать что‑либо ещё, Нед просто стоял, наклонив голову, чтобы их лбы оставались прижатыми друг к другу.       — Этого никогда не случится, — наконец прошептал Нед. — Ты никогда не потеряешь меня.       Кэт глубоко вздохнула и выпрямилась.       — Кто теперь дрожит? — усмехнулась она, пытаясь улыбнуться.       Тогда Нед всё‑таки убрал свои руки от её рук.       — Кэт… я бы никогда…       — Ты бы никогда не причинил мне вреда, — закончила Кейтилин за него. — Что бы я не происходило, я знала это. — Она помедлила. — Я… я думаю, ты знаешь, что ты мне небезразличен, Нед. Возможно, больше, чем следовало бы. Я ни о чём тебя не прошу и не… я не готова… мне нужно разобраться с тем, что между мной и Брандоном. Я не могу позволить себе думать о чём‑то ещё. О том, что я чувствую. И я знаю, ты понимаешь это. — Она улыбнулась ему, и впервые её глаза наполнились слезами. — Потому что ты мой герой, помнишь? Я даже зафиксировала это письменно.       — Я жалкое подобие героя. Даже плаща нет. — Это была неудачная попытка пошутить, но Кейтилин всё равно попыталась улыбнуться Неду. — Кем бы я ещё ни был, я твой друг, Кейтилин Талли, и это никогда не изменится. Обещаю.       Она кивнула.       — Мне нужно зайти и сказать Брандону, что я ухожу, — сказала Кейтилин. — Ты уверен, что твой отец не будет против, если ты уйдёшь пораньше?       — Мой отец даже не заметит, что меня нет. Все официальные ужины и приёмы закончились. Теперь в основном танцы, и все привыкли, что я исчезаю во время них.       — Хорошо. Мне бы хотелось немного компании. Может, кофе, прежде чем ты отвезёшь меня к моей квартире. Я правда не думаю, что должна просить тебя подняться и посидеть со мной дома, учитывая обстоятельства.       — Нет, — быстро согласился Нед. — Но если завтра ты почувствуешь себя тревожно, ты всегда можешь позвонить мне.       — Что я делала до того, как встретила тебя, Нед Старк? — спросила Кейтилин, и он увидел, как слёзы снова навернулись на её глаза. Нельзя было допустить, чтобы она плакала, когда пойдёт объясняться с Брандоном.       Его брат мог быть самовлюблённым и бесчувственным, но он не был слепым.       — У тебя было меньше ушибленных пальцев на ногах, — бойко ответил Нед. Он схватил одну из её рук и поднял её высоко, заставляя её кружиться перед ним. — Вот, — сказал он с улыбкой, когда она снова оказалась перед ним лицом. — Я сегодня танцевал.       — Ты даже не двигался, — рассмеялась она.       — Именно, — удовлетворённо заявил Нед. — Я обнаружил, как танцевать с тобой, не наступая на твои ноги. Я просто не делаю шагов вообще.       Кейтилин рассмеялась громче, запрокинув голову.       — Нед, посмотри! — вдруг воскликнула она, указывая вверх.       Последние отблески цвета ещё не совсем исчезли с дальнего западного неба, но над ними небо уже потемнело настолько, что начали появляться звёзды.       — Я никогда раньше не танцевал под звёздами, — с улыбкой сказал он. — Ещё один танец перед тем, как мы уйдём, Кэт?       — С удовольствием, — согласилась она, снова протягивая ему руку.       На этот раз, зная, что Нед задумал, Кэт несколько раз кружилась, когда он поднял её руку, и, остановившись, слегка пошатнулась из-за небольшого головокружения.       — Идеально, — прошептала она, почти хихикая. — Теперь Брандон подумает, что я выпила слишком много, и это объяснит, почему я плохо себя чувствую и почему ты чувствуешь необходимость отвезти меня домой.       — Хочешь, чтобы я зашёл и поговорил с ним вместе с тобой? — спросил Нед.       Кейтилин покачала головой.       — Думаю, я хочу сделать всё это сама. В том числе сказать Брандону «прощай» в последний раз — когда он ещё не ненавидит меня. — Она сильно прикусила губу, но затем расправила плечи и направилась к зданию клуба. Сделав несколько шагов, она обернулась.       — Спасибо, Нед. За всё.       — Пожалуйста, Кэт. За всё.       Нед смотрел, как она идёт обратно к зданию клуба, прежде чем снова устремить взгляд на западное небо. Теперь оно было таким же тёмным, как и всё остальное небо, но всё оно было озарено тысячами точек света. Оно выглядело совершенно иначе, чем когда он впервые вышел наружу. Всё теперь выглядело иначе, и он опасался, что впереди ждёт много тьмы. Но, глядя на звёзды, Нед надеялся, что они с Кейтилин смогут найти свет во тьме. Он даже позволил себе самую крошечную надежду, что однажды они смогут найти этот свет вместе.