Pole position isn’t enough

5 марта. Март выдался холодным, поэтому, только покинув аэропорт, Минхо вдохнул полной грудью и скинул с себя ветровку, наслаждаясь тёплым солнцем Бахрейна. — Погодка прям для тебя, да? — хмыкнул Чанбин, подхватывая налету верхнюю одежду. — После Берлина, думаю, любой климат покажется раем, — не оборачиваясь, проговорил Минхо, уверенно шагая вперед, будто за год не забыл, как найти выход из этого здания. Людей было относительно мало. Ещё ничто по сравнению с тем, что будет через пару дней, когда начнут съезжаться фанаты и пресса. От мыслей о гарантированной давке Ли поморщился. — Напомни, сколько стоили места для зрителей? — Минхо всё же окинул взглядом выровнявшегося с ним на эскалаторе инженера, который по совместительству все три года был и его менеджером, конечно, получая за это приличную надбавку к зарплате. — В этом году цены повысили. На первом уикенде от шестисот долларов и до тысячи, — без использования источника информации проговорил Чанбин. — Вот же людям делать нечего. Посмотрели бы на телевизоре — и то ракурс лучше, — цокнул Ли, потянувшись в карман джинсов за недавно открытой пачкой сигарет. — Во-первых, выбрось эту дрянь, у тебя встреча со вторым пилотом через три часа. Во-вторых, а что ж ты сам ездишь по гонкам, когда мог спокойно сидеть на пуфике и рубиться в приставку с джойстиком в виде руля? — Чанбин ловко подцепил пачку, выглядывавшую из ткани, и закинул в свою сумку. — Ты не понимаешь — это другое, — недовольно пробубнил Минхо, чувствуя, как лишился едва ощутимого, но внушающего спокойствие веса. — Вот и для них это — «другое», — лаконично закончил Со и отвлёкся на телефонный звонок. Минхо нахмурился, без доли стыда рассматривая номер контакта. «Солнышко». — Господи, как же приторно, — Ли отвёл взгляд к высоким потолкам аэропорта. — Подожди, Макларен уже здесь? — он вдруг встрепенулся. — Уже как три дня, хейтер здоровых отношений, — вздохнул Чанбин и смахнул полоску на телефоне вправо, прикладывая его к уху. — Да, хороший мой? Уже освоился в номере? Я выбирал самый лучший, знаешь? — на его лице вмиг расцвела широкая улыбка. — Я буду уже через два часа, только оформлю документы одного зануды, — Со покосился на гонщика. — Эй, в каком смысле? — возмутился Минхо, уже замахиваясь кепкой, что держал в руке. — Ни в каком, мистер Ли. Продолжайте наслаждаться погодой, пока ваш приторный менеджер приторно поговорит со своим приторным парнем, который, между прочим, очень приторно шутит, касательно гонщика, который молится перед каждым походом в клуб за сохранность задницы, — Чанбин склонил голову набок, поправляя движением плеча лямку сумки. — Я тебя ненавижу, знаешь? — прошипел Минхо, пронзая менеджера почти что убийственным взглядом. — Прекрасно знаю. А ещё то, что кое-кто очень хотел пудинг, а магазин в отеле закрывается через сорок минут, — напомнил тот, используя «секретное оружие» и полностью перешёл к обсуждению покупок на неделю со своим парнем — Феликсом. Минхо лишь обречённо опустил голову, но ускорил шаг. Насчёт пудинга Чанбин был прав. * * * Компания весьма позаботилась об условиях, в которых пилоты будут жить всю следующую неделю. Минхо порадовало, что номер находился на том же этаже, что и спортзал, пока не понял, что мимо его двери постоянно будут ходить другие гонщики, а в частности те, кто любит проводить там сутки напролет. — Могли и арендовать зал чисто для меня, — пробурчал Минхо сам себе, скидывая сумку на большую кровать. — Можно подумать, у них нет лишних пары тысяч долларов на лучшего гонщика. Первым делом он, конечно, открыл дверцу мини-бара, рассматривая содержимое. Пару банок дешёвого пива и коньяк. Не густо. — Пятизвездочный отель, а бухнуть за счёт начальства не выйдет, — нахмурился Ли и с силой хлопнул дверцу. — Кажется, придётся вытаскивать Чанбина с его ненаглядным в нормальный бар. С этими словами Минхо плюхнулся на кровать и разблокировал телефон, попутно скидывая с ног кроссовки.— So Gott will, тут будет буфет, а то придется питаться энергией солнца, — выдохнул он, и, раскинувшись в позе звезды, повернул голову к балкону. — Вариант, кстати, ничего так, сойдёт. Собравшись с силами, гонщик протяжно застонал и поднялся с постели, направившись в сторону стеклянной двери. Прохладный мартовский ветерок приятно коснулся лица. Минхо сделал глубокий вдох, закрывая глаза. — Интересно, почему в воздухе отдаёт какими-то сладкими духами? — вдруг напрягся он, слегка вздёрнув нос. — А я и не знал, что пилоты Рэд Булла говорят сами с собой, — донёсся голос в паре метров справа. — Или ты один такой особенный? Минхо резко открыл глаза и повернулся в сторону звука. На балконе соседнего номера стоял высокий парень в шелковом халате и достаточно длинными тёмными волосами. Он опирался на перилла и сверял Минхо любопытным взглядом, хотя на его губах играла едкая ухмылка. — Хван Хёнджин, — прошипел гонщик, не двигаясь с места. Неужели ему придется лишить себя такой радости, как выход на солнечный свет, только из-за этого зазнавшегося индюка? — Вообще-то, тебе следует обращаться ко мне «хён», вместе с уважительным тоном. Или в Германии так не принято? — поправил его Хёнджин и поднёс к губам на половину полный бокал с жидкостью, который Ли заметил только сейчас. Судя по цвету, совсем не дешёвое вино. Получается, только Минхо не повезло с мини-баром, или, что тоже вероятно, с командой. — Ещё немного, и я начну обращаться к тебе, как «самовлюбленный идиот», — сказал Ли, окидывая взглядом небо, а затем посмотрел прямо в искривленное от шока лицо другого гонщика. — Ой, а я что, опять сказал это вслух? — на лице его была такая наигранная наивность, что Хван даже на секунду замер, и, поморщившись, вылил остатки напитка прямо с балкона, не задумываясь о том, что кто-то мог идти снизу. — Знаешь, можно было проявить хоть немного уважения, а не разбрасываться оскорблениями, Ли Минхо, — уставшим голосом произнес Хёнджин. Он махнул свободной рукой в знаке прощания и зашёл в номер. — Наслаждайся погодой дальше. Не буду мешать, — послышался щелчок двери. Минхо стало как-то некомфортно, поэтому, постояв еще немного, он последовал примеру старшего и вернулся внутрь. — Может, это действительно было очень грубо? — сказал Ли тихо, чтобы, даже если тут тонкие стены, его сосед этого не услышал. — Хотя нет, я просто назвал вещи своими именами. Тем более, перед этим он меня упрекнул, так что, пожалуй, я имею полное право на такие слова, — он цокнул, вспоминая изначально довольное лицо Хвана. — Индюк. Действительно, самовлюбленный индюк. *** — Завтра начнутся свободные заезды. Нам выделили время во второй половине дня, поэтому сможешь нормально выспаться. В двенадцать я поставил тебе в расписание тренировку в зале, надо сделать упор на руки, а то они у тебя ослабли… — Удивительно, — перебил менеджера Минхо. — Что удивительно? — уточнил Чанбин. — Учитывая, сколько раз в неделю я их… тренирую, они должны были быть в хорошей форме, — так же спокойно заявил Ли. — Во-первых, я сказал руки, а не запястье с пальцами левой руки. Во-вторых, поимей совесть не обсуждать со мной такие подробности личной жизни. Я хоть и твой друг, поверь, мне уже хватает рассказов от партнёра, который если не поделится ежедневными замерами чего бы то ни было, будет считать себя нелюбимым. Поэтому оставь это для своего будущего парня. Или девушки. Кто знает, как на тебя воздух нового сезона подействует, — Со вздохнул, опуская взгляд в таблицы с расписанием на планшете. — Он уже подействовал. Положительно, между прочим, — подметил Минхо. — Я нахамил своему соседу, назвав его самовлюбленным идиотом и говорив исключительно на панмале. — Почему-то я не удивлен. Ну и кто твой сосед, позволь узнать? — казалось, Чанбин был готов к любому ответу. — Не поверишь. Хван Хёнджин! — довольно сказал гонщик, искренне гордясь собой. — Минхо, скажи, что это шутка, я тебя прошу, — Со изменился в лице и теперь искал в глазах парня хоть намёк на то, что это глупый прикол над ним. — А какой мне смысл шутить? Я наоборот рад, что наконец поставил этого «принца» на место, — Минхо скрестил руки на груди. —Да ты хоть знаешь, что будет, если это информация до самих Феррари дойдёт? А если пресса узнает? Послезавтра будут интервью с пилотами. Не дай Бог я вдруг услышу из уст Хвана тонкий намёк на то, что, оказывается, не все пилоты знают, что такое «уважение». И я не посмотрю на то, что у тебя уикенд скоро — расстреляю, ей Богу. — Да ладно, не думаю, что он будет болтать об этом, — пожал плечами Ли. — Тебе напомнить, как в прошлом году он рассказал журналистам, что новичок из Мерседеса наступил ему на ногу и извинился всего один раз? — менеджер склонил голову набок. — Всё-то ты помнишь. — Это моя работа, если что. Подожди ещё немного, скоро пойму, как тебе рот затыкать, когда надо, и вообще чудесно будет. А пока можешь забить его едой и пойти на ужин со мной и Феликсом, — Чанбин выключил планшет, убирая его в сумку на плече. — Я думал, мы должны составом из двух менеджеров и пилотов ходить, как в прошлом году. — Правила поменяли, никому не надо, чтобы все сидели за столами скованными, почти что с незнакомыми людьми. Тем более Джейкоб будет ужинать в своем номере с девушкой, чтобы случайно не засветиться, — Со уже направился к двери, открывая её. — А вы с Феликсом? Разве не будет скандала, что инженеры враждующих команд ужинают вместе? — прищурился Минхо, следуя за менеджером. — Мы не медийные личности и большинство людей даже не знают, как мы выглядим. Так что насчёт этого можешь не переживать, — пояснил Чанбин, нажимая на кнопку для вызова лифта. — Окей, допустим. Но я всё ещё не понимаю, какого чёрта об отношениях этого индю… — под тяжелым взглядом Со, Минхо всё-таки исправился. — Об отношениях Хван Хёнджина все знают, но никто и слова не говорит? — Хорошая рекламная компания. Им только на руку играет эта сладкая парочка. Их же можно запихнуть во все квир-темы, продвинуть Хёнджина, как первого гея в формуле-1, тем самым увеличивая фан-базу. Да и его парню только в кайф, он ведь тоже процент не маленький получает со всех этих промоушен-мероприятий. — А они понимают, что Хёнджин как бы не первый, и как бы вообще не гей. Насколько я знаю, он би, — подчеркнул Ли. — Не то чтобы это кого-то волнует, я тебе так скажу. Но куча парней благодаря этому принимают свою ориентацию, а девушкам просто нравится смотреть на милых мальчиков, которые мутят друг с другом. Для них это тоже самое, что и читать роман или смотреть сериал, а тут ещё и троп популярный — фанат и знаменитость. За ними даже Феликс постоянно смотрит, что уж там, — Чанбин вытянул руки вверх и потянулся. Благо они были одни в кабине лифта. — Да и команда у них с недавних пор позиционирует себя как положительно относящаяся к квирам. Не удивлюсь, если в следующем году у них пилотом будет небинарная персона, — он хмыкнул, выходя на первом этаже. Напротив них сотрудники отеля открывали двери в ресторан. — Кто-то в открытую заявляет об отношениях с парнем, а кто-то вынужден ужинать с девушкой за маленьким столом в номере. Не совсем справедливо, — усмехнулся Минхо, выискивая взглядом в небольшой толпе людей, ожидающих обеда, белые волосы. — Жизнь в целом несправедлива, знаешь? Но солнце всё ещё светит, поэтому… — голос Феликса раздался прямо у уха. Когда он тут появился? — Поэтому негры пашут, — не думая, перебил его Минхо. — А мы отдыхаем, пока есть возможность. Феликс покосился на своего парня. — А я забыл, твой друг реально расист или чувство юмора такое? — Чувство юмора. Он расист только по принципу слишком красивых парней, которым завидует, — хмыкнул Со. — Эй, да не завидую я этому зазнайке! — фраза вышла настолько громкой, что несколько окружающих обернулись на источник шума. — Entschuldigung, Sorry, — неловко пробормотал Минхо, покрываясь румянцем. — Warum, Gott?— последнее он пробубнил себе под нос, заходя в просторную комнату со множеством столов, и, что очень обрадовало, прилавками с едой. Значит, ещё час ждать своего заказа не надо было. Заняв место за столом для троих, Ли быстрым шагом направился за подносом. — Голодный ребёнок, — покачал головой Феликс. — Он старше тебя на два года, милый. — Голодный большой ребёнок… Минхо вернулся двумя подносами в руках. — Зацените, как я руки качаю, а? — он поиграл бровями, аккуратно, чтобы ничего не уронить, присаживаясь на стул. Его взгляд упал на одни лишь стаканы с водой перед Чанбином и Феликсом. — А вы почему ничего не взяли? — Да вот, хотел тебе напомнить о диете, по которой тебе нельзя это, — Со забрал одну тарелку. — И это, — затем вторую. — Ну и это тоже, — следом исчезли несколько кусков хлеба. За всем этим Минхо наблюдал с немым шоком. — А что тогда.. можно? — в его глазах была такая боль ребёнка, у которого забрали игрушки, что Феликс чувствовал, что вот-вот сорвется и сам вернёт парню всю еду. Но раз Чанбин сказал, выбора не было. Тот всегда знал, как будет лучше. — Сейчас принесу тебе то, что будет питательно и сытно. А ты, — он повернулся к блондину. — Чтобы одну из этих тарелок съел полностью. Тебе не хватает углеводов. Феликс послушно кивнул, взяв в руку вилку. — Ничего, я тебе ближе к ночи в номер крекеры занесу, — тихо сказал он, когда Со наконец отошёл подальше. — Был бы премного благодарен, — вздохнул Минхо. * * * Упаковка крекеров заканчивалась, а несколько аккуратно украденных из ресторана персиковых йогуртов были съедены ещё пару часов назад. Минхо вздохнул, дожёвывая последнюю печеньку и понимая, что всё ещё очень голоден. Стрелка настенных часов уже перевалила за двенадцать, поэтому надеяться было не на что, кроме автоматов в главном холле здания. Не то чтобы Минхо очень хотел куда-то идти, но голод пересилил и лень, и ощущение, что утром ему влетит от Чанбина. Спускаться с пятого этажа он решил пешком. — Может даже скину немного калорий, — убедил себя Ли, тихо закрывая дверь своего номера, чтобы не потревожить чужой сон. Хотя, если бы на этаже был только его номер, и номер Хван Хёнджина, Минхо бы, вероятно, хлопнул со всей силы. Сделав пару шагов, он услышал звуки из соседней комнаты. — Правильно, чем же ещё двум самовлюбленным индюкам заниматься ночью? — тихо усмехнулся он, покачав головой. Он не знал Джисона лично, видел лишь в сводках новостей, но раз он крутится с Хёнджином, значит они похожи, а все, кто похож на Хенджина, автоматически становились высокомерными нарциссами в глазах Ли. Минхо остановился прямо возле двери, пронзая её скептичным взглядом, а затем фыркнул, услышав хриплое, срывающееся на крик «Да, вот так». — Больно надо мне ещё слушать, как размножаются птицы, — он закатил глаза и направился к лестнице. Во время спуска Ли даже задумался о том, а не пил ли он чего-то кроме воды, ведь на каждом лестничном пролете одна нога да точно подкашивалась, и Минхо едва удерживал тело от падения, чтобы не заявиться на интервью так, словно пережил несколько аварий. Он вообще очень надеялся, что в этом сезоне ему также повезёт на отсутствие происшествий, опасных для жизни, поэтому ещё в январе он по десять раз проверил все системы безопасности на болиде с такой дотошностью, что из центра его просто оттаскивали в четыре руки. — Вот бы завтра первый пунктик из виш листа «Чтобы все настройки сразу подошли» сбылся и я всё выделенное время просто обкатывал трассу, — мечтательно произнес Минхо, уже чуть ли не вприпрыжку спускаясь вниз. На лестнице не было ни души. Потому что все нормальные люди либо пользовались лифтом, либо занимались своими делами в номерах. — Интересно, сколько человек в этом отеле сейчас трахается? — на пару секунд остановившись, спросил он сам себя, громко зевнув. Но, что и ожидалось, не получив ответа, продолжил движение. Живот неприятно заурчал, напоминая о конечной цели. Так что мысли о чужих постелях отошли на второй план. Наконец, оказавшись у автомата, Минхо вдруг понял, что забыл взять банковскую карту. Чипсы за стеклом смотрели на него, казалось, с огорчением. Тяжело вздохнув, он облокотился лбом на пачку через стекло. Сон накатывал с новой силой и попытки ему противостоять оборачивались только очередной затратой энергии, которой уже и так не было. — Прости, милая, кажется, сегодня мы друг к другу не прикоснемся. Возможно, мы больше не встретимся, потому что тебя заберут с утра какие-нибудь малолетки и растерзают на компанию из пятерых, но я буду любить тебя и такой, правда… — слова скорее походили на сонливое мурчание. — А Хван говорил, что ты немного не в себе, — возле него послышался чей-то подозрительно бодрый голос. Минхо с трудом оторвал лоб от витрины. — Ты ещё кто? — пробурчал он, даже не открывая глаза полностью. — Не буду говорить, а то ещё врежешь, — почти что монотонно произнёс парень, стоящий напротив всего в полуметре. Но Ли спать хотелось больше, чем узнать автора произносимых реплик, поэтому, недолго думая, он махнул головой и пошёл обратно к лестнице. Сзади послышался обречённый вздох и тихое «мда, он не дойдёт» на корейском, затем пикание автомата и шелест пластика. В следующую секунду незнакомец взял Минхо под руку и сам потащил наверх, сунув в его руки пачку чипсов. Минхо поморщился от яркого света на лестничной площадке, но позволил себя повести, едва передвигая ноги. Единственное, что он смог разглядеть, сильно прищурившись, это спину парня, одетого в тёмную водолазку, чёрные волосы и слегка блеснувшую матовую оправу очков в них. — Ты не похож на ангела-хранителя, — пробормотал Ли, наконец поднимаясь на последнюю ступеньку к своему этажу. — А я и не должен быть им, — сухо кинул тот, ни разу не обернувшись. Наконец, он затолкнул Минхо в его номер, закрыв дверь. — Даже не попрощался. Какой таинственный незнакомец, — выдохнул Ли и уже собирался идти к кровати, как вдруг услышал, как хлопнула соседняя дверь. — А, значит не незнакомец, — устало проговорил он, скидывая с себя легкую зипку. — Что ж, приятно познакомиться, Хан Джисон. Есть чипсы уже перехотелось. * * * 6 марта — Я надеюсь, каждому из вас от мысли о победителе этого сезона приходит на ум вот это чудесное личико, — губы Хёнджина растянулись в широкой улыбке, когда он провел длинными пальцами по щеке. — А у меня победитель всегда один. Он каждый день забирает моё сердце и, знаете, я даже этому рад, — парень послал воздушный поцелуй куда-то в зрительский зал. Минхо даже не стал поворачивать голову, лишь буркнув что-то нецензурное. — Не выражайся, — прошептал Чанбин, слегка ткнув своим локтем в бок Ли. — Это официальное мероприятие, как никак. — Да плевать я хотел на это мероприятие, ты же знаешь, — также тихо ответил парень, уголки его губ потянулись вверх. — Я вообще пришёл сюда только чтобы послушать бредни этого петуха. — Так он петух или индюк? — вскинул бровь Со. — Напыщенный павлин. — Давай эту тему продолжим в номере, после интервью, а? — аккуратно закончил тему Чанбин. — Да почему я должен… — возмутившись, начал Минхо, но его перебил знакомый с ночи голос у виска. — А я бы на твоём месте лучше послушал менеджера, а не показывал себя на публике с самой некультурной стороны. — О какой культурности идёт речь, если ты с парнем сосёшься на глазах у журналистов, — фыркнул Ли, всё также не отводя взгляда от небольшой сцены. — Завидуешь? — тот склонил голову набок. — Было бы чему. — Тому, что мне хотя бы есть с кем сосаться, а ты развлекаешься, дай угадаю, с правой рукой? — также скептично проговорил Джисон, но так, будто подготовил эту реплику заранее. — Вообще-то левой, — поправил его Минхо, а затем замер и покрылся ярким румянцем. — Так, всё, Чанбин, пока, я, пожалуй, ухожу. Менеджер окинул сухим взглядом Хана, и, не низко поклонившись, молча направился за гонщиком. — Он оказался более предсказуемым, чем я надеялся, — с долей разочарования сказал Джисон и вернулся на своё кресло. — Хотя, может ещё не всё потеряно. — Не знаю почему, но этот Джисон какой-то странный, — проговорил Минхо, как только оказался с Чанбином в более-менее пустом коридоре. — Правда? Как по мне, обычный парень, даже не нарцисс, — пожал плечами Со. — Да по сравнению с Хёнджином все будут казаться не нарциссами, — Минхо вздохнул, засовывая руки в карманы джинсов. — Просто его все знают, как главного паиньку. Не зря в большинстве фанфиков он чуть ли не омега с запахом клубники. А сейчас это было не так. Он будто вообще не фильтровал выражения и говорил всё, что вздумается. — Как будто это что-то удивительное. У многих людей есть поставленный на камеру образ, который отличается от того, какой человек на самом деле. В этом нет ничего необычного, Минхо, — заверил его менеджер, не видя в поведении парня соперника ничего примечательного, что можно было бы обсуждать с настороженностью. — Может, ты и прав, — Ли провёл ладонями по лицу. — Кажется, я не выспался и теперь несу всякий бред. — Вполне возможно. Кстати, чем ты занимался ночью? Насколько я помню, ты ушёл в номер, когда ещё девяти не было, — медленными шагами Чанбин направился в сторону выхода. От специально созданного небольшого здания под прессу и мероприятия для телевидения до отеля нужно было ехать почти час, что сокращало часы в расписании гонщиков. Вместо дороги время можно было посвятить тренировкам или лишнему часу сна. Особенно учитывая то, что интервью ставили рано, не предоставляя никаких выездных визажистов. Поэтому, как бы Чанбин не хотел соблюдать режим сна Минхо, разбудить того пришлось в полседьмого утра, чтобы на месте его успела подготовить к камерам целая команда, которую в этот раз наняли из Кореи и Японии. Что лично для Минхо и Чанбина было удобством. Не приходилось пользоваться английским. Нельзя сказать, что он у Ли был плохой, просто гораздо комфортнее и проще ему было выражать на корейском или хотя бы немецком. В этом был лишь один минус. То, что когда его менеджер поделился информацией о том, что у гонщиков Макларен все интервью на ближайший сезон поставили на вечер, Минхо, не сдерживаясь, воскликнул «щибаль», испугав весь стафф. — Что значит «в шесть вечера»? А с каких вообще пор нашу команду так обделяют? У нас инвесторов больше, чем даже у Феррари в последние годы, а они вообще не беспокоятся о здоровом режиме сна тех, кто им на блюдечке миллионы приносит? — возмущенно проговорил парень, но уже тише, виновато взглянув на испугавшееся крика окружение, некоторые из которых инстинктивно отпрыгнули назад. —Прошу прощения. Не сдержался. — Я наоборот рад, что хотя бы молодые гонщики смогут отсыпаться. Им это важнее — первые гонки, как-никак, — ответил Чанбин, заглядывая в планшет. — Да не ври. Ты рад только за Феликса, которому не придется вставать ни свет ни заря, — фыркнул Ли. — Но насчет гонщиков всё-таки расскажи. Я не знал, что у них там кто-то новенький. — Ты так и не прочитал те файлы, что я тебе отправил? — Чанбин наклонил голову чуть вперёд, пронзая друга взглядом. — Ты что-то отправлял? — нервно усмехнулся Минхо, невольно съёжившись. — Ты же знаешь, я не так часто сижу в телефоне. — Да правда что ли? У меня вообще-то есть доступ к твоему экранному времени, а ещё, через три минуты после моего сообщения, ты написал «купи еды в самолет» и уж точно видел мою настоятельную просьбу ознакомиться с данными, которые я тебе любезно предоставил, хотя это не входит в мои рабочие обязанности. Мне за это ни доллара не заплатили, а я за этой таблицей несколько дней просидел, — Со вздохнул. — Слушай, я всё понимаю, ты популярный гонщик с большой фанбазой, крутыми навыками и миловидным личиком, но, чёрт возьми, я не могу нести за тебя полную ответственность как нянька. Это далеко не первый твой сезон и ты прекрасно знаешь, как здесь всё устроено. Ну неужели сложно было уделить хоть немного времени и изучить, с кем тебе придется драться в этом году за первое место? В этом году много новеньких, Минхо. Большинство из них — очень сильные ребята. Не зная их слабые и сильные стороны, ты не сможешь разработать определённый план действий, чтобы их обогнать и удержать позицию, понимаешь? Я устал тебе объяснять, насколько важно не просто уметь набирать скорость, но и знать, что делать, если тормоза откажут и у тебя будет несколько секунд перед тем, как врезаться в стену. — О нет, я знаю. Нужно сообщить тебе и ты включишь экстренные тормоза, — поднял указательный палец Минхо, планируя сказать что-то ещё, но под косым взглядом менеджера замолк. — Минхо, я тебе не мама и не парень. Тебе двадцать восемь лет. Даже Феликс самостоятельнее тебя будет, а он, напомню, младше. Я и так делаю гораздо больше, чем другие менеджеры, просто потому, что ты мой друг. Но нельзя же просто этим пользоваться и не делать ничего самому. Поэтому прошу, стань хоть немного серьёзнее, пожалуйста. В том файле была информация о каждом гонщике, я по крупице все детали собирал. Прояви хотя бы уважение и изучи сегодня. Потому что завтра уже заезды и семь часов тренировок в течение дня. Поверь, тебе будет просто не до этого. Ты и сам знаешь, какой напряженный обычно первый уикенд. Минхо кивнул. — Файл о гонщиках, хорошо. Посмотрю, как в номер зайду, обещаю. И прости, что веду себя так, что тебе приходится больше напрягаться. Я постараюсь вести себя ответственнее, — визажисты уже отошли от гонщика, оставляя его в комнатке с Чанбином вдвоем. — Надеюсь, что так, — устало сказал он и, увидев раскинутые в пригласительном жесте руки Минхо, наклонился и крепко его обнял. — Не думай, что я ругаюсь, потому что терпеть тебя не могу. Просто… хочу для тебя только хорошего, но и ты тоже должен этого хотеть. — Угу, — пробормотал Ли, уткнувшись носом в плечо друга. Вообще, он был единственным, кто все эти годы оставался рядом и прошёл с ним буквально от самых низов до чемпиона формулы один прошлого года. Минхо прекрасно понимал, что никакой менеджер бы не продержался с ним больше пары недель. Как минимум, из-за любви Минхо к тому, чтобы сваливать всю ответственность на кого угодно, лишь бы не решать проблемы самому. Как максимум, бытовые привычки парня напрягали очень многих. Чего только стоили те моменты, когда, находясь в процессе выполнения какого-то ни было дела, Ли вдруг начинал напевать что-то на немецком. И не просто себе под нос, а внезапно и достаточно громко. Каким бы нежным и романтичным не был смысл песни, звучало это так, словно он вдруг начал призывать дьявола. Чанбин же уже давно привык к внеплановым сольным концертам и даже перестал шутить про «неудавшуюся карьеру айдола», почти не обращая внимания на эту привычку лучшего друга. Пожалуй, если бы Минхо предложили самого ответственного и знающего своё дело менеджера, он бы всё равно выбрал Чанбина. Сто, тысячу и миллион раз. * * * Минхо честно пытался сконцентрироваться на списке соперников с детальными характеристиками, но мысли то и дело уводили его к воспоминаниям об утренней встрече и, что, вероятно, было не бредом от бессонницы, ещё и ночной, когда парень его главного врага на трассе помог ему доковылять до номера. — Ты очень странный, Хан Джисон, — проговорил Минхо и открыл вкладку на ноутбуке с поисковым запросом «Хёнджин и Джисон ф1». Гугл тут же выдал более сотни результатов. — Прости, Чанбин. Чуть позже займусь твоей таблицей. В первом десятке в основном высвечивались новостные сводки, затем мелькали фанфики, ну и ссылки на твиты и посты в реддите. Они и интересовали парня больше всего. Ведь одно дело читать посты от официальных источников, которые пишут о каминг-ауте, как о мероприятии в белом доме, а совершенно другое — изучать мнения обычных людей, которые наблюдают за этим со стороны. Минхо скрестил пальцы в замок и потянулся вверх. — Что ж, посмотрим, все ли вас так любят, — хмыкнул он и, опустив левую руку, ткнул на первую попавшуюся на глаза ссылку. — Что у нас тут? «А вам не кажется, что Хёнджин на самом деле пассив, просто не показывает это на публике, чтобы не разрушить репутацию "мачо"?», — зачитал Ли и задумался. А ведь в Хване действительно было что-то такое, слегка женственное и, возможно, с другим человеком в паре он и правда мог быть более пассивным. Но вот образ Джисона чуть ли не явно давал понять, что ни о какой верхней позиции речи вообще не шло. Чтобы удостовериться в этом, Минхо вбил в поиск «Хан Джисон» и открыл отдельную от его парня фотографию. — Бред. Он выглядит как предводитель омег, — победно высказал он, откидываясь назад к спинке стула и скрестив руки на груди. — Я даже понимаю, почему этот индюк его выбрал. Личико-то миловидное, ничего не скажешь. И в глаза, вероятно, кто-то тапиоку всунул, иначе они бы не были такими большими и блестящими. А с такими щеками, думаю, очень удобно, — Ли вдруг осознал, что несет какой-то очевидный бред. — Scheiße. Какого чёрта мне настолько нечем заняться, что я описываю фотку случайного парня, который, между прочим, сегодня мне нахамил? — сердито сказал он, сморщив нос, но затем выдохнул. — Но он смешной. Наверное, в постели много болтает, — Минхо вновь поймал себя на мыслях вслух о Хане. — Vollpfosten, хватит думать о чужом парне. Он даже не твой типаж. Очередной пассив-ботаник. Ещё и маменькин сынок, я почти уверен. И вообще, где там файл, я и так слишком отвлёкся. Он закрыл все лишние вкладки и оставил только таблицу от менеджера. — Что ж, надеюсь, это поможет не думать о том, какой ты в постели, Хан Джисон. И в целом о твоей омежьей мордашке. Тошнит от неё, — прекрасно зная, что здесь всё равно никого нет, Минхо высунул язык, как в детстве при спорах, и, наконец, сосредоточился на подготовке к заездам. * * * 7 марта Чанбин подбежал к Минхо уже в тот момент, когда тот натягивал шлем. — Так, смотри, Макларен уже выехали на трассу и, как я понял, Феррари тоже уже наготове, поэтому нужно поторапливаться. Мы с ребятами посоветовались и решили, что на этой квалификации тебе стоит поехать в слипстриме за Сэмом, потому что у него есть проблемы с поворотами и на скорости их проезжать достаточно опасно. Думаю, за три сегодняшних этапа он с этим разберётся, и завтра всё будет окей. Как минимум, так сказал его менеджер, — поправляя воротник костюма Ли, сказал он. — Как себя чувствуешь? Настроился? — Вполне, — кивнул Минхо, опустившись на сидение болида. — Исходя из вчерашней практики, думаю, либо второе, либо первое место мне гарантировано, поэтому напрягаться не планирую. — Хорошая тактика, но всё же будь начеку. Ты же изучил ту таблицу? — вновь напомнил ему менеджер. — Ты удивишься, но да. По моим предварительным выводам, основную опасность представляет только Хван и новичок от Макларен. К тому же, меня напрягает, что он будет на первой позиции сегодня, потому что ему это только на руку играет. Как бы я в себя не верил, но готов поставить ставку на этого Ян Чонина, — Минхо хмыкнул. — Странное заявление для тебя. — Сегодня дам ему фору, чтобы он почувствовал, будто сможет прорваться на первое место, а завтра с треском разобью его надежды, — с довольной улыбкой проговорил Ли, сжимая ладонь в кулак. — Надеюсь, Феликс не расстроится. — Вот это уже в твоем стиле, — Со облокотился на защитную установку. — Насчёт Феликса, думаю, пока нет. Он на данный момент не сдружился с Чонином настолько, чтобы рыдать в подушку от третьего места как в прошлый раз, потому что увидел в глазах пилота грусть. Но я почти уверен, что на следующем уикенде его опять придётся утешать. В любом случае, это не твоя забота. Не возьмёшь поул — расстроюсь уже я и, поверь, тебе не хочется видеть мою слезливую моську. — Так ты мне ещё и условия ставишь, Со Чанбин? — изогнул бровь Минхо, глядя на менеджера снизу вверх. — Да займу я тебе поул, займу. — Так-то лучше. Теперь давай на трассу и порви их всех, — Чанбин слегка похлопал по металлической части, а затем отошёл от болида, давая парню возможно выехать. * * * — Какого черта музыка так орёт? — проворчал Минхо, с силой поставив стакан на столик. Он не рассчитал, в какое именно место идёт отмечать свой поул и теперь музыка била по ушам, не давая расслабиться, а каждые несколько минут к нему подходили фанатки формулы, чтобы сфотографироваться и поболтать. И вот ладно, если б хотя бы один фанат, ведь тогда, быть может, у Ли были бы планы на ночь, но нет. Сезон начался с того, что увеличилась только женская фанбаза. Минхо же был готов переступить через многое, но спать с женщинами было выше его сил. — А чего ты ещё ожидал в клубе, Минхо? — усмехнулся Феликс, прокрутившись на высоком стуле. — Что тут все в наушниках будут классическую музыку слушать? — Не знаю, но это меня точно бесит, — парень потёр переносицу. Хотелось просто заткнуть уши берушами, чтобы не слышать всего этого шума. — Слушай, я, наверное, пойду перекурю и вернусь. — Тебе же от Чанбина прилетит, — напомнил Феликс, прищурившись. — Ну ты ведь не расскажешь, да? — с надеждой посмотрел на него Минхо, вставая со стула. — Ты же мне друг, да? — Манипулятор, — вздохнул блондин, но всё же махнул рукой. — Иди давай. Главное, чтобы изо рта не несло. — Что бы я без тебя делал, — Минхо расплылся в довольной улыбке и, кивнув, направился к выходу из клуба, который вёл не к ресепшену, а на улицу, попутно доставая из кармана пачку сигарет. * * * — Нет, мам. Чанбин чуть ли не за руку сводил меня поесть, поэтому я не голоден. Нет, не переутомился, — спокойно отвечал Минхо, в то же время поднося к губам сигарету, зажатую между пальцев. — Кстати, я нашёл тут протестантскую церковь на другом конце города и думаю завтра затащить Феликса, чтобы съездить туда перед гонкой. Думаю, он не будет против, — Ли мягко улыбнулся, смотря вдаль, где на горизонте бликами светилось море. Над ним на небе висел белый полумесяц. — Ты уже спать? Спокойной ночи тогда. Обязательно посмотри завтра прямой эфир, ага. Пока-пока. Положив трубку, Минхо убрал телефон в карман, выдыхая дым. — Господь, клянусь, я брошу, — пробормотал он. — Фу, какой холод на улице, у меня вся кожа в мурашках. Зажигалку не одолжишь? — донесся до него голос. Ли повернул голову и увидел укутанного в плед Джисона. — Моя сломалась. — С чего бы? — скривил губу Минхо, окинув парня презрительным взглядом. На пару секунд Джисон «завис», но Ли списал это на обычную реакцию, вызванную его тоном. — Доброжелательности тебе не занимать, — затем сказал Хан, но с места не сдвинулся. — Что, реально не дашь? — У тебя для этого парень есть, — Минхо сжал в кармане зажигалку. Быть может, любому другому человеку он сразу бы помог, но личико этого недо-омеги его бесило до невозможности. Ли бы скорее ему врезал, чем помог. Не то чтобы он мог хоть как-то объяснить причину этой ненависти именно к Хану, ведь, в отличие от Хёнджина, которого он просто считал напыщенным павлином, Джисон вообще не показывал никаких отрицательных черт при общении. Наверное, это и выводило из себя больше всего. Он был странным. Казалось, что он заранее продумывал все диалоги и исходя из этого что-то говорил. — Он не курит, — ответил Хан. — Но, раз тебе так не хочется тратить секунду огня на рандомного чела, то окей, больше не буду тебя беспокоить, — он вскинул руки в знаке капитуляции. — Больно надо мне видеть твоё недовольное лицо каждый раз. Чао, — отсалютовал он и зашёл в здание. — Странный, — поморщился Минхо и продолжил курить. — Не знаю, за что его вообще такой парень как Хёнджин выбрал. * * * 8 марта День однозначно не задался. Это Минхо понял после того, как не смог вырваться в первую пятёрку, хотя прошло уже двадцать кругов. Поул был успешно не оправдан. Голос Чанбина маячил где-то на периферии слуха, чем только отвлекал и не давал сконцентрироваться. В какой-то момент Ли захотелось просто бросить это всё и врезаться в какое-нибудь ограждение, чтобы уйти с трассы. Да, непрофессионально и глупо, но Минхо в целом не был фанатом умных решений. Особенно когда все мысли были о том, что такого сказать Джисону при следующей встрече, чтобы точно задеть. — Минхо, сконцентрируйся, у тебя сейчас есть возможность обогнать пилота от мерседеса. Кими, что ли. Проскочи сбоку и выйди в пятерку, чёрт тебя подери! — из раздумий его вырвал громкий голос менеджера. — Я всё ещё не понимаю, как ты до сих пор не улетел с дороги, не обращая на неё вообще никакого внимания! — Да успокойся, Боже, — пробурчал Минхо, стараясь не выйти из себя, и крепче взялся за руль, зажимая пальцами определенную комбинацию кнопок. — Сейчас сделаем. Сжав челюсть, Ли ускорился и на повороте проехал по меньшему радиусу, чем другой пилот, поэтому на прямом участке оказался на пару метров впереди. — Так держать! Поднакопи энергию и постарайся приблизиться к четвёртому. — Ага, — кинул Минхо и на мгновение ослабил руки, чтобы перевести дух. Благо, до следующей гонки только неделя. Осталось лишь пережить эту. Ну и, по-хорошему, не просто пережить, а занять в крайнем случае третье место. Что ж, время ещё есть. Ещё несколько кругов прошли в том же темпе. Минхо просто не позволял Антонелли пробиться ни на метр вперед, хоть и старался не напрягаться перед последней частью гонки. — Только попробуй, молокосос, — выругался Ли. — Прости, Господи, — тут же шепнул он, после чего услышал смешок в наушнике. — Эй! — Я просто не могу. Это всегда такой забавный контраст. После секса с парнями ты тоже так каешься? — Тебя вообще не смущает, что редакторы всё это слушают и могут выставить в эфир? — Минхо зарычал, сильно ускоряясь. Сейчас его главной задачей было обогнать пилота Феррари, которого он даже по имени не знал. Ну, то есть, возможно и знал, но по большей части ему было откровенно плевать на всех соперников как на личностей. Для Ли они скорее были нпс из гранд туризмо, главная задача которых — создавать видимость конкуренции. Единственным отклонением от этого негласного принципа стал Джисон, хотя тот даже не был гонщиком. Скорее, красивым дополнением к одному из них. Хёнджин, кстати, пока выбивался на первое место, конкурируя с пилотом Макларен. Это Минхо и хотел исправить. Когда осталось четыре круга, Минхо решил использовать полную энергию и, хотя уже никто на это не надеялся, оказался третьим. Разница с Чонином была слишком высока, чтобы попытаться сделать ещё один рывок, не полностью накопив для этого энергию болида, но, несмотря на отчаянную просьбу Чанбина, он всё же добавил закись азота и вырвался ко второй позиции. Затем Минхо наконец выдохнул, позволяя всему остальному идти самому собой. — Чёрт, Минхо, у тебя из-под болида дым пошёл, тормози! — донёсся вдруг встревоженный крик. Точно, Ли же забил на пит-стоп. — Что значит… дым? Я же вроде… — сбивчиво заговорил Минхо. — Болид не выдерживает, тормози, Минхо, мать твою! — Мне два круга осталось, какой тормози?! — воскликнул он, чувствуя, как от частого дыхания запотевает стекло шлема. — Минхо, послушай меня. Если ты сейчас не затормозишь, ремонт потребуется не только болиду, но и тебе. На ближайшие гоночные выходные придется брать замену. Напрасно Со пытался, ведь никакой потенциальный вред для здоровья не остановит Минхо от желания забрать как можно большее количество очков всеми способами. — Ну значит говно болид, раз от обычных манёвров уже отказывает. Сори, но сегодня у меня точно второе место. А затем, игнорируя все следующие речи, он прибавил к скорости, чтобы не отдать свою позицию другому пилоту. Если бы не шлем, Минхо точно бы услышал испуганные возгласы с трибун, ведь болид, казалось, начинал загораться. И вот, наконец, последняя часть. Осталось лишь просто проехать по прямой и пересечь финиш, но вдруг он остановился. Ли в панике начал перебирать комбинации, чтобы ехать дальше, но ничего не помогало. На его глазах Хенджин пересёк черту и стал победителем, а Ян промчался мимо, занимая второе место. Затем третье, четвёртое, пятое… — Мать вашу! Чанбин, что происходит? Что мне делать? — закричал Минхо, ударяя по рулю кулаком. — Выходить срочно, Минхо. Он больше не поедет, но в любой момент может взорваться. Ребята говорят, у тебя меньше минуты, — произнёс менеджер. Минхо замер. — Мне к финишу надо, Чанбин. Пожалуйста, там чуть чуть осталось, — он чуть ли не взмолился. — Минхо, нет. Выходи, я тебя прошу, идиот. Наконец Минхо сдался и вышел посередине трассы, снимая шлем. Все машины уже приехали к финишу, поэтому дойти до ограждения не составило труда. — У меня могло быть второе место. Я мог занять второе место… — шептал он, не поднимая глаз. — Господи, за что мне это уготовано было... Минхо точно отметит этот день красным кружочком в календаре. * * * Минхо уже второй час лежал на кровати, смотря в потолок. Как бы Чанбин не старался, интервью избежать не удалось и Ли пришлось отвечать на кучу вопросов об этой ситуации, хотя сам он просто хотел стереть её из памяти. — Почему это всё не сон? Просто дурацкий сон… За это время он успел подумать даже о том, чтобы инсценировать собственную смерть и свалить в закат, но расхотелось, ведь стало жалко менеджера. Вдруг в дверь постучали. — Чанбин, я не в настроении, поговорим завтра, ок? — не шевелясь, крикнул Минхо. И снова стук. — Значит не Чанбин, — выдохнул парень и с лёгким хрустом всех отлёжанных конечностей сел на край кровати. — Иду, иду. На пороге стоял Джисон в тёмной толстовке и джинсах, а чуть левее, опираясь на дверной косяк — Хёнджин. — Соли не будет, — ровно сказал Минхо, сверяя гостей взглядом. — Мы не за этим, — скрестил руки на груди Джисон. Ли склонил голову набок в вопросительном жесте. — В общем, ситуация сегодня на трассе была правда хреновая. Несмотря на то, что мы в разных командах, мне правда жаль, что ты не смог доехать до финиша. Поэтому мы решили предложить тебе сходить в бар тут неподалеку и немного отдохнуть. Джисон узнал у твоего менеджера, что улетаете вы только завтра вечером, и он даже разрешил тебе сходить с нами выпить, — спокойно, с приподнятыми уголками губ, произнес Хван. — Я с индюками никуда не хожу, — буркнул Минхо и хлопнул дверью прямо перед их лицом. — Оу, — похлопал глазами Джисон, находясь в небольшом шоке от того, что ему чуть не прилетело по носу. — Даже так. — А я тебе говорил. К нему с какими добрыми намерениями не приходи — все равно пошлёт. Доброжелательность у него прокачена также, как и умение сохранять спокойствие в критических ситуациях. — Это даже немного неприятно, — прикусил губу Хан. — Ничего, привыкнешь. Мне это тоже сначала тяжело давалось, но однажды он кинул мне в лицо пирог, который я ему испёк, чтобы подружиться, и рассмеялся. Так что тебе-то уж точно не стоит тратить на него свои силы, — пожал плечами Хёнджин, направляясь к их номеру. — А я думал… — Что он лапочка, просто нужно раскрыть руки для объятий? — хмыкнул Хёнджин. — Ничего подобного. Он кого угодно перегрызёт ради своей же выгоды. Слышал, что он гей, но, тем не менее, он ни разу ни с кем не встречался за свои двадцать восемь лет. Вот и думай теперь, почему. — Что ж, значит, послушаюсь твоего совета и не буду тратить на него свои силы и энергию, — вздохнул Хан. — А ещё мне очень надо сбросить стресс, поэтому пошли потрахаемся. — Так прямо? — изогнул бровь Хван. Джисон цокнул. — Пошли займёмся чем-нибудь интересным без элементов одежды и рамок приличия, мой дорогой друг. — Вот так-то лучше. Погнали. Слыша всё это за своей дверью, Минхо поморщился от брезгливости. — Да что б у них члены отвалились…