Тепло слёз

Прозвучало надоедливое чириканье чокера. Энжин лениво потянулся и сурово прыснул: — Что еще? Послышался спокойный голос Семиу, которая не собиралась обижаться или злиться на такую грубость. Мужчина был на ногах с восьми утра, а уже было почти восемь вечера. — Твари на юго-западе разбушевались. Энжин недовольно и хрипло зарычал от негодования и усталости. Тело ныло и просило отдыха. Нет, не сейчас, еще чуть-чуть осталось. Надо взять себя в руки. — Понял. Грис рядом бесшумно вздохнул, стараясь не привлекать внимания, и завел машину. Фолло, сидящий на заднем сиденье, казалось, сейчас заснет: он уже начинал клевать носом, но тут же просыпался и сжимал в руках свой джинки. Энжину было не лучше, но что поделать — работа есть работа. Без этого никак. Мужчина сердито смотрел в окно, провожая взглядом мелькавшие мимо горы мусора. Глаза уже слипались из-за «медленной» езды Гриса. Хотелось вырвать руль из рук помощника, но даже сил на такие мысли не хватало. Оставалось лишь до боли сжать зонт и бить указательным пальцем по его ручке, чтобы не заснуть. Потемнело — это ужасно раздражало. Из транса его вывел звонок чокера. Энжин, уже в гневе, потянулся к нему, думая услышать о новом заказе, но вместо монотонного голоса Семиу раздался звонкий и яркий голосок Рию: — Семиу! Я, Рудо и Занка закончили, возвращаемся в штаб. На фоне слышались спорящие Ниджику и Суребрек. Голос старшего из них звучал, как всегда, с ноткой сдержанности, готовой сорваться в любую секунду и набить собеседнику наглую морду. Небесник не пытался совладать с собой и говорил прямо, как всегда. Рию тихо хихикала, а рядом сидящая за рулём Тум добродушно вздохнула, затем резко прикрикнула на Рудо с Занкой. Те мигом утихли, застыв на месте, скованные. Энжин невольно почувствовал необъяснимое облегчение. Он значительно успокоился, приглушив гнев. Мужчина поднял уголки губ и с ноткой теплоты проговорил: — Девушка, вы немного ошиблись. Риппер слышно ойкнула. — О, Энжин! Как там… — Рию, — протянула гласную в её имени Тум, — забыла, как Семиу в прошлый раз злилась? Девушка на той стороне тараторила что-то в духе «ага-ага» и, попрощавшись, оборвала связь. Не успел Энжин сообразить, как его толкнуло вперёд. — Мы на месте, — Грис был явно вымотан этими поездками из одной точки в другую. Гивер молча кивнул, нацепил на лицо маску, потуже затянул ремешок и открыл дверь джипа. Не становясь на ступеньку, он выскользнул из машины и направился на исследование территории. Типичная картина: горы нескончаемого мусора, ужасная вонь и токсичные облака густого дыма. Энжин щурился, присматриваясь к каждой детали. Уже было темновато, но разглядеть что-то ещё можно было. Мужчина заметил, как на секунду задрожала одна из куч, и насторожился. Гивер, разминая кости, поворачивая спину то вправо, то влево, параллельно сгибая руки и ноги, скомандовал: — Ребят, отойдите, а то заденет. Я сам со всем разберусь. Фолло хотел что-то возразить, протягивая свой джинки, но тут же Грис схватил его за капюшон кофты и потащил обратно, что-то при этом приговаривая. Энжин убедился в их безопасности: помощники молча наблюдали в нескольких метрах от него. Рубион хрустел пальцами и разминал шею, готовясь, если что, прийти на помощь. А Фолло, казалось, вовсе не засыпал до этого на заднем сиденье — в его глазах горел огонь неудержимости и азарта. Энжин показательно вздохнул, упёр руки в бока и что было сил крикнул: — Эй! Выходите уже, мой рабочий день длится ровно до восьми, а уже половина! Не хочется убираться лишние несколько минут! И словно по щелчку пальцев на него повыскакивали несколько мелких тварей, похожих чем-то на ящериц. Злобно шипя и скалясь, они подходили ближе, играя своими длинными половинчатыми языками. Энжин ехидно улыбнулся, активируя джинки. Его мощные руки и зонт покрылись жёлтым сиянием. Затем резко сверкнули, и мужчина грозно и самодовольно прошептал: — Ну что ж, начнём уборку. С мелкотнёй Энжин разделался в несколько ударов. Он стер пот, который в небольшом количестве стекал по пульсирующим вискам. Расслабляться было рано — тут же последовала новая волна тварей, а за ней ещё и ещё. — Сгиньте! На уничтожение ушло примерно пятнадцать минут. Было бы быстрее, но таких Энжин видел впервые — нужно было время, чтобы найти слабое место. Оно оказалось у подбородка. Мужчина тяжело дышал, вслушиваясь в окружение. Это точно не всё — не могли же из-за таких недотёп его срочно сюда отправить. Гивер насторожился в ожидании чего-то, что могло нести огромную угрозу. Недовольно дергая зонтом, он ждал и ждал. Вдруг Энжин почувствовал лёгкую и едва заметную дрожь земли под ногами, но этого хватило, чтобы быстро и эффективно среагировать. Из огромной кучи в десяти шагах от мужчины вырвалась тварь размером чуть меньше той, что Энжин победил в первую встречу с Рудо. Она представляла собой здоровенного и мощного варана с огромными выпученными глазами, что зверски смотрели на уборщика. — Громадина! Для завершения дня — самое то. Окрылённый мыслями о предстоящем ужине с любимой тройкой — Рию, Рудо и Занка — он сделал рывок вперёд, предварительно превратив свой зонт в «бур». Энжин направил его прямо в глаз — чтобы ослепить. Послышался скрежет мусора и металла. Дикий рев раздался над пустошью. Варан начал вертеть головой из стороны в сторону. — Минус глаз, есть. Стоило Энжину приземлиться на одну из гор мусора для перезарядки следующего удара, как его чуть не снес массивный и длинный хвост варана. Хвост сгреб хлам, разбрасывая его в разные стороны. Гивер успел увернуться и направить оружие туда, где начинался хвост твари. Одноглазый и бесхвостый — для твари это звучало как частичный проигрыш, но не для Энжина. — Ииии… да! Раздался оглушающий грохот. Помощники скривились, закрывая уши. Фолло и Грис уже сидели за большим обломком бетонной колонны, из которой кое-где торчали прутья. Тунито недовольно бурчал, в очередной раз зацепившись. — Ну что там? — буркнул он. Грис осторожно выглядывал из-за угла, наблюдая за сражением. На его лице смешались чувства: тревога, азарт, беспокойство. Мужчина сжимал пальцы на неровной поверхности бетона. Фолло это очень не понравилось. — Эй? Грис? Молчание. — Нужна помощь? Ответа не было. Фолло снова хотел открыть рот, как вдруг почувствовал дрожь земли и раздирающий уши рев монстра. Всё? Но стало не по себе. Обычно Энжин тут же появлялся, зевая, и говорил, что уборка окончена. Грис спокойно улыбался и манил Тунито головой в сторону машины. — Грис? — Вот чёрт! Быстро за мной! — крикнул старший. После удара по хвосту тварь была ослаблена и оглушена. Энжин вспомнил о слабом месте ящеров, которых только что поубивал — грубо говоря, шея. Он встряхнул джинки от налипшего мусора и пыли. Негоже сокровищу выглядеть неподобающе в момент победы. Варан стоял неподвижно, иногда топчась на месте или пошатываясь. Энжин, почувствовав усталость в ногах, не стал долго раздумывать: регенерация или заряд для атаки — есть возможность — бей. Так он и сделал. Мужчина напряг ноги, чтобы быстро и эффективно оттолкнуться. И вот он уже ударил сверлом в шею. Из пасти твари раздалось глухое рычание. Можно было бы положить конец простым восьмиртвованием, но рядом были Грис и Фолло, которых задело бы волной. Приходилось обходиться без козырей. Энжин, почувствовав, что враг начинает медленно падать, уже хотел отпрянуть и отправиться домой с чувством выполненного долга. Но не тут-то было. Мужчина услышал дикий свист, который становился всё громче — казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. Это были жалкие доли секунды, и он просто не успел. Его резко ударил длинный и мощный хвост. Энжина откинуло на длинный бетонный столб недостроенного здания. Чёрт, всё же регенерировался. Тело Гивера пронзила невероятная боль. Голова не просто звенела, а гудела, словно к уху приставили тысячу рупоров из городов, которые галдели о приближающейся здоровой твари или мусорном дожде. Позвоночник словно сложили пополам и несколько раз смяли. Сквозь левую ногу прошёл железный зазубренный штырь, принося невыносимое жжение, за которым последовало полное онемение. Казалось, всё, он сейчас потеряет сознание. Но нельзя — разобьётся насмерть, а Аеша вряд ли умеет воскрешать из мёртвых. Он победил, но поплатился за халатность и невнимательность. — Чёрт! — донеслось хриплое шипение из горла. Успешно приземлившись, стоя на одной целой ноге и упираясь на зонт пострадавшей рукой, он с силой поднял дрожащую голову. Грис и Фолло уже были рядом. Энжин хотел что-то сказать, но резко почувствовал металлический вкус во рту и сразу замолчал. Грис подхватил его за плечо, а Тунито бережно взял джинки в руки. Мужчина хромал, пребывая в болевом шоке. Слышал, как младший что-то быстро говорил, держась за чокер, а Рубион пытался что-то донести до Энжина, но тот ничего не слышал. Затем наступила кромешная тьма. *** Он медленно поднял веки от света дневного солнца. Неприятно поморщившись, Энжин попытался приподняться, но это действие лишь пробудило боль в позвоночнике. Не раздроблен — Аеша постаралась. Рука была перебинтована, но уже лучше, с левой ногой — то же самое. Мужчина дотронулся до лба, на котором была тугая повязка. В голове медленно всплывали отрывки того дня — мутно и расплывчато, но одна мысль крутилась беспрерывным эхом: долбанный ящер. Гивер плюхнулся обратно на койку, дико зашипев от боли, что пронзила всю спину и покалыванием дошла до кончиков пальцев. Сколько времени прошло? Несколько часов? По ощущениям он вообще не был отдохнувшим, лишь чуть-чуть. Мужчина зыркнул на часы — четыре часа дня. Никого не было рядом. Энжин уже тянулся к лежащему на прикроватной тумбочке чокеру, рядом с которым стоял небольшой жёлтый искусственный цветок, вроде гиацинта. Ясно даже дураку — Рудо рук дело. Возле горшка лежала маленькая пачка дорогих сигарет и вишнёвые леденцы, которые Энжин часто брал вместо сигарет, когда они кончались. Это уже подарок от Занки с Рию. Он невольно улыбнулся и потянулся к леденцам, ведь был человеком воспитанным и курить в лазарете ни за что не стал бы. Но тут открылась дверь. Семиу тихо закрыла её — та щелкнула. Женщина подняла пронзительные глаза, которые тут же расширились. — О, а Аеша говорила, что ты можешь без сознания проваляться ещё полтора дня. Она, смирив выражение лица, подошла и села на край противоположной койки. Оперев голову на руку, Гивер молча посмотрела на Энжина. — И тебе привет, — сказал с усмешкой мужчина. — А сколько я так? И как? Семиу зевнула, прикрыв рот рукой. — Ну, тебя серьёзно ранила мусорная тварь, привезли, оказали первую помощь. Ну и проспал ты два дня. — Сколько? — Энжин аж поперхнулся. Гивер сомкнула руки на груди и пожала плечами. — Ну, раны серьёзные, и, как сказала Аеша, ты переутомился. Мужчина молчал. Переутомился? Кошмар... Несколько лет подряд такое вытворял — и всё было в порядке. А тут — несколько лишних часов, и всё, переутомился. Стареет что ли? Женщина сразу поняла его потерянный взгляд и вздохнула. — Да, возраст. Как бы это странно ни звучало, — стала рассматривать поцарапанный ноготь на левой руке. — Твой организм больше не выдерживает той нагрузки, просто смирись. Да и кому легко, когда у него три «ребёнка» на плечах. — Ты о чём это? — он сощурился в недоумении, ожидая логичного ответа. — А то ты не знаешь. Она встала с матраса, на котором осталась слегка смятая белая простыня. — Кстати, об этом — они скоро вернутся. Семиу уверенно направилась к двери, цокая каблуками. Но Энжин остановил её вполне понятным вопросом: — А почему ты не на рабочем месте? Обычно же по горло в делах и заказах. Женщина обернулась, держа руку на дверной ручке. — Я попросила Амо меня подменить на час где-то. Даже представить не могла, что с ней будет в несколько раз легче. Её голос звучал спокойно и уверенно, рассказывая о девчушке из Пенты. Энжин не мог разделить с ней тех эмоций, вспоминая Амо. Раньше он спокойно называл её «язвой» в присутствии Акуты. А теперь не дай бог выронит что-то подобное рядом с Рию или Рудо — сразу начинают беситься, а Занке, слава богам, всё равно. — Да и твоя тройка все эти два дня работала от рассвета до заката. Половину новопоступивших заказов закрывали за несколько часов. Даже непривычно было, знаешь ли. Занка всегда был трудоголиком, но увидеть, как беспрерывно работают Рудо и Рию, казалось, небеса вот-вот обрушатся. — Она перевела дух и вздохнула. — Ладно, я сообщу Аеше, что ты пришёл в себя. Может, после рабочего дня зайду. Дверь щелкнула. Энжин остался один, хотя скорее в ожидании их врача. Он плюхнулся на кровать снова, забыв о ранах и выругался. Чуть поморщившись, перевернулся на левый бок, скрипя зубами. Завидев на тумбе подарки от подчинённых, Гивер тепло улыбнулся. Но Аеша не пришла. Как оказалось, её срочно вызвали. Что-то случилось во время миссии — незначительное, но подстраховаться нужно было. Однако ничего страшного не произошло, ведь Энжин не бился в агонии и не умирал от невыносимой боли. Значит, подождёт. Энжин решил не терять время зря и лёг спать. Уткнувшись лицом в холодную наволочку подушки, он быстро провалился в сон. Проснулся он от странного топота и громких голосов в коридоре. Подняв веки, гивер приподнялся на локтях, а затем сел полностью. На часах было уже около половины восьмого. Маловато времени прошло, но он успел накопить немного сил для разговора с людьми, шаги которых приближались всё ближе. Услышав беспокойный тон Занки: «Стойте, а вдруг спит?», Энжин расслабился, понимая, кто вот-вот войдёт. Рию отвечала коротко и неразборчиво, что-то вроде «не парьтесь» или «всё будет нормально». Занка пытался её успокоить, рассуждая о том, что их лидер сильно переутомился. И если он очнулся, это не значит, что он уже набрался сил. Рудо молча слушал, иногда вставляя фразы вроде «А может…», «А если…», которые не позволяли закончить спорящие. При этом у всех в голосах слышалась слабая дрожь и нервозность. Дверь открылась. Тройка вошла гуськом: первой зашла Риппер с довольным выражением лица победителя, затем неуверенный Рудо и, наконец, Занка, который слегка опустил взгляд, закрывая за собой дверь. — Энжин! Живой! — радостно улыбнулась Рию. Она встала напротив койки, Суребрек и Ниджику последовали её примеру. Рудо нервно перебирал пальцы, опустив руки. Его глаза метались по комнате, пока его наставник стоял неподвижно, слегка приподняв подбородок. Все были одеты повседневно: Рию — в топе и шортах, Рудо нацепил на себя оверсайз-футболку и бермуды, а Занка, как всегда, в своём традиционном костюме, который принято носить в его семье. Ясное дело — все только что вернулись с миссий. У девушки кое-где были царапины, руки Занки покрыты садинами, а у Рудо остался след крови возле носа. Каждый из них переборщил со своими возможностями. — Конечно, живой, у меня на опыте и не такое было, — самодовольно хмыкнул он. — Что-нибудь интересное происходило за эти два дня? — Нуу… ничего такого, вообще ничего. После этой фразы Занка тихо и досадно фыркнул, а брови небесника дёрнулись. Казалось, что говорить собирается только Рию, пока двое других молчали с недовольными минами. Только Энжин видел их насквозь: притворную задорность Риппер, хмурость и грубость Рудо и молчаливость Занки. Этими масками они пытались сдержать эмоции, распирающие их изнутри — готовые поглотить с ног до головы. — Ну чего вы такие хмурые? — проворчал он. — Поранился немного, переборщил, заставил вас нервничать. Да, признаю это. Но ведь не умер. Гивер не любил умалчивать вопросы и всегда говорил всё в лицо, как и сейчас. Он хотел закрыть тему и продолжить разговор в умиротворённой обстановке — без кислых мин и недопониманий. Тут Энжин заметил, что Рудо уже сжимал руки в кулаки. Они тряслись, судя по всему, от гнева или, может, что-то другое повлияло? — Хмурые? Мы, когда узнали… — у него перехватило дыхание. — Ты не видел лица Гриса, а Аеше будто твои похороны сказали организовать. Да ты был полуживой! Парень тут же отдернул голову в сторону, прерывисто дышал и хватал воздух ртом. Его переполняли всевозможные эмоции. Мужчина ожидал подобной реакции и уже хотел что-то сказать, но услышал тихий всхлип. Такого поворота никто не ожидал. Энжин лишь расширил глаза. У других двоих была реакция, которую он и предполагал (хоть где-то угадал). Лицо Занки слегка сгладилось, но сдержанность и молчаливость остались. А Рию, удивлённо подняв брови, наклонилась, чтобы взглянуть в лицо другу, но тот лишь сильнее отвернулся. Она завела руки за спину и аккуратно наклонила голову, слегка тряхнув своей косой: — Ты чего это, Рудо? Но тут же Энжин подметил, как начала дрожать её нижняя губа. Она притворно улыбалась, но было ощущение, что вот-вот сорвётся. Так и случилось. Из глаз потекли слёзы, Риппер отвернулась от лидера и начала тереть глаза запястьем. — Вот чёрт! — тихим-тихим шепотом выругалась она. Ниджику на секунду удивился и смягчил выражение лица, но тут же отвернулся, как и его сокомандники, до боли сжав ладони в кулаки. Вот чёрт. Энжин выглядел очень глупо и растерянно. Его буйные и неуравновешенные подростки сейчас заливались слезами, горько всхлипывая. Одна его фраза заставила их ослабить бдительность и выпустить все эмоции, что долго терзали их изнутри. Вероятно, они пронизывали грудную клетку острым лезвием, подступали к горлу, где образовывался тугой ком — ведь бедолаги не хотели показывать свою слабость. Энжин представил, как из глаз Рию пропала яркая искра, Рудо окаменел на месте, а кровь у Занки застыла в жилах. И никто не в состоянии было вымолвить и слова — просто молча наблюдать и ждать чего-то. Но чего — неизвестно, и эта неизвестность пугала до дрожи костей. И все трое по умолчанию стали не щадить себя и свои силы, выполняя всё больше работы, чтобы заглушить бурю внутри и порадовать Энжина… если всё будет в порядке. Он резко почувствовал укол вины в груди. Гивер выдохнул и выпалил, раскинув слегка руки в разные стороны: — Ну, идите сюда. Первые секунды сопровождались удивлением и колким молчанием. А затем Рию резко кинулась к Энжину, обхватила его за шею и ткнулась лицом в его ключицу, заплакав ещё громче. Рудо немного помялся на месте, хлопая мокрыми глазами, но потом последовал её примеру. Занка никак не ломался, но простое: — Ну же, Занка. Этого хватило, чтобы он поджал нижнюю дрожащую губу, медленно опустился на койку рядом и спрятал лицо, уткнувшись в правое плечо, в то время как Рудо прислонился к левому. Энжин ласково обхватил их своими мощными руками и наклонил голову набок. — Мне сказали, что вы хорошо постарались, грех не похвалить. Он услышал, как Рию начала плакать ещё истошнее. Её горячий лоб упирался в шею, приятно грея, а по ключице текли капли слёз. Рудо обхватил его за талию и тихо всхлипывал. Намокший рукав рубашки неприятно прилегал к коже, но можно и потерпеть. Занка просто держался рукой за плечо, пуская слёзы на постельное белье. Мужчина иногда трепал макушку небесника, гладил девушку по спине, а Ниджику стирал текущие по щекам слезы. И вправду дети. Его дети.