Конец нового начала

Дневной свет, проникающий сквозь высокие окна библиотеки, казался Элисону родным. Он любил этот тихий, пропитанный запахом старых книг мир. Его движения были плавными, голос – мягким, а улыбка – искренней. Коллеги, посетители, даже самые застенчивые студенты – все знали и любили Элисона. Он всегда находил нужную книгу, мог посоветовать что-то интересное, а его отзывчивость и доброта были как глоток свежего воздуха в этом, порой, суетливом мире. Высокий, с копной каштановых волос, обрамляющих лицо с выразительными серыми глазами, он излучал спокойствие и надежность. Родители Элисона, люди из высшего общества, давно смирились с его выбором. Они видели в его работе в библиотеке отказ от семейного бизнеса, от их мира, полного интриг и вечной борьбы за власть. Они думали, что их сын просто решил жить "обычной" жизнью, подальше от их вечных ссор и холодного расчета. И, честно говоря, Элисон не спешил их разубеждать. Отношения с отцом были испорчены многолетней враждой, каждый разговор превращался в поле битвы. С матерью же отношения были скорее формальными, лишенными тепла и искренности. Поэтому, когда он съехал, они лишь пожали плечами, решив, что так даже лучше. Но как только солнце начинало клониться к закату, и последние посетители покидали библиотеку, в Элисоне просыпался другой человек. Человек, которого знали совсем иначе. Сбросив строгий свитер и брюки, Элисон преображался. Его движения становились более резкими, взгляд – более дерзким. Его гардероб будто сам перевоплощался живя двойной жизнью, Элисон чаще одевал облигающий верх и свободный низ , который подчеркивала его высокий рост и стройную фигуру. И вот уже он шагал по улицам ночного города, направляясь в один из самых популярных клубов под названием "Пуля". Здесь его знали все. Не как тихого библиотекаря, а как Элисона – харизматичного, уверенного в себе парня, который всегда знал, как зажечь толпу. Его смех звучал громко и заразительно, его танцы были завораживающими. Он легко находил общий язык с самыми разными людьми, от постояльцев до случайных посетителей. Его популярность была неоспорима, его присутствие делало любое заведение ярче. Никто из его клубных знакомых не подозревал о его дневной жизни. Для них он был воплощением ночной свободы, человек, который жил полной грудью, не обремененный заботами. И Элисон наслаждался этой двойственностью. Это был его способ сбежать от прошлого, от холода семейных отношений, от ощущения собственной чужеродности в мире, который ему навязывали. В клубе он мог быть кем угодно. Он мог флиртовать, смеяться, танцевать до утра, забывая обо всем. Это была его отдушина, его тайный мир, где он чувствовал себя по-настоящему живым. Он не искал здесь глубоких отношений, скорее – мимолетных встреч, ярких эмоций, которые помогали ему забыть о пустоте, которую он чувствовал в другом, "официальном" мире. Иногда, возвращаясь домой под утро, когда город еще спал, Элисон смотрел на свое отражение в зеркале. Серые глаза, все еще блестящие от ночных огней, казались ему двумя разными мирами. Один – спокойный и добрый, другой – страстный и неукротимый. Он знал, что эта двойная жизнь была рискованной, что рано или поздно она может раскрыться. Но пока что это был его способ выжить, его способ найти баланс между тем, кем его хотели видеть и кем он сам хотел быть. И в этом ночном городе, под светом неоновых вывесок, Элисон чувствовал себя свободным. Свободнее всех.