Конец нового начала

Прошло почти полгода с того дня, когда Ник впервые увидел Элисона. Полтораста дней, наполненных смехом, долгими прогулками под звёздами и неловкими, но такими приятными комплиментами. «Твои глаза похожи на два изумруда, когда ты злишься», — мог он сказать, наблюдая, как Ник хмурится над очередной неудачной попыткой выиграть мобильную игру. Или: «Твоя улыбка способна растопить айсберг, Ник». Ник, конечно, смущался. Его щеки покрывались лёгким румянцем, и он тут же отвечал какой-нибудь колкостью, пытаясь скрыть свое замешательство. «Заткни уже свой рот, ты слишком много говоришь», — бурчал он, но в глубине души ему нравилось это внимание. Ник был уверен, что знает Элисона как свои пять пальцев, его привычку морщить нос, когда он о чем-то задумался, и его заразительный смех, который заставлял Ника улыбаться даже в самые хмурые дни и в самое хуевое настроение. Он знал, что Элисон любит читать, но он немного неуклюж, и что он всегда готов прийти в помощь. Но Ник и представить себе не мог, насколько глубоко он ошибался, что хорошо знает его. Как мы знаем, Элисон же жил на две жизни, искусно разделяя их невидимой стеной. Днем он был Элисоном, тихим, застенчивым библиотекарем, который смущался от любого комплимента, хотя ему было глубоко плевать на это. Его коллеги считали его милым, немного странным, но абсолютно безобидным парнем, который проводил вечера за книгами и чашкой кофе. Посетители обожали его, особенно пожилые дамы, которые приносили ему домашние пирожки, делились последними сплетнями. Элисон слушал их с искренним интересом, всегда готовый помочь найти нужную книгу или просто выслушать. Но когда солнце садилось, Элисон преображался. Он становился Элисоном, королем ночи, самым обсуждаемым и желанным гостем в самых модных клубах города в Нью-Йорке. Его имя шептались в толпе, его появление вызывало волну возбуждения. Каждая девушка, от самых скромных до самых дерзких красоток с пышными формами, пытались привлечь его внимание, соблазнить, заставить его сердце биться быстрее. Мечта, не правда ли? Не каждый парень так обделён вниманием, особенно таких девушек... Но Элисона это не интересовало, интересно, почему же? Они даже и не подозревали, что сердце Элисона уже давно занято. Занято парнем, который был слишком милым, слишком искренним, слишком... Идеальным. Для него. Для Элисона. Когда Элисон увидел Ника впервые, что-то внутри его проснулось.И его не волновало его вид на тот вечер, весь побитый и в крови, ему и такой Ник понравился. Это было похоже на давно забытое чувство, которое он считал угасшим, волнение, которое он испытывал, когда Ник улыбался ему или когда их взгляды случайно встречались. Но Элисон знал, что это чувство, скорее всего, обречено. Он видел, как Ник смотрит на девушек, как он говорит о них, и понимал, что Нику нравятся совсем другие люди. Парни? Это казалось ему чем-то из области фантастики. И уж точно Нику не мог нравится он сам, Элисон, такой, какой он есть. Он продолжал играть свою двойную роль, наслаждаясь каждым моментом, проведённым с Ником, и одновременно боясь, что правда когда-нибудь выйдет наружу. Он боялся потерять ту ниточку, которая их связывала, ту хрупкую связь, которая рождалась из их встреч. Элисон знал, что он рискует, но каждый раз, когда Ник отвечал на его колкости с лёгкой улыбкой или когда его глаза загорались от удивления, Элисон понимал, что не может остановиться. Он был очарован Ником, его непосредственностью, его искренностью, его... всем. И эта влюблённость, такая неожиданная и нежеланная, казалась ему самым прекрасным и одновременно самым опасным сокровищем. Он не знал, что ждет их впереди, но он одно знал точно: его сердце, которое он считал давно закрытым, теперь принадлежало Нику, и это было самое удивительное открытие в его жизни. Четыре года назад, после болезненного расставания, он поклялся себе, что больше никогда не позволит чувствам взять над ним верх. Он простроил вокруг себя стену, за которой прятал своё сердце, очень тщательно, но он не упрятал его. Но Ник сам того не зная, начал эту стену разрушать. Каждый комплимент, который Элисон делал Нику, был искренним. Он восхищался его силой, его умом, его добротой, даже его колкостями, которые Ник бросал в ответ, смущаясь. Элисон видел в Нике что-то, что заставляло его сердце биться быстрее, что-то, что он давно потерял. Он чувствовал, как в нем просыпается давно забытое чувство, нежное и хрупкое, как первый весенний цветок. ｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･: Ник сидел на диване, в гостиной, в своей маленькой квартире. В голове назойливо крутилась одна и та же мысль: почему Элисон, такой тихий, почти незаметный парень, оказался в эпицентре самого шумного клуба в тот вечер. Он помнил, как Элисон, обычно смущенно опускающий взгляд, стоял посреди танцпола, окруженный людьми, смехом и музыкой, которая, казалось, заглушала всё вокруг. И в этом хаосе, в этом водовороте звуков, Элисон казался таким… потерянным. Или, наоборот, таким… настоящим? Ник не мог понять. Он знал Элисона, конечно, только полгода, их дружба была тихой и спокойной, как летний вечер. Они могли часами сидеть в тишине, читая или просто наблюдая за звездами. Элисон всегда был его якорем, его островком спокойствия в бушующем море жизни. И вот этот контраст, эта неожиданность, когда Ник узнал, кем работает Элисон. Но один раз Ник пришел в клуб. Один. И увидел Элисона, конечно же, Ник был в полном шоке?.. Он взял телефон, пальцы зависли над клавиатурой. Что он мог сказать? «Привет, Элисон, я видел тебя в клубе, и мне показалось, что ты там не в своей тарелке»? Это звучало бы странно и навязчиво. Но оставить всё как есть тоже не мог. Что-то внутри него требовало ответа, требовало понимания. Наконец, он решился. Написал короткое, но искреннее сообщение: «Привет, Элисон. Надеюсь, ты не занят. Я тут подумал, может, после твоей работы прогуляемся? Хотелось бы поговорить». Он отправил сообщение и откинулся на спинку дивана, чувствуя легкое волнение. «Поговорить» – это было мягко сказано. На самом деле, Ник хотел понять. Понять, что происходит с Элисоном, почему он так себя вел, и что скрывается за его обычно спокойным фасадом. В это же время, в уютной кофейне на другом конце города, Элисон сидел напротив Мари, своей лучшей подруги. Воздух был наполнен ароматом свежесваренного кофе и тихим гулом разговоров. Элисон нервно теребил край салфетки, его обычно бледные щеки слегка покраснели. — Ты уверен, что готов? – спросила Мари, ее глаза светились теплотой и поддержкой. Она была той, кому Элисон мог доверить все, даже самые сокровенные мысли и чувства. Элисон кивнул, но его взгляд был полон сомнений. — Я… я не знаю, Мари. Это так страшно. А вдруг он не чувствует того же? А вдруг я всё испорчу? Мари взяла его руку в свою. — Элисон, ты замечательный парень. Ты добрый, умный, у тебя прекрасное чувство юмора, которое ты просто не всегда показываешь. Ник видит это. Он ценит тебя. И я уверена, что он тоже чувствует что-то особенное. Да и тем более, не будь же тряпкой! — Но я такой… Тихий для него, – прошептал Элисон. — В клубе я чувствую себя как рыба в воде. А Ник… он такой яркий, такой.. Не такой как я. Он, наверное, подумал, что я просто не в своей тарелке. — Он, наверное, подумал, что ты выглядишь немного потерянным и хотел узнать, все ли у тебя в порядке, – мягко поправила Мари. Мари улыбнулась. — Вот что я тебе скажу. Ты должен быть собой. Не пытайся быть кем-то другим. Скажи ему, что ты чувствуешь. Скажи ему, что ты думаешь о нем. И не бойся. Самое худшее, что может случиться, это то, что он не ответит взаимностью. Но тогда ты будешь знать. И ты сможешь двигаться дальше. Но если ты не попробуешь, ты никогда не узнаешь. Элисон посмотрел на Мари, в ее глазах он видел отражение своей собственной надежды. — Ты думаешь, мне стоит сказать ему… что я… люблю его? Я все еще помню его.. И что произошло в тот день и тот вечер, Мари.. – голос Элисона дрогнул. Мари сжала его руку крепче. — Я думаю, тебе стоит сказать ему, что он тебе очень дорог. Что ты думаешь о нем больше, чем просто как друг, серьёзно, Элис! — Мари не давила, а просто боялась, что снова будет как с прошлым, да, тяжелая тема для двоих.. Вроде Элисон был с ним, а не Мари, но ощущение, будто это Мари встречалась с этим подонком! Прошло гребаных четыре года, а Элисона будто еще убивает эта тема и этот человек. Больно это вспоминать. Хотя он давно забыл его. Его голос. Его имя. Его смех. Его силуэт. И его запах. ｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･: Запах свежей типографской краски и старой бумаги окутал Элисона, когда он вернулся в библиотеку. Часы обеденного перерыва пролетели незаметно, как всегда, когда он погружался в мир новых поступлений. Сегодняшний день был особенно легким, почти безлюдным, что позволяло ему с головой уйти в разбор свежих книг. Он аккуратно снимал пленку с обложек, вчитывался в аннотации, предвкушая, какие истории и знания скоро окажутся в руках читателей. Элисон был настолько поглощен своим занятием, что совершенно не заметил, как солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в нежные оттенки оранжевого и розового. Он не обратил внимания на приглушенный свет, пробивающийся сквозь высокие окна, и на тишину, которая становилась все более ощутимой. Его рабочий день, обычно такой предсказуемый и спокойный, подошел к концу. И тут, словно гром среди ясного неба, его мысли переключились с книжных новинок на предстоящую встречу. Ник. Сердце Элисона забилось быстрее, словно испуганная птица, запертая в клетке. Он боялся этого разговора, и какие именно вопросы задаст Ник Элисону, вызывала в нем бурю эмоций. Смесь предвкушения и тревоги. Что он скажет? Как отреагирует Ник? Едва он успел прокрутить в голове очередной сценарий возможного разговора, как его телефон завибрировал в кармане. На экране высветилось имя Ника. Элисон замер, «Блядь...» — пронеслось у него в голове, дыхание перехватило. Он сглотнул и ответил, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Привет, – прозвучал голос Ника, такой знакомый и одновременно вызывающий легкое волнение. — Я уже подхожу к библиотеке. Буду ждать тебя у входа. Слова Ника словно подлили масла в огонь его переживаний. Элисон почувствовал, как ладони стали влажными. Он еще сильнее начал переживать. В голове проносились обрывки фраз, неловкие паузы, возможные недопонимания. Он представил, как стоит у дверей, не зная, куда деть руки, как Ник подойдет, и что будет дальше. Но тут, словно спасительный луч света, в его памяти всплыли слова Мари. Она всегда умела находить нужные слова, когда Элисон терялся в своих мыслях. — Не переживай так сильно, Элисон, – говорила она, когда он делился с ней своими сомнениями. «Ник тебя любит. Он не будет тебя судить. Просто будь собой. И помни, что даже если что-то пойдет не так, как ты ожидаешь, это не конец света. Это просто новый опыт». Элисон глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Слова Мари действительно немного помогли. Он напомнил себе, что Ник – не чужой человек. И, скорее всего, Ник тоже испытывает смешанные чувства. Он посмотрел на часы. Время действительно закончилось. Пора было идти. Элисон аккуратно поставил последнюю книгу на полку, поправил свою рубашку, попрощавшись с коллегами, и направился к выходу. Тревога все еще висела в воздухе, словно невидимая вуаль, но теперь к ней примешивалось и легкое чувство решимости. Он знал, что Мари права. Он просто должен быть собой. И, возможно, эта встреча, несмотря на все его переживания, окажется именно тем, что им обоим нужно. С легким трепетом в душе, Элисон открыл дверь библиотеки и увидел Ника, облокотившись на фонарный столб недалеко от входа, который уже горел, хотя не так уж темно вроде.. Вечерний воздух уже успел остыть, принося с собой легкую прохладу, которая приятно контрастировала с теплом от фонарного столба, об который Ник облокотился. Свет мягко освещал его лицо, вырисовывая легкую задумчивость в глазах. Он ждал Элисона. Библиотека, где работал его друг, всегда казалась ему местом, где время течет иначе, замедляясь и наполняясь шелестом страниц и тихим гулом мыслей. Ник не сразу заметил, как дверь библиотеки распахнулась, и из нее вышел Элисон. Он был погружен в свои мысли, наблюдая за игрой света на мокром от недавнего дождя асфальте. Но вот его взгляд скользнул по улице, и он увидел знакомую фигуру, освещенную фонарем. Улыбка тронула губы Ника, и он выпрямился, шагнув навстречу. — Ник! Дорогой мой, долго ждал? – сказал Элисон, подходя ближе. Его голос был ровным, спокойным, как всегда. — Не очень, но мог бы выходить быстрее, – ответил Ник с лёгкой улыбкой, чувствуя, как напряжение, которое он сам не осознавал, начало рассеиваться. Они начали болтать, как это часто бывало, о самых обыденных вещах. О книгах, которые Элисон читал, о новостях, которые Ник услышал, о планах на выходные. Слова текли легко, создавая привычный, комфортный поток. Но внутри Ника что-то не давало покоя. Потом они решили пройтись по парку. Осенние листья шуршали под ногами, создавая мелодичный аккомпанемент их шагам. Воздух был свежим, наполненным ароматом влажной земли и прелой листвы. Ник шел рядом с Элисоном, наблюдая за тем, как тот спокойно смотрит по сторонам, как его движения плавны и размеренны. И вдруг Ник решился. — Элисон, слушай, – начал он, и его голос прозвучал чуть более серьезно, чем обычно. Элисон повернул к нему голову, его спокойные глаза встретились с взглядом Ника. — Я хотел спросить… Я видел тебя как-то в клубе. В том скандальном, помнишь? Я тебе еще читал новости. Ты был один. Хотя ты же не любишь такие заведения. Думал Ник, что он такое не любит, но он очень сильно ошибался. Элисон слегка замер. Его взгляд на мгновение отвел от Ника, устремившись куда-то вдаль, сквозь деревья. Легкая тень пробежала по его лицу, и в его обычно открытых глазах появилось что-то неуловимое, что-то, чего Ник раньше не видел. — И ты был… будто другим, – продолжил Ник, чувствуя, как между ними нарастает невидимая стена. — Не таким, как сейчас. Ты был… более… шумным, что ли. Более… активным. Элисон знал, что он рискует, но каждый раз, когда Ник отвечал на его колкости с лёгкой улыбкой или когда его глаза загорались от удивления, Элисон понимал, что не может остановиться. Он был очарован Ником, его непосредственностью, его искренностью, его... всем. И эта влюблённость, такая неожиданная и нежеланная, казалась ему самым прекрасным и одновременно самым опасным сокровищем. Он не знал, что ждет их впереди, но он одно знал точно: его сердце, которое он считал давно закрытым, теперь принадлежало Нику, и это было самое удивительное открытие в его жизни. Четыре года назад, после болезненного расставания, он поклялся себе, что больше никогда не позволит чувствам взять над ним верх. Он простроил вокруг себя стену, за которой прятал своё сердце, очень тщательно, но он не упрятал его. Но Ник, сам того не зная, начал эту стену разрушать. Каждый комплимент, который Элисон делал Нику, был искренним. Он восхищался его силой, его умом, его добротой, даже его колкостями, которые Ник бросал в ответ, смущаясь. Элисон видел в Нике что-то, что заставляло его сердце биться быстрее, что-то, что он давно потерял. Он чувствовал, как в нем просыпается давно забытое чувство, нежное и хрупкое, как первый весенний цветок. ｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆ Ник сидел на диване, в гостиной, в своей маленькой квартире. В голове назойливо крутилась одна и та же мысль: почему Элисон, такой тихий, почти незаметный парень, оказался в эпицентре самого шумного клуба в тот вечер. Он помнил, как Элисон, обычно смущенно опускающий взгляд, стоял посреди танцпола, окруженный людьми, смехом и музыкой, которая, казалось, заглушала всё вокруг. И в этом хаосе, в этом водовороте звуков, Элисон казался таким… потерянным. Или, наоборот, таким… настоящим? Ник не мог понять. Он знал Элисона, конечно, только полгода, их дружба была тихой и спокойной, как летний вечер. Они могли часами сидеть в тишине, читая или просто наблюдая за звездами. Элисон всегда был его якорем, его островком спокойствия в бушующем море жизни. И вот этот контраст, эта неожиданность, когда Ник узнал, кем работает Элисон. Но один раз Ник пришел в клуб. Один. И увидел Элисона, конечно же, Ник был в полном шоке?.. Он взял телефон, пальцы зависли над клавиатурой. Что он мог сказать? «Привет, Элисон, я видел тебя в клубе, и мне показалось, что ты там не в своей тарелке»? Это звучало бы глупо и навязчиво. Но оставить всё как есть тоже не мог. Что-то внутри него требовало ответа, требовало понимания. Наконец, он решился. Написал короткое, но искреннее сообщение: «Привет, Элисон. Надеюсь, ты не занят. Я тут подумал, может, после твоей работы прогуляемся? Хотелось бы поговорить». Он отправил сообщение и откинулся на спинку дивана, чувствуя легкое волнение. «Поговорить» – это было мягко сказано. На самом деле, Ник хотел понять. Понять, что происходит с Элисоном, почему он так себя вел, и что скрывается за его обычно спокойным фасадом. В это же время, в уютной кофейне на другом конце города, Элисон сидел напротив Мари, своей лучшей подруги. Воздух был наполнен ароматом свежесваренного кофе и тихим гулом разговоров. Элисон нервно теребил край салфетки, его обычно бледные щеки слегка покраснели. Ты уверен, что готов? – спросила Мари, ее глаза светились теплотой и поддержкой. Она была той, кому Элисон мог доверить все, даже самые сокровенные мысли и чувства. Элисон кивнул, но его взгляд был полон сомнений. — Я… я не знаю, Мари. Это так страшно. А вдруг он не чувствует того же? А вдруг я всё испорчу? Мари взяла его руку в свою. — Элисон, ты замечательный парень. Ты добрый, умный, у тебя прекрасное чувство юмора, которое ты просто не всегда показываешь. Ник видит это. Он ценит тебя. И я уверена, что он тоже чувствует что-то особенное. Да и тем более, не будь же тряпкой! Но я такой… тихий для него, – прошептал Элисон. — В клубе я чувствовал себя как рыба в воде. А Ник… он такой яркий, такой.. Не такой как я. Он, наверное, подумал, что я просто не в своей тарелке. Он, наверное, подумал, что ты выглядишь немного потерянным и хотел узнать, все ли у тебя в порядке, – мягко поправила Мари. Мари улыбнулась. — Вот что я тебе скажу. Ты должен быть собой. Не пытайся быть кем-то другим. Скажи ему, что ты чувствуешь. Скажи ему, что ты думаешь о нем. И не бойся. Самое худшее, что может случиться, это то, что он не ответит взаимностью. Но тогда ты будешь знать. И ты сможешь двигаться дальше. Но если ты не попробуешь, ты никогда не узнаешь. Элисон посмотрел на Мари, в ее глазах он видел отражение своей собственной надежды. — Ты думаешь, мне стоит сказать ему… что я… люблю его? Я все еще помню его.. и что произошло в тот день и тот вечер, Мари.. – голос Элисона дрогнул. Мари сжала его руку крепче. — Я думаю, тебе стоит сказать ему, что он тебе очень дорог. Что ты думаешь о нем больше, чем просто как друг, серьёзно, Элис! — Мари не давила, а просто боялась, что снова будет как с прошлым, да, тяжелая тема для двоих.. Вроде Элисон был с ним, а не Мари, но ощущение, будто это Мари встречалась с этим подонком! Прошло гребаных четыре года, а Элисона будто еще убивает эта тема и этот человек. Больно это вспоминать. Хотя он давно забыл его. Его голос. Его имя. Его смех. Его силуэт. И его запах. ｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･:*:･ﾟ’☆｡･: Запах свежей типографской краски и старой бумаги окутал Элисона, когда он вернулся в библиотеку. Часы обеденного перерыва пролетели незаметно, как всегда, когда он погружался в мир новых поступлений. Сегодняшний день был особенно легким, почти безлюдным, что позволяло ему с головой уйти в разбор свежих книг. Он аккуратно снимал пленку с обложек, вчитывался в аннотации, предвкушая, какие истории и знания скоро окажутся в руках читателей. Элисон был настолько поглощен своим занятием, что совершенно не заметил, как солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в нежные оттенки оранжевого и розового. Он не обратил внимания на приглушенный свет, пробивающийся сквозь высокие окна, и на тишину, которая становилась все более ощутимой. Его рабочий день, обычно такой предсказуемый и спокойный, подошел к концу. И тут, словно гром среди ясного неба, его мысли переключились с книжных новинок на предстоящую встречу. Ник. Сердце Элисона забилось быстрее, словно испуганная птица, запертая в клетке. Он боялся этого разговора, и какие именно вопросы задаст Ник Элисону, вызывала в нем бурю эмоций. Смесь предвкушения и тревоги. Что он скажет? Как отреагирует Ник? Едва он успел прокрутить в голове очередной сценарий возможного разговора, как его телефон завибрировал в кармане. На экране высветилось имя Ника. Элисон замер, «Блядь...» — пронеслось у него в голове, дыхание перехватило. Он сглотнул и ответил, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Привет, – прозвучал голос Ника, такой знакомый и одновременно вызывающий легкое волнение. — Я уже подхожу к библиотеке. Буду ждать тебя у входа. Слова Ника словно подлили масла в огонь его переживаний. Элисон почувствовал, как ладони стали влажными. Он еще сильнее начал переживать. В голове проносились обрывки фраз, неловкие паузы, возможные недопонимания. Он представил, как стоит у дверей, не зная, куда деть руки, как Ник подойдет, и что будет дальше. Но тут, словно спасительный луч света, в его памяти всплыли слова Мари. Она всегда умела находить нужные слова, когда Элисон терялся в своих мыслях. — Не переживай так сильно, Элисон, – говорила она, когда он делился с ней своими сомнениями. «Ник тебя любит. Он не будет тебя судить. Просто будь собой. И помни, что даже если что-то пойдет не так, как ты ожидаешь, это не конец света. Это просто новый опыт». Элисон глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Слова Мари действительно немного помогли. Он напомнил себе, что Ник – не чужой человек. И, скорее всего, Ник тоже испытывает смешанные чувства. Он посмотрел на часы. Время действительно закончилось. Пора было идти. Элисон аккуратно поставил последнюю книгу на полку, поправил свою рубашку, попрощавшись с коллегами, и направился к выходу. Тревога все еще висела в воздухе, словно невидимая вуаль, но теперь к ней примешивалось и легкое чувство решимости. Он знал, что Мари права. Он просто должен быть собой. И, возможно, эта встреча, несмотря на все его переживания, окажется именно тем, что им обоим нужно. С легким трепетом в душе, Элисон открыл дверь библиотеки и увидел Ника, облокотившись на фонарный столб недалеко от входа, который уже горел, хотя не так уж темно вроде.. Вечерний воздух уже успел остыть, принося с собой легкую прохладу, которая приятно контрастировала с теплом от фонарного столба, об который Ник облокотился. Свет мягко освещал его лицо, вырисовывая легкую задумчивость в глазах. Он ждал Элисона. Библиотека, где работал его друг, всегда казалась ему местом, где время течет иначе, замедляясь и наполняясь шелестом страниц и тихим гулом мыслей. Ник не сразу заметил, как дверь библиотеки распахнулась, и из нее вышел Элисон. Он был погружен в свои мысли, наблюдая за игрой света на мокром от недавнего дождя асфальте. Но вот его взгляд скользнул по улице, и он увидел знакомую фигуру, освещенную фонарем. Улыбка тронула губы Ника, и он выпрямился, шагнув навстречу. — Ник! Дорогой мой, долго ждал? – сказал Элисон, подходя ближе. Его голос был ровным, спокойным, как всегда. — Не очень, но мог бы выходить быстрее, – ответил Ник с лёгкой улыбкой, чувствуя, как напряжение, которое он сам не осознавал, начало рассеиваться. Они начали болтать, как это часто бывало, о самых обыденных вещах. О книгах, которые Элисон читал, о новостях, которые Ник услышал, о планах на выходные. Слова текли легко, создавая привычный, комфортный поток. Но внутри Ника что-то не давало покоя. Потом они решили пройтись по парку. Осенние листья шуршали под ногами, создавая мелодичный аккомпанемент их шагам. Воздух был свежим, наполненным ароматом влажной земли и прелой листвы. Ник шел рядом с Элисоном, наблюдая за тем, как тот спокойно смотрит по сторонам, как его движения плавны и размеренны. И вдруг Ник решился. — Элисон, слушай, – начал он, и его голос прозвучал чуть более серьезно, чем обычно. Элисон повернул к нему голову, его спокойные глаза встретились с взглядом Ника. — Я хотел спросить… Я видел тебя как-то в клубе. В том скандальном, помнишь? Я тебе еще читал новости. Ты был один. Хотя ты же не любишь такие заведения. Думал Ник, что он такое не любит, но он очень сильно ошибался. Элисон слегка замер. Его взгляд на мгновение отвел от Ника, устремившись куда-то вдаль, сквозь деревья. Легкая тень пробежала по его лицу, и в его обычно открытых глазах появилось что-то неуловимое, что-то, чего Ник раньше не видел. — И ты был… будто другим, – продолжил Ник, чувствуя, как между ними нарастает невидимая стена. — Не таким, как сейчас. Ты был… более… шумным, что ли. Более… ярким. Элисон молчал. Его плечи слегка напряглись, и он сжал кулаки, которые до этого свободно висели вдоль тела. Тишина, которая раньше была комфортной, теперь стала давящей. Она наполнилась невысказанными словами, скрытыми мыслями. Ник чувствовал, как напряжение между ними сгущается, как воздух вокруг них становится плотнее. Он ждал ответа, но Элисон лишь смотрел вперед, его лицо стало непроницаемым, как будто он закрылся от мира, от Ника. И в этой тишине, в этом молчании, Ник понял, что задал вопрос, который затронул что-то глубоко внутри его друга, что-то, что Элисон, возможно, сам не хотел показывать.