Птичья клетка

Перемещение выбило почву из-под ног и сознание из головы. Не сразу оправившись, Цзун Цзу пытался прийти в себя. Головокружение, тошнота, звон в ушах - всё мешало мыслить. Когда взгляд наконец сфокусировался, он увидел, что комната погружена во мрак. Лишь холодный свет луны, пробиваясь сквозь высокое окно, отражался от воды в огромной мраморной ванне у стены. Этого было достаточно. Магу не нужно было гадать, где он. Он узнал. Тот самый номер в глубинах отеля, место их первой встречи и последнего противостояния. Оглядевшись, он увидел обескураживающую картину. Он лежал на гигантской кровати, усыпанной лепестками темно-красных роз. В воздухе висел тяжелый, приторно-сладкий аромат, от которого першило в горле. И тогда он заметил прутья. Толстые, позолоченные, переплетенные в причудливый узор. Кровать была со всех сторон окружена высокой роскошной клеткой. Он внутри был словно редкая канарейка, угодившая в лапы хищника. Сбоку, в полный рост, стояло зеркало в витой раме. В нем отражалось все пространство ловушки. Цзун Цзу увидел свое отражение: жалкое, слабое, беспомощное. Его одежда была грязной и разорванной, на ткани прилипли те же лепестки роз. От этого зрелища в горле подступила горечь. Он пожалел. Пожалел, что когда-то поверил в «дар» Дьявола. Так называемая награда загнала его прямо в лапы к зверю. Система, - отчаянно подумал он, пытаясь вызвать знакомое меню. Тишина. Глухая, абсолютная. Связь была мертва. И тогда из темноты за пределами клетки донесся смешок. Тихий, легкий, полный сюрприза и невероятного удовольствия. Постепенно смех нарастал, превращаясь из низкого, бархатного покашливания в открытый, радостный, почти истеричный хохот. Он заполнял комнату, цеплялся за прутья клетки, бился о стены. Цзун Цзу молча устремил в темноту взгляд, полный леденящего презрения. Это было все, что он мог позволить себе сейчас. - Маленькая канарейка, - просипел голос, сквозь угасающий смех. - Загнанная в клетку. Наконец-то. Из тени вышел №1. Радостная, торжествующая улыбка расползалась по его лицу. Он медленно приближался, его темно-золотистые глаза, словно у ночного хищника, светились в полумраке. Он наконец поймал его. Эта гордая, ядовитая, прекрасная птичка теперь полностью принадлежала ему. Он будет играть с ней, пока не наиграется. Ощиплет перья, очернит, растопчет гордость и сломает, как ненужную игрушку. Цзун Цзу сделал роковую ошибку, доверившись ему. Сердце предательски колотилось, выдавая страх, который маг отчаянно пытался задавить. В его глазах бушевала лишь злость. Он проиграл этот раунд. Пошел на поводу у Дьявола, который видел его слабости насквозь. №1 вплотную подошел к клетке. Щелчок и дверца с легким скрипом открылась. Он вошел внутрь, за его спиной щелчок повторился. - Ты не представляешь, насколько ты сейчас красив, - тихо произнес Дьявол, нависая над лежащим магом. - Красив и беспомощен. Идеальное сочетание. Его рука с холодными пальцами в грубой перчатке прихватила Цзун Цзу за подбородок, заставив встретиться взглядом. - Заткнись, - почти в губы, с ненавистью прошипел Цзун Цзу. Он не собирался сдаваться просто так. Со всей силы, собрав остатки энергии, он рванулся и ударил ладонью по груди Дьявола. Тот даже не дрогнул, не попытался увернуться. На его лице лишь расползлась зловещая ухмылка. Удар пришелся в цель, но Цзун Цзу почувствовал, будто ударил в гранитную скалу. Боль резко отозвалась в запястье, плече. И вместе с болью пришло пугающее озарение - его руки, только что сильные, способные на многое, вновь стали просто… руками. Хрупкими, уязвимыми. Дьявол, пользуясь привилегиями Инструктора, отключил все его усиления. Подло. Нечестно. Но на то он и №1. -Ах, да, твои драгоценные руки, -с фальшивым сочувствием произнес мужчина, глядя, как по лицу мага пробежала судорога боли и осознания. - Не волнуйся, я буду с ними очень бережен. Темные, почти невидимые в полумраке кукольные нити материализовались в воздухе и обвили запястья мага, притянув их к прутьям клетки над головой. Рука Дьявола устроилась на его тонкой талии, а другая все так же держала подбородок. И прежде чем Цзун Цзу смог что-либо предпринять, Дьявол с животной страстью впился в его губы. Поцелуй был не поцелуем, а актом агрессии. Язык грубо проник внутрь, завоевывая территорию. Цзун Цзу яростно укусил его. Привкус железа распространился по рту, горький и отвратительный. В иных обстоятельствах их поцелуи напоминали битву, где никто не смел отступить первым. Но сейчас это было поглощением. Дьявол, словно сама тьма, поглощал его волю, его сопротивление, его свет. Рука с подбородка переместилась на шею, опасно сжимая, перекрывая дыхание. В глазах потемнело, засверкали искры. На ресницах навернулись слезы от нехватки воздуха. Цзун Цзу что-то хрипло просипел сквозь поцелуй, пытаясь отбиться ногами. Нити скользнули ниже, обвили лодыжки и с силой раздвинули ноги, зафиксировав их в непристойно открытой позе. Когда в легких совсем не осталось воздуха, Дьявол оторвался, облизывая свои окровавленные губы. Он смотрел на картину перед ним с нескрываемым вожделением: задыхающийся Цзун Цзу с растрепанными волосами, привязанный, беспомощный, с алой струйкой крови, стекающей с разбитой губы на грязную одежду. И все еще с вызовом в потухших глазах. В последний момент, когда сознание уже начало уплывать, хватка на горле ослабла. Цзун Цзу судорожно вдохнул, кашляя. На его шее остались четкие темные отпечатки пальцев, новые украшения на бледной коже. В мгновение ока Дьявол сорвал с него лохмотья одежды. Красивое, стройное тело, испещренное свежими ссадинами, предстало перед ним. Длинные ноги подрагивали от напряжения, а между ними покоился не возбужденный, а скорее сжавшийся от страха и холода член. Глаза №1 сверкнули. Он сбросил перчатки, и его шершавые, покрытые множеством шрамов ладони скользнули по телу мага. Одна блуждала по торсу, щипля сосок, другая грубо сжала ягодицу, заставив Цзун Цзу вздрогнуть. Прикосновения были обжигающими, будто от шершавого камня или раскаленного песка. - Моя птичка, чего ты испугался? - прошептал Дьявол на ухо, прокусывая мочку до крови. - Ты же знал, на что идешь, когда бросал мне вызов. Ты хотел этого. И это была горькая правда. Он знал. Он просто верил, что сможет победить. Теперь эта вера разбивалась вдребезги. Кончики его глаз покраснели, зрачки потеряли фокус. Рука Дьявола, до этого сжимавшая ягодицу, резко переместилась ниже. Без малейшей подготовки, смазав пальцы собственной слюной и кровью с губ, он протолкнул внутрь сразу два. Цзун Цзу вскрикнул от невыносимой боли. Слезы, которые он так старался сдержать, хлынули ручьем. Он зажмурился, пытаясь уйти в себя, но Дьявол не позволил. -Смотри, - хрипло прошептал тот, усиливая движения, жестоко растягивая узкое, сухое отверстие. - Смотри, как ты принимаешь меня. Из растерзанного входа сочилась алая кровь. Прекрасное, унизительное зрелище. Не давая опомниться, Дьявол вынул пальцы и, освободив от одежды свой огромный, давно возбужденный член, одним резким толчком вошел на всю длину. Крик, который вырвался из глотки Цзун Цзу, был леденящим душу - полным агонии и отчаяния. Его тело взметнулось в дуге боли, но нити и хватка Дьявола держали его на месте. Дьявол двигался с размахом, почти полностью выходя, чтобы с новой силой вонзиться обратно, терзая нежные, кровоточащие внутренности. Звук шлепков кожи, хлюпание крови, хриплые, срывающиеся крики - все это слилось в одну унизительную симфонию. Цзун Цзу кричал, пока голос не превратился в хрип, пока в глазах не потемнело от каждого глубокого толчка, бьющего в самое нутро. Унижение жгло сильнее боли. Он, маг, спаситель, был повержен и использован, как вещь. Сильная рука схватила его за подбородок и резко повернула голову к зеркалу. - Посмотри на себя. - голос Дьявола был ледяным и властным, он не прекращал движений. - Посмотри, в каком жалком положении ты находишься. Ты ничто. Просто красивая игрушка. Цзун Цзу увидел в отражении окровавленное, заплаканное существо с пустыми глазами, с телом, покрытым синяками и укусами. И встретился взглядом с Дьяволом над своим плечом. В тех темных глазах он увидел не просто похоть, а торжество. Торжество абсолютной власти и наслаждение от разрушения. - Полностью в моей власти, - низко, будто заключая договор, произнес №1. Цзун Цзу закрыл глаза, больше не в силах смотреть. Его крики сменились прерывистыми, захлебывающимися рыданиями, которые Дьявол заглушал своими губами, своими укусами, своими еще более яростными толчками. Чувствуя приближение развязки, Дьявол ускорился, его движения стали резкими, животными. Он впился пальцами в хрупкие бедра мага, пригвоздив его к себе, и с низким стоном излился глубоко внутрь, заполняя его горячим семенем. Наступила тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием Дьявола и тихими всхлипываниями Цзун Цзу. №1 медленно выскользнул, с удовлетворением наблюдая, как из растерзанного, покрасневшего отверстия вытекает густая смесь крови и его семени. Нити исчезли. Цзун Цзу, словно разорванная тряпичная кукла, безвольно рухнул на бок. Каждое движение отзывалось огненной болью. - Моя птичка, - с искренним восхищением произнес Дьявол, шлепнув его по бедру, отчего маг вздрогнул и простонал. - Ты был великолепен. Но это только начало. - Уйди… — прохрипел Цзун Цзу, не открывая глаз. Голос был сорванным, чужим. Легкий, опасный смешок был ему ответом. Сильная рука впилась в его серебряные волосы и рывком приподняла, заставив встать на колени. Боль заставила его вскрикнуть. - Отпусти, ублюдок! - попытался он вырваться, но сил не было ни на что, кроме ненависти во взгляде. Вид стоящего на коленях мага, разбитого, запятнанного, но все еще с искрой вызова в глазах, снова возбудил Дьявола. Его член, уже не успевший полностью опасть, снова налился силой. - У меня для тебя есть еще кое-что, - он провел головкой члена по опухшим, окровавленным губам мага, оставляя скользкий след. -Открой рот. Пора усмирить и этот твой ядовитый язычок. Цзун Цзу сжал губы, отворачиваясь. Это было последним, крошечным актом неповиновения. Дьявол вздохнул с преувеличенной досадой. Свободной рукой он с силой сдавил ему челюсти, заставив рот непроизвольно открыться. И прежде чем маг понял, что происходит, толчок бедер вперед - и его горло насильно заполнилось чужим, чужим до жути, плотью. Цзун Цзу подавился, его глаза расширились от шока и ужаса. Он пытался вырваться, давясь, но рука в волосах лишь сильнее натягивала их, направляя движения его головы по воле Дьявола. Звуки были грязными, унизительными, слезы текли ручьем, смешиваясь со слюной. - Вот так… Глотай, - приговаривал Дьявол, с диким наслаждением наблюдая, как его член исчезает в прекрасном, покорном лице. Он трахал его в горло методично и жестоко, наслаждаясь каждым всхлипом, каждым конвульсивным глотком. Воздуха не хватало. В глазах потемнело, сознание поплыло. В последний момент, отбросив всю гордость, Цзун Цзу поднял на мучителя заплаканные, молящие глаза. В ответ он увидел лишь хищную, лишенную всякой жалости улыбку. Пальцы Дьявола сжали его горло снаружи. - Чувствуешь? Я повсюду. Я внутри тебя. Тьма сомкнулась над сознанием, но прежде чем он отключился, Дьявол отпустил хватку и медленно выскользнул. Цзун Цзу рухнул вперед, давясь и судорожно хватая ртом воздух. Из его перекошенного рта стекали слюна, слезы и семя. Дьявол коротко хмыкнул, беззаботно поправил одежду и вышел из клетки, оставив дверцу открытой. Но это была иллюзия свободы. Куда он мог деться? Разве что уползти.