Хронотип — индивидуальные особенности суточных ритмов организма человека и других животных. Хронотип человека определяет организацию физиологических функций организма и его способность к адаптации.
Выделяют три основных типа: жаворонки, голуби и совы.
После официального включения боевых искусств в образовательную программу Варя не могла прийти в себя. Ей казалось это шизоидной галлюцинацией. Лицезреть Морока каждую неделю по средам ещё и в колледже было чем-то из ряда вон выходящим. Да, он исправился, и его поведение было приемлемым. Возможно, с самой Варей было что-то не так. Ведь девочки, напротив, спокойно отнеслись к новости. Алёнка даже обрадовалась. Одним другом в колледже стало больше.
Когда началась беготня со свитком, уровень всеобщего стресса возрос, ведь никто не мог предугадать, кто вернётся к тёмному прошлому следующим. Влад, а точнее Владислав Владими́рович, как он просил себя величать, сильнее прежнего стал гонять учеников на тренировках. А к весне ему и вовсе пришла в голову гениальная мысль.
«
Уроки по самообороне в не магических условиях», — гласило новое объявление.
Ниже сноска, приписанная мелким шрифтом собственноручно Мороком:
«Посещение
обяз по желанию. По субботам в 9 утра. Зал боевых искусств. Форма
спортивная повседневная».
— Ох ты ж, ёжики, — сказала Алёнка, прочитав плакат ещё раз вслух. — Это ж кто в такую рань, в субботу пойдёт на занятие? Лучше в Мышкин скататься. — она встала на колено, чтобы завязать шнурок на кедах. — Я, конечно, Владика обожаю, но он меня туда силком не затащит. Либо сон, либо Мышкин.
Затягивая туже резинку на хвостике, Маша предположила:
— Может, его Вась-Вась заставила. У каждого преподавателя ставка, вот и заставили допы организовывать.
Варя, с момента входа в зал не проронившая ни слова, заправила футболку в штаны и пренебрежительно бросила:
—
Его и заставили? Ну-ну. Ему издевательства удовольствие приносят. А в субботу так точно. Нормальный человек пожалеет бедных студентов.
— Это кто из нас ещё бедный? — вставил своё слово объект обсуждения, выходя из тренерской. Фирменную куртку с драконом он кинул на лавку. И попал.
Выделывается. — Это время и для факультатива, и для отработки. Знаю вас, лодырей. Уже полкласса прогуливает. То нога болит, то голова, то мороженого захотелось, — он метнул многозначительный взгляд на Патруль. — Скоро конец четверти и года, а потом: «поставьте мне зачёт за красивые глазки». Не-а, со мной не сработает, малявки. Отрабатывать будете потом по́том и кровью.
Удержавшись от словесного комментария — всё же не стоило всем подряд наблюдать за их с Мороком перепалками — Варя недовольно фыркнула. Увы, но ему и этого оказалось достаточно.
— Колючка, тебя ежи покусали, что ты по-человечески не разговариваешь?
— Морок, про то, как люди говорят, тебе вспоминать нужно. Кем ты триста лет пробыл — совой или крысой? — кинула в ответ Варя.
В честном бою это было бы сродни горсти песка в глаза противника — подлый приём. И без разницы, что он первый начал.
По залу прошёлся взволнованный шёпот. Одна из Патруля, и так постоянно конфликтующая с преподавателем, посмела прилюдно того оскорбить. Прихлебатели Любавы потирали ладони в ожидании скорой расправы. Снежка и Маша в немом ужасе глядели на подругу. Вот же сказала опять, не подумав. Да, вредная привычка формируется у неё рядом с Мороком, очень-очень вредная.
Осознав, что не просто сморозила глупость, а хуже — нарушила обещание никому не рассказывать о том, кто и откуда Владислав Владими́рович, Варя стыдливо потупила взгляд и затаила дыхание.
Месть явно будет в тех же масштабах.
— Что ж, Варвара, чтобы поведать Вам эту прелюбопытную историю, жду Вас в субботу в девять утра на отработку. А сейчас вон из зала, — будто холодной водой окатил её преподаватель и дунул в тренерский свисток, подгоняя её. — Марш отсюда!
Под пристальный взгляд гневно сверкнувших голубых глаз и сочувствующий вздох от девчонок она вышла в коридор с предчувствием, что дальше будет хуже.
*****
Сперва девочки из солидарности к Варе собирались пойти на отработку вместе с ней. Но потом Снежка договорилась погулять с Васей, Маша с Корвиным решили штудировать расширенные издания в библиотеке, а Алёнка, сев за компьютер и запустив игру, попросту сказала: «Ну не прибьёт же он тебя там». И добавила, взметнув вверх указательный палец: «Он же теперь Владислав Владими́рович. По статусу не положено».
Только волшебница ветра так не считала. Пусть и старше её физически всего на пару лет, Влад не упускал возможности воспользоваться положением. Ему была упоительна та кроха власти, что у него имелась. «От него не убудет», — с нескрываемой обидой подумала она.
Три мучительных дня ожидания подошли к концу, и Варя в спортивной форме (хотя она, конечно, читала приписку, но не поняла смысла обычной одежды на отработке) стояла на входе в зал боевых искусств.
Было обыкновенно тихо для субботы. Картину дополняли летающие в безмолвном танце мушки пыли в коридоре, подсвеченные весенними лучами. В долгожданный выходной все стремились ускользнуть из цепких лап преподавательского состава, который находил «болтающихся без дела» учеников и приплетал их к внеурочной деятельности. А остальные умело сливались со стенами, чтобы на них не навесили чего-нибудь ещё.
Ручка поддалась с первого раза. Казалось, зал вообще не закрывают. Большинство прониклось уважением к новому преподавателю, возможно, его привлекательная внешность была тому причиной (не то, чтобы это было субъективное Варино мнение, она всего пару раз слышала подобные лестные отзывы о Владе от других учеников, преимущественно, девушек), либо то, как он в начале года разобрался с Похитителем хлама (как окрестил его сам Морок). В любом случае, в зал заходили только на занятии, и инвентарь стоял нетронутый бедокурящими повсюду детьми.
— Мор… Владислав Владими́рович? — неловко позвала Варя.
Они не встречались в коридорах с момента совершения ею непростительной глупости и не успели помириться или хотя бы вернуться в состояние холодной войны. Что несколько печалило девушку. Всё же они могли назвать друг друга друзьями. И, сказать по правде, её уже две ночи подряд грызла совесть, и Варя пыталась, действительно, пыталась найти достойное оправдание, отчего была так груба и неосмотрительна с ним. Не нашла.
Внутри никого не было.
Стрелки часов остановились на 9:01.
Стоило подождать минут пятнадцать, и можно было возвращаться в комнату со спокойной душой. Нет преподавателя — нет проблем, к чему относятся и взаимный обмен оскорблениями, и боли в мышцах после тренировки, и необъяснимый прилив тепла к лицу и шее.
«Но помириться-то надо», — подумала про себя Варя.
Она не стушевалась и, пусть неохотно, но признала свою вину. Буйный нрав, гормоны, поганое настроение — пусть он выберет любое в качестве причины. В теории Влад должен был немного поиздеваться и простить.
«Раз уж в зале нет, то он наверняка в кабинете», — сделала логичный вывод волшебница.
Дверь тоскливо скрипнула, и впустила Варю внутрь. Перед ней предстала неожиданная картина. Впрочем, она не была бы для девушки такой неожиданностью, если бы та знала, что владелец кабинета и не ожидал никаких посетителей.
На кожаном диване цвета шоколада со сползшим на пол пледом, видимо, в процессе сонного оттачивания боевых навыков, спал Владислав Владими́рович.
Варя невольно улыбнулась и, сложив руки на груди, прислонилась боком к проёму, попутно рассматривая, а, может, и откровенно любуясь открывшимся перед нею видом.
Нет, не «может».
Не каждый день удаётся созерцать столь вопиющую наглость.
«Вот же… дрыхнет», — подумала волшебница. — «Передал бы через девчонок, что не ждёт. Я бы не пришла».
На деле Варя не раз заставала Морока в лежачем состоянии, да даже и на собственной кровати (почему-то это уточнение казалось важным) что в Мышкине, что в колледже, но спящим, с размеренным дыханием и тихим посапыванием… Нет,
это было впервые.
Боковым зрением она заметила высоченную кипу документов на письменном столе. Будучи частым гостем комнаты Патруля, в перерывах между питием чая и поеданием пирожных молодой преподаватель периодически жаловался им, что ему приходится писать ничуть не меньше, чем им.
«Допоздна засиделся за бумажками, вот и заснул тут», — решила про себя Варя.
Воображение сразу подбросило варианты, как бы его разбудили девчонки. Алёнка бы просто кинула в него что-нибудь и кричала бы «Вла-а-адик», вешаясь на шею — её знаменитый приём. Маша подошла бы и громко прокашлялась, Снежка легонько тронула бы за плечо, а Алиса попросила бы Доспехи разбудить их друга.
А Варя?
В животе ощутилась странная невесомость. Только ноги в кроссовках твёрдо стояли на полу кабинета преподавателя боевых искусств.
Взор аметистовых глаз скользнул по его лицу. Веки не дрожали, а губы по-прежнему были слегка приоткрыты.
Она бы попросту не стала его будить.
Светясь фиолетовым, плед принял первоначальное положение.
«Всё-таки ещё прохладно», — объяснила себе Варя внезапный порыв заботы.
Небольшая часть неё хотела подшутить над другом, нарисовать бородку или кошачьи усы, но, подавив абсолютно детское желание нашкодить, девушка запечатлела на телефон компромат, вышла из комнаты и отправилась на лавку в зал, дожидаться пробуждения этого сони. Всё равно шанс на прогулку в Мышкине был упущен.
*****
Через полчаса преподаватель, наконец, покинул свой кабинет и, бессовестно зевая, остановился в проходе, совершенно не рассчитывая застать Варю. Его лицо выразило искреннее недоумение.
— Колючка? Ты что здесь забыла? — сонным голосом спросил Морок.
Варя перекинула ногу на ногу и поправила косу. Вид у Влада был невообразимо расслабленный — помятая ото сна чёрная футболка и растрёпанные волосы, своевольно щекочущие лицо и норовившие залезть в глаза.
От этих лазурных глаз захотелось спрятаться, чтобы ненароком не выдать свой секрет.
Внезапно тот факт, что Варя видела его спящим, показался чрезвычайно неприличным.
— Могла разбудить, чтобы не сидеть и не ждать меня, — отвлёк её от внутренних размышлений Влад. — Тебя девчонки, наверное, заждались.
Парень жестом пригладил футболку — будто это исправило бы ситуацию — и подошёл к подруге.
— Храп стоял на весь колледж. Я думала, у тебя там дракон ночует. Вот и побоялась заходить, — кинула волшебница и посмотрела на Влада снизу вверх.
— Вряд ли принцесса Штормграда боится драконов. Да и этот ящер дружелюбен к её Высочеству.
Он выудил резинку из кармана куртки и завязал сзади волосы в пучок. Несмотря на их ссору трёхдневной давности Влад либо уже простил её, либо не обижался вовсе. После нескольких столетий жалости к самому себе пара слов от кого-то другого не ранили. Пусть даже и от Патруля или лично Вари. Разве что чуть-чуть.
— Ты сам потребовал прийти на отработку сегодня, — напомнила она и поднялась с лавки. — А девочки своими делами заняты.
Их разница в росте все ещё немного бесила её. И в очередной раз Варя поймала себя на мысли, что намеренно ищет в нём раздражающие черты, что с каждым днём становится сложнее. Они никуда не делись, нет, всего лишь не вызывали такого отторжения, как прежде.
Владислав Владими́рович осмотрел оценивающим взглядом спортивный костюм ученицы («подготовилась всё-таки») и одобрительно кивнул.
— Ладно, будет тебе отработка.
*****
— Что ж, эти занятия отличаются от обычных тем, что чаще всего мы занимаемся дальним боем и оттачиванием самого важного навыка для любого человека или сказочного. Понимаешь, о чём я?
Варя отрицательно покачала головой.
— М-да, лес рук, — степенно произнёс Влад, вживаясь в роль преподавателя. — Я имею в виду бег. Самая древняя защитная реакция — бей или беги. Но… — он поднял указательный палец вверх как сигнал прислушаться. — поскольку иногда вы с Патрулём оказываетесь в бою без магии, я подумал, что было бы не лишним дополнительно обучить вас приёмам самообороны. В конце концов, волколак это или обычный мужчина, он будет физически сильнее любой из вас. — шагая взад и вперёд перед ученицей и активно жестикулируя, объяснял Морок.
Варя нахмурилась и скрестила руки на груди.
— А как же знаменитый удар в пах? — уточнила она.
Собеседник отразил её позу.
— Он эффективен, если его не ожидают, и зависит от расстояния до нападающего, Колючка. — отметил Влад. — При захвате со спины в пах не ударишь. На женщинах его применение бесполезно. А вот расположение чувствительных точек у сказочных и людей отличается незначительно. Чем и нужно уметь пользоваться.
Его голос звучал абсолютно серьёзно и компетентно в своей позиции, что напрямую говорило — Владислав Владими́рович посвятил достаточно времени, обдумывая все «за» и «против», прежде чем поделиться идеей с кем-то ещё.
— Может, тогда нужно провести это занятие для всего Патруля, а не только для меня? Или ты надеешься получить от меня рекламу курса? — попробовала перевести всё в шутку Варя.
Парень закатил глаза и пояснил:
— Нужно. Но из всех имеет смысл обучить тебя в первую очередь, потому что… Раз, — он загнул палец. — Ты, как лидер и как
любительница найти приключения на одно место, — девушка в ответ хмыкнула, а Влад продолжил: — первая полезешь на рожон, если кого-то из девчонок схватят. Два, — ещё палец. — Алёнку вырубят из-за воплей сразу. Три — тонкая натура Снегурочки, вероятнее всего отключится от страха при нападении. Уже минус два человека. Маша среагирует, когда будете выбираться — это четыре. И пять, — он сжал весь кулак. — У Алисы лучший из вас инстинкт самосохранения, и она попросту не попадёт в такую ситуацию.
«
Лезет на рожон». Никуда она не лезет, так получается, что Варя — лидер Патруля и самый ответственный из них человек.
— Я был бы спокоен за те… — Влад, кашлянув, поправил себя. — за вас, зная, что в случае опасности ты надерёшь всем зад и без магии, — спокойно закончил преподаватель.
Насчёт надрать зад ему она была бы рада прямо сейчас, о чём говорил фиолетовый вихрь у неё в ладони.
А ведь девушка пришла сюда извиниться.
— Начинается, — буркнул Влад и развернулся спиной, чтобы уйти.
— Владислав Владими́рович, Вы куда? — насмешливо поинтересовалась Варя. — А как же занятие? — она догнала преподавателя и положила руку ему на предплечье.
— Наручники тебе возьму и вернусь. Не беспокойся, — отцепив её пальцы, ответил тот.
На такое она точно не соглашалась.
— Какие наручники, Морок? А если это кто-то увидит? — в шоке от услышанного спросила Варя.
Сердце отчего-то пропустило удар, а щёк коснулся стыдливый румянец. Пальцы приготовились к щелчку. Она догадывалась, что эти занятия предполагают более тесный контакт, но не настолько же. И вообще, это же Морок, Князь Тьмы и всё подобное.
Её сомнения развеял сам Влад. Он обернулся к девушке, в глазах горела искра озорства.
— Чтобы блокировать магию, Колючка. Боюсь, ты прибьёшь меня раньше, чем я чему-то тебя научу, — ответил Влад. — Кстати, удивлён, что ты меня во сне не придушила.
— Может, как-нибудь в следующий раз.
*****
— Итак, прежде чем мы перейдём к приёмам, — лекторским тоном начал Владислав Владими́рович. — тебе нужно ознакомиться с основными принципами самообороны.
Единственный стул в центре спортзала занимала Варя. На её запястьях красовались мигающие красными рунами браслеты. Не потому что ему хотелось её ограничить, а потому что при опасности она скорее воспользовалась бы магией, чем приёмами, и тогда у Влада ничего бы не вышло. Да и целью поставить себе или ей шишек он не задавался.
— Какие принципы, Морок? Ты снова про бег? И опять мы возвращаемся к бестолковому наворачиванию кругов по залу. Бес-ко-неч-но, — закатив глаза, пробормотала Варя.
Она не испытывала восторга к его методам обучения и неоднократно спорила по этому поводу. Иногда спор заканчивался ничем, и каждый из них оставался при своём мнении. Но иногда (очень-очень редко) Варя убеждала его в том, как будет лучше, а он, действительно, прислушивался. Постепенно завоёвывая доверие девушки.
— Я рад, что ты хоть что-то запоминаешь на моих занятиях. А то, учитывая, как часто
ты, — он выделил это слово. — прогуливаешь, сквозняк у тебя в голове знатный.
— Ну знаешь, на оскорбления я не подписывалась, — она встала и стремительным шагом направилась к двери.
— Слабачка.
Он прекрасно знал характер своей подруги. Как мало нужно было, чтобы вывести её конкретно ему из себя. И как она заглотит наживку. Взять на слабо — запросто.
Она разом забыла о том, что вначале они вроде нормально разговаривали. Так было постоянно. Раз — и они уже сцепились в схватке и вгрызаются друг другу в глотки.
Сжав кулаки, Варя обернулась и готовилась швырнуть ему стул в голову, но браслеты сделать этого не позволили.
— Ой-ой-ой, кажется, без моей помощи снять их не выйдет, — язвительно заметил Влад.
— Тоже мне. Девчонок попрошу.
— Колючка, садись.
— Не оскорбляй тогда.
Он вдохнул и выдохнул. Напомнил себе о том, что вообще-то сейчас он преподаватель. Что он мудр и спокоен. И его не выведет из себя одна маленькая вредная Колючка. Мудр и спокоен, кому сказал!
— Хорошо, извини, — выдал Влад, и Варя закашлялась.
Не веря в происходящее, она подошла чуть ближе.
— Че-чего? Ты, блин, кто такой и куда дел Морока?
Преподаватель без былой усмешки на лице объяснил:
— Ты просишь нормального отношения, а я прошу тебя слушать, что я говорю. Я согласен. Но, будь так добра, сядь.
Тело почему-то ослушалось хозяйку и вернулось на стул. Неужели на браслетах были особые чары? Или ей было достаточно простого «извини»?
— Почему ты извиняешься? Ты же никогда этого не делаешь.
— Потому что я, действительно, за вас всех волнуюсь. И хочу, чтобы ты могла за себя постоять. Потому что ты моя подруга. Бесишь, конечно, временами, но я же понимаю, это возраст такой, а не ты.
Ответ её вполне устроил.
— Ладно, давай без нежностей. Рассказывай, какие принципы у самообороны, — сложив руки на груди, попросила Варя.
Уголок его рта приподнялся, и Влад довольно продолжил, выводя фломастером на доске:
1. Осведомлённость.
2. Бдительность.
3. Избегание.
4. Предвидение.
5. Действие.
Варя хихикнула, прикрыв ладонью рот.
— Что смешного, Колючка?
Что-что, а любовь к игре на нервах у них разделённая.
— Ты откуда это брал?
— В интернете нашёл. С практикой проблем нет, а вот теорию прописывать у меня нет времени. Вас периодически вытаскивать из передряг приходится, — он намекнул на озлобившуюся в прошлый раз Ядвигу Петровну.
Её глаза уставились на доску.
— Морок, предвидение чего? Ну ты даёшь. Такой взрослый человек, а в ерунду веришь, — она одарила его поучительным тоном.
Владислав Владими́рович опять убедил себя не обращать внимание на выпады Колючки.
— Не перебивай, раз не разбираешься. Это этапы того, как нужно действовать, если попал в опасную ситуацию.
— По твоей логике я заранее должна знать, что делать.
— Да нет же, — он начинал снова закипать, но старался не сорваться. — Ты должна быть готова что-то предпринять и знать, как именно реагировать в конкретной ситуации, — ребром ладони он указал на первый пункт. — Затем ты всегда должна быть начеку, предчувствовать, если что-то может случиться.
— Но «предчувствие», — она продемонстрировала в воздухе кавычки. — же в четвёртом пункте. Ты сам не разобрался?
— Варя, — его голос был очень серьёзен. Она придиралась по пустякам. — Дай мне закончить.
Она по-театральному прилежно сложила руки на коленях, выпрямила спину и кивнула, понимая, как забавно они смотрятся со стороны. Хорошо, что всем остальным было плевать на дополнительные занятия. И это было её личное время посмеяться с ним. Или над ним.
— Так вот. Ты должна быть начеку, — его рука сместилась ко второму пункту, а затем сразу к третьему. — и постараться избежать опасной ситуации.
— У тебя «избегание» написано. То есть…
— Да какая разница, как именно там написано?
— Ну что Вы, Владислав Владими́рович, «ж» или «г» — очень важное уточнение.
Он понял причину, по которой она пришла. Поиздеваться. Только за этим и ни за чем больше. Влад положил фломастер на полочку, подошёл к Варе вплотную и наклонился.
— Знаешь, Колючка, девчонки говорили, что ты бы хотела быть как Василиса. Учить детей. Свою колледж, гимназию, не суть. Вот скажи мне тогда, начистоту, — процедил преподаватель близко-близко к её лицу. Нос к носу. — Хотела бы ты, чтобы тебя так же слушали? Чтобы на любое твоё слово огрызались? Чтобы втихаря пытались подставить? Найти твоё слабое место и раздавить, сломать? Что замолкла сразу?
Его дыхание ощущалось на её щеке, и Варя вздрогнула. Она его точно не боится. Ни того, как серьёзно он смотрит, ни того, что отчитывает. Вообще нисколько. Почему же такая реакция? Она испугалась этой его близости больше, чем напора.
— Не хотела бы… — прошептала волшебница и опустила взгляд на пол.
Его серые кроссовки носили на себе следы ежедневных тренировок — сбитые носы, царапины на боках, потрёпанные шнурки. Он, правда, хотел донести до неё, до студентов нечто необходимое и очень-очень важное. Определённо важное для него.
— Всё. Я всё поняла.
— Точно? — переспросил Влад. В его взгляде оставалось разочарование своей, вопреки всему, лучшей ученицей.
— Да, и ты меня извини. Я буду слушать.
— А слушаться?
— Морок!
*****
Закончив, наконец, разбираться с терминологией, Владислав Владими́рович отодвинул стул, доску и кивнул Варе. Вслед туда же полетела спортивная куртка.
— Чего? — откликнулась она.
Он указал на себя.
— Нападай.
— Ты мне браслеты на руки надел. Как я это сделаю?
Влад поднял её руку пальцами за свободную от металла часть запястья, и девушка отдёрнула ту назад.
— Ты чего?
— Проверяю. Рука работает, рефлексы в норме. — усмехнулся он.
— Мне тебя ударить нужно? Так сразу бы и сказал. «Варечка, избей меня, пожалуйста».
— Ну насчёт избивать ты, конечно… — начал было парень, но в его лицо уже полетел кулак.
И Владислав Владими́рович решил подыграть, и заодно потешить самолюбие. Вместо того, чтобы сразу взять Варю в захват — чёрт возьми, да он мог просто закинуть её себе на плечо и понести куда угодно, даже не в облике волколака — он предпочёл эффектно уворачиваться от её ударов. Как бы девушка не старалась — ни руки, ни ноги не попадали в цель. Минут пять он смеялся про себя над её неловкими попытками.
— Да ладно, — выдохнула Варя и сгорбилась. От бега она не так уставала. — А как же поддаться новичку?
— Не-а. Ты меня снова не дослушала.
Ему было необходимо, чтобы она играла по его правилам.
— Ну?
Преподаватель покачал головой, ожидая правильного обращения.
— Я Вас слушаю, Владислав Владими́рович, — вежливо протянула она.
— Уже лучше, — оценил он. — Теперь представь, что я девушка.
— Пф-ф, что?
Варя рассмеялась, да так заразительно, что Влад тоже не сдержал улыбки.
— Блин, знала бы, что это выступление стендапа, точно бы девчонок с собой взяла.
Он с укором взглянул на неё. Ведь только что пообещала.
— Ладно. Представила.
— А теперь подумай, как чаще всего нападают на девушек. И делай так же.
— Но…
— Поэтому в объявлении факультатива и есть приписка про обычную одежду. Вряд ли ты по улице в спортивном костюме дефилируешь. Скорее с сумкой и в платье.
— «Дефилируешь», раз уж о терминах заходила речь, это когда бёдрами виляешь туда-сюда, — она продемонстрировала шаг модели и, убедившись, что он точно смотрит, прошлась до стены и обратно. — Вот. А я так не хожу.
Влад несколько раз моргнул и на секунду прикрыл глаза. Дай Сказочник ему сил справиться с этой девицей.
— Понял. Давай, — он поманил волшебницу рукой, как это делали в фильмах с кунг-фу. Его любимых, между прочим.
Чаще всего девушек хватали за волосы. Потом за рюкзаки, сумки и одежду. За горло тоже бывало — самый плохой вариант.
Варя сделала резкий шаг за спину Влада, считая, что он снова ускользнет от неё, но преподаватель стоял по-прежнему как статуя и ждал её следующего хода. Рукой она стянула резинку с его пучка и схватила за волосы, дёрнув назад. Всей её силы не хватило пошатнуть его каменную стойку.
— Теперь я буду освобождаться, — предупредил её парень.
Он крепко обхватил обеими руками её руку, передвигая кисть, зажавшую волосы, ближе к макушке. Затем Влад присел, обошёл Варю со спины и завёл её локоть назад, за поясницу, вставая.
— Ай, больно.
— Прости, — произнёс он и тут же отпустил. — Понятно, почему это вам нужно?
— Да.
Она ответила нерасторопно и сжала губы, желая добавить что-то ещё. Что волновало уже её.
— А если хватают спереди?
Могла настроиться на нужный лад, когда хотела.
Было очевидно, что длины волос Влада не хватит, чтобы продемонстрировать другой приём.
— Сейчас будешь делать ты, а я скажу, что именно.
Пусть это всего лишь нестрашный Морок, побеждённый Тёмный князь стоял напротив неё сейчас, но на его месте мог оказаться любой, кто не имел благих намерений.
— Что делать?
— Не бояться.
Это чуть не вызвало у неё новый приступ смеха, но в следующее мгновение Влад взял её за косу. Не дёрнул, как это сделала она, а аккуратно, но уверенно сжал в кулаке заплетённые каштановые волосы.
Год назад его намерением было отрезать от них усы. Много воды с той поры утекло. Когда никто не видел, Варя признавалась себе, что от её ненависти к Мороку ничего не осталось.
— Теперь возьми меня за запястье той же рукой, — чёткая инструкция, без эмоций.
— Какой? — не раздражённо, но растерянно.
— Колючка, тебе четырнадцать, ты, наверное, всё ещё право и лево путаешь?
— Не тебе судить.
Он закатил глаза. Глупо, но смешно.
— Моя левая, значит, твоя левая. Поехали.
Она послушно выполнила требование.
— Отлично. Этой рукой ты держишь мою, чтобы я не сделал ей что-то ещё. А другой — отгибаешь мизинец.
Она повторила и это.
— Можно не так сильно.
— Его Темнейшеству больно? — переспросила Варя с удивлением, но без злорадства.
— Не так и больно. Но если ты сломаешь мне палец, второй раз этот приём отработать не выйдет.
*****
Они потратили на повторение оставшиеся десять минут занятия. Атмосфера царила спокойная, рабочая, и временами они даже смеялись. Немыслимо по прежним меркам.
Смешанные чувства боролись в душе Вари. Он не получил от своей помощи ровным счётом ничего, что никак не вязалось с обликом прежде расчётливого князя. Она могла бы предположить, что это был своеобразный подкат, но нет же. Влад держал дистанцию, не прикасаясь к ней там, где этого не требовал приём. От него не прилетело ни одной сальной шуточки. Не то, чтобы она жаловалась. Почему он помогал ей?
— Ты звонка не слышала, Колючка? Отработала, свободна, — лениво бросил Влад и зевнул.
Перекинув куртку через плечо, он двигался по направлению к тренерской.
Всё-таки не выспался. Сова, блин.
— Почему ты хочешь помочь? — одёрнула его Варя за рукав и остановила.
— Ох, — он потёр ладонью лоб и устало вздохнул. — что привязалась, помогаю и всё тут.
— Почему?
— Отстань, а?
— Неужели ты такой слабак, что не можешь даже себе в чём-то признаться?
Это работало в обе стороны.
Развернувшись, Влад приблизился к ней, дырявя сосредоточенным взглядом.
— Ответ тебе нужен? — вздох. — Все те, кто был мне когда-то дорог, мертвы. Очень давно мертвы. И вы теперь моя стая, Колючка. Вы с девочками. И я, — ещё один вздох. — я сделаю всё, что можно сделать, чтобы вы были в порядке. Надо быть нянькой? Буду нянькой. Надо быть с вами строгим? Буду строгим. Надо бесить, чтобы не расслаблялись? Буду бесить. Каким нужно. Буду.
Он выдохнул. Изливать душу этой вредной до невозможности девчонке было трудно. Труднее, чем просто ругаться.
— Спасибо, — Варя подалась вперёд и пробормотала ему куда-то в грудь своё признание, обнимая. — и за занятие, и за это. Ты тоже наша стая. Наш старший и совершенно невыносимый брат. Сойдут тебе такие родственники, Морок?
В её глазах читалось доверие.
— Такие точно сойдут, Колючка.
— Хорошо. Давай только не будем никому рассказывать об этом? — она отступила и показала на отсутствие расстояния между ними, глядя на него снизу вверх. — А то ещё подумают что-то не то. Ладно?
— Договорились.
Она отошла и добавила напоследок:
— И ты меня, пожалуй, убедил. В следующую субботу прихвачу девчонок. Им тоже нужны уроки самообороны.
— Жду, — с улыбкой ответил он.
