Возвращение

Утром ее будет шум. Холдер и Кали уже вовсю хозяйничают на кухне. Линден слышит, как они переговариваются между собой и смеются им одним известным шуткам. Им вторит гул телевизора и изумленный голос ведущего, рассказывающего про жизнь китов. Сара знает, что сегодня у Кали знаменательный день, и не понимает, каким образом она могла забыть про подарок. Игра в семью никогда не была ее сильной стороной. Если бы этой маленькой девочке угрожала опасность, она бы точно знала, как поступить – Сара Линден подняла бы на уши весь город и его окрестности, она бы перетрясла всех и каждого, пока не выбила бы необходимую ей информацию. Но все эти пляски вокруг семейных торжеств ее жутко утомляют. Она везде неизменно чувствует себя чужой. Именно по этой причине она никогда не ходила в бар с коллегами после тяжелого рабочего дня, хоть это и было весельем иного рода, пропустила собственную свадьбу и чуть не сбежала с торжества Реджи – это было слишком для нее… интимно… уязвимо… близко к чему-то нормальному. Теперь она лежит в спальне и не знает, как выпутаться из этой неловкой ситуации. Не может же она просто спуститься вниз и сделать вид, что сегодня самый обыкновенный день? Это жестоко, даже по меркам Линден. Она натягивает одеяло на нос и мечтает испариться из этого дома на пару часов, а затем приподнимается на кровати и с серьёзным выражением лица смотрит в окно, прикидывая в голове, удастся ли ей спуститься по стене во двор. К счастью для ее акробатических навыков, дверь в ее комнату слегка приоткрывается. Кали останавливается в дверях и робко улыбается Саре. – Спасибо за подарок! – с благодарностью в голосе говорит она. – Папа сказал, чтобы я распаковала его позже, вместе с остальными. Сара хмурится, не совсем понимая, о чем идет речь. Но маленькая девочка не дает ей времени на размышления. – Папа зовет завтракать! Мы уже все приготовили! – с гордостью в голосе добавляет она. – Я сейчас подойду, – поспешно соглашается Линден, наблюдая, как Кали так же тихо и осторожно прикрывает за собой дверь. Она падает обратно на подушку и улыбается, глядя в потолок. Холдер всегда умел ее удивлять. Всякий раз, когда она думала, что уже все знает о нем, ее неизменно ожидал сюрприз. Она никак не могла разгадать, как он умудрялся быть одновременно и беспечным, и таким заботливым, лавируя на очень хрупкой грани между мудростью и чудачеством. «Интересно, что он подарил Кали?» – размышляет она сама с собой, перебирая самые очевидные варианты, среди которых фигурируют куклы, детская косметика и различные набор для игр. Она обязана выяснить это! Прямо сейчас! Сара берет телефон и набирает короткое сообщение: «И как это понимать?» После чего на секунду зависает над экраном и ставит в конце злого чертенка. На самом деле она вовсе не рассержена, но хочет его подразнить. Ответ приходит через несколько секунд: «Прости, я тоже забыл о подарке». Он сопровождает свой ответ грустным смайликом. Линден чувствует какой-то подвох и снова набирает сообщение: «Когда же ты его купил?». Ответ Холдера ее ничуть не удивляет: «Я его и не купил! Это просто коробка с одной из моих толстовок внутри!» Линден чувствует, как ее охватывает паника: «Ты подарил своей дочери в качестве подарка от меня толстовку?!» Она почти кричит в телефон, негодуя на их полную профнепригодность к жизни. «Не волнуйся, мамочка! У меня все под контролем! – Стивен шлет ей кулак с большим пальцем, поднятым вверх, – Приходи завтракать, а я пока съезжу за настоящим подарком в магазин!» Линден ругается про себя и поднимается с кровати, наскоро собирая волосы в хвост. Короткий сигнал оповещает ее еще об одном сообщении. Это снова Холдер. «В конце концов, – пишет он, и Сара готова поклясться, что он хохочет в этот момент, – если Кали не понравится подарок, мы вместе посочувствуем твоему плохому вкусу!». – Холдер! – гневно кричит Сара вслух и целенаправленно идет на кухню, чтобы испепелить взглядом это ходячее сборище сарказма. Но когда она спускается на первый этаж, их с Кали умиротворенный вид совершенно сбивает ее с толку. Ее негодование улетучивается, и она обезоружено застывает на месте. – Доброе утро, малышка! – Холдер улыбается ей одной из своих лучших улыбок, после чего встает с места и притягивает ее к себе, чтобы целомудренно коснуться губами ее щеки. – Я все еще зла! – с напускным негодованием отвечает она, но ее рука предательски цепляется за его поясницу, стремясь удержать его рядом еще мгновение. – С днем рождения, Кали! – переключается она на маленькую девочку за столом, и та радостно кивает ей в ответ. Линден не сильна в поздравлениях детям и совсем не знает, что там обычно говорят в таких случаях. Они с Джеком устраивали праздники, но это было слишком давно, в какой-то другой жизни, о которой она уже мало что помнит! Как только она садится к столу, Холдер с многозначительным видом идет в прихожую, по дороге он хватает с дивана большую праздничную коробку, перевязанную розовым бантом, и, не церемонясь, скрывается в дверях. – Положу в машину, чтобы не забыть! – на всякий случай небрежно бросает он вслед. Линден тяжело вздыхает. Час или два наедине с маленькой девочкой не кажутся ей легким способом скоротать время, но выбора у нее нет. Она натужно улыбается и отхлебывает слишком большой глоток горячего кофе. – Как вы с папой подружились? – со строгим выражением лица интересуется Кали, чем вызывает у Линден острый приступ мигрени. – Давай лучше поговорим о твоем празднике! – умело парирует она, нервно потирая лоб. Девочка заметно оживляется и заглатывает наживку. Следующие полтора часа Сара проводит под нескончаемым потоком детских откровений. Под конец ей даже становится неловко, потому что теперь она слишком много знает о жизни Кэролайн и ее нового мужа, Майка, об их планах, разногласиях, спорах из-за Холдера и его влияния на жизнь Кали, о нем самом. Но если информация о жизни матери Кали вызывает смущение, то правда о Стивене ранит. – Он часто грустит, когда никто не видит, – с детской невозмутимостью откровенничает именинница, – тетя Лиз ругает его за это и говорит, что он застрял! Сара слушает ее детские размышления, нервно постукивая пальцем по керамической кружке. – Вначале она говорила, что во всем виновата папина работа! – Кали продолжает давить на больное, заставляя Линден чувствовать себя виноватой. – Он уволился и стал спокойнее! – Покой – это хорошо! – поддакивает Сара, пытаясь увести разговор с неприятной колеи. – Мама тоже так говорит! – поддерживает это утверждение Кали. – Она сказала, что вздохнула с облегчением, когда узнала, что он ушел из полиции! Но что-то в выражении лица девочки подсказывает Линден, что это не вся правда. – Ты не согласна с ней? – зачем-то интересуется она. – Он скучает по работе! – серьёзным тоном подытоживает девочка. – И по своему значку! Холдер возвращается как раз вовремя, чтобы оборвать эту странную цепь откровений. Дверь едва слышно скрипит, когда он вваливается в дом и заговорщически подмигивает Саре. – Мама ждет нас, богиня моя! – обращается он к Кали, и девочка радостно соскакивает со стула, чтобы собрать свои немногочисленные вещи в рюкзак и переодеться. – О чем болтали? – небрежно спрашивает он, занимая стул напротив. – О своем, девчачьем! Бантики, платьишки, рюши… – Линден смеется в ответ, стараясь не придавать слишком большого значения болтовне маленькой девочки. – Звучит слишком приторно! – Холдер морщит лицо и пытливо щурится в ответ. – Ты мне зубы заговариваешь, Сара Линден? Она пинает его по ноге под столом и изображает негодование: – Посмотрим, каким ты вернешься вечером после целого дня в обществе принцесс! – Ха-ха! – он добродушно скалится в ответ и тянется к ней через стол, чтобы поцеловать. Он побрился ради праздника дочери, и теперь его кожа пахнет одеколоном. Линден жмурится от удовольствия и закрывает глаза, когда их веселье прерывает тонкий детский голосок: – Фу, папа! Слюнявиться мерзко! Холдер мгновенно отшатывается к своей стороне стола и разворачивается к дочери: – Посмотрим, на тебя лет через десять-пятнадцать? Кали делает серьезное лицо и хмурит брови: – Ни один принц не заменит мне тебя, папочка! Пусть только попробует прикоснуться! И она грозит кулаком невидимому будущему жениху. Сара невольно вспоминает себя и Джека, когда тот был еще маленьким. Ей казалось, что их ничто не сможет разлучить. Она была слишком наивной! – Готова? – интересуется у дочери Холдер. Кали послушно кивает, и через пару минут шум в гостиной затихает, погружая дом в пустынную тишину. Сара продолжает сидеть за столом, не зная, как хочет провести сегодняшний день. Холдер уже несколько раз за неделю намекал ей, что они могли бы сходить куда-нибудь вместе. – Это вовсе не свидание! Даже не мечтай! – оправдывается он в такие минуты, как будто тот факт, что он хочет провести с ней время вне четырех стен, может ее оскорбить. – Но мне бы хотелось… Обычно он мнется и нервно топчется на месте, не в силах подобрать правильные слова. И Сара намеренно не облегчает ему задачу. Она любит смотреть на его беззащитное лицо, на его беспокойные покачивания, потому что хочет, на самом деле хочет, чтобы он сказал всё, что она итак знает, вслух. Ей тоже хочется этого – иллюзии нормальности. Ходить на свидания – нормально! Хотеть любви – нормально! Да, они сломанные, и их, в каком-то смысле, никогда не починить. Но не друг для друга! Между ними всегда было это! Пространство, незапятнанное их прошлым, ошибками и пороками. Они могли быть жестокими и причинять боль, но исключительно за пределами этой обители. Они не предали друг друга! Просто не смогли! Линден пришлось смириться с огромным количеством негативных последствий своих поступков, но, если бы хоть один из них потребовал предать Холдера – неважно, в какой момент и в какое время – она скорее сожгла бы весь этот чертов земной шар, со всеми его полюсами, чем поступилась бы их маленьким мирком, который всегда был спасением от любых внешних штормов. Таким образом, она решает, что ее гардеробу точно не помешает хотя бы одна юбка и пара универсальных лодочек в противовес привычным кроссовкам, ветровкам, джинсам и многочисленным свитерам. Она решительно поднимается из-за стола, с твердым намерением осуществить задуманное, когда ее пугает стук в дверь. Сара замирает в недоумении, на самом деле не представляя, кто мог явиться к Холдеру в это время. Она подходит к двери, ожидая увидеть заблудших Свидетелей Иеговых, но личность посетителя заставляет ее замереть на месте. – Ты? – она не может сдержать негодования. – Черт возьми, это такая шутка? Уже второй раз за неделю на пороге перед ней стоит Реддик. Он предусмотрительно выставляет руку вперед, хватаясь за дверной косяк. Сара не может не ухмыльнуться его наивности. Если он думает, что она не захлопнет дверь из-за страха сломать ему пальцы, то он – определенно идиот. Хотя… он точно идиот! – Холдера нет дома! – предостерегающе шипит она. Реддик вдруг улыбается и указывает на папку под мышкой: – Я в курсе, Сара! Я пришел к тебе! Линден непроизвольно отступает на шаг назад, удивленная его заявлением. – Я уже часа два как дежурю у дома! – нагло заявляет он. – Все ждал, когда Стивен и Кали уедут! Пригласишь внутрь? Если Линден и хотела что-то сказать, то теперь слова умерли у нее на губах, не успев оформиться во что-то связное. Она молча стоит некоторое время в дверях, сверля мужчину гневным взглядом. – Решил в честь грядущей пенсии стать сталкером? Новое хобби? – она наконец приходит в себя и кивает ему, приглашая внутрь. – Угостишь чаем? – бесцеремонно дерзит Реддик, оглядывая помещение, и плюхается на диван. – Говори, в чем дело, и убирайся к черту! – Сара складывает руки на груди и встает напротив гостя. – Мне нужен Холдер! – без прелюдий заявляет Карл. – А я здесь при чем? – Линден на самом деле не понимает, чего от нее хочет этот настырный человек. – Этот чертов ублюдок послал меня! – с раздражением в голосе объясняет он. – Но от тебя он не отмахнется! Реддик смотрит на нее глазами, полными надежды и мольбы. – Что-то я не припомню, чтобы мы играли за одну команду, Карл? – ее голос полон скепсиса. – Слушай, я не буду врать и говорить, что изменил свое мнение о тебе. В конце концов, из-за тебя Холдер мог попасть в жестокую передрягу. Но из вас двоих… – Что? – Сара яростно перебивает его. – Я более слабое звено? Ты об этом пришел поговорить? Она чувствует, что уже почти закипает: – Он уволился, Карл! По собственному желанию! – Ха! – он нагло ухмыляется ей в ответ. – Можешь придумать себе любую чушь в оправдание… или что ты там сочиняешь перед сном, чтобы спать спокойно! – Иди на хуй, Реддик! – Сара даже не пытается сохранять вежливый тон разговора и указывает гостю на дверь. – И пойду! – Карл как будто не замечает эту откровенную грубость с ее стороны. – Но вначале ты меня выслушаешь! – У тебя одна минута! – угрожающе резюмирует Линден и направляется к двери в прихожей, чтобы ее открыть. – Я ухожу на пенсию, Сара, в следующем месяце, – начинает Реддик, медленно поднимаясь с дивана, – и хотел бы сделать это с чистой совестью, зная, что в отделе убийств нет висяков. Но, к сожалению, они есть! – Что? – Сара не может удержаться от колкости. – Яблонски и «Ко» оказались не лучшими детективами Сиэтла? – Дело не в этом! – досадливо машет рукой Реддик. – Не подумай плохого, но ваш тандем с Холдером не очень-то любили в отделе… что не отменяет восхищения перед вашей способностью рыть там, где другие просто не могут… представь себе мое удивление, когда я хотел попросить этого идиота вернуться, а столкнулся с тобой! Это судьба, Сара! Нравится тебе это или нет! – Он не вернется, и ты это знаешь! – Линден говорит это с ясной уверенностью, пока ее сердце начинает немилосердно отбивать чечетку, выламывая грудную клетку изнутри. – И не надо! – парирует Реддик, лукаво щурясь. – Просто помогите мне уйти на пенсию со спокойной душой! Он пихает в руки Линден папку, которую она намеренно не берет – тонкие бумажные листы и фотографии разлетаются в разные стороны, усыпая пол прихожей. Реддик делает вид, что не замечает этого. Он быстро скрывается за дверью, целенаправленно захлопывая ее за собой. Сара смотрит на разбросанные документы и слышит приглушенный расстоянием голос Реддика: – Позвоните мне, Сара! Ты или он! В любое время! Я буду ждать! Линден все так же молча прибирает беспорядок в прихожей, стараясь не фиксироваться на словах и датах, которыми исписаны разбросанные по полу файлы. Она аккуратно возвращает их всех в папку и выходит на улицу. Гребаный мудак ничего не добьется! Линден поднимает крышку мусорного бака и отправляет папку туда, где ей и место – подальше от их с Холдером демонов, до поры затаившихся в темноте!