Возвращение

Стивен сидит напротив двух своих самых любимых женщин и думает о Лиз и Кайле. Конечно, сестра и племянница всегда будет важными составляющими его жизни, как и Дейви. Но он должен признать этот скорбный факт – его отношения с сестрой всегда были отправлены. Он был слишком проблемным ребёнком, а Лиз слишком строгой «мамочкой», чтобы у них могла сложиться настоящая близость. Холдер совсем не помнил отца, зато хорошо помнил всех тех, кто претендовал на его место. Однако, маленький Стив был мало кому интересен. Они хотели его непутевую мать, а он был проблемой, с которой им приходилось считаться. В то время как Лиз из кожи вон лезла, чтобы отыграть незнакомую ей роль, его родительница, не стесняясь, устраивала свою личную жизнь, в которую ни он, ни его сестра просто не вписывались. В последние пару лет он сумел установить с Лиз настоящее перемирие. Они не грызлись, не сталкивались лбами, и что еще важнее, не лезли друг к другу в душу. Стивен регулярно забирал племянников к себе на выходные, чтобы Кали могла познакомиться с ними ближе. И хоть у маленькой девочки и подростков было мало общего, он старался, как мог старался восстановить теплые отношения с сестрой и ее детьми. После возвращения Линден Холдер уже несколько раз подумывал организовать семейный ужин, чтобы Сара и Лиз могли наладить мосты. Он знал: сестре не слишком приглянулась его напарница. Кэролайн была встречена с куда большей теплотой. – Она идеальна! – постоянно твердила ему сестра. А он кивал головой в ответ и отчаянно тосковал по другой. Той, которая никогда бы не вписалась в картинку идеальной семьи, которую ему много раз рисовала Лиз. Он ухмыляется этой мысли, потому что его сестрица тоже не безупречна. Каждый ее выбор спутника жизни был неизменно хуже предыдущего, как будто брата-наркомана было недостаточно для полноты страданий. – Пап! – требовательный голос Кали вырывает его из раздумий. – О чем ты задумался? – Ни о чем, богиня моя! Ешь! – он пододвигает ей томатный соус, который она обожает, и снова замирает, любуясь самым дорогим, что есть в его жизни. – Как ты узнала, что мне не хватало именно этой книги для коллекции? – теперь Кали направляет свой неугомонный нрав на Линден. – Я чуть не сломала кровать, прыгая от счастья. Папа никак не мог достать мне её! Это был самый лучший подарок! Холдер видит, как Линден мгновенно напрягается и метает в него немые молнии. Он, в свою очередь, хитро ухмыляется и с самым невинным выражением лица вклинивается в разговор. – Сара – прекрасный детектив, принцесса! Это ее суперспособность – проникать в голову других людей! Линден закатывает глаза на эту откровенную лесть и с невозмутимым видом отпивает глоток кофе из своего стаканчика. Кали переводит взгляд с отца на Сару, а потом обратно, а затем мечтательно произносит: – Я тоже хочу так! Детективом быть здорово! Правда, пап? Она тянет к Стивену свою маленькую ручку и крепко сжимает его палец: – Теперь, я знаю, что загадать Санте на Рождество! Холдер хмурится, потому что профессия детектива далека от романтики. Невозможно бороться с преступностью и самому остаться чистым, не заляпанным чужим злом. Они с Сарой хорошо усвоили этот урок! – Даже не знаю… – Холдер накрывает маленькую ладошку дочери своей. – Тебе кажется это стоящей идеей? – Я буду отличной полицейской, папочка, обещаю! – Кали жмурится и растягивает губы в широкую приторную улыбку. Стивен невольно улыбается в ответ. Ему нравится эта детская непосредственность, еще не вытравленная из его дочери занудными нормами и бесконечным списком правил. Холдер подмигивает Линден, которая выглядит странно напряженной и немного отстраненной в их маленьком клубе. Он знает, отчего она такая смурная. Сара отлично ладит с другим типом детей, травмированных и брошенных. Она знает, как аккуратно подобраться к их уязвимостям, как незаметно содрать пластырь, не причинив израненной плоти дополнительных страданий. Но Кали другая. Она слишком открыта, слишком прямолинейна. Его дочь не знает, каково это – считывать с лиц других людей их эмоции, потому что беспечность может слишком дорого стоить: собственного здоровья или даже жизни. – Когда вы с Сарой поженитесь? В розыгрыше неловких ситуаций Кали сорвала джек-пот, не иначе. Краем глаза Стивен видит, как бледнеет лицо его напарницы. Он, наверное, и сам выглядит так же, если не хуже. Холдер теребит в руках размешиватель для кофе и хочет провалиться сквозь землю. Он старается не встречаться с Линден взглядом, уткнувшись носом в мягкую ткань толстовки. За столом воцаряется пронзительная тишина, нарушаемая только хрустом салатных листьев из гамбургера, который жует Кали, и гулким шумом дождя по ту сторону закусочной. – Это мама сказала тебе об этом? – Холдер не придумывает лучшей стратегии, кроме ухода от прямого честного ответа. Кали не успевает отреагировать, потому что Линден приходит ему на помощь. – Мы еще не думали об этом! – она говорит это вполне буднично, словно свадьба такое же рядовое событие как поход в супермаркет за покупками. – Почему? – не успокаивается Кали. Теперь она смотрит только на Сару, и в ее глазах искрится неподдельный интерес. «Людям не обязательно устраивать торжество со всеми этими подружками невест и праздничными тортами», – думает про себя Стивен, но вряд ли маленькая девочка разделяет эту точку зрения. – Мама говорит, что все люди, которые любят друг друга, скрепляют свои чувства клятвами! – Кали продолжает сверлить глазами Линден, ожидая ответа. Холдер поражается хладнокровию своей партнерши, она выглядит чертовски спокойной, выдерживая требовательный взгляд из-под длинных ресниц. – Все верно, – соглашается с ней Сара, – всему свое время! Она пожимает плечами и многозначительно смотрит куда-то вверх, как будто за их разговором наблюдает кто-то незримый. Маленькая девочка невольно притихает и поднимает голову, пытаясь разглядеть таинственного невидимку, а затем, не найдя ничего интересного в потолочной плитке, надувает губы и демонстративно складывает руки на груди. – Я пока тоже не готова! – бубнит она себе под нос. – К чему, принцесса? – Холдер, который все это время лишь напряженно переводил взгляд с одной своей спутницы на другую, осторожно вклинивается в этот диалог, видя, какая туча собирается на лице его дочери. – К братику или сестренке! – с негодованием объявляет Кали. – Мама говорит, это всегда происходит после клятв! Холдер не может не умилиться этой детской прямолинейности: – Не переживай, богиня моя! Ты всегда будешь занимать особое место в моем сердце! Кали слегка расслабляется – ее тоненькие плечи расправляются, а челюсти едва заметно разжимаются – но ее лицо по-прежнему сохраняет насупленное выражение. – А другие? – не унимается маленькая бестия. – Нет никаких других! – примирительно выдыхает Холдер. Он не хочет разжигать в дочери пожар ненужных сомнений. Отчасти, чтобы не ранить ее. Отчасти, потому что привык не заглядывать далеко вперед. Жизнь не раз показала ему бессмысленность долгосрочного планирования. Он совсем не думал о детях, когда Кэролайн объявила о своей беременности, и тем не менее, это было лучшее, что случилось с ним в этот период. А потом он женился, и это решение дорого стоило ему. Хоть он и убеждал себя в обратном. Он носил рубашки, которые не любил. Приходил каждый день в дом, который не считал своим. Целовал женщину, которую не хотел. Участвовал в мероприятиях, которых не понимал. Одним словом, жил жизнь, украденную у кого-то другого. Целый год. Пока отрицание стало абсолютно бессмысленным. – Расскажи мне лучше о своих планах на выходные? – добродушно ухмыляется Холдер. – Ты обещал сводить меня в парк! – тут же нападает Кали. – Все верно, принцесса! – соглашается Стивен. – Я рад, что твои намерения не изменились. Кали тихонько хихикает и заполняет своим щебетом все окружающее пространство. Ее планы на предстоящий уикенд настолько обширны, что ей едва хватает пальцев одной руки, которые она скрупулезно загибает, пытаясь перечислить свои многочисленные желания – запустить воздушного змея, попрыгать через скакалку, покачаться на качели, поесть пончики с какао, а также продолжить поиск редкой бабочки с черными крыльями, несмотря на то что сейчас не сезон. Холдер послушно кивает головой. Он хочет всего того же. И еще чуть-чуть для себя. Утыкаться по утрам в макушку рыжих волос и вдыхать эту сонную негу. Готовить завтраки и знать, что ему есть, с кем их разделить. Ходить на свидания. Смотреть по вечерам передачи про животных. И еще кучу разных глупых вещей, неловких, незначительных, наполняющих его сердце особым трепетом. Через пару часов Стивен передаёт Кали под надзор Кэролайн и замечает её ревностный взгляд, устремлённый за его спину, в сторону припаркованного автомобиля. Он смотрит туда же. Линден задумчиво рисует невидимые силуэты на слегка запотевшем от разницы температур стекле – её палец парит в дюйме от поверхности. Холдер многое бы отдал за возможность узнать её мысли. – Как провели время? – Кэролайн ласково обнимает дочь и слегка касается её макушки. – Отлично, мама! – с удовлетворением в голосе отвечает Кали. – Может, завтра получится ещё? Она с надеждой смотрит сначала на мать, потом на отца, ожидая их одобрения. Но Кэролайн лишь качает головой, не рискуя высказать своё неодобрение вслух. – Завтра у меня есть важные дела, принцесса, но послезавтра… – Холдер приходит на помощь своей бывшей жене, не желая, чтобы их дочь чувствовала напряжение, царящее между бывшими супругами. – Обсудим это позже! – Кэролайн ещё раз скользит взглядом по автомобилю и удрученно вздыхает, понимая, что компромисса не избежать. – Ну же! – подбадривает её Холдер. – Это всего лишь пара дополнительных часов в неделю. Я не претендую на твой пьедестал! – Стивен! – Кэролайн вспыхивает и подталкивает Кали за спину, чтобы та не мешкала и заходила в дом. – Пока, папочка! – Кали шмыгает носом и осторожно, чтобы не выдать себя, подмигивает отцу. Холдер мгновенно расцветает и не может сдержать сентиментальной улыбки: – Созвонимся, богиня! Он изображает руками свое замысловатое напутствие и отступает. Кэролайн ещё раз внимательно оглядывает его напоследок и наконец закрывает дверь. – Куда? – спрашивает его Сара, когда он занимает место за водительским сиденьем. – Навестим Эмили! – уверенно отвечает Стивен. – Уже не терпится познакомиться с этой дамочкой поближе! Линден фыркает в ответ, но никак не комментирует его слова. – Ревнуешь? – Холдер не может удержаться от замечания. Ему нравится видеть ее такой: живой, не боящейся проявлять эмоции. – Даже не думала! – с невозмутимым видом парирует Сара! – Она явно не в твоём вкусе! – Вот оно что! – Холдер цокает и выглядит крайне заинтересованным. – И какой же у меня вкус? – Плохой!!! – Сара смеется и толкает его в плечо. – Поехали уже, Казанова! – Как скажешь, босс! – сквозь смех соглашается Стивен. Они отъезжают от дома Кэролайн и меньше через час оказываются у большого многоквартирного комплекса, где по их информации живет Эмили. Они без особо труда находят нужную квартиру, однако, за дверью их поджидает сюрприз. Вместо бледной блондинки с фотографий, предоставленных Реддиком, на них смотрит жгучая брюнетка с пирсингом на брови и густой черной подводкой под глазами. – Эмили Кокс? – Сара пытается сверить облик из памяти с тем, который стоит прямо перед ней. – Да, это я, – испуганно блеет хозяйка. Тонкий нервный голос мгновенно разрушает образ женщины-вамп с фиолетовыми тенями и такого же цвета помадой на губах. – Ничего себе, маскарад! – Холдер даже присвистывает от удивления. – Полиция Сиэтла. Можем поговорить? Девочка совсем теряется от этого наглого замечания, на глазах становясь пунцовой: – Я не знаю, чем могу помочь! – Да брось! – Холдер целенаправленно кладет руку на дверь, препятствуя ее закрытию, на случай, если у Эмили возникнет нелепое желание захлопнуть ее. – Ты, наверняка, знала этого пиздюка лучше всех. Манеры Холдера всегда производят на опрашиваемых шокирующий эффект. Поэтому девушка молча трясет головой и пятится в квартиру. – Снимаешь? – Линден резко меняет фокус беседы, чем совершенно сбивает с толку Эмили. – С подружками… – оправдывается та. – Родители были категорически против общежития. Они считают, что жизнь в кампусе развращает! – Верующие что ли? – Холдер обходит территорию квартиры и бесцеремонно рассматривает ее содержимое. – Значит, про Уилла они не знали? Девушка растерянно качает головой: – Я ничего такого не делала… ничего… мне нечего стыдиться… – Ну теперь понятно! – Холдер даже хлопает в ладоши от удовлетворения. – Мальчик мечтал пристроить свой стручок, только вот земля оказалась неплодородной! – Холдер! Не заводись! – Линден шипит на него и гневно хмурит брови. – Мы тебя ни в чем не обвиняем, – ласково обращается она к опрашиваемой, – просто хотим найти убийцу Уилла. Девушка вдруг бледнеет и неловко садится на стоящий рядом стул: – Я не знаю… честно… я не знаю… – Давай начнем по порядку… – Линден ловко подкрадывается к девушке и присаживается перед ней на корточки, она кладет ей руку на колено и настойчиво продолжает расспрос. – В тот день вы поругались? Что стало причиной? – Он сказал, что устал… что это не отношения… – Эмили переводит дыхание и продолжает. – Что между нами нет настоящей близости, нет понимания… – Что он имел ввиду? – деликатно уточняет Сара. – С ним было сложно… он не любил выглядеть слабым… – девушка мнется, подбирая слова. – словно ему было стыдно…. – А почему он выглядел таким? – Стивен встает за спиной у Сары и начинает нетерпеливо барабанить пальцами по поверхности стола. Бывшая блондинка теряется и почему-то не хочет отвечать на вопрос. Холдер чувствует густое напряжение, которое разливается по его венам. Он настолько сосредоточен, настолько напряжен, что задевает кончиками пальцев какую-то статуэтку на столешнице и смахивает ее на пол. Тишину нарушает звук падающей керамики. Эмили вздрагивает и отчего-то начинает дрожать. – Блядь! – ругается Холдер, поднимая сувенир. – Его бил отец! – болезненно выдыхает девушка, будто этот непредумышленный грохот разбил оковы, сдерживавшие ее язык. – Часто? – Линден тут же перехватывает инициативу и осторожно сокращает дистанцию между собой и Эмили. Она и так сидит достаточно близко, но теперь кажется, что она заперла девушку в своих объятиях, чтобы у той не было шансов отступить. Эмили трясёт головой в ответ и молчит, так что не понятно, что она имеет ввиду. – Слушай, – вмешивается Холдер, – Уиллу уже всё равно, он тебя не осудит, но ты всё ещё можешь помочь ему! Понимаешь, о чем я? Он ставит фигурку на место и застывает у Сары за спиной, стараясь не спугнуть красноречие девушки любым неосторожным жестом. – Он не любил поднимать эту тему, но я видела ссадины на его лице и теле… – Эмили говорит тихо, словно ее придавило этим бесконечным чувством вины за собственную безучастность. – И почему ты решила, что это был отец? – недоумевает Холдер. – Мальчики, знаешь ли, постоянно влипают в какие-то истории… тестостерон… всё такое… Но девушка лишь качает головой, всём видом показывая, как он далек от истины в этом вопросе. – Успокойся, – Линден осторожно поглаживает ее колено рукой, – ты можешь быть с нами откровенной. Эмили затравленно озирается по сторонам и продолжает полушепотом: – Как-то он пришел ко мне пьяный… Я никогда его не видела таким… сказал, что когда-нибудь он его убьет… Она начинает почему-то рыдать, размазывая черные густые стрелки по бледной коже под глазами. – Кто? – Линден и Холдер говорят это почти синхронно и бегло переглядываются между собой. – Кто кого хотел убить, Эмили? – Стивен снова ощущает это предательское нетерпение, зудящее подобно укусу насекомого. – Отец грозился убить Уилла? – Нет, нет! – девушка вдруг приходит в себя. – Наоборот! Уилл говорил, что устал от постоянных придирок… от требований, от вечных сравнений. Он говорил, что появление Мэгги стало последней каплей… – Чего? – Холдер хмурится и невольно перебивает девушку. – Уилл ревновал родителей к этой маленькой сиротке? Он качает головой, потому что ощущает недоумение. – Вам не понять! – в сердцах восклицает Эмили. – Он говорил, что после ее переезда чувствовал себя лишним… ущербным… прокаженным. Сара тяжело вздыхает, и Стивен точно знает, почему. Парень ошибался! Любовь нельзя заслужить или получить авансом, у нее нет граней, нет рамок. Мэгги просто дважды не повезло оказаться не в то время, не в том месте. – Из-за чего у Уилла были конфликты с отцом? Линден пытается вытащить из девушки как можно больше полезных сведений, пока Стивен не может оторваться от лица Эмили и этого неестественного черного цвета волос. – Из-за учебы… он не был прилежным учеником. Из-за Мэгги… Его отец считал, что Уилл недостаточно дружелюбен с ней! – девушка замолкает и начинает нервно теребить подол своей джинсовой юбки. – В тот день, когда он ушёл из дома и не вернулся, – успокаивает девушку Линден, – что-то в его поведении показалось тебе странным, неестественным? Эмили вдруг мрачнеет, её лицо приобретает странное жестокое выражение. – Пожалуй, что нет! Разговоры на повышенных тонах не были чем-то необычным. Ему постоянно что-то не нравилось… Он считал, что мои соседки по комнате дурно влияют на меня, настраивают против него… – она всхлипывает и продолжает. – А я думаю, что он просто срывался на мне. В тот день мы поругались из-за моего брата. Накануне он позвал меня на вечеринку, и я пошла… Одна... Уилл воспринял это близко к сердцу и явился туда. Закатил жуткую истерику на глазах у всех… Холдер переглядывается с Линден и решает уточнить: – Ты рассказывала об этом полиции? Эмили качает головой: – Они в основном спрашивали меня про его планы на тот день, о чем мы разговаривали по телефону. Я сказала им, что мы ругались, и это было далеко не в первый раз… Они не стали заострять на этом внимание… Холдер обдумывает её слова и едва заметно кивает Линден. Та в свою очередь поднимается с корточек и ищет глазами ручку и лист бумаги. – Можешь дать нам контакты брата? Мы пообщаемся с ним по поводу этой вечеринки, хорошо? Линден говорит это мягко, и Холдер невольно любуется ею в этот момент. Она выглядит совсем по-другому, когда мир не вынуждает ее обороняться. Он хочет чаще видеть ее такой, и ему нравится думать, что он хоть немного причастен к этому преображению. Заглядевшись на Сару, Стивен ненароком скользит по растерянному лицу Эмили, по ее размазанной подводке и жуткого цвета теням. Молчание никогда не было сильной стороной Холдера, поэтому он решает задать вопрос, мучающий его с самой первой секунды, как он увидел девушку Уилла Росса собственными глазами. – Не сочти за наглость, но этот твой боевой раскрас, – он обводит рукой контур собственного лица, – какой-то протест… или как? Эмили вспыхивает и поправляет упавшую на лоб прядь волос. – Мне ничего нельзя… только брат поддерживает меня во всём… когда Уилл… – она вдруг спотыкается. – Я подумала… что это знак, понимаете? Жизнь так коротка… – А как же родители? – не может удержаться от короткого смешка Холдер, за что тут же получает вспышку праведного негодования во взгляде Сары. – Я и со своим родным цветом волос не заслужила их одобрения… – тоскливо вздыхает Эмили. Застигнутый этим откровением врасплох, Холдер кладет руки в карманы джинсов и начинает монотонно раскачиваться на ногах. –Спасибо, – Линден искренне благодарит девушку, умело воспользовавшись временным иссушением источника холдеровского красноречия, – ты очень нам помогла. Если что-то вспомнишь, любую мелочь, глупость, – она пишет свой номер телефона на рваном клочке бумаги, – можешь позвонить! Тебя никто не осудит! – добавляет она спустя мгновение. – Мы на твоей стороне! Девушка кивает в ответ и робко встаёт со стула, чтобы проводить гостей. Когда Линден и Холдер оказываются в коридоре, они многозначительно переглядываются между собой. – Что думаешь? – Стивен пристально изучает лицо своей напарницы. – Это зацепка! – Сара констатирует факт без лишних прелюдий. – Да! – соглашается Холдер. – Это уже что-то! Они ухмыляются друг другу и вальяжно следуют к машине. «Скандал накануне убийства звучит как мотив! – думает про себя Холдер. – Дело осталось за малым! Прояснить кое-какие детали!»