У озера

Азур поливал цветы в саду из лейки. Услышав шаги, он обернулся и увидел входящего в сад Ту Тайма. — Привет мой паслён. Я уж думал, ты не придёшь... — Прости, мне надо было закончить кое-какую работу, — тихо сказал Ту Тайм. — Да ничего страшного, — Азур улыбнулся и показал на розы. — Я вот с цветами возился. Смотри, какие красивые выросли! Я думал, может, потом сходим к озеру? Там сейчас такая красота... — Какие чудесные розы, ты знаешь толк в цветах. — Лицо Ту Тайма озарила тёплая улыбка. — На озеро? А почему бы и нет. Азур просиял. Он быстро поставил лейку и нахлобучил шляпу. — Тогда давай, пошли, пока солнце не село. Он подошёл ближе и взял Ту Тайма за руку. — Идём... Дорога к озеру вилась меж полевых трав, от которых тянуло сухой, сладковатой пыльцой. Азур не отпускал руку, и его шляпа ритмично покачивалась в такт их шагам, отбрасывая на лицо подвижную тень. Когда сквозь деревья блеснула водная гладь, Азур ахнул, замирая на месте. — Ого… Озеро лежало перед ними, словно огромное, оправленное в изумрудную зелень зеркало. В нём, не шелохнувшись, отражалось бескрайнее лазурное небо и пушистые облака, плывущие в никуда. В самой середине, точно драгоценные броши, покоились белые и нежно-розовые кувшинки. — Загляденье-то какое… — прошептал Ту Тайм, заворожённо разглядывая водную гладь. Азур украдкой взглянул на него, на его слегка приоткрытый от восхищения рот, и тихо хихикнул под полями шляпы. — Закрой ротик, паслёнок, а то комары залетят, — он подтолкнул Ту Тайма локтем, и тот фыркнул. Потом Азур опустился на мягкую, примятую траву у самого берега и потянул за руку, чтобы Ту Тайм сел рядом. Тот послушно устроился, и через мгновение его голова легла на плечо Азура. Азур слегка вздрогнул от неожиданности, но тут же обнял его за плечи, притянув ближе. Пальцы его медленно, почти невесомо, погрузились в чёрные, непослушные волосы Ту Тайма. — Мягкий какой… — пробормотал он в раздумье. Ту Тайм не отвечал, глядя в небо, но всё его существо было сосредоточено на тепле, исходящем от Азура, на лёгких прикосновениях его пальцев. Азур чувствовал это. Он тихо улыбнулся и продолжил гладить его по волосам, пока вдруг не заметил что-то в воздухе. — Посмотри… — его голос прозвучал как шёпот. Он указал пальцем вверх. — Бабочки… Над самыми цветами у воды порхали крошечные белые бабочки, похожие на ожившие лепестки. — Ой, это вроде бы бабочки-капустницы, если я правильно помню? — Верно, — кивнул Азур, не прекращая своего нежного ритуала. — Капустные белянки, если быть точным. Они молча наблюдали за их беззаботным танцем. Лёгкий ветерок колыхал траву и развевал полы плаща Азура, принося прохладу с озера. Азур вздохнул глубоко и счастливо. — Мне нравится это место… — Согласен, здесь правда красиво. И так… — Ту Тайм задумался, подбирая слово. — Беззаботно? Нет… Наверное, скорее, свободно. Я просто не знаю, как описать это ощущение словами. — Свободно… — Азур повторил слово тихо, как будто пробуя его на вкус. Он окинул взглядом озеро, бабочки, бесконечное небо и кивнул. — Да, свободно. Потом он повернул голову и посмотрел на Ту Тайма, прижавшегося к его плечу. Его улыбка стала ещё мягче, ещё нежнее. — Ты чувствуешь себя свободным здесь? — спросил он, и его рука снова задвигалась в тёмных волосах. — Да… Здесь тихо, спокойно и никого, кроме нас с тобой… Улыбка Азура стала безмерно тёплой. Он прижался щекой к макушке Ту Тайма. — Только мы двое… — прошептал он в ответ и замер, вслушиваясь в тишину, нарушаемую лишь шелестом травы и стрекотом кузнечиков. Потом он осторожно взял Ту Тайма за подбородок и повернул его лицо к себе. Его тёмные глаза под полями шляпы светились в полумраке. — Паслёнок… — Что такое, Азу? Азур медленно наклонился ближе. Его дыхание стало слышным, губы почти коснулись губ Ту Тайма, но он замер, давая последний шанс отступить. — Не возражаешь…? — Не возражаю… — выдохнул Ту Тайм, и его тёплое дыхание смешалось с дыханием Азура.Больше ждать не было нужды. Азур закрыл и без того крошечное расстояние между ними. Его губы коснулись губ Ту Тайма в поцелуе, таком же лёгком и нежном, как прикосновение бабочки. Руки Ту Тайма тут же поднялись, чтобы прикоснуться к щекам Азура, большие пальцы провели по скулам, ощущая под собой лёгкую дрожь. Прикосновение заставило Азура тихо стонать, а поцелуй стал глубже, увереннее. Его руки скользнули с плеч на шею, втягивая Ту Тайма в этот сладкий омут. Он отстранился на сантиметр, чтобы перевести дух, и их лбы соприкоснулись. Дыхание смешивалось, горячее и прерывистое. — Я тебя люблю… — прошептал Ту Тайм, глядя прямо в глаза Азура, пытаясь заглянуть в самую душу. — и я тебя, мой сладкий паслён… — прошептал в ответ Азур, и снова поцеловал его, уже не сдерживаясь. В этом поцелуе была вся та свобода и тишина, что окружала их. Руки Азура опустились ниже, обхватив талию и мягко увлекая Ту Тайма за собой на траву. Шляпа слетела с головы и бесшумно укатилась в сторону, пока губы Азура прокладывали путь от губ к челюсти, а затем и к чувствительной шее, оставляя на коже цепочку горячих, влажных поцелуев. Вокруг них, словно хранители этого мгновения, продолжали кружить белоснежные белянки. Одна из них, самая смелая, опустилась на плечо Ту Тайма, трепеща крыльями, будто благословляя этот союз под открытым небом. Целуя ключицу, Азур медленно поднял голову и посмотрел Ту Тайму в глаза. Его лицо светилось нежностью и страстью. Он аккуратно взял руку Ту Тайма и положил её себе на грудь, прямо над сердцем. — Слышишь? — тихо спросил он, и в его голосе дрожала вся буря чувств. Ту Тайм прислушался к быстрому, громкому стуку. — Слышу… — он улыбнулся той самой, милой и детской улыбкой. — С твоим сердечком сейчас играют милые и пушистые котята. Азур рассмеялся, его сердце действительно билось быстро и беспорядочно под этой ладонью. — Только для тебя… — прошептал он, целуя кончики пальцев Ту Тайма. — Только для нас… — так же тихо ответил Ту Тайм, глядя прямо в глаза Азура, словно пытаясь заглянуть в самую душу. — И не для кого больше, — закончил мысль Азур и снова поцеловал его, на этот раз медленно и глубоко, растворяясь в этом моменте полной свободы и безграничного доверия. Бабочка села на край его плаща, трепеща крылышками, а солнце клонилось к закату, окрашивая всё вокруг в золотистые, уютные тона. Иногда свобода — это не место, а человек. Одна прогулка, одно озеро и двое, для которых весь мир в этот вечер сузился до шепота, прикосновений и биения сердца под ладонью.