Глава 24, 25 : Дыхание жизни, Племя Салли-Меткаина
10 февраля 2026 г., 21:03
Ло’ак сидел на коленях в воде, прижимая к себе неподвижную Тсирею. Её рана была глубокой.
— Пожалуйста... Эйва, забери меня, но оставь её, — шептал он, прижимаясь своим лбом к её лбу.
Джейк, Тоновари и Ронал окружили их. Ронал начала петь песнь исцеления, но её голос дрожал. Вдруг Кири подошла и положила руку на плечо брата.
— Ло’ак, соединись с ней. Отдай ей свой ритм.
Он закрыл глаза и через Тсахейлу начал отдавать ей всё свое тепло, всю свою волю к жизни. Он видел образы: их первый поцелуй, свет жемчужины, тишину острова. Он буквально заставлял её сердце биться в такт своему. И она вздохнула. Слабо, едва слышно, но она вернулась.
Прошло несколько месяцев. Ава’атлу был отстроен заново, но теперь это было другое место. Лесные На’ви и люди моря больше не были гостями и хозяевами — они стали одной семьей.
Настал день их официального союза. Ло’ак стоял на платформе, одетый в церемониальные доспехи из кости Тулкуна и перьев лесного икрана. Тсирея подошла к нему, её кожа сияла, а в волосах были вплетены лесные цветы, которые вырастил для неё Ло’ак. Тоновари и Джейк стояли рядом:
— Сегодня два мира становятся одним, — объявил вождь Меткаина.
Когда Ло’ак и Тсирея соединили свои косы перед лицом всего народа, небо над Пандорой вспыхнуло тысячами огней. Это был не взрыв войны, а танец жизни.
— Ты обещал мне историю на сто страниц, — прошептала Тсирея, когда они остались наедине под светом звезд.
— Ошибся, — улыбнулся Ло’ак, нежно целуя её. — Наша история будет длиться вечно.
Ло’ак больше не чувствовал себя изгоем. У него было пять пальцев, сердце лесного охотника и душа морского воина. Но главное — у него была Тсирея. И глядя на океан, он знал, что пока они вместе, никакая тень не поглотит свет их Пандоры.
