Shadow

      

      Шейн ненавидел показы. Ненавидел эти толпы снующих туда-сюда селебрити. Ненавидел вспышки фотокамер. Ненавидел фальшивые улыбки спонсоров. Ненавидел саму атмосферу мероприятия. Наконец отделавшись от одного из назойливых скаутов модного дома Диор, он сейчас стоял за углом и тщетно пытался прикурить сигарету. Чертова зажигалка все никак не хотела выдавать пламя. Зубы сжались на сигаретном фильтре, бумага неприятным скрежетом прошлась по эмали. Как же ему это всё осточертело. О чудо, маленький огонёк на мгновение осветил тьму, и Шейн уже потянулся к нему, как прямо под носом увидел коричневый цилиндр чужой, точно не его, сигареты. Пламя погасло.        - Какого? - сквозь зубы прошипел он.       - Извини, у меня нет с собой зажигалки.       Шейн поднял глаза. Сквозь выдыхаемый дым на него смотрел мужчина. Смотрел с прищуром и нахальной улыбкой. Он затянулся повторно.       - Привет, - голос низкий, бархатный, - ты же режиссер “Дознания”, да?       Почему он перешел на “ты”? Кто это черт возьми такой?       - А я собственно с кем сейчас разговариваю?        Шейн с ненавистью посмотрел на свою сигарету, он так и не прикурил. Мужчина напротив проследил за его взглядом, выхватил из рук зажигалку, кивком указал склониться и попытался поджечь, у него тоже ничего не вышло.       - Давай так, - он подошел ближе и поднес свою сигарету к зажатой в зубах Шейна.        Прядь кудрявых волос аккуратным витком лежала на лбу незнакомца, светлые глаза в ночном мраке, озаряемом лишь слабым свечением сигареты, казались дьявольскими. Как и аромат его духов. Горящий табак передал часть своего тепла и Шейн затянулся сильнее, чем следовало, дым обжег горло и легкие. Он так и не услышал ответ на свой вопрос, а незнакомец не торопился отвечать. Ночная тишина прерывалась лишь выдохами сигаретного дыма.       - Странно, что ты меня не знаешь, меня знают все.       - Видимо, я не все, - незнакомец лишь ухмыльнулся.       Шейн, так и не докурив, выкинул сигарету в урну. С него хватит. Он и так весь вечер выслушивал лебезение тех, с кем никогда бы не хотел контактировать. И всякие нахальные незнакомцы были даже более нежеланными сейчас собеседниками. Он поправил своё, безумно дорогое и пафосное, черное пальто и вернулся на афтепати.        Хотелось уйти, убежать, улететь как можно дальше отсюда. С тоской он вспомнил оставленный в номере отеля планшет с новым сценарием. Так бы хотя бы можно было провести время с пользой, уединившись в одной из приватных кабинок. Но планшета при нём не было, а все кабинки были заняты. По правую сторону дивана сидела главная актриса его недавно прогремевшего фильма. Роуз ворковала о чем-то с неизвестной ему девушкой. Вроде она тоже актриса, но лицо абсолютно не запоминающееся. Четвертым в их, так называемую, компанию затесался манекенщик Трой. Шейн познакомился с ним только сегодня. Он потянулся к бокалу с шампанским, остался всего один глоток. Но цели так и не достиг. Этот аромат…       - Ты слишком быстро меня оставил, - уже знакомый незнакомец запрокинул голову и допил остатки алкоголя.       - Чего еще ты меня сегодня лишишь? - звучало двусмысленно, но Шейн был слишком уставшим, чтобы задуматься об этом. Да и по правде говоря ему уже было плевать на то, как его слова могли воспринять.       - О, Илья, привет! - рука Троя через поверхность стола потянулась к навязчивому гостю.       - Привет, Трой, - короткое рукопожатие, - не знал, что ты здесь, так бы сразу к вам присоединился.        Шейн скосил взгляд на так называемого Илью. В тусклом свете ламп он сначала увидел острую линию челюсти, затем пару сережек-колец в ухе и наконец темную оправу очков. Слабая улыбка мужчины была отнюдь не такой добродушной. Взгляд из-под линз очков абсолютно пустой, без намека на заинтересованность. Шейн откинулся на спинку дивана, плечи коснулись поверхности чужой руки. Не нужно было этого делать. Но Илья не отодвинул руку, только поудобнее уселся и положил ногу на ногу.       - Ты представляешь, - он снова обратился к Трою, - Шейн Холландер не знает меня. Грянет гром, не иначе.       Свое имя из уст этого назойливого собеседника резануло слух Шейна. Было что-то странное в этом мужчине, что-то опасное. Хотелось закрыть уши и глаза, не чувствовать ничего.       - Он у меня не интересуется фэшн-индустрией, - рука Роуз мягко опустилась на его предплечье, - его заставили прийти сюда сегодня. Сам понимаешь, Диор.       Илья ответил не сразу, а когда ответил, Шейн чуть не выплюнул шампанское, которое стащил у Роуз.       - Так вы вместе получается?       - Нет!       - Иу, нет конечно!       Одновременно и слишком резко. Роуз отобрала обратно свой бокал и сделала маленький глоток.       - Ммм, - Шейн почувствовал как чужая рука невесомо прошлась по затылку. Кожу закололо. Илья поднялся. - Ну хорошего вам вечера, у меня еще тут дела есть, возможно пересечемся. - И ушел, будто его никогда здесь и не было.       - Как же он горяч, - Роуз сделала еще один глоток, её недавняя собеседница и Трой куда-то испарились. Или просто Шейн был слишком невнимателен.       - Кто это был?       - Я не знаю в каком вакууме нужно жить, чтобы не знать Илью Розанова, подожди-ка.        Девушка достала свой смартфон и открыла гугл. Быстро вбив нужное имя, она заплясала тонкими пальчиками по статьям, потом не найдя нужную, просто зашла в “картинки” и начала листать фото:       - Он известная супермодель, амбассадор Диор в последние три года, а до этого долгое время сотрудничал с Ив Сен Лоран. Хотя тебе это конечно же ничего не говорит. Но он давно в индустрии и еще снимается в независимых кино.       Действительно, модные дома были чужды Шейну, а вот последний факт заставил внимательнее посмотреть на снимки в поиске. Господь, обнаженное тело Ильи на одной из фотосессий было идеально. Лицо Ильи было идеально. Его золотые кудри были идеальными. Шейн сглотнул. У него давно не было близости. Предыдущие отношения закончились со скандалом. Благо, за пределы съемочной площадки, где его уже бывший парень работал осветителем, он не вышел. Этот случай точно не пошел бы на пользу промоушену нового фильма. Следующее фото с поисковике на мгновение выбило весь воздух из легких. Илья страстно целовал какого-то мужчину, фото было нечетким, снятым явно папараци, подпись гласила: “Илья Розанов. Новый бойфренд или короткая интрижка? В сегодняшнем выпуске…”. Хотелось тут же закрыть фото. Оно не должно было вызывать в нем столько эмоций. Ему уже давно не пятнадцать, чтобы заводиться от такого контента. Хватит.       - Понятно, слушай, я так устал, пожалуй в отель поеду, ты как? - Шейн слишком резко подорвался с дивана, слишком нервно для того напускного спокойствия, которое он целый день навешивал на себя как маску.       - Я останусь, ты езжай, - Роуз уже отвечала на чей-то звонок, её темно-вишнёвые губы растянулись в широкой улыбке.         Холодный воздух ударил в лицо. По сравнению с душным помещением он казался освобождением. Ласковой рукой, гладившей по макушке. Глаза уже слипались, время приближалось к трем ночи. Надо покурить и ехать. Шейн нащупал пачку сигарет в кармане, достал одну и с досадой вспомнил, что его, хоть и не работающая должным образом, зажигалка осталась у Розанова. От обиды, захотелось как маленькому мальчику затопать ногами. Как же всё бесило. Внезапно перед лицом вспыхнул маленький огонек.       - Возвращаю должок, - одна рука Ильи зажимала затвор, другой рукой он делал затяжку из своей уже знакомой сигареты коричневого цвета. Сложенные очки висели на внешнем кармане пиджака.        Шейн молча прикурил. Илья демонстративно захлопнул крышку металлической zippo.       - Не обижайся, но я выкинул твою зажигалку, она видимо вышла из строя. Это тебе. - и аккуратно вложил её в руку Шейна. Нагретый металл моментально согрел пальцы. На внешней поверхности витиевато переплелись бутоны лилий. Шейн неосознанно провел по ним кончиком пальца. И понял, что так и не поблагодарил нового знакомого. Он поднял голову:       - Спасибо, не стоило конечно, но все равно спасибо.       Илья не ответил. Он только внимательно с головы до ног осмотрел Шейна, будто экспонат в музее. Медленно поднес сигарету ко рту, медленно затянулся и также медленно выпустил из легких дым. Его губы имели идеальный изгиб. Шейн впервые порадовался наличию сегодняшнего пальто, оно отлично скрыло внезапную дрожь в его теле, или не скрыло, потому что:       - Тебе холодно?       - Нет, с чего бы, - правда. Или ложь.       - Пойдем за угол, там нет сквозняка.       Они завернули за здание. Тупик освещался лишь тусклым уличным фонарём. Шейн почувствовал как чужая рука оказалась в районе солнечного сплетения. Два шага, и вот он уже спиной чувствует кирпичную поверхность стены. Черное пальто будет всё в пыли. Но волновало не это. Илья не приближался, он всё так же медленно курил. Взгляд тяжелый, будто пытающийся что-то донести до замершего сейчас Шейна. Рука медленно переместилась на левый бок, а затем на поясницу. Шейн дрожащими, от холода ли, пальцами затянулся и выдохнул в лицо напротив. Владелец руки, как в замедленной съемке, рассеял собой дым и придвинулся почти вплотную. Ухо опалило тихое:       - Где ты остановился?       - Отель Женсан, - на выдохе.       - Номер?       - 1221.       - Какая удача, а я в 2112.       Шейн посмотрел через плечо мужчины на стену напротив. Какое-то пошлое граффити портило красивый темный оттенок поверхности, но при этом придавало ей свою изюминку, лишало скуки, унылости. Илья был как это граффити. Рука исчезла, чтобы вернуться, уже оказавшись на шее Шейна. Он сглотнул. Большой палец очертил кадык, переместился на челюсть, поднялся к щеке. Взгляд Ильи следовал за его движениями. А затем перед глазами потемнело окончательно, чужие губы накрыли губы Шейна. Сначала они невесомо исследовали незнакомую территорию, пока язык не взял на себя бразды правления. Чужая нога прижалась к внутренней поверхности бедра. И вся кровь прилила туда, где ей сегодня точно не следовало быть. Шейн, к своему стыду, тихо и будто жалобно простонал. Боже, какой позор. Внезапно всё закончилось.       - Рано, - мужчина отошел на два шага назад, табак дотлевал на его сигарете.       Свет от фонаря осветил его фигуру. Опасную, манящую. Хотелось потянуться, впиться пальцами в лацкан пиджака и вернуть утраченное ранее мгновение. Шейн с трудом сдержал свой порыв.       - Мою машину припарковали неподалеку. Идем? - Илья выкинул фильтр в урну и замер в ожидании. А затем протянул свою руку. И во взгляде впервые появилось что-то помимо тайны, какая-то надежда, просьба. На раздумья Шейну хватило всего двух секунд, тепло чужой ладони согрело его пальцы, а легкая улыбка - его неспокойное, как никогда прежде, сердце:       - Идём.