Миссия Семерых

Сир Роланд Кракехолл смотрел на Лию с таким выражением лица, будто она только что предложила ему съесть живую лягушку. Его латная перчатка всё ещё лежала на эфесе меча, пальцы сжимались и разжимались в явном недовольстве.       — Мой принц, вы не можете быть серьёзны, — произнёс рыцарь, стараясь сохранять почтительность, но в голосе прорывалось явное раздражение. — Эта девушка посигнула на королевское золото. По закону она должна предстать перед судом или как минимум, ответить за свой проступок перед вами лично. Бейлор медленно повернулся к гвардейцу. Таргариен понимал недоумение своего рыцаря и считал что его реакция вполне оправдана. Мужчина подошёл к Роланду.       — Вы лично её обыскали, сир, — напомнил принц, тот кивнул, не отводя взгляда, — И не нашли ничего, чтобы я вынес столь жестокий вердикт. Бейлор сделал паузу, давая словам осесть в сознании рыцаря. Затем он прошагал к своему коню не торопясь, будто демонстрируя, что разговор действительно окончен. Но гвардеец не сдавался.       — Мы не знаем её истинных целей, ваше высочество, — настаивал Роланд, он будто не понимал, как его благоразумный принц и десница повёлся на столь жалостливый рассказ незнакомки. — К тому же, она бастард из благородного дома, не будет ли лучше, если один из солдат отвезёт её обратно в Харренхолл? Не нам распоряжаться ею. Пятая точка Лии тут же напряглась. Столько сил могли удачно полететь в мусорку, если Таргариен сейчас послушается своего рыцаря. Девушка поднесла пальцы ко рту и начала отчаянно грызть ногти. Солдаты согласно кивали, подтверждая правильность слов Роланда. Бейлор, закончив проверять сбрую своего коня обернулся. Его взгляд скользнул по солдатам, потом остановился на Роланде.       — Подойдите пожалуйста сюда, сир, — произнёс он невозмутимо. Голос его был спокоен, как и всегда, но в нём появилась лёгкая тень раздражения. Сжав губы в тонкую полоску, Кракехолл исполнил приказ своего принца.       — Это ошибка, ваше высочество, — продолжил рыцарь, понизив свой голос чтобы их не слышали остальные. — Даже если её слова чистейшая правда, она бастард. Одно только присутствие ублюдков оскорбляет ваше достоинство.       — Я понимаю, почему вы не спешите довериться ей, но своему деснице и принцу обязаны верить, — с нажимом ответил Бейлор, склонив голову слегка в сторону. Роланд замер. Его глаза сузились.       — Мой принц, простите, но я не совсем понимаю, почему вы согласились взять на службу эту девчонку. Вы видите ее от силы два раза? Слова могут вас обмануть, я лишь хочу вас уберечь.       — Я разве говорил, что нанимаю её на службу? — слегка раздражённо спросил Бейлор, — Не думайте, что ваш принц сошёл с ума, сир Роланд. Оба мужчины на мгновение посмотрели в сторону Лии. Девушка стояла неподвижно, стараясь не выдать что напрягает слух, пытаясь уловить обрывки их разговора. Было ясно одно: причина спора она сама.       — Если кто то и отправил её сюда, я должен это выяснить, отдав девушку вам на растерзание мне не удастся этого сделать, — отвернувшись от Роланда, Таргариен одним рывком оказался верхом на лошади.       — Теперь, если вы закончили спорить со мной, мы теряем светлое время суток, — сказал Бейлор, в его голосе впервые прозвучала твёрдость, не терпящая и капли возражения. Рыцарь нехотя кивнул, вторично сжимая губы. Он подошёл к своей лошади, массивному вороному жеребцу, который смотрел на Лию с тем же подозрением что и его хозяин.       — Садись, — коротко бросил Роланд, не предлагая помощи. Лия посмотрела на высокого коня, потом на свои короткие ноги в потрёпанных сапогах. Девушка никогда не ездила верхом.       — Я... — начала она.       — Боги, да что же это такое, — вздохнул рыцарь. Он схватил Лию за талию и почти бросил её в седло так резко, что у неё перехватило дыхание. — Держись за гриву. Упадешь и мой конь будет рад затоптать бастарда. Он вскочил в седло позади неё и Лия почувствовала, как холод металлических лат впивается ей в спину. Роланд взял поводья, обхватив её с двух сторон и лошадь тронулась с места. Телега с золотом снова заскрипела, обоз двинулся в путь. Лия сидела неподвижно, боясь пошевелиться. Сзади доносилось тяжёлое дыхание рыцаря.       — Не оборачивайся, — прошипел Роланд ей в ухо. — И не пытайся заговорить. Мне и так приходится терпеть твоё присутствие. "Больно надо мне разговаривать с грубиянами!"– пронеслось в голове у девушки. Лия закатила глаза, но всё же уткнулассь взглядом в гриву лошади, оставив гвардейца в покое. Девушка чувствовала, как каждый мускул в её теле напряжён до предела. Но вместе с напряжением пришло и странное облегчение. Она сделала это и сейчас едет в Королевскую Гавань. Наверное. Впереди скакал Бейлор. Лия не могла не заметить, насколько естественно он выглядел в седле. Высокий и статный, он восседал на своём чёрном красавце, держа поводья лишь в одной руке свободно и почти небрежно. Другая рука покоилась на колене, пальцы слегка постукивали по кожаной ногевице в такт шагу лошади. "Вот бы ещё не горбился, то вообще было бы глаз не оторвать" – подумала она и тут же одёрнула себя. Дорога тянулась бесконечно. Солнце медленно катилось к горизонту, отбрасывая длинные тени от деревьев. Лия пыталась запомнить путь: повороты, холмы, редкие дома, но вскоре всё смешалось в однообразной карусели. Её тело ныло от непривычной позы. Бёдра онемели, спина болела от напряжения, Лия боялась расслабиться, боялась откинуться назад и коснуться лат Роланда. Девушка молчала стиснув зубы, впиваясь пальцами в гриву лошади.       — Остановимся здесь на ночь, — раздался голос Бейлора, когда они достигли небольшой поляны у ручья. — Разбейте лагерь. Охрану выставить в две смены. Солдаты спешились, начали разгружать припасы. Роланд слез с лошади, затем почти сбросил Лию на земь. Она едва устояла на ногах, они подкосились от онемения.       — Помогай с разгрузкой, — в голосе Роланда прямо таки сочилась ненависть. — Не думай, что будешь сидеть сложа руки. Послав мысленно гвардейца, Лия направилась к телеге с провизией. Её движения были скованными, но она старалась не показывать боли. Девушка помогала выгружать мешки с вяленым мясом, бочонки с вином и котелки. Стражники то и дело что смотрели на неё и шептались между собой, где то даже слышались смешки. Роланду следовало лишь посмотреть на них и улыбки быстро слетали с их грязных лиц.       — Девчонка, принеси ка мне воды, нечего стоять здесь, — крикнул один из них и буквально бросил ей в лицо бюрдюк. Тот отлетел от неё и упал рядом. Сглотнув матерные слова, Лия подобрала с земли пустой бурдюк и пошла к воде. Ручей был неглубоким, с прозрачной холодной водой. Она опустила бурдюк, наблюдая, как он наполняется. Отражение в воде было ужасным: бледная кожа, растрёпанные волосы и впавшие, огромные карие глазами. "Походу я только закопала себя ещё глубже, сморозив дичь про бастарда. Кто же знал, что незаконнорождённых детей тут так презирают?" Но а с другой стороны, как ей было поступать? Ей нужно было оказаться рядом с принцем и вот она с ним. Хотя Бейлор практически не обращал на неё внимания, чего не скажешь про Кракехолла. Гвардеец стал новой занозой в заднице. Он явно больше всех остальных ненавидел бастардов и старался показать ей это всем своим видом.       — Твой бюрдюк давно полный, больше туда не поместиться. Лия вздрогнула и обернулась. Бейлор стоял в нескольких шагах, смотря на неё. В сумерках его лицо казалось ещё более усталым, вечерние тени подчёркивали резкие мужественные черты.       — Простите, ваша светлость, — пробормотала она, поднимая наполненный бурдюк.       — Не извиняйся по каждому поводу, — сказал Бейлор. — Это порой раздражает. Принц подошёл к ручью, опустился на одно колено не на оба, как сделал бы простолюдин, а на одно, сохраняя достоинство даже в таком простом действии. Выпил, а потом умылся. Вода стекала по его лицу, капли задерживались в тёмных волосах. Мужчина закрыв глаза, вдохнул чистый воздух с явным наслаждением. Лия не заметила, как залюбовалась этой картиной.       — Сир Роланд не оставляет надежды уговорить меня отправить тебя обратно, — он посмотрел на девушку снизу вверх. — Он хороший воин и отлично владеет оружием, однако везде видит заговор. Лия почувствовала, как сердце замерло. Она медленно теребила отходившую от бюрдюка кожу.       — Вы мне не верите, ваша светлость?              — Если бы я был уверен в том, что ты предательница, Роланд уже давно получил твою жизнь. И сделал бы это без колебаний, — он поднялся и отряхнул колени. Бейлор подошёл к Лии, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Его руки были сцеплены в замок за спиной.       — У меня нет причин верить тебе, так же как и обвинять в чём то. Пока что. — Таргариен будто смотрел сквозь беглянки, настолько его взгляд был пронизывающим. Мурашки побежали по коже девушки, — Если ты хотела посетить Королевскую Гавань, то она будет в твоём распоряжении, в этом я отказать не могу. Однако на службу я тебя не возьму.       — Но, милорд! — резво последовала Лия вслед за уходящим принцем, тот неожиданно остановился и слегка сузив глаза, посмотрел на неё. Небольшой выступ уже не скрывал их, поэтому десятки глаз тут же обратились к ним.       — Я сказал что хотел. Тебе не стоит портить уже сложившееся мнение. — холодный и тяжёлый взгляд пригвоздил девушку к месту.       — Попадись тебе не я, а мой брат, он с радостью забрал твою жизнь, но мне она не нужна. Лия замерла на месте, чувствуя, как её кровь стынет в жилах. Взгляд Бейлора пронзил её насквозь и она поняла: ещё одно слово и всё будет кончено.       — Простите, ваша светлость, — прошептала она, опуская глаза. Бейлор смягчился в лице, кивнув, он повернулся и ушёл к своему шатру, больше не сказав ни слова. Лия стояла неподвижно, сжимая в руках тяжёлый бурдюк. Значит, всё было зря? Лия не могла сделать шаг назад, когда казалось что половина пути пройдена. Хотя, как оказалось то была даже не половина, а небольшой шажок. Девушка могла это предвидеть, но продолжала надеяться на лучшее. Она медленно пошла обратно к лагерю, ноги подкашивались не только от усталости. Мужчины смотрели на неё с любопытством, все они стали свидетелями их разговора.       — Воды принесла? — крикнул тот же солдат, что давал ей бурдюк. Лия молча протянула ему наполненный сосуд. Солдат взял его, бросив на неё оценивающий взгляд.       — Что, не взял тебя принц в койку то? — спросил он с усмешкой. — Не удивительно. Бастардам не место рядом с драконьей кровью. Она ничего не ответила, просто повернулась и пошла к самому краю лагеря. Ей нужно было подумать. Остаться в стороне, прислониться к дереву и что? Плакать? Злиться? Отчаяться? "Соберись, смертная" – прозвучал в голове голос Неведомого. "Ты думала принц королевства возьмёт в услужение первую попавшуюся девушку?"       — Да пошёл ты. У костра было шумно. Солдаты ели смеялись, перебрасывались шутками. Лия сидела в стороне, получив свою миску похлёбки. Она ела медленно, почти не чувствуя вкуса. Роланд сидел напротив, наблюдая за ней. Его миска стояла нетронутой. Казалось, он предпочитал голод возможности есть рядом с ней.       — Ты слышала принца, — сказал гвардеец наконец. Его голос был спокойным, почти нейтральным, но в нём слышалась удовлетворённость. — Он не возьмёт тебя на службу. Значит в Королевской Гавани тебе делать нечего.       — Я слышала, сир. Жалко лишь то, что услышали и вы. — язвительно ответила она.       — Тогда зачем ты всё ещё здесь? — подозрительно спросил он. — Какую цель ты преследовала изначально? Вокруг костра стало тише. Стражники прислушивались, хотя делали вид что заняты своими делами.       — Я уже всё сказала, ваши выводы это ваши проблемы, — произнесла Лия. — Мои намерения чисты, я всего лишь хотела услужить его высочеству. Роланд усмехнулся коротко и беззвучно.       — В Харренхолле ты делала то же самое. В чём тогда смысл твоего побега, бастард? Чтобы сменить одного хозяина на другого? "Подловил гадёныш! А ну втащи ему, смертная. Не знаю как ты, а мне он порядком надоел." – Неведомый.       — Я бежала не для того, чтобы сменить хозяина, — сказала она и голос её дрогнул. — Я бежала, чтобы... Она замолчала. Не могла же сказать правду. Не могла рассказать о богах, о миссии, о том что должна как то повлиять на будущее Вестероса. Это звучало бы как бред сумасшедшей.       — Чтобы что? — настаивал Роланд. Он наклонился вперёд и пламя костра осветило его лицо, — Чтобы стать свободной? Свобода это всего лишь иллюзия для таких как ты. Ты родилась в оковах, бастард и умрёшь в них же. Внезапно рядом раздался громкий и властный голос:       — Довольно, сир Роланд. Бейлор подошёл к костру.       — Вы переходите границы, — сказал он спокойно, но в его голосе звучало неодобрение.       — Мой принц, я лишь...       — Я знаю, что вы "лишь", — перебил Бейлор. — Вы пытаетесь доказать свою правоту. Доказали. Теперь оставьте её в покое.       — Как прикажете, ваше высочество, — прошипел он сквозь зубы. Роланд склонил голову, но огонь ненависти в его глазах не угас. Гвардеец встал, бросил на Лию последний взгляд полный презрения и ушёл. Бейлор сел на его место и взял не тронутую миску Роланда. Он ел молча, даже не глядя на Лию.       — Он прав, — тихо сказала Лия наконец. — Зачем я еду с вами, если вы не возьмёте меня к себе? Бейлор наконец посмотрел на неё. В его глазах явно читалась усталость, однако он не был зол. Принц, в отличие от его подопечных, вполне хорошо выносил присутствие бастарда.       — Я предлагаю тебе жизнь лучше, нежели служба, — коротко вымолвил он, проглотил ещё одну ложку содержимого своей тарелки и продолжил, — Жизнь в Королевской Гавани не назовёшь хорошей, но у тебя будет свобода, будет выбор. Простым людям будет всё равно на твоё происхождение. Ты мне ничего не обязана и за эту поездку с тебя платы не потребуется. Бейлор сделал паузу, посмотрел на неё прямо.       — Почему ты настаиваешь на своём? Почему служба для тебя так важна? Меня это наводит на странные мысли. Его слова прозвучали так просто и логично: свобода, выбор, жизнь без обязательств. Любой на её месте обрадовался бы. Но Лие не могло так повезти. Она была "избранной". Или по крайней мере так ей заявили проклятые боги.       — Потому что я хочу служить вам искренне, — она искала слова, которые не выдадут её тайну. — Я хочу быть полезной для вас. Мне хочется иметь хоть какое то значение в этом мире. Быть причастной к чему то большему. Брови Таргариена взметнулись вверх, в глазах загорелся живой интерес.       — Иметь значение, — повторил он медленно, как бы пробуя эти слова на вкус. — Слишком амбициозно для бастарда, не находишь?       — Разве амбиции запрещены тем, кто родился не в том месте? — спросила Лия и в её голосе впервые зазвучал вызов. Она даже прониклась сочувствием к тем, кто не выбирал своего происхождения. Бейлор отложил ложку и откинулся назад. Пламя костра играло на его лице, подчёркивая резкие черты, глубокие тени под глазами и морщины.       — Нет, — сказал он наконец. — Но они опасны, в особенности для таких, как ты.       — Почему? — настаивала она.       — Потому что мир устроен определённым образом, — объяснил Бейлор, — Дворяне правят. Рыцари их защищают. Слуги служат. Ну а бастарды выживают. Когда кто то пытается выйти за рамки своей роли, это нарушает устройство. А подобное часто приводит к насилию. Тому я лично был свидетелем. Он посмотрел на неё прямо.       — Ты уже видела это. Сир Роланд ненавидит тебя не потому, что ты сделала что то плохое. Он ненавидит тебя потому что ты бастард и поверь, он такой не один.       — Я должна смириться с этим только потому, что мой отец когда то был не сдержан? — спросила Лия тихо. — Принять свою судьбу и не пытаться изменить её? Бейлор безмятежно улыбнулся, без тени усмешки над ней.       — Я не говорю, что ты должна делать. Я лишь предупреждаю тебя о последствиях, которые не могут, а возникнут если я возьму тебя на службу. Бейлор поднялся и поставил миску на место.       — У меня нет надобности в слугах, что уж верно. И конюхов и домашней прислуги полно в Красном Замке. Если ты действительно хочешь служить мне, то сделай это по другому.       — Как? — спросила Лия, поднимаясь вслед за ним.       — Любому деснице нужны глаза и уши, я ни тем, ни другим пока не обзавёлся, это мой большой промах. Ты должна видеть то, чего не видят другие. Слышать то, чего не слышат другие. Думать так, как никто более не сможет. Он сделал паузу, смотря на растерянное лицо девушки.       — У тебя есть ночь, чтобы подумать.