И он дождётся

Авелина предпочитала не смешивать работу и чувства. Жеральд не настаивал, но не мог не волноваться, когда она покидала город, одна, без оружия. Беспокойство пронизывало его с ног до головы, оно читалось в его взгляде, его голосе и жестах. В тот момент ему очень хотелось её остановить, удержать, не пускать на корабль — пусть отплывает без неё. Но он никогда так не поступит. Она не простит его. Он сам себя не простит. Есть нечто более важное, чем его чувства, — их общее дело. Свобода, за которую нужно бороться. О какой тогда свободе вообще могла идти речь, если бы он не позволил ей уйти? Они оба сражались за эту свободу, пусть и разными способами. И он знал, что именно в этом — в сражениях — Авелина преуспевала куда лучше него. Блан отпускал её с тяжёлым сердцем, как и всё то оружие в его руках, что она оставила ему, сняв с себя. Хотя нет, сердце всё-таки было тяжелее. Но он верил в неё. Верил, что она справится и вернётся. А он спрячет её клинки в штабе и будет ждать. Когда Авелина вернулась, Жеральд вручил ей её арсенал и поймал улыбку на её лице. Она совсем забыла, что когда-то оставила ему своё снаряжение и не думала, что он сохранит его. Но он сохранил. Каждый раз, когда в перерывах между работой его взгляд цеплялся за отблеск оставленных ею мечей, он представлял, как вернёт эту груду стали Авелине, а она удивится и обрадуется как ребёнок. И он дождался этого момента. Пока он не увидел её улыбку, он даже и не задумывался о том, как сильно скучал по ней. Он ведь тоже был занят — пока Авелина дралась с врагами физически, он бился с законом с помощью бумаг.

***

Сегодня был необычный вечер. Авелина идёт на бал — не чтобы веселиться, но чтобы найти цель, которую необходимо устранить. Она называет его Представителем и по добытым ею сведениям он должен появиться на этом балу. Отличная возможность, чтобы подобраться как можно ближе и при этом не вызвать подозрений — на светских мероприятиях принято танцевать друг с другом, даже если вы незнакомы. Но молодой леди не следует разгуливать в одиночку — ей нужен кавалер для сопровождения. Блан невзначай предлагает свою кандидатуру. — Только работа, разумеется, — сразу же уточняет он, помня о её предпочтениях не вмешивать чувства. Он вовсе не собирается её смущать или давать какой-либо повод сомневаться насчёт его намерений. Но она вдруг счастливо смеётся: — Может, и не только работа, Жеральд? Он лишь слегка улыбается, стараясь не воспринимать слова девушки всерьёз. Нет, нельзя позволить подняться буре в его душе, не сегодня. А если Авелина просто пошутила… Что ж, он подождёт окончания этого вечера и, возможно, позже сможет выяснить, что же она имела в виду.

***

Этот вечер должен был закончиться смертью лишь одного человека, но их оказалось двое. Жеральд видит, как меняется лицо Авелины, когда Мадлен, её мачеха, приносит весть о кончине её отца. Он не кидается к ней, чтобы утешить. Лишь чуть приближается, выражая готовность быть рядом. Он знает, что ей не нужны соболезнования и пустые слова. Достаточно его присутствия, что само по себе является безмолвной поддержкой. Авелина покидает бал, спеша к отцу. Жеральд находится с ней всё время, пока идут приготовления и процесс похорон. Он всегда будет рядом, готовый помочь всем, чем сможет. Даже если не сможет — всё равно будет. Три фигуры понуро возвышаются над свежей могилой, провожая месье де Гранпре в последний путь. Сегодня они лишились одного человека, но каждый — своего. Мадлен потеряла супруга по расчёту, Авелина — любимого отца. Жеральд же лишился работодателя, чьими торговыми предприятиями он управлял. Мадлен выражает сочувствие по поводу того, что Авелина не может быть наследницей, но заверяет, что всегда рада падчерице в своём доме. Авелина резко отвечает, что она печалится лишь об ушедшей жизни отца, а не о его завещании. Мадлен молча уходит, оставив Жеральда с девушкой вдвоём. Он находится чуть позади, готовый ждать сколько угодно, пока она простится с отцом. Он всегда будет терпеливо ждать её. Как и прежде. Как и многие года, когда она уходила на задания — далёкие, долгие и опасные. Он ждал и верил, что она вернётся. Что в момент, когда он будет корпеть над очередными бумагами, она ворвётся в их штаб, полная решимости и готовности вновь отправиться на следующую миссию. И она возвращалась — невредимая, но повзрослевшая, жаждущая справедливости и расправы над врагами, упорная в своём стремлении и прекрасная своей искренней непосредственностью. Он всегда дожидался её, а она всегда возвращалась. Авелина неспешно поднимается, отстраняясь от могилы отца. Жеральд смотрит на её профиль некоторое время, затем произносит: — Официально его дело перешло ко мне, но… к чему нам эти законы? Я считаю, что оно принадлежит тебе. — Он кладёт руку ей на плечо в знак поддержки и искренности своих слов. В его жесте читается невысказанное: “Как и я”. Возможно, когда-нибудь она откроет ему своё сердце. Возможно, этот момент настанет ещё нескоро… Но он будет ждать.