Ты не должен заслуживать

Современный офис в центре города, открытое пространство — стеклянные перегородки, приглушённый свет, запах кофе и бумаги. Рабочие места стоят рядами, у каждого — монитор, чашка, личные мелочи: фотографии, блокноты, фигурки. В воздухе — лёгкий шум клавиатур, звонки, тихие разговоры, машинка для кофе шипит на кухне.   Все спешат, обсуждают проекты, кто-то громко смеётся у окна. И только Чонгук ,тише всех. Он будто растворяется в этой суете, всегда занят, всегда с документами или за ноутбуком. Он не из тех, кто перебивает, не стремится быть в центре внимания. Если его просят помочь — он никогда не отказывает, даже если устал.Он привык работать здесь в офисе,к людям,он знает всех в лицах,но не слишком разговорчив чтобы с кем то дружить. …….. Самое утро,но чонгук уже на месте,он всегда приезжает скорее всех,и нет,это не потому что он любить,все из-за мыслей которые хочеться заткнуть,роботай,каждый день как всегда,дом,покушать если не забудет,спать,еще иногда он ходить тренироваться в зал на виходние. Заходя внутрь,слегка расслабляющий он в направление своего офиса,кивая охране которая охраняет все здесь,он заходит в свой кабинет где все так спокойно тихо и на месте. Что сказать идеальной порядок и много документов. -мне нужен кофе..-сказал чон когда увидел сколько роботи у него накопилось. _____________🖤_________ –ох мистер чон,ваш кофе уже готов.-парень работающий давним давно знает какой кофе нужен для него,с улыбкой он передает його в руки. Чонгук уже собирался оплатить, как неожиданно почувствовал очень приятный запах кофе… Боже, даже лучше, чем его собственный. Интересно, где можно купить такой же? — мелькнуло в голове. Но через пару секунд к этому аромату примешался тонкий запах сигарет — не резкий, не отталкивающий, а будто немного тёплый, осевший на одежде человека, который курил не из привычки, а от мыслей. Кажется, кто-то за ним действительно любил курить. Он хотел было обернуться просто из вежливости  и тоже что то взамен зделать или угостить—но… ⸻ За его спиной стоял мужчина. Высокий, с уверенной, чуть ленивой осанкой, в расстёгнутом пальто и белой рубашке, ворот которой был чуть сдвинут — небрежно, но будто специально. Тёмные волосы аккуратно уложены, пара прядей упала на лоб. Глаза — глубокие, внимательные, с каким-то странным спокойствием, которое сразу сбивает дыхание. Чонгук поймал себя на том, что смотрит дольше, чем нужно. На долю секунды всё вокруг будто стало тише: шум кафе, разговоры, звуки машин за окном — всё. Он заметил, как у мужчины под рубашкой напряглись мышцы, когда тот достал бумажник, и как на запястье блеснули часы. Взрослый. Уверенный. Опытный. Аромат кофе и сигарет принадлежал именно ему — и Чонгук почему-то не мог отвести взгляд У высокого альфы у окна уже стояли два стакана — один свой, второй, тот самый. Мужчина чуть кивнул, будто между ними уже была договорённость. Это было странно. Даже немного неправильно. Чонгук всегда был тем, кто платит сам. Кто открывает дверь, помогает, заботится. Альфа же как не как,к которому привыкли тянуться омеги — мягко, ожидая от него силы и внимания. А тут — другой альфа. Спокойный, с лёгкой небритостью, в строгом пальто. И он, Чонгук, впервые в жизни оказался на месте того, за кого заботятся. Он подошёл чуть ближе, чувствуя, как внутри всё сжимается от какой-то непривычной неловкости. — Вы… заплатили за меня, — начал он осторожно, не поднимая взгляда слишком высоко. — Мне неудобно. Может, я могу вам что-то сделать взамен? Мужчина чуть усмехнулся, легко, почти незаметно. — Нет, — ответил спокойно. — Просто захотел угостить. Просто захотел. Без скрытого намёка, без флирта  будто в этом и правда не было никакой игры??..,нет не может быть. Чонгук почувствовал, как сердце неловко дрогнуло. Зачем? Почему? Он не привык к таким жестам. Не привык быть тем, кому дают, а не тем, кто отдаёт. — Всё равно… — пробормотал он, сжимая стакан в руках. — Я не привык, чтобы за меня так. Чонгук наконец-то поднял глаза. Мужчина чуть приблизился, и запах кофе смешался с лёгкой ноткой сигарет. Странно… но этот аромат почему-то не раздражал. Напротив — будто согревал. — Тогда попробуйте привыкнуть, — тихо сказал он. — Не всё в жизни нужно заслуживать. Чонгук снова застил,что простите?это как ?типа не нужно взамен…нет так не работает же… Эти слова задели больно и мягко одновременно. Не нужно заслуживать… — эхом отозвалось в голове. Чонгук хотел что-то ответить, но тот уже отстранился. — И ещё, — добавил мужчина, чуть прищурившись, — улыбайтесь почаще. Вам идёт. Он ушёл — спокойно, не оглядываясь. А Чонгук остался стоять, будто в воздухе всё ещё висел тот запах кофе и тихого тепла. Рука чуть дрожала, губы невольно тронула лёгкая улыбка, такая непривычная даже для самого себя. Другой альфа… оплатил кофе. Просто так. Боже… кто ты вообще? Он должен йому что то купить взамен. Не важно кто он ,он його найдет,Чонгук очень надеется на это…. Чонгук искал его весь день. Абсурдно, смешно — но он правда искал. Он даже забыл про ту гору отчётов, которые нужно было проверять. Забыл, что обещал начальнику отправить данные до обеда. Зато он успел… как идиот… обежать весь офис с шоколадным десертом в руках, который купил специально, чтобы отблагодарить того альфу. Он подходил то к бухгалтерии, то к маркетингу, даже на склад спустился. — Вы не видели мужчину… такой высокий… тёмное пальто… — И каждый раз в ответ — непонимающие взгляды. Чем дольше он искал, тем сильнее внутри росло странное чувство. Не злость. Не раздражение. Что-то… тёплое, нервное, будто разочарование вперемешку с ожиданием. Почему мне так важно его найти? Почему я вообще об этом думаю? Он сам не понимал. Лишь знал, что хочет вернуть долг. Сказать «спасибо». И что-то внутри — тихое, но жалящее — не позволяло успокоиться. Когда стало понятно, что искать дальше бессмысленно, Чонгук почти незаметно для себя вздохнул и спрятал десерт в сумку. Ладно… потом. Он только сел за рабочий стол, когда дверь в отдел резко открылась. Чонгук автоматически выпрямился — так всегда происходило, когда в комнату входил директор. — Ребята, минута внимания! — бодрым голосом сказал начальник, заводя кого-то за собой. — У нас новый сотрудник. Сегодня его первый день. Чонгук не сразу поднял взгляд — он всё ещё пытался вернуть себе рабочий настрой. Но когда поднял… У него перехватило дыхание. У входа стоял он. Тот самый мужчина. Запах кофе, лёгкая тень от сигарет на пальто, спокойный взгляд. И те же губы, что утром…ох такой красивый  На секунду Чонгук правда подумал, что у него галлюцинации. — Это Ким Тэхён, — продолжил директор. — Профессионал высокого уровня, перевёлся к нам из другого филиала. Тэхён слегка наклонил голову, здороваваясь. Чон чувствовал, как у него буквально нагреваются уши. — Но из-за того, что рабочее место ещё не подготовлено… — директор оглядел отдел, прицениваясь. — Чонгук? — Да? — Чон вздрогнул и поднялся. — Ты ведь не против, если Тэхён пока поработает за твоим столом? Пару дней максимум. Його кабинет еще не готов и еще твоя задача  влить його в работу, объяснишь систему, покажешь задачи. Не против?.. Чонгук хотел ответить что-то внятное, но слова застряли где-то в горле. Его мозг просто не успел переключиться: тот самый мужчина… теперь здесь… рядом… за его столом…вот это да…он так старался найти но не ожидал что мужчина будет работать здесь он не знает что сказать.. Тэхён тем временем слегка усмехнулся уголком губ — так, будто их встреча утром была только их маленьким секретом. Тэхьон сражу же заметил этот пугливый взгляд на себе,такой мылий.Тэ наблюдал еще утром как тот приехал в офис,а случай в кафе и правда не входили планы в него…просто мужчина стоял весь такий сексуальный ехх и запах…блятт,шоколад с ноткой коньяк,до удури хорошо.Он обезательно поближе познакомиться  но он все же собрался  с самим собой . Он сказал спокойно, тёплым низким голосом: — Если вам удобно, я действительно побуду рядом. Чон едва заметно кивнул. — Я… да… я не против. Чон, боже, соберись… ты же альфа… Но от его голоса сердце всё равно чуть дрогнуло.Такой приятный. Начальник хлопнул в ладоши, доволен: — Отлично! Тогда работайте вместе. Думаю, вы сработаетесь. Когда директор ушёл, Тэхён повернулся к Чону — уже без формальности, спокойно, мягко. — Рад встрече снова, — тихо сказал он. — И спасибо, что приютишь меня на своём месте. Чонгук сглотнул. — Я… да. Конечно. Господи… он теперь будет сидеть здесь?.. Рядом?.. Почему я так реагирую?..Был бы рад сейчас спрятаться,он же не подросток  чтобы краснеть,Тогдо почему сейчас так ощущается  Когда директор ушёл, в отделе снова стало тихо. Тэхён устроился рядом — не слишком близко, но и не отдаляясь. Просто присутствуя. Чонгук старался работать. Правда старался…но сука блять!. Он уткнулся в монитор, включил таблицы, открыл отчёты, но мысли всё ещё метались, возвращаясь к запаху кофе. Тэхён сидел молча, наблюдая — будто изучал его ритм, движения, привычки. В какой-то момент он наклонился ближе, чтобы посмотреть на документ. Чон вздрогнул и тихо сказал: — Ой, извините….-он быстро отстранился. Тэхён поднял взгляд  медленный, спокойный, уверенный. Голос стал чуть ниже: — Гуки… перестаньте извиняться..-с легкой улыбкой. Чонгук замер. Гуки?.. Он так его назвал?.кажется только тэхьон заметил  что уши чога красние. Тэхён продолжил уже мягче, не отводя глаз: — Вы ничего плохого не сделали, — Я… просто… — Чон запутался в словах, взгляд сразу упал в стол. — Я знаю, — спокойно сказал Тэхён. — Привычка. Но я рядом. Вам не нужно оправдываться за каждый вдох,..хотя-тэ слегка хихикает-вы очень мило выглядите когда извеняетесь,мне нравится,но все же все хорошо же,вам не стоить ничего говорить. Чон медленно вдохнул. Слова будто прошли внутрь — туда, где было тонко и болезненно. Чтобы отвлечься, он попытался вернуться к работе, но документов было слишком много. Стопки, таблицы, старые отчёты — всё смешалось в один хаос. Тэхён некоторое время смотрел на это молча. Потом нахмурил брови — чуть-чуть, по-деловому. — У вас так много работы, — тихо произнёс он. — Я помогу. И не спрашивая разрешения, не думая, «нужно ли», он просто взял верхний отчёт, открыл его и начал читать. Уверенно, спокойно, будто так и должно быть. — Н-нет, правда, я сам могу… — попытался протестовать Чон. — Я уже помогаю, — отрезал Тэхён всё тем же ровным тоном, не поднимая глаз от папки. Не грубо. Не резко. Просто уверенно — так, как говорят те, кто привык заботиться, а не ждать приказов. Чонгук смотрел на него, не зная, что сказать. Почему он делает это? Почему ему не всё равно? Почему… мне приятно?.. Тэхён перевернул страницу, не торопясь. Запах кофе и тёплой кожи чуть коснулся воздуха между ними. — Давайте распределим, — сказал он. — Вы делаете первую часть отчётов, я — вторую. Так будет быстрее. Чонгук кивнул, всё ещё немного ошеломлённый. — Хорошо… Т-Тэхён Тот впервые за всё время улыбнулся чуть шире, мягко, искренне: — Вот. Сейчас лучше,умница,не извиняешься.-тэ клипнул. Все это тип странно разве альфам так можна?все это…но Чонгук промолчал ,так как приятно И Чон понял, что да — лучше. Намного. Спустя три часа… Робота была зделано довольно быстро,если бы не Тэхьон то он бы до утра сидел а тут довольно мало времени ушло,вместе с кем то очень хорошо роботать Чонгук складал все по порядку на столе,он очень сильно любил порядок,и краем ока заметил что тэхьон делает тоже самое,этот жест был приятным. Они начели вместо собираться что то обговаривая. Чонгук вспомнил за десерт которий должен был дать мужчине. Но сейчас как то он уже не сильно уверен ,он заедает по другому. Спустя три часа… Работа была сделана довольно быстро. Если бы не Тэхён, Чон сидел бы до утра, как обычно, заедая усталость кофе и своєю упрямою тишиной. А тут — удивительно — вместе ушло мало времени. Вместе с кем-то… работать действительно легче. Чонгук складывал все по порядку на столе. Он всегда так делал — документы по высоте, ручки параллельно, стикеры ровно выровнены по краю. Он любил порядок. Порядок — это было единственное, что он мог контролировать в жизни. Краем глаза он заметил, как Тэхён делает то же самое: поправляет углы папок, двигает их ближе, чтобы ничего не заваливалось. Не специально, не подражая — просто так же привык к аккуратности. Этот жест почему-то был… приятным. Тихим, домашним. Словно они уже давно работают бок о бок. Они начали вместе собираться, что-то негромко обсуждая — пару рабочих моментов, затем пару смешных деталей дня. И тут Чонгук вспомнил про десерт, который бегал покупать для этого мужчины. Но сейчас… Не знаю. Он уже не был уверен. Тэхён помогал ему без условий. Без «взамен». И Чону было странно — как будто десерт стал слишком маленьким для благодарности… или наоборот, слишком личным. Он остановился на полпути к сумке. — Вы не идёте? — спросил Тэхён, когда заметил, что Чон вдруг притормозил, зависнув между столом и дверью. Чон немного улыбнулся, даже не осознав этого. — Вы идите. Мне нужно кое-что закончить… — он отвёл взгляд, — обещаю завтра пойти уже с вами. Если вы не против. Тэхён только моргнул, чуть наклоняя голову. — Держу вас на словах, — мягко хмыкнул он и направился к выходу. Когда дверь закрылась, Чон остался один. Тишина офиса вечером всегда была особенной — мягкой, пустой, почти честной. И только тогда он медленно достал десерт из сумки и положил на стол. Без записки. Без подписи. Просто… оставил. Пусть будет так. Ему казалось, что Тэхён всё равно поймёт. Чонгук, как всегда, приходит первым. В кабинете тихо, пахнет бумагой, свежим принтером и слабым запахом кофе из коридора. Он уже сидит за своим столом — ровные стопки документов, идеально разложенные ручки, открытый ноутбук. Голос спокойный, чуть уставший: он тихо диктует по телефону данные отчёта. Дверь открывается без стука — уверенно, но без грубости. Тэхён. На нём светлая рубашка, закатанные рукава, на лице спокойная полуулыбка, будто он всегда так улыбается по утрам. Он проходит внутрь, ставит свой кофе на стол и ненавязчиво смотрит на Чона. Чон заканчивает разговор и только после этого поднимает глаза. Первые секунды — тишина. Они словно оценивают друг друга заново. Только у каждого в мыслях «сегодня такой красивый ». Тэхён делает шаг ближе, чуть наклоняет голову: — Доброе утро, Чонгук. Вы сегодня снова раньше всех. Это… привычка или необходимость?Тэхьен хмурится делая строгое лицо,как будто спрашивает ребенка. Чон моргает, будто не ожидал вопроса: — И то, и другое. Мне легче начинать день, когда в офисе тихо. Можно успеть разобраться с задачами… пока никто не прибежал..-розбрасивая руками чон с интересом старался передать суть. Тэхён слегка усмехается уголком губ, ставит ноутбук, медленно садится: — Очень хорошо это,но если честно вы выглядите так, будто работаете ещё до того, как сюда приходите. Чон смущённо опускает взгляд: — Просто… нравится всё держать в порядке. Так спокойнее. Тэхён смотрит на его идеально ровные стопки документов: — Это видно. Ваш стол — как витрина. Приятно смотреть. Чон чуть улыбается, но быстро гасит улыбку: — Спасибо… наверное. И в этот момент Тэхён впервые слегка наклонился к мужчине и положил руку на плече.-постарайтесь позволять себе поспать хоть на двадцать минут больше,нужно же вам отдыхать,пожалуйста. Чон замер. Словно кто-то впервые сказал это вслух. Внутри кольнуло, но тепло. Он тихо кивает, но не спорит. Тэхён открывает ноутбук, делает вид, что работает, но на самом деле лениво наблюдает за Чоном боковым зрением. И вдруг, будто между прочим, говорит: — У вас сегодня много задач? — Да… отчёты, письма, внутренние таблицы… Чон сам не замечает, как начинает перечислять всё подряд.Прикусивая губы.Снова. Привычка оправдываться. Тэхён слегка хмыкает: — Звучит как полдня без передышки. Вы хоть обедаете нормально? Или тоже “когда получится”? «если он скажет что не кушает нужно будет присмотреть за ним.»для себя заметил тэхьон. Чон неловко улыбается: — Когда получится. Работа важнее. Тэ на секунду замолкает, смотрит прямо,он выглядит так будто очень даже не согласен: — Важно — вы. А работа подождёт. Чон отворачивается, чувствуя, как тепло поднимается к ушам. Он не привык, что про него говорят так… просто. Не требуя ничего. Чтобы сменить тему, он берет папку: — Я… приступлю. Нужно успеть до обеда. Тэхён делает глоток кофе, смотрит на Чона чуть мягче: — Хорошо. Тогда, когда закончите — скажете. Я просто хочу знать, когда можно разговаривать с вами без того, чтобы вам мешать. Это звучало так вежливо и так уверенно одновременно, что Чон на секунду даже теряет дар речи. — Я… скажу. Конечно. Тэхён возвращается к своему экрану. Но между ними остаётся маленькое ощущение — будто утро стало другим. И Чон, впервые за долгое время, начинает работу не с тяжёлым чувством в груди… а с лёгким тёплым волнением. Время обеда. Чон и Ким спустились вместе на первый этаж, взяли еду. На удивление, каждый выбрал своё блюдо — и вкусы у них оказались совершенно разные. Спускаясь по коридору, Чонгук ненадолго завис взглядом на спине мужчины. Да, похоже, Тэхён тоже ходит в зал… Ну это же нормально, что он рассматривает альфу? …Да не важно. От Тэхёна снова тянуло тем же приятным запахом — лёгкий, еле уловимый, и… почему-то никаких сигарет. Странно. А Чону нравилось… ⸻ Спустя какое-то время к Тэхёну подходит довольно миловидный омега — точно в его стиле. Они бы, наверное, красиво смотрелись вместе… Что за бред, Чонгук? — Извините… не могли бы вы помочь с моей работой? — мягко улыбается омега, говорит тихо, спокойно, смотрит так, что грех не отказать. — Нет, не могу, — отвечает Тэхён ровно. — У меня свой проект не сделан. Омега опешил, открыл рот буквой «О». Кажется, кто-то не ожидал отказа. Он быстро бегает глазами — и взгляд останавливается на Чонгуке. Тот смотрит, но молчит. Чёрт. Снова. — Давайте я вам всё сделаю, — вырывается у Чона. — Мне не сложно. Ложь. Настоящая. У него самого работы много, но… ничего страшного. Омега же. Нужно помочь. Омега довольно улыбается, будто ему даже не придётся ничего объяснять. Он быстро говорит, что всё скинет позже, и уходит к своим коллегам. Чон поднимает взгляд на Тэхёна — не понимая, что происходит. А Тэхён смотрит так, будто готов кого-то придушить. Или хуже. Чону становится неуютно — он вдруг чувствует себя ребёнком, который сказал что-то плохое, и теперь на него злятся. — Что-то случилось?.. — тихо спрашивает он. Тэхён молчит. Это не похоже на него. Лучше бы он говорил, подшучивал, добивал репликами… хоть что-то. — Почему вы молчите?.. Я что-то сделал? Обидел? Простите, я не хотел… я… — Чонгук сбивается, потому что уже сам не знает, в чём провинился. Тэхён тихо выдыхает, смотрит прямо в глаза — видит, как мужчина начинает переживать. Чёрт. Я не хотел… Нужно объясниться. — Всё хорошо, — наконец говорит он. — Не извиняйся. Мне просто не понравилось, что ты взял работу того омеги. У тебя и так много задач, а ты ещё нагрузил себя. Опять до утра сидеть будешь. Он замолкает на секунду и продолжает, мягче: — Тебе нужно было сказать «нет». Я не хочу, чтобы ты так делал. У него, кроме этого задания, ничего не было. И это его работа, не твоя. Тэхён объясняет спокойно, доброжелательно: — Не важно, кто он — омега, бета, альфа. Ты должен ставить себя на первое место. У него был целый день, чтобы сделать это, и он не сделал. Меня злит, что ты будешь сидеть ночью, а он — спокойно отдыхать. И так будет всегда, пока ты не скажешь «нет». Тэхён смотрит на Чона мягче — да, он злится, но не на него. На ситуацию. На омегу. И на то, что Чон даже не попытался отказаться. Чонгук молчит, взгляд опущен. Через пару секунд — едва слышно: — Извините… но он же омега… я просто подумал, что если он не сделал, то… из-за большой нагрузки… Но после ваших слов понимаю, что неправ. Он сглатывает и добавляет ещё тише: — Простите. Я очень проблемный… вам не повезло со мной. Он пытается улыбнуться Тэ, но пальцы нервно дёргают салфетку. Не знает, что делать. Что сказать. Тэхён наблюдает за ним несколько секунд. Не время. Но… — Гуки, — мягко говорит он, — нет ничего плохого в том, что ты хочешь помочь. Я за тебя переживаю. И, пожалуйста… не извиняйся. Он смотрит серьёзно: — И никогда при мне не говори, что ты “плохой”. Я тебе не позволю. Честно, я бы сейчас многое рассказал, какой ты… Но оставим это на потом. Тон смягчается: — Сейчас — кушай. Десерт будешь? Он чуть улыбается и заглядывает Чону прямо в глаза. — Круассан хочу, — так же тихо, глядя ему в глаза, отвечает Чонгук. Всё непривычно. Всё новое. Но от десерта он точно не откажется. Тэхён только хихикает — тихо, искренне — и идёт купить для Гуки круассан. День за днём, неделя за неделей. И как ни странно — время действительно летело. Настолько быстро, что Чонгук сам не заметил, как привык к Тэхьону. Раньше он приходил на работу с тяжёлым вздохом, мысленно готовясь к очередной горе дел, отчётов и постоянной суете. Теперь же… теперь всё было иначе. Он ловил себя на том, что поднимается с кровати без раздражения, потому что знает: в офисе его будет ждать Тэхьон, с утренней улыбкой, с мягким «доброе утро» и с привычкой первым делом ставить на стол кофе — чёрный, без сахара, именно такой, какой пьёт Чон. Чонгук привык к тому, как Тэхьон всегда чуть шумнее остальных, привык к его фирменному «гуки, не накручивай», к тому, как он поправляет рукав рубашки, когда нервничает. Привык к его запаху — спокойному, тёплому, едва улавливаемому под служебным блокиратором. Привык к тому, что Тэхьон садится рядом, когда они вместе разбирают отчёты, как он ворчит, если Чон старается перетянуть всё на себя, как иногда смотрит слишком внимательно… слишком долго. И Чонгук, сам того не желая, привязался к этому человеку. К его голосу. К его присутствию рядом. К его привычкам, мелочам, смешным замечаниям. Работа перестала казаться пыткой. Она стала… почти в радость. Потому что в ней теперь был смысл, был ритм, был кто-то, кто делал каждый день легче. А Чонгук всё чаще ловил себя на мысли: «Если Тэ рядом — всё получится.» Но на самом деле, когда Чонгук оставался сам — ему становилось страшно. Страшно до дрожи в руках. Он не хотел, чтобы Тэхьон когда-нибудь ушёл. Не хотел, чтобы они поссорились. Поэтому Чон старался быть идеальным: покупал что-то вкусное к кофе, выполнял работу быстрее, чем мог, делал всё, чтобы Тэхьон обязательно обратил внимание именно на него… только на него. Он понимал, что слишком привязался, что тянется к Тэ больше, чем должен… и от этого было ещё страшнее. Когда Тэ был рядом — все проблемы исчезали. Как только Чон оставался один — прошлое начинало душить. Старые отношения… Те, в которых он отдавал всё, жил ради другого, бежал со встреч, отменял дела, ехал через полгорода, лишь бы порадовать. Омега тогда пользовался этим — скучно? Звал Чона. Весело? Исчезал. Ценили ли его? Нет. А Чонгук всё равно терпел. Всё равно надеялся. Он до сих пор помнил их последний звонок. Этот голос, ставший ледяным — как нож под рёбра. ⸻ Тот звонок… Чон сидел на полу своей спальни, спиной к кровати, уткнувшись лбом в согнутые колени. Пальцы дрожали, телефон едва не выпадал из рук. – Миан… пожалуйста, что такое? – голос срывался. – Что я сделал? Скажи… я исправлюсь! – Я люблю тебя… не бросай меня. Я… не смогу без тебя. Ты ведь… ты ведь тоже любишь меня, да? Пожалуйста… На той стороне раздался смешок. Холодный. Острый. – Люблю? Пауза. – Ты серьёзно? У Чона дыхание остановилось. – Кому такой, как ты, вообще можешь понравиться? Сердце ударило сильно, будто кто-то ударил изнутри. – У тебя были деньги — вот и всё. – Мне было плевать на тебя. Всегда. – Ты должен был понимать: кроме меня тебя никто не полюбит. Слова били один за другим. – Да, я тебя не любил. Да, мне было похуй. – Ты как Bolt-машина: вызвал — использовал — и закрыл приложение. Для удобства. Гудки. Пустота. Тишина. Телефон завибрировал снова, и Чонгук мгновенно поднял трубку. С первой же секунды он услышал хрипловатый, усталый голос Тэхьона — такой низкий, смягчённый сонностью. – …Не спишь? – тихо, немного сипло, будто Тэ прямо сейчас лежал на подушке и говорил в телефон полушёпотом. Губы Чонгука дрогнули. Он вслушался: дыхание Тэ было глубоким, спокойным. Он действительно хотел спать… но всё равно позвонил. – Нет, ещё не планировал, – Чон попытался говорить ровно. – Да и работа есть. На том конце послышался сонный смешок — низкий, приятный. – Всё завтра. Пауза, короткий выдох. – Никакой работы. Ты сейчас идёшь спать. Со мной. И точка. Тон был мягким, но уверенным, как будто это не просьба, а заботливый приказ. – Пожалуйста, Гуки… ложись спать со мной. У Чона внутри что-то сжалось. Как будто кто-то накрыл его тёплым пледом. Тэхьон, даже едва держащийся на ногах от усталости, не ляжет, пока не убедится, что Чонгук спит спокойно. – Но у меня ещё чуть-чуть… – Чон, сам того не замечая, надул губы. Было так приятно, что кто-то волнуется именно за него. На том конце послышалось движение — будто Тэ перекатился на бок, одной рукой поправил одеяло, другой удерживая телефон у уха. – Никаких “чуть-чуть”. Голос стал мягче, ниже, почти шёлковым. – Спать. Тебе нужно отдыхать. А с работой я помогу. Завтра всё сделаем вместе. Чонгук застыл. Ему никто никогда так не говорил. Никто не настаивал ради него. Никто не укладывал его спать. Он медленно лёг, натягивая на себя одеяло, а Тэхьон, кажется, услышал даже этот тихий шорох. – Вот так… умница, – прошептал он почти неосознанно. Чон покраснел, но не перебил. Под тихое ворчание Тэхьона он устроился удобнее на подушке. Тэ иногда что-то бормотал: «Голова на подушку…», «Глаза закрывай…», «Я здесь… спи…» И Чонгук даже не понял, как его дыхание стало ровным. Тэхьон уловил это первым. Он улыбнулся в телефон так тепло, что будто мог согреть через расстояние. – Сладких снов, Гуки… – сказал тихо, почти шепнул. – Я рядом. Спи спокойно. И только после этих слов Тэхьон сам позволил себе погрузиться в сон. Утро было тихим. Офис ещё только просыпался — редкие шаги в коридоре, запах свежего кофе, мягкий гул принтера где-то далеко. Чонгук пришёл чуть раньше обычного. Он пытался выглядеть спокойно, но выдать его могло всё: лёгкая краснота на ушах, слишком уж прямая спина и то, как он старательно делал вид, что занят сортировкой бумаг. Он не мог выбросить из головы тот вечер. То, как Тэхьон укладывал его спать. То, как он сказал «умница». То, как шепнул «я никуда не исчезну». Даже вспомнить — уже тепло. И страшно.Не хочется чтобы это тепло уходило…. Чон провёл рукой по лицу, пытаясь скрыть улыбку, но она всё равно возвращалась. И именно в этот момент дверь их кабинета тихо открылась. Тэхьон зашёл спокойно, будто ничего необычного не произошло вчера. Никаких лишних эмоций. Но глаза… что то изменилось  – Доброе утро, Гуки. – голос спокойный, глубокий. Немного хриплый — он ещё не говорил ни с кем, кроме него. Чон выронил ручку. Просто взял и уронил — настолько растерялся. Чорт.Чон уже готов был проварится,альфа а ведет не как он. – доброе утро, – он опустил взгляд, чувствуя, как щёки начинают горячеть. Тэ сделал пару шагов ближе, поставил рядом его любимый кофе — всё так же чёрный, без сахара. Снова.Принес.Чонгук смотрелся в кафе,с проявлением тэхьона,он каждый раз утром получал кофе. – Ты хорошо спал? Вопрос звучал просто. Но оба понимали — он спрашивает не про сон. А про тот момент. Чон кивнул, будто боялся, что голос его выдаст. – Да… лучше, чем обычно.Еще когда-то його тревожили кошмари,или навязливие мысли ,но вчера впервые снилось хорошое. – Хорошо. – Тэ произнёс это слишком мягко, почти удовлетворённо, как будто лично это устроил. А он и устроил.Довольний как кот. Чон прикусил внутреннюю сторону губы. Вот и снова — тепло поднимается вверх, щёки горят, мысли путаются.Чонгук позволял йому наплевать что они оба альфи,он впервые чувствует себя живим. Тэ сел рядом, открыл ноутбук, но посмотрел на Чона уголком глаза. – Надеюсь, я не слишком…командовал вчера? Он говорил спокойно, но чуть напряжённо — будто действительно переживал. Чон покачал головой, неторопливо. – Нет. Просто… – он сглотнул. – Просто неожиданно. Но… приятно. Тэхьон улыбнулся. Настояще. Та редкая улыбка, от которой у него мягче становится взгляд. – Хорошо. Значит, буду укладывать тебя спать чаще.Прямо в глаза. Чонгук чуть не подавился кофе. В прямом смысле — закашлялся, покраснел, отвернулся. – Не надо,я же надоем так,я и сам могу!! – Что? – ровно, спокойно, но с явной насмешкой в голосе. – Ты же сам сказал, что тебе было приятно,разве нет?. Чон глубоко вдохнул, пытаясь вернуть себе самообладание. – Я… просто… – он запутался окончательно. – Это… не важно. Тэ откинулся на спинку стула, наблюдая за ним открыто, тёпло. Уголки губ чуть приподнялись. – мне нравится заботиться о тебе. Чон чувственно вздрогнул. Его сердце ударило слишком громко. А Тэхьон, будто ничего не произошло, добавил: – Так что привыкай. Как говорят, счастье не может быть вечным. Под конец рабочего дня, когда всё наконец сделано, и на офис опускается усталое спокойствие, каждый занимался своим делом: кто-то говорил по телефону, кто-то листал телевизор на стене, кто-то всё ещё стучал по клавиатуре, доделывая последние правки. И Чонгук — который наблюдал за всеми, сидя чуть поодаль, — ждал Тэхьона. Тот всего десять минут назад слегка поругал его за то, что Чонгук опять ничего не ел, ничего не сказал, только оставил рядом бутылку воды и строго прошептал “сидеть здесь”, словно боялся, что парень упадёт с ног, если его оставить надолго. Чон был расслаблен… даже счастлив. Запах Тэ всё ещё витал вокруг — мягкий, тёплый, такой домашний. Он будто держал Чонгука в объятиях, даже когда самого Тэ не было рядом. Но вдруг всё внутри оборвалось. Взгляд Чона резко дёрнулся к открытому дверному проёму — и дыхание перехватило. Миан… Нет. Только не он. Сердце забилось так сильно, будто хотело вырваться. В висках стучит, в груди давит, руки холодеют. Жарко… и одновременно мерзко. Тошнота поднимается к горлу. Нужно держаться. Держись. Не показывай. Он почти не слышит, что говорит начальник — что все должны обратить внимание на нового заказчика, который пришёл проверить этапы проекта. Голоса сливаются в гул, слова не различаются. Но один человек замечает всё без слов. Тэхьон. Он оказывается рядом так тихо, что Чонгук даже не заметил его приближения. Тепло ладони аккуратно ложится на его плечо. Чон вздрагивает, резко поднимает глаза — большие, испуганные, влажные — прямо на Тэхьона. — Всё хорошо?.. — спрашивает тот чуть хрипловатым, низким голосом, мягко надавливая на плечо, словно пытаясь вернуть его в реальность. Чон кивает. Автоматически. Но внутри — хаос, шум, боль, старые воспоминания, которых он так боялся. Тэхьон ничего не говорит. Лишь мельком бросает взгляд на “нового заказчика”, и этого хватает, чтобы его глаза потемнели, а челюсть напряглась. Но он не устраивает сцен. Он просто берёт Чонгука под руку — уверенно, но бережно — и выводит из офиса. На балкон. На свежий воздух. Там прохладно, тихо. Город шумит снизу, а над головой густеет вечернее небо. Через пару минут Тэ возвращается с пледом, накрывает Чона аккуратно, как будто боится задеть. Перед ним ставит контейнер с едой. Не задаёт ни одного вопроса. И Чонгук так благодарен за это, что слова застревают в горле. Он начинает тихо кушать, понемногу, чувствуя, как руки перестают дрожать. Тишина между ними не давящая — тёплая. Сберегаюча. Он знает, что должен что-то сказать… Но не может. Не сейчас. Тэхьон замечает это раньше, чем Чон открывает рот. Он аккуратно берёт его руку, накрывая своей, большой и тёплой. — Не стоит ничего говорить, — шепчет тихо. — Главное, чтобы ты был в порядке. И чтобы ты поел. А всё остальное… потом. Когда захочешь. Не дави на себя. Тэ чуть улыбается — мягко, успокаивающе — и легонько гладит Чона по голове, пропуская пальцы сквозь пряди, будто прогоняя чужой запах, чужую тень. — Все мы имеем право на любые эмоции, — продолжает он. — И право хоть иногда забить хуй на всё и позволить кому-то о тебе позаботиться. И Чонгук впервые за долгое время чувствует, что может выдохнуть. Что он не один. Спустя пару минут после тишины Чонгук невольно поджал ноги к себе, положил голову на руки и украдкой взглянул на Тэхьона. И в этот момент его будто накрыло. С этим человеком… с ним так спокойно, так безопасно, так по-настоящему тепло, что внутри всё мягко дрожит. Так комфортно, что Чон готов был расплакаться прямо здесь, на холодном балконе, под пледом. — Спасибо тебе, Тэ… за всё, — прошептал он, голос дрогнул едва слышно. — Мне правда было плохо… Прости за эту сцену. Я понимаю, должен держаться, ничего же не случилось, но… — он еще тише, почти испуганно, — пока я не могу говорить, почему такая реакция. Не потому что не доверяю тебе. Просто… ты первый, кто так близко подобрался. Первый, кто увидел во мне больше, чем мой статус. Чон делает выдох, длинный, сбивчивый, будто пытаясь вытолкнуть боль из груди. — Я… иногда нестабильный, — признаётся он. — Не всегда разговорчив. Слишком поддерживаю, даже когда не нужно. Слишком навязчивый. Люди терпели меня только из-за статуса… или потому что я не умею отказывать. Я всегда хочу, чтобы всем было хорошо. А про себя… забываю. Он слабенько усмехнулся. Усталой, неуверенной улыбкой, которую давно уже никто не видел на его лице. Тэхьон всё это время молчал. Не перебивал. Не давил вопросами. Он просто смотрел — спокойно, внимательно, мягко. Смотрел так, будто каждое слово Чонгука было важным, ценным, дорогим. И когда Чон поднял взгляд, их глаза встретились. В глазах Тэ было столько тепла, что у Чона снова защипало в уголках. Тэхьон медленно, очень аккуратно, будто боялся спугнуть, притянул Чонгука к себе. Обнял за плечи, прижимая ближе, создавая вокруг него маленький кокон из тепла. Его голос был тихим, хрипловатым, удивительно нежным: — Гуки, послушай меня. Мне хочется быть рядом с тобой не из-за статуса, не из-за обязанностей. А потому что мне нравишься ты. Он мягко коснулся его волос, будто успокаивал дрожащего щенка. — С тобой хорошо. Ты приятный. Ты милый. И перестань извиняться. Иначе… — Тэ хихикнул, тёпло, игриво, — иначе я обещаю, ты получишь наказание. Чон выдохнул смехом, даже не удержавшись. — И ещё, — продолжил Тэ, легко касаясь его щеки, — если тебе плохо, пиши. Лучше — звони. Я повторю ещё раз: ты самый лучший. Или мне крикнуть, чтобы ты поверил? Ответа он не ждал. Просто резко повернулся к пустому вечернему балкону и во весь голос закричал: — ЧОООН ЧОНГУК — САМЫЙ МИЛЫЙ!!! Чонгук застыл. А потом… Он расхохотался — искренне, звонко, от души. Он буквально рухнул в объятия Тэхьона, прижимаясь виском к его шее, пряча краснеющее лицо. — Ты совсем дурак!! — прорыдал он от смеха, но руки уже обхватывали Тэхьона за талию. — Совсем…больной И Чон смеялся, дрожал, уткнувшись в его грудь — счастливый, живой, настоящий. А Тэ только сильнее обнял его, согревая. Потому что в этот момент он понял: Чонгук доверился ему. По-настоящему.Наконец-то он хоть немного смог,и Тэхьон рад. Тэхьон некоторое время смотрел на Чонгука — на его усталые глаза, на то, как тот всё ещё дрожит от пережитого. И вдруг тихо, почти шёпотом, но уверенно сказал: — Гуки, поехали ко мне. Его голос стал ниже, мягче, почти ласковее. — Не хочу, чтобы ты оставался здесь. Тем более на балконе — холодно. Не хочу, чтобы ты заболел. Чонгук поднял на него взгляд, тёплый, немного смущённый. Губы дрогнули в маленькой улыбке. — Да ты сам смотри, не заболей, — сказал он тихо, но в голосе было столько нежности, что у Тэ в груди стало тепло. — Я не против… не хотелось бы быть одному. Тэхьон усмехнулся, качнув головой. Он встал первым, отряхнув со штанов пушинки от пледа, и даже на секунду позволил себе улыбнуться шире, чем обычно. — Со мной ничего не будет, Гуки, расслабься. — он фыркнул, легко, почти игриво. Потом протянул руку. Не просто ладонь — руку, с тихим жестом «идём ко мне», будто приглашал в свою зону тепла, безопасности, спокойствия. Чонгук секунду смотрел на неё, будто проверял… правда ли это всё для него. Потом вложил свою ладонь — робко, но крепко. Тэхьон чуть сжал её. Пальцы легли тепло, уверенно, так, что у Чона по коже прошёл лёгкий разряд. — Пойдём, — мягко сказал Тэ. Они вышли с балкона — Тэ придержал дверь, пропуская вперёд, и почти незаметно положил ладонь на поясницу Чона, словно охранял. Коридор был пустой и тихий, вечер добивал свой последний свет. Чонгук шагал чуть ближе, чем обычно, будто сам искал тепла Тэхьона. По дороге Тэ остановился, чтобы взять с вешалки куртку Чона и накинуть ему на плечи — аккуратно, будто закрывал от холодного воздуха. — Спасибо, — прошептал Чон, опуская глаза. — Не благодари за очевидные вещи, — ответил Тэ и провёл ладонью по его плечу. Спускаясь по лестнице, они всё ещё держались рядом плечам к плечу. Чонгук пару раз тихо вздыхал — усталость, слабость, переживания дня — всё это буквально стекало вниз, пока Тэ не отпускает его из выда ни на секунду. Когда они вышли на парковку, Тэ легко подтянул Чона ближе к себе, чтобы холодный ветер не задел. — Вот моя машина, — сказал он и открыл перед ним пассажирскую дверь. — Садись, Гуки. Сегодня ты едешь там, где тишина,покой,готовка и фильм. Чонгук сел, и на его лице мелькнуло что-то тихое, смягчённое… маленькое «спасибо», которое он не успел сказать вслух, но которое Тэ прекрасно прочитал в его глазах. Тэ опустился рядом, пристегнулся, завёл двигатель — и только тогда посмотрел на парня так,которий в свое время смотрел в окне,и он заметил что тот смотрел,но ничего не зделал. Нравится. ————————— Дома у Тэхьона оказалось очень уютно.  Тёплый мягкий свет, много дерева, диван большой, пушистый плед, куча аккуратных деталей — видно, что Тэ живёт здесь давно и ухаживает за домом. Всё пахло чем-то спокойным и домашним. Тэхьон, как настоящий хозяин дома, сразу всё показал Чонгуку, дал выбрать даже комнату, где Чон принял душ и переоделся в Тэхьонову одежду. Чонгук будто оказался в огромной роскошной гостинице, где был очень удобный диван и большой телевизор. Ему было спокойно — кофта пахла Тэхьоном, кофе был теперь его любимым кофе. Задача у него была одна: найти какой-то фильм, пока Тэхьон готовил покушать. Как же отлично, когда за тебя всё делают, а ты можешь просто отдохнуть. Спустя пару минут они оба уже кушали пасту и смотрели фильм, который оказался очень интересным. И как ни странно, из-за того, что Чон расслабился, он начал много говорить о фильме. Тэхьону было только в радость слушать. Такой красивый… сложно устоять просто. — Кстати… в тот первый день от тебя был запах кофе с сигаретами. Сейчас только кофе. Почему? Перестал курить? — как-то вовремя выбросил Чон. Тэхьон задумался, а потом ответил: — Я думал, тебе не нравится. Вот и… рядом с тобой и на работе, так как мы много времени вместе, я решил, что не буду курить. Я один — да, курю. — Я не против, чтобы ты курил… — пробормотал Чон, потому что ему как раз и не хватало запаха сигарет, но только от Тэхьона. Что-то манящее. Тэхьон хмыкнул и достал из подушки пачку сигарет, а из кармана — очень красивую зажигалку. Взял одну, затянулся, спокойно смотря фильм, пока не выдохнул дым прямо Чонгуку в лицо. — Пока что только в лицо, — пробормотал Тэ. — Я так понимаю, ты ходил в зал? У тебя отличная форма. — Его взгляд скользнул по Чону, потом он быстро отвернулся к телевизору. — Я на самом деле тоже… но привычка курить осталась с детства. — Он горько улыбнулся и затушил сигарету спустя какое-то время. Чонгук сразу положил взгляд на эту красивую зажигалку — такую в магазине просто так не купишь. Он это запомнит. Когда дым попал на лицо, он сложил брови домиком и чуть приоткрыл глаза. Фразу «пока что только в лицо» он не понял, но спрашивать было… как-то неудобно. — Да… иногда, на выходных, если нет работы и есть время. Но в последнее время не ходил. Мне бы поспать хоть немного… — Чон чуть улыбнулся, но когда Тэ заговорил про детство, что-то стало не так… — И что тебя заставило курить? — спросил Чон, не подумав, а потом сразу понял, что, возможно, это не надо… они же ещё не так близко знакомы. — Чёрт, прости. Можешь не говорить. Я случайно… прости. — С виноватым лицом Чонгук грустно посмотрел на него. Тэхьон только взял в руки чай и передал Чонгуку його кофе.Ничего не сказал насчёт «прости». Этот парень, если ещё раз извинится — получит наказание. Сделав глоток, Тэ начал рассказывать: — На самом деле… у меня очень строгая семья. И я понимаю, что не у меня одного такое. Просто тогда почему-то казалось, что так должно быть у всех. Отец, как мечтал, получил сына-альфу, папа тоже был рад. Всё было хорошо. Я наблюдал, как они любили друг друга, как за столом мило улыбались… но… Тэхьон усмехнулся воспоминаниям — горьким, режущим. — Это была игра для меня. Они перестали любить и уважать друг друга. Я узнал это случайно, когда в десять лет увидел, как отец душит папу. Они не заметили меня. Я хотел убежать и задел вазу. Отец… он был очень злым. Он набросился на меня, мне было семь, возможно… Папа, несмотря на бессилие, поднялся и прикрыл меня собой. Я совсем растерялся, не знал, что делать. Но я не хотел, чтобы папе было больно… и я прикрыл его. Тэхьон замолчал. Вспоминать было сложно, но он хотел, чтобы Чон знал: — И в один момент… его будто переключило. Он увидел всё и упал на колени, прося у меня и у папы прощения. Тогда я понял, что семья не была идеальной. В ней что-то сломалось. И всё это из-за того, что отец начал зависать с друзьями, которые тайком давали ему наркотики… Через месяц родители разошлись. Я остался с папой. Я отказывал любой контакт с отцом, хоть папа и убивался по нему. Потом я узнал, что отец нашёл омегу… ужасного человека. И я не знаю, почему люди такие… почему те, кто любит, терпят и ждут изменений; а потом появляются те, кто просит только деньги отца и ждут, когда он умрёт. Если коротко — курить я начал с шестнадцати. Было больно, и я глушил боль как мог… а сейчас это просто привычка. Тэхьон договорил и повернулся к Чону, который смотрел на него заплаканными глазами. Чонгук не сдержался ещё в тот момент, когда услышал про десятилетнего Тэ. Он даже не заметил, как слёзы сами по себе потекли. Его добило последнее: Чон слишком хорошо знал, как это — когда любишь, а для другого ты просто вещь. Чон всхлипнул. Руки, которые ещё минуту назад держали кружку, теперь дрожали. Он отпил ещё немного чая, но ничего не успел сказать — Тэ уже притянул его к себе. — Чёрт, гуки… прости. Я не хотел, чтобы ты плакал. Прости меня. — Тэ крепко прижимал его к себе, полностью позволяя обнять. — Я рассказал, потому что хочу, чтобы ты знал: у меня тоже есть слабости. — Эй… — Тэ нежно погладил его по волосам. — Прости-прости-прости. Не плач, прошу. Ты же такой красивый. — А ещё очень вкусно пахнешь… И если бы фанат лично передал мне десерт был бы я доволен.Рискованно покупать десерт со своим же запахом. — Он тихонько хихикнул, меняя тему.-правда гуки? Чон поднял голову на мужчину и через минуту рассмеялся — так чисто и искренне. Улыбаясь, он перестал стесняться и наконец, прикрывая лицо руками, заговорил: — Да, я застеснялся… мне неловко было. Это было бы странно… ну, тогда я так думал. И десерт просто остался такой, я не виноват. Просто не передать словами, как Тэхьон готов смотреть на такого Чонгука. Ему нравится… — Ну-ну, поверю, — Тэхьон нежно улыбнулся и начал убирать со стола. Как ни странно, фильм уже закончился. Чон только смотрел на мужчину. Его улыбка… такая светлая и красивая. Глаз не оторвать. Спустя десять минут, заходя в гостиную, Тэхьон заметил милую картину: Чонгук уже посапывал, всё же заснул. Тэхьон накрыл его пледом, подложил подушку и собирался уходить, как заметил странное сообщение на телефоне Гука. «Неизвестный»: Как только увидел меня — убежал? Хах. Ты работаешь на меня, мой проект должен быть, но я ещё потрепаю тебя. Я уже соскучилась по тебе, дорогой мой… 23:40 Читая сообщение, какой-то пазл начал складываться… «Неизвестный»: Все люди пользуются тобой, поэтому не думай, что тебя кто-то полюбит. Ты слишком скучный. Максимум — на один день. Спокойной ночи. 23:43 — Вот же сука… — Тэхьон хмыкнул. Злился сильно. Но, посмотрев на Чона, он успокоился. Он не собирался давить. Чон расскажет сам — когда захочет. — Бедный мой… знал бы ты, как я люблю тебя, — тихо-тихо прошептал Тэхьон, понимая, что пока не время. Ещё немного… А пока он всю ночь думал и любовался Чоном, который сладко спал. В конце концов заснул и сам Тэ — где уже глубокой ночью Чон прижался к нему. Всегда теперь. Помни, что со всем можно разобраться. И у тебя есть я. — Сделаю всё для тебя. Обещаешь? ⸻ ⸻ На утро Тэхьон проснулся первым и хотел встать, но почувствовал на своих коленях что-то тяжёлое и тёплое. Он открыл глаза и посмотрел вниз — на его коленях мило посапывал Чон Чонгук, дуя губками и тихо дыша. Тэхьон немного улыбнулся и сразу же выключил будильник. Запах Чона сейчас так расслабляет… Хочется остаться тут и забыть про работу, но для Чонгука работа важна, и Тэ это понимает. Поэтому он старается аккуратно встать. Но так как Тэ живёт не так далеко от офиса, как Чон, — пусть тот ещё поспит, тем более они вчера поздно легли. А пока сам Тэхьон приготовит что-то и приведёт себя в порядок. ⸻ Чонгук просыпается не сразу. Он чувствует, что кто-то поглаживает его и тихо-тихо зовёт. Это так приятно… Не хочется просыпаться, но всё же приходится. Он открывает глаза, слегка приподнимаясь, и размыто смотрит на Тэхьона. Он видит, как тот что-то говорит ему, но не слушает — просто завис на Тэхьоне. А потом снова падает на диван, закрывая глаза. Тэхьон смеётся — такая реакция очень милая. Он смотрит на парня: — Ещё пять минуточек даю. Больше нельзя, потому что я приготовил очень вкусный завтрак, и тебе нужно успеть одеться. И Тэхьон уходит. Чонгук остаётся так… но он не спит. В голове только мысль о том, что это странно — что всё так хорошо. Так не бывает, обязательно что-то случится… Не может быть, чтобы всё было так. Хотелось бы Чону не думать об этом, но как ни странно, ему очень приятно с этим мужчиной. Так приятно внутри, будто он снова живой. Спустя пять минут Чон всё же встал, успел переодеться и выглядел снова строго и твёрдо, хотя внутри — совсем не так. Он успел взять свой телефон и прочитать сообщение от Миана. Он ничего не ответил и сразу же заблокировал, но осадок остался… А если тот захочет что-то сделать? И нет — за себя он не боялся, ему всё равно. Вдруг он сделает что-то Тэхьону? Это очень сильно испугало Чона… Нет, только не он. Не посмеет. Не хочет. Нельзя. Сердце больно кольнуло от осознания всего, а самое худшее — то, что Чон чувствовал какое-то плохое предчувствие. На грани он посмотрел на себя в зеркало: — Тэхьон же не такой… Он не бросит же меня?.. — спрашивал он сам себя. Не бросит?.. Тэ… не бросай меня… За столом Чонгук совсем забыл про свои переживания, отдаваясь Тэхьону полностью: вместе кушали, разговаривали и обсуждали планы на выходные. Тэхьон понимал, что тот прочитал сообщение, но он не мог прямо сказать, что он тоже видел. Он мог только мягко спросить: — Гуки, всё хорошо? Чон лишь улыбнулся и кивнул, снова где-то летая мыслями. Тэхьон цокнул и взял парня за подбородок: — Скажи это прямо мне в глаза. Чон не ожидал этого — взгляд не отвести, а сказать честно сложно. Он решил попробовать «заворожить» мужчину глазками, но… Тэхьон взял его другой рукой за руку: — Не надо так смотреть, влюбить хочешь? Хотя уже поздно… — тихо добавил Тэ и хмыкнул. — Я жду, Гуки. Чон всё же сдался и слегка сжал его ладонь: — У меня плохое предчувствие… что-то случится. — Он смотрел прямо, рука немного дрожала. — Я не хочу. Потому что впервые чувствую себя так хорошо рядом с тобой, — смущённо сказал Гуки. — Вдруг с тобой что-то станет… мне беспокойно внутри, и я не понимаю почему… — Он поднял свои испуганные глаза. Чону было тяжело держаться рядом с этим мужчиной, который будто знал, что тот скрывает самое главное. Тэхьон поднялся со своего места и, сев рядом с Чоном, одной рукой подтянул его кресло ближе к себе. Взяв парня за руку и накрыв её своей, он посмотрел прямо в глаза — нужно было как можно быстрее успокоить его, потому что Чона слегка трясло. — Посмотри на меня, пожалуйста. Если даже что-то случится на работе, я обещаю — верить буду только твоим словам. Тем более, кому я нужен? Меня все знают, и если бы хотели навредить — уже сделали бы. У нас, в принципе, хороший коллектив. А ещё в офисе работает один прекрасный, красивый, милый и слишком добрый Чон Чонгук, которого я встретил здесь — и очень этому рад. Пожалуйста, не забивай свою головушку чем-то плохим, — он аккуратно постучал по ней пальцами, и Чон слегка скривился от лёгкой боли. — Если ещё раз будешь переживать — говори мне. Гуки весь рассказ слушал до последнего слова — внимательно, тихо, будто боялся пропустить хоть одну деталь. Это было так приятно… так интимно. Вот так говорить о слабости, о страхах — и ни намёка на осуждение, хотя он альфа. От этого у Чона внутри все дрогнуло, аж заскулить хотелось, притянуться к этому мужчине, который не давит, не смеётся, а принимает его полностью. Чон кивал, впитывая каждое слово Тэхьона так легко, будто это тепло само ложилось в грудь. — Обещаю… — тихо выдохнул Гуки и почувствовал, как напряжение уходит. Тепло расползалось по телу, словно Тэхьон одним своим голосом разогнал весь туман в голове. Стало спокойнее. Намного. Тэхьон, увидев это, только мягко улыбнулся. — Вот и хорошо, гуки. Несколько минут они просто сидели рядом — рука в руке, дыхание ровное, тишина уютная, почти домашняя. Но время всё же поджимало. Тэхьон первым посмотрел на часы и хмыкнул: — Нам пора ехать на работу, Гуки. Он поднялся, легко потянув Чона за руку.  Чонгук встал, пусть и нехотя — так хотелось ещё хотя бы минутку посидеть рядом. Но теперь, когда Тэхьон был рядом, когда его руки так уверенно держали — страха не осталось. Лишь тихое, тёплое чувство внутри. И думка одна: “с ним мне хорошо… и безопасно  ——————— На роботе всё было спокойно, и всё как обычно: кофе, документы, ещё раз кофе, подписи, обед. В кабинете Чона Тэхьон тоже был. Да, у Тэхьона уже есть свой кабинет, но, как сказал он сам, он привык работать вместе с Чоном и захотел остаться рядом. Но всё же чуйка Чонгука не подвела… Спустя пятнадцать минут он и Тэхьон оказались у начальника в кабинете. Тот был очень злой и недовольный. — Чонгук, ты почему не проследил, какие документы ты подписал? Ты хоть понимаешь, что ты сделал?! — подняв тон, начал говорить начальник Диар. — А ты, Тэхьон, ты ещё хуже! — перевёл взгляд на него. — Ты где, блять, взял эти документы? Или решил так легко предать нас своей прошлой компании? Вот так просто? Хах… Диар был в шоке: он не ожидал ни от одного из них такого. Весь проект, над которым трудился каждый, был украден и передан в другую компанию. — Вы оба отстранены от работы, пока мы разбираемся, как это произошло. Чтобы мои глаза вас не видели. А ещё… Тэхьон, останься. А ты, Чон, ступай. Чонгуку хотелось бы что-то сказать, но он понимал, что это уже не поможет. Он молча кивнул. Но только выйдя за дверь — не ушёл. — Тэхьон, этот документ был у тебя. Я доверял тебе. Но сейчас его тупо спиздили. Над вашей работой с Чоном и всей нашей командой. — Диар тяжело выдохнул. — Я не верю, что это ты. Не хочу слушать слухи. Ты не тот человек. Но у тебя сейчас огромные проблемы. Все против тебя. Мне нужно тебя уволить. Я должен был сделать это сейчас, но… как я могу друга, который помогал мне выйти из огромного пиздеца? Я хочу дождаться, пока мы полностью разберёмся, кто это сделал. Зачем. И как пошли эти слухи. Поэтому пока — отстраняю от работы. Диар немного улыбнулся. — Я верю тебе. И сделаю всё, чтобы люди поверили мне. Тэхьон улыбнулся и пожал руку мужчине, вспоминая, как с детства они помогали друг другу. — Спасибо за всё. Я понял. Но если будет завал — я тебе помогу. Он уже собрался уходить, как услышал: — Кажется, ты у нас уже нашёл, кому хочешь помогать. Странно… чтобы сам Ким Тэхьон не отвергал. Неужели у тебя есть слабое место? Ухмылка стояла на лице начальника. Тэхьон только улыбнулся и, разворачиваясь, сказал: — Да. Чон Чонгук — моя слабость. … Чонгук ушёл ещё после слов про проблемы Тэхьона и услышал, что его уволят. Блять. Ну он же говорил, что случится что-то. Всё из-за него… Он не хочет приносить этому человеку проблемы. Зачем Тэхьону такой проблемный да ещё и альфа? Тот точно никогда не увидит Чона как партнёра. Только как друга… коллегу. Чон был напуган тем, что произошло, но и сам не знал, что делать. Идти в таком состоянии навстречу Миану — точно не вариант. Тот сделает ещё хуже. Хуже Тэхьону. Он молча собрал вещи, надел пальто и выбежал из офиса, никому не говоря ни слова. Сел в первое попавшееся такси и помчался домой. Он был готов расплакаться, но держался. Водитель молчал, ничего не спрашивал. Как добрался домой — он не помнил. Лил дождь. До дома ещё полчаса, пробки невозможные. Сидеть и ждать он больше не мог. Он объяснил водителю, шокированному, что ему срочно нужно домой. Водитель хотел дать зонт, но Чон убежал. Он добежал домой — полностью мокрый, разбитый, не зная, как успокоиться. Войдя, он заорал на всю квартиру, не сдерживая боль и страх. Он тяжело дышал, готовясь расплакаться, но слёз не было — и это только сильнее злило. Злость накрыла неожиданно. Он крушил всё вокруг: вазы, книги, посуду. Больно — а слёз нет. Руки тряслись, всё тело дрожало. Он всё испортил. Он виноват. Всё из-за его прошлого. Но страдает Тэхьон, не он. Лучше бы… Под этим странным чувством Чон успел добраться до бутылки виски. Он давно не пил. Бросил. Смог. После расставания он пил, как не в себя, и если бы не Диар — спился бы. Неправильно. Страшно. Но он отключил всё. И выпил бутылку за бутылкой, глуша боль. ⸻ Спустя три часа. Он сидел на кухне. Рядом — три пустые бутылки. Вокруг — разбитые вещи. Но самое худшее… — Я хочу к Тэхьону… — Чон шмыгнул носом, болтая ногами. Его тянуло к нему. Сильно не хватало. Запах хочется… Уткнуться хочется… Обниматься хочется… Чтобы тот успокоил. Был рядом. Он же обещал. Чон вдруг понял, что прошло три часа, а тот даже не позвонил. Не пришёл. Почему? Неужели Чон теперь противен? Или Тэхьон злится, что он ушёл? А вдруг он больше не захочет с ним говорить?.. Это ударило. — Нет… он меня не бросит… В панике он набрал номер. Он знал, что тот должен взять трубку. Но — гудков нет. Он звонил раз 15 — ничего. И вот тут конец. Чонгук разрыдался. Так больно ещё не было. Тэхьон отказался от него. Не хочет больше. Он противен ему. Он успел привязаться. Но тот же сам говорил… Чон всхлипывал, пока не почувствовал, как что-то капает на него… Он поднял глаза — и увидел перед собой запыханного, мокрого Тэхьона в кожанке. Чонгук всхлипнул и резко бросился к мужчине. Ему плевать, что он альфа. Он имеет право на эмоции. Он прижимался, тянулся ближе, цеплялся руками за плечи. — Тэхьон… — голос сорвался в плач. Тэхьон, облегчённо выдохнув, что с ним всё хорошо, обнял его крепче. Осмотрел квартиру — почти ничего не осталось целого. Он боялся за Гука, но с ним всё почти в порядке. Он аккуратно гладил парня по волосам и шептал: — Господи, солнце… как же я рад, что с тобой всё хорошо. Он не собирался отпускать его. Сейчас главное — быть рядом. — Прости меня… я во всём виноват… прости… — Чон дрожал, старался выговорить всё, что накипело. — Мне стыдно… что подставил тебя с работой… не сказал правду про прошлые отношения, которые ранили меня… я звонил тебе пятнадцать раз… ты не взял… и я подумал, что я не нужен… что я противный… я такой дурак… прости… только не бросай меня… пожалуйста… я не смогу без тебя… я снова начну пить… и умру… я не знаю, как жить без тебя… прости, что не говорил раньше… я не умею… Чон потерял контроль. Он говорил и говорил — о прошлом, о том парне, о работе, о сообщении, что он виноват, что не заслуживает Тэ, но любит его, боится жить без него. О проблемах с алкоголем, о том, что не умеет говорить «нет». Он полностью открылся. Всё время Тэхьон слушал. Крепко держал. Подсиливал запах. Не перебивал. Гладил. Обнимал. Где-то целовал. Давал понять: он здесь. Он обязательно скажет нужные слова позже. Но сейчас главное — чтобы парень смог уснуть у него в руках. Он тихо шепнул ему на ухо: — Солнце моё… мой хороший… всё хорошо. Я с тобой. И я очень люблю тебя. Я тебя услышал. Спасибо, что сказал. Я ни капельки не злюсь. Я обещал быть с тобой. А всё остальное скажу позже — на трезвую голову. Он усмехнулся, гладя его по голове. — Моё ты горе… как ты себя чувствуешь? Тошнит? Ты же ничего не ел. — Не хочу кушать… голова болит… и тошнит… мне плохо… — сказал Чон, не отходя ни на секунду и не собираясь отпускать. Значит, действует план Б, который Тэхьон придумал. ——— Тэхьон поднимает парня на руки, держа за ягодицы. Чон успевает только пискнуть, но не отступил от Тэхьона, а только крепче прилип к нему. — В первую очередь мы оба мокрые насквозь, — говорит Тэхьон. — Нужно переодеться, а лучше полежать в ванной. Глаза Тэ быстро ищут, где находится ванная комната. — Налево, первая дверь, — прошептал Чонгук, понимая, что мужчина прав. — Почему ты мокрый? Разве не на машине ехал? Ты же заболеть можешь… — шмыгнул носом, утыкаясь в шею. Тэхьон кивает и направляется в комнату. Он понемногу набирает воду. — Какая там машина, зайка… пробки огромные. Я тебя по всему офису искал, так много и долго расспрашивал, пока охранник не сказал. Я рванул к машине, но пробки — пиздец. Я боялся за тебя и свернул домой, взял мотоцикл и поехал к тебе, так как так быстрее. Поэтому мокрый. И за меня не беспокойся, а вот тебя я ругать буду. Ты что — бежал? Ты полностью промок! Так нельзя, зайка. В последний раз ты так делаешь. Чон только надул губы. На самом деле ему было очень приятно, что Тэ волнуется за него, но сейчас просто нет сил что-то говорить — хочется молча быть с мужчиной. ⸻ Спустя час После ванной, где Чон приходил в себя, Тэ всё же нашёл чайок и сделал покушать. Заставил парнишку запихнуть хоть немного еды, уложил его в кровать и, конечно, лёг рядом, как просил Чон. Чон аккуратно лёг ближе, чувствуя себя плохо — его всё ещё крутило. Он поднял глазки на мужчину. Тэхьон приоткрыл глаза и улыбнулся: — Что? Вот опять ты смотришь на меня так. Я уже и так влюбился в тебя. Он хитро хихикнул, продолжая смотреть на Чона. Сердце у того чуть не выпрыгнуло. Он смущённо покраснел: — Те слова… что ты говорил сегодня утром… у тебя… это не шутка? Чон всё-таки решился — смотрел прямо в глаза. Тэхьон аккуратно начал гладить его по волосам и нежно поцеловал в краешек губ. Наклонился к уху: — Гуки… всё, что я говорил — правда. От “ты милый” до того, что я люблю тебя. Он хотел отстраниться, но наоборот — прижал парня к себе. Чон так долго ждал… он всё ещё не верил. И всё же — он сделал то, чего боялся. Так страшно, будто он никогда не целовался. Но он прижался первым, начал изучать рот Тэхьона, прикрывая глаза. И неожиданно оказался сверху на мужчине. Тэхьон только углубил поцелуй, причмокивая и позволяя парню вести. Когда Чон оказался на нём, мужчина провёл руками от талии до ягодиц и крепче сжал их. Чон заёрзал, открывая рот в тихом стоне — от приятного прикосновения. И они бы целовались дальше… если бы Гук не почувствовал резкий подъём тошноты. Он открыл глаза и отстранился, хотел добежать до туалета, но, увы — накрыло прямо на пол. Господи… какой позор… Тэхьон испугался за него и аккуратно убрал волосы, гладя по спине. Когда всё закончилось, Чон спрятал лицо и полностью закутался. Ему было так стыдно. Он боялся даже посмотреть мужчине в глаза. Тэ лишь усмехнулся, встал с кровати, нашёл воды и таблетки, положил на тумбочку и тем временем убирал всю грязь своего уже парня. Чон открывает глаза… — Тэхьон, что ты делаешь? Не надо… прости… мне очень стыдно, что я такой наивный. Это самый худший твой поцелуй, наверное, из всех. Да ещё и в конце ты всё убрал… Тэ перебил парня поцелуем — не противно, что того только что стошнило. — Не говори глупости, солнце. Перестань париться. Ты очень вкусный, и очень горячий. Поцелуй я запомню, потому что это наш первый поцелуй. А то, что стошнило — наоборот хорошо. Весь алкоголь вышел. Больше пить не будешь — только со мной, чуть-чуть. Тэ хихикнул, пока парень весь краснел, но, заметив, что тот выпил таблетки, удовлетворённо кивнул. Тэхьон навалился на него, целуя по всему лицу и шее. — А теперь тебе нужно отдохнуть. Поговорим завтра. Сейчас включим фильм — и спать. И да. Спустя 20 минут Чонгук уже мило посапывал. Как и сам Тэхьон. 🥹 Утром всё решилось: Чон наконец рассказал о своих прошлых отношениях и о том, как случайно подслушал разговор, где после слов «уволить» он так и убежал. Он очень волновался за мужчину и не хотел быть обузой, особенно потому, что уже начал влюбляться. Но при этом подумал, что для него он, наверное, только друг, коллега, а не пара. Ему было страшно показать свои чувства, боясь потерять то, что уже есть, и в то же время он не могло молчать. Тэхьон немного наругал, что тот так думал и ничего не сказал мужчине и держал всё в себе. Он спокойно объяснил им полностью разговор, что никто никак не виноват, и что он не уволин, а как Гук освобождён от работы. Много-много раз повторял, какой Гук замечательный, что теперь он будет рядом всегда, что он всегда поддержит и никогда не оставит одного. Они вместе разберутся со всеми рабочими делами, и Тэ признался, что видел сообщение ещё ночью в тот день.  На что Чон округлил глаза и немного удивился, аккуратно ударив мужчину в бок, на что тот рассмеялся. — Во всем этом, кажется, виноват только один человек Миан. Он подставил нас и нашу команду, ожидая, что ты снова будешь падать перед ним на колени. Хуй ему, а не это -Тэхьон, прости… это же из-за меня… — своими милыми глазами смотрит на него. — Молчать, солнце, я таких слов от тебя не хочу слышать. Нет, это не из-за тебя. Всё решится, но пока нам лучше не трогать работу — с этим уже разбираются. И, конечно же, будет план, как нам уловить его. А пока у нас есть шанс провести время вместе, сходить на свидание и отдохнуть. Чон радостно закивал обнимая мужчину.Он так давно не чувствовал всего этого,но нужно наверное йому все организовать и подписать все к графику мужчине,и только Чон хотел сказать как.. — Мы вместе придумаем, что будем делать и куда пойдём, и пусть на один день каждый выбирает. — Поцеловал парня в лобик. — Согласен? Чон улыбнулся и поцеловал его в щёку. — Конечно хочу!! У меня впервые так… Мне, если честно, очень хорошо, что не всё думаю только я… Или прошу, я могу получается в любой момент тебя целовать? Или… вдруг я захочу поцеловаться под дождём — это моя мечта!!! Можно, можно!!! Чонгук с такими горячими глазами говорил обо всём, что он может, и Тэхёна это не могло не радовать. Он нежно погладил парня по волосам, продолжая внимательно слушать и кивать. В этот день они вместе решили начать с чего-то простого и банального для разогрева — сходили в кино, под конец которого долго не могли не смеяться. Потом отправились в ТЦ, приглядели себе парные браслеты и, к тому же, купили их. Наконец, под вечер, оба довольные, очень сильно гуляли по набережной — спокойно, тихо, так хорошо. Они молчали, но эта тишина была именно той, что нужно. Чонгук вспоминал всё, что произошло за этот вечер, где-то хихикал, смущался, но был очень рад. Просто находясь рядом, Чон заметил парочку, которая держалась за руки, а омега в руках держал красивый букет пионов. Чон надул губы, наблюдая, как они держатся, — и тоже захотел этого, но, возможно, он спешит, а Тэ ещё не готов. Тэхьон заметил, что Чонгук смотрит на какую-то типичную парочку, и только немного хмыкнул. — Солнце, пойдём вон туда, в кафешку, смотри, какая красивая. Посидим на улице под пледом. Только ты иди и заказывай себе, а я немного отойду — нужно кое-что купить. Чон удивился, но всё же кивнул в знак согласия и пошёл в сторону кафе. Чон сидел на диванчике с прикрытыми глазами, тихо слушая музыку из радио, какие-то разговоры людей и ночные звуки. Через некоторое время он почувствовал плед на своих плечах и нежно улыбнулся, всё ещё с закрытыми глазами. А спустя мгновение ощутил, как диванчик прогибается, и мужчина так же залез рядом под плед. Когда Чон открыл глаза, он застыл в немом взгляде. В руках Тэхён держал букет полевых цветов, о которых, кстати, Чон говорил ему ещё на работе и то давно. Внутри было так тепло и трепетно, сердце готово было выпрыгнуть, а руки дрожали. Он то смотрел на цветы, то на мужчину, и даже забыл, что они находятся в открытом пространстве — людей вокруг он почти не замечал, они казались размытыми, как разбитая картина. Единственного человека, кто был важен, он видел ясно, и всё остальное переставало существовать. Чон резко дернулся, когда заговорил официант, который принес им еду, заказанную Чоном, и напитки. Только вот и омега испугался — горячий чай пролился на Чонгука, который не успел ничего сказать, но больно было очень-очень. — Боже, простите, я не хотел! Вы в порядке? Простите! — омега начал быстро тараторить, чуть ли не плача, возможно, это были его первые дни работы… На вид он был молодой. — Всё… в порядке, не извиняйтесь, всё хорошо. Просто принесите чай ещё раз, — улыбнулся Чон, стараясь выглядеть как сильный альфа. А когда омега уходил, он начал смотреть на Тэхёна почти со слезами на глазах — больно было смотреть, казалось, он вот-вот завоет. Тэхён всё это время наблюдал за Чоном. Ему очень хотелось успокоить его, но пока он лишь аккуратно взял мужчину за руку, откладывая букет, и ждал, когда тот уйдёт. Тэхён улыбнулся и притянул парня к себе, накрывая пледом, чтобы тот был в тепле, и Чон уткнулся ему в шею. — Мой хороший, больно, да? Дома посмотрим твой ожог, — сказал он, продолжая держать его, позволяя Чону прижиматься теснее, плевать на людей вокруг. (Згадати тут про шею тэ и запах тэ,чон шоколадом с коняком??,а тэ кавою и сиги типа) — Больно очень… — тихо-тактично сказал Чон, но успокоился, как только мужчина прижал его к себе. — Но если для этого нужно обсыпаться чаем, я готов пострадать, лишь бы быть рядом с тобой. Чон тихо хихикнул, ощущая тепло и заботу Тэхёна. В голову пришла хорошая идея: сказать прямо слова любви он не мог, но показать их хотелось, и он придумал, как именно. — Что ты?… — странно начал Тэхён, но не успел договорить, как Чонгук снял свою обувь, оставив её рядом со столом. На диване было достаточно места, и он решил: почему бы нет? Он прилёг к Тэхёну. Акуратно уложившись на коленях мужчины, Чонгук закрыл глаза, наслаждаясь моментом близости. Тэхён удивился, но расслабился и позволил им окунуться в тепло и тишину, молча гладя Чона по волосам. Второй рукой он держал его за руку, аккуратно следя, чтобы тот был накрыт пледом. Он осторожно чмокнул парня в лобик, нежно, замечая, как Чон под ним чуть ли не мурлычет. Время за кофе они провели в такой обстановке. Официант ещё раз извинился и принес всё, что они заказали, немного понаблюдав за ними: как нежно они относятся друг к другу, греют, кормят, обнимают и целуют. «Они такие милые…» — подумал омега, улыбнулся и ушёл работать дальше. Дома у Чона хватало сил только на душ, после чего он свалился на кровать, забыв обо всём. Они ещё немного говорили о том, что им понравилось за весь день и как здорово провели время. В момент, когда Чон уснул, Тэхён с улыбкой смотрел на свои обои: на одной — очень смешная фотография парня, где он лежит на нём, а на недавней обоях — красивая фотография с цветами и Гуком. И вот так, за все дни вместе, они выбирали, куда пойти, но сейчас пришло время сюрприза для Тэ.Чон решил впервые пойти туда со своим мужчиной. Ну а почему бы и нет? Время близилось к 22:00, и наконец Тэхён понял, где они находятся. Он ахнул от красоты вокруг — всё так необычно… Боже, это же… — Чонгук, блять, да ну… Солнце, ты серьёзно? — он смотрел на руки Гука, в которых были два билета на концерт The Weeknd. Тэхён сиял от счастья, невозможно радостно. Он набросился на парня, крепко обнимая и шепча много раз слова благодарности… Как же это приятно! Чонгуку так нравилось видеть своего мужчину таким счастливым и открытым… Он еле сдерживался, чтобы не начать пищать от приятных слов и объятий. Они простояли довольно долгую очередь людей, но это того стоило… ещё как. Такая большая сцена, столько людей. Чону было немного некомфортно из‑за количества людей и их феромонов, но как только Тэ подвернул его в свои объятия — стало всё равно.(тут тоже пол запах вспомнить) — Мой хороший, спасибо тебе… я очень люблю тебя. Это лучшее, что было со мной, это ты. Ты же не любил большое количество людей, что случилось? Если хочешь — можем уйти, — Тэхён смотрел с огромной любовью на Чона. — Нет, я хочу побыть здесь, пока ты рядом, мне вот так хорошо, — прижимаясь ближе, говорил Чон. — Почему пошёл? Я… я скажу немного потом. Тэхён, ты лучший, и я хочу сделать всё для тебя. Он запоминал всё даже мелочи. То, как у Тэхёна загорались глаза, когда в наушниках играла эта группа. Как он включал их в машине, напевал под нос на работе, ставил фоном перед сном и во время уборки. Музыка была с ним всегда. И Чон сам не заметил, как начал любить эти песни тоже потому что в них был Тэхён. Когда он узнал, что они будут выступать здесь, у них, решение пришло мгновенно. Он даже не колебался, просто купил билеты. В тот момент он думал не о деньгах, не о времени и уж точно не о себе. Он думал о том, как Тэхён будет улыбаться, как будет сжимать его руку, как будет счастлив. Если ради этого нужно было отбросить гордость пусть. Если нужно было рискнуть он был готов. Потому что любить для него теперь значило делать всё, лишь бы этот мужчина рядом чувствовал себя по-настоящему счастливым. И вот начался концерт. Они смотрели очень внимательно, слушая и тихо подпевая, снимая на видео их в объятиях сам концерт, как Тэхён был рад, как подпевал Гуку прямо на ушко. Песня за песней, чувства за чувствами. Свет, голоса, музыка всё смешивалось. Тэхён пел, Чон улыбался, сердце билось в такт, и каждый момент хотелось запомнить навсегда. Песня за песней. Чувство за чувством. Call out my name) Girl, call out my name, and I'll be on my way and I'll be on my... I said I didn't feel nothing, baby, but I lied I almost cut a piece of myself for your life Guess I was just another pit stop 'Til you made up your mind You just wasted my time You're on top, I put you on top I claimed you so proud and openly, babe And when times were rough, when times were rough I made sure I held you close to So call out my name (call out my name, baby) So call out my name when I kiss you So gently, I want you to stay (I want you to stay) I want you to stay even though you don't want me Girl, why can't you wait? (Girl, why can't you wait 'til I?) Girl, why can't you wait 'til I fall out of loving? Babe, call out my name (say call out my name, baby) Just call out my name, and I'll be on my way Girl, I'll be on my... On my way, all the way On my way, all the way, ooh On my way, on my way, on my way On my way, on my way, on my way (On my) Звучали все самые лучшие песни. И можно сказать, что в жизни три — ещё пиздатее, но здесь… здесь было намного ахуеннее. Call Out My Name, Timeless, Starboy, The Hills, Come Through, Cause Girl You’re Perfect — и это лишь малая часть того, что звучало в эту ночь. Каждая песня попадала прямо в сердце, каждая отзывалась чем-то своим. И вот концерт подошёл к концу. Люди вокруг были уставшие, но довольные пиздец как. Кто-то ещё запихивал телефон в карман ,кто-то продолжал снимать последние секунды, кто-то перешёптывался, смеялся, делился эмоциями. А среди них Тэхён и Чонгук. Потерянные для всего мира, утопающие в своей любви, в этом моменте, который хотелось сохранить навсегда. — Я люблю тебя, Чонгук, — хриплым голосом сказал Тэхён, целуя его в щёку. — Спасибо, солнце. И как ни странно, спустя минут пять на концерте запустили камеру. Огромный экран, объектив медленно скользит по залу — и вот она наводится прямо на них. Парни хихикнули, тихо наблюдая за другими: как кто-то смущённо целуется, кто-то отказывается, кто-то закрывает лицо руками. Но вот увидеть себя там… к этому они точно не были готовы. Блять. Да ну нах. Чон смотрел на экран — какие они красивые, красные от смущения. Вокруг все что-то кричали, пищали, свистели, а они двое стояли как вкопанные, будто весь мир остановился именно на этом моменте. Только они. И экран. И любовь, от которой некуда деться  Тэ понимает, что тот не хочет вот так открыто — они ещё не совсем готовы. Но Чон уверенно поднимает взгляд на мужчину, встаёт на носочки и руками обхватывает его лицо. Впервые после всего случившегося он целует — сначала осторожно, а потом поцелуй набирает обороты. Тэхён тихо выдыхает, прикрывает глаза и полностью отдаётся — весь, без остатка, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь. Вокруг люди кричат, хихикают, кто-то смущённо отворачивается, потому что поцелуй становится слишком настоящим, слишком живым. Когда Чон отстраняется и камера наконец исчезает с экрана, он утыкается в мужчину и впервые говорит тихо, почти дрожащим голосом: — Ты спрашивал, зачем я пришёл, если не люблю такие места? Ответ простой… я просто люблю тебя, Тэхён. Очень. Тэхён смотрел так влюблённо. Он никогда не думал, что сегодняшний день закончится концертом и поцелуем, который он так трепетно ждал и не торопил парня… Господи, тот ради них был открыт и совсем не стеснялся показывать это. Он смог раскрыться рядом с ним, он доверился… А самое главное — то, как парень прошептал о своей любви к нему. Блять, Тэхёну очень сильно хотелось закричать, как в тот день в офисе, но он понимал, что это слишком. Он улыбнулся самой яркой улыбкой, притянул парня к себе, целуя всё его лицо, крепче обнял. — Ты самый лучший, мой мальчик, — лишь прошептал Тэхён. И он снова потянулся к поцелую, и они целовались — снова, снова и снова. Да, этот день точно был самым лучшим — и не только для Тэхёна, но и для Чона. Чонгук был таким счастливым. Губы мужчины — самые лучшие, целоваться с ним — самое лучшее. День точно прошёл на ура. На самом деле, когда он увидел их на камере, он испугался. Но, оказавшись рядом с Тэхёном, чувствуя его крепкие руки, всё его тепло, он понимал, что с ним не страшно. Он хотел показать, что готов, и уверенно сделал шаг. Как ни крути, он тоже альфа — просто рядом с этим мужчиной хочется иногда поиграть в недотрогу. В гон он ещё покажет, какой он… но сейчас не об этом. Чонгук смотрел влюблёнными глазами, в которых светилась радость, и снова тихо хихикал, когда его целовали — снова и снова… Уставшие после концерта, они садятся в такси и едут домой, держась за руки и глядя друг на друга. Дома, переодевшись, они находились в квартире Чонгука, на кухне. После душа они были ужасно голодны, и лучшим решением, конечно же, было заказать еду. Тэхён ворчал, что нельзя питаться только этим, тем более что у Чона есть продукты. Чон надул губы — готовить не хотелось, сил на это не было, он хотел только валяться рядом с мужчиной и вдыхать запах кофе, идеальный. На все маленькие истерики Гука Тэхён только тихо хихикнул и сказал, что может приготовить сам, убедив его словами: — Разве не хочешь попробовать, как готовлю я? Чон сразу же передумал и кивнул в знак согласия. Спустя пять минут приготовления Тэхёна Чонгук соскучился и решил прийти на кухню. К слову, он совсем не мешал — во-первых, Чон не умел готовить, и всё было интересно, во-вторых, он просто ходил по пятам и задавал вопросы. На каждый вопрос Тэхён мягко отвечал, рассказывал, и ни одного слова о том, что тот мешает, не сказал. Нет, он не говорил так, потому что ему нравилось, что Чон здесь с ним. Он нравился ему. — Гуки, умничка, — быстро чмокнул парня в щёку Тэхён, видя, как тот начал помогать нарезать капусту для салата. Чон только «угу» прошептал и расплылся, когда Тэхён поцеловал его. Как только закончил помогать, он присел на кухонный стул, наблюдая за мужчиной. Когда Тэхён оказался рядом, Чон прижал его ближе к себе и начал целовать, впиваясь, словно забирая всю его энергию, немного стоня от осознания, какой же этот мужчина хорош. Тэхён начинает отдаваться, приближается ближе и проводит руками по бедрам парня. Аккуратно кусает его за губы и, приблизившись к уху, горячо шепчет: — Котёнок мой, если ты не остановишься, то увы… мы останемся голодными, и я не смогу приготовить. Но когда ты ещё и со мной здесь… боюсь, на ужин будет не спагетти, а что-то очень сладкое, э… думаем, — говорит он своим возбужденным голосом. — Нет, милый, я голоден… но совсем не едой, а тобой. Мало поцелуев за сегодня… Тэхён понимает вызов, смотрит прямо. Возбуждение берет верх, он хочет прямо сейчас и совсем не стесняясь закусывает губы, слегка раздвигая ноги в сторону. Он ждёт. Тэхён наблюдает, немного опуская голову набок, смотрит как хищник. Он видит огромное пламя в глазах парня — желание. И понимает это чувство, потому что сам тоже голоден. — Тогда… покажи мне, насколько сильно… что ты хочешь, чтобы я делал. Чонгук ярко краснеет, немного теряется, но возбуждается ещё больше. Он ещё как покажет — у мужчины терпение вот-вот лопнет. Он аккуратно поднимает руки, замечая, как мужчина закуривает сигарету. — Сука… нечестно. Так нельзя, — думает Чон. Он не знает, как это описать, но кажется, у него есть кинк на то, как пахнут руки мужчины после сигарет. Он всегда представлял это, а теперь может это испытать — и он начал. — Я хотел бы, чтобы ты был рядом со мной очень близко, чувствовать твой запах… я его так люблю. А ещё твои руки, которые пахнут сигаретами… чёрт, это самое лучшее, что может быть. Хочу, чтобы ты трогал меня, — и Чон начал поглаживать себя, показывая всё. — Хочу твои поцелуи, укусы, хочу стонать от твоих рук, которые держат меня. Хочу, чтобы губы болели, и я не мог говорить, — он начинает вести руки за шорты и тихо прижимает свой член. — Хочу, чтобы ты довёл меня до оргазма, который я не чувствовал много лет, как… а ещё… Он не договаривает, так как Тэхён оказывается так близко, что Чон запинается и не может даже слов сказать. Возбуждение ощущается в каждом запахе, в воздухе, и всё пространство кажется пропитанным этим ощущением — как же охуенно. Тэхён начинает приближаться, целуя шею, облизывая, кусая, оставляя засосы, аккуратно ведя носом. Хищническим взглядом он наблюдает за тем, как прекрасный, раскрасневшийся и возбуждённый Чон реагирует. Тэхён решает довести Чонгука, и всё же закуривает сигарету, смотря прямо в глаза: — Дальше, Гуки, я внимательно слушаю. Чон опирается на стол позади него, но кажется, что он не дышит. Слова не идут, всё расплылось… Господи, какой же мужчина красивый, и Чонгук не устанет это повторять. Изящные руки так и манят, хочется держать их ближе, хочется, чтобы они были на нём, а ещё лучше — внутри… Чон впервые громче стонет, чуть скидывая голову вниз, едва сдерживая себя. -я хочу тебя тэ. И этих слов оказалось достаточно, чтобы Тэ сорвался с места, и вот Тэхён снова рядом. Он видит, как тело Чона содрогается, как оно горячее, изящное. Тэхён опускает руку по щеке и медленно движется ниже. Как только руки касаются губ Чона, тот непроизвольно берёт их в рот и заскуливает, беря ещё больше, сосёт, будто нет ничего вокруг, кроме пары. Чонгук причмокивает, облизывает, берёт больше и позволяет всё. Он поднимает глаза на мужчину, чтобы узнать, хорошо ли ему, правильно ли он делает. — Умничка моя. Этих слов хватает, чтобы Чон ещё раз заскулил и продолжал усердно работать ртом. За это время Тэхён всё же выключил плиту — они совсем про неё забыли. Гук творит с ним что-то непонятное, и он готов на всё ради этого парнишки. Какой же он хорош… блять, слов нет, чтобы описать, какой он… сука, ещё и так горячо сосёт пальцы. А что будет дальше? Тэхёну только лучше, ведь как тот смотрит на него, спрашивая, всё ли хорошо делает, или как скулит, отдаваясь полностью… такой хорошенький. Когда Чон отошёл, маленькая слюна осталась на его губах  они были такие распухшие. Он откинулся на грудь мужчины, прижимаясь ещё ближе, тихо шепча: — Мне этого мало, любимый… -с передыхом продолжает-хочу тебя ещё сильнее, пожалуйста…-уже чутли не скуля,просить чон. Тэхён улыбнулся и поцеловал его в лобик, понимая, что смазки нет, да и презерватива тоже. Он всё же решил доставить удовольствие другим способом. — Я понял тебя, солнце. Тэхён ещё раз целует парня, а за это время постепенно начинает снимать шорты вместе с бельём. Чон тоже не отставал, мягко приподнял свой зад, прижимаясь и позволяя мужчине убрать лишнее, тихо мурлыкая и ласково шепча: — Я так хочу тебя… хочу быть только с тобой… Оба выражали свои желания друг другу. Тэхён продолжал следовать губами за щёками, скулой, шеей, спускаясь всё ниже и ниже. Как только он добрался до органа Чона, аккуратно лизнул его, а потом расслабил рот и начал внимательно, с наслаждением ощущать вкус своего парня. Чон сразу же не сдержался — стон вырывался так громко, как только мог, никогда раньше не было так хорошо… Внутри — пожар. Как только он посмотрел вниз на Тэхёна, он был готов кончить от одного только взгляда. Он аккуратно положил руки на тело мужчины, слегка сжимая их. Член Чона был достаточно большим, но Тэхёну было чертовски приятно брать и сосать его — проблем с дыханием или рвотой не возникало. Потом, доведя до предела, он хотел двигаться дальше, но поднял глаза на Гука и жестом попросил взять его рот полностью, чтобы продолжить. Чон всхлипнул от счастья и ласки мужчины. Он начал подстраивать темп так, как ему нравилось, чтобы скорее дойти до разрядки. Спустя время Чон почувствовал, что скоро кончит, и предупредил Тэхёна, который, как назло, немного замедлился .Но ему простительно ведь он поцеловал Чона. Тэхён сам снял лишнюю одежду и взял руки Чона в свои, начав ласкать его. — Сука, как хорошо… блять… Стоны,вздохи, а самое главное счастье мужчин, которые дарили друг другу приятные ощущения и смогли насладиться друг другом. Смотря друг на друга, они тихо хихикнули и снова окунулись в нежность, обнимая и шепча приятные слова.  Минута чистой любви и близости. — Иди ко мне, в душ надо. Сможешь сам? — тихо проговорил Тэхён в шею Чона, нежно гладя его по спине. Чон, который почти заснул от ласки и удовольствия, всё же мог пойти сам, но… зачем? — Неа, хочу на руки, и спать хочу побыстрее. Тэхён, тихо хихикнув, кивнул в знак согласия. Как он мог отказать ему? — никак. В следующую секунду они направились в ванну, решив побыстрее принять душ и лечь спать. Лениво нежились, обмениваясь поцелуями. В кровати оба, довольные и уставшие, наконец оказались вместе, попутно всё же покушав, как и хотел Чон. После этого они заснули. — Спасибо, солнце, за этот прекрасный день и вечер. Это самое лучшее, что было со мной. Мне так приятно, что тебе важно всё, что касается меня. Я очень благодарен тебе… я люблю тебя. Сладких снов. Чонгук только улыбнулся и прижался сильнее к мужчине: — Для тебя я хочу делать и отдавать всё самое лучшее. Я люблю тебя. Сладких снов со мной. И вот так оба, уже по-настоящему влюблённые, уснули вместе. 😍 Проснулся Чонгук поздно, не помнит, когда в последний раз так хорошо спал, но с Тэхёном иначе быть не может. Вспоминая всё, что было вчера, а особенно то, что произошло на кухне, теперь каждый раз, когда он будет на кухне, обязательно будет вспоминать этот момент. Потянувшись, он почувствовал, что находится в комнате один — немного обидно. Хотелось просто рядом полежать и никуда не идти. Так они и планировали провести день, ведь на улице дождь и ужасная погода. Чон такое не любит… В такую погоду ничего не хочется, кроме как спать. Чонгук почувствовал, как двери открываются, и сразу же улыбнулся. Вот что такое хорошие отношения и любовь… Тэхён проснулся рано утром. Он чувствовал рядом комок счастья, который был с ним всю ночь. Вчера он так и не приготовил завтрак из-за… их любви, но всё же это было самое приятное. Немного подумав, он аккуратно встал с кровати, смотря на парня, который сразу же прижался к его подушке, где больше запаха. Хихикнув, Тэхён провёл время на кухне, покуривая сигарету. Заказав доставку, он взялся за готовку, решив не слишком париться. Для начала приготовил салатик, к нему сделал батон с авокадо и смог сварить кофе. На десерт заказал лимонный чизкейк. И вот сейчас он находился с этим всем в спальне. — Ваше величество, я приготовил для вас завтрак. Могу ли подойти к вам? — аккуратно сделал он поклон. Чонгук был в шоке: кто он? Как-то смущённо… Смотря на еду, Чон быстро кивнул. Как только Тэхён оказался рядом, Гук поцеловал его в щёку. — Спасибо вам. Пусть мой поцелуй будет вашей зарплатой. А вот это… — Чон целует его в губы — за всё, что вы делаете для меня. — и поднимает глаза на мужчину. — Ваше высочество, не смотрите своими прекрасными глазами так, иначе я могу не сдержаться. — Тэхён улыбнулся, приятно, что тот подыгрывает. Уже нравится начало дня. Чонгук впервые так громко и звонко засмеялся — это было так весело. Увидев, как Тэхён отложил еду, Чон прилип к нему на бедра и продолжал смеяться: — Чёрт, Тэхён, это так весело, хихи… миленький, такой хороший! Тэхён только гладил его по бедрам, летая мыслями о том, как ему повезло, и что смех Гука такой красивый, как и он сам. — Я хотел обидеться, что проснулся без своего мужчины в спальне, но мы ещё успеем за сегодня полежать. Ты такой умничка, приготовил для меня, спасибо. Сейчас же начну кушать. Чонгук слез с бедер Тэхёна, присев на край кровати. На тумбочке он увидел приготовленный салатик, рядом — батон с авокадо и кофе. На десерт стоял лимонный чизкейк, и это особенно радовало парня. Конечно, без кофе никуда. Он аккуратно наклонился к кофе, вдыхая аромат, и морщился от удовольствия — всё вкусно, но ещё лучше, что мужчина рядом. Чон рывком нападает на Тэхёна и валит его на кровать, смеясь, начинает целовать, прижимаясь. И наконец-то добрался до шеи, где сильнее всего пахнет им. — Ты курил… — Чонгук только сильнее вбирал этот запах. — О господи… Тэхён смирно лежит, поглаживая парня по спине и слегка мяв задницу. — Вот это, о господи… как ахуенно, — мужчина хихикает и целует в лоб. — Надеюсь, тебе понравится то, что я приготовил. Так я всегда завтракаю. А ещё думаю, тебе нужно меньше пить кофе — во-первых, это вредно для тебя, а вот мой запах всегда с тобой. Пей сколько влезет. Чон только кивает с улыбкой, продолжая наслаждаться запахом мужчины и радостью от лимонного чизкейка, который он только что попробовал. Время близилось к 21:00. За весь день они и правда успели поваляться, поспать, убраться, посмотреть давний фильм, подумать о будущем.                            **** — А как же дети? Мы же будем планировать их? — как-то неловко спросил Чон. — Конечно, солнце!! — с улыбкой ответил Тэхён. — Ты ещё спрашиваешь? Я хочу создать семью с тобой, как без этого же. Тем более, мне уже 30 — не за горами. — Ой, ну конечно, старый прям! Тебе всего лишь 28 лет, а мне 24. Мы молодые и ничем не хуже! Они посмотрели друг на друга и засмеялись в голос. **** Вспоминая их разговор, Чонгук улыбался очень сильно, но его отвлёк поцелуй мужчины. — Солнце, не отвлекайся, — улыбаясь, сказал Тэхён. — Ты очень милый и умничка. Тебе осталось ещё немного нарезать картошку. Они решили вместе приготовить ужин, захотелось чего-то лёгкого, и выбор пал на вкусный суп. Чонгук пообещал не мешать, а хотя бы немного научиться готовить, а Тэхён охотно согласился. Включив музыку, они начали готовку. Тэхён всё пояснял и учил, а немного наблюдал, как Чонгук старается, спрашивает, учится — какой же он молодец. — Да… прости, я завис, — смущённо пробормотал парень. — Завтра мой день, чтобы пригласить тебя на свидание. Я надеюсь и думаю, что смогу удивить тебя, — шепчет Тэхён, обнимая мужчину за талию, плавно двигаясь вместе с ним. Чон улыбнулся нежно-нежно, когда картошка отправилась в суп. Он обернулся к мужчине и смотрел на него открыто, с лёгкой радостью в глазах. Тэхён взял руку парня и, поцеловав её, резко притянул Чона к себе за талию — так, молча, пригласил на танец, успев напоследок поцеловать его в губы. Они понимали друг друга без слов: тело отдавалось движению, и они просто танцевали вместе — медленно, спокойно, нежно. Они забыли обо всех проблемах. Да, это жизнь, и не всё может быть гладко, но это не значит, что не стоит отдаваться чувствам и жить на полную. Страх, что любовь уйдёт… нет, она станет только сильнее. И наконец-то Чон это понял. Он закрывает глаза и целует мужчину, который продолжает держать его за талию, мягко поглаживая. С улыбкой Тэхён углубляет поцелуй. Он горячий, сильный, страстный — такой же горячий, как и они сами. Они пылают, тянутся друг к другу, останавливаются, касаясь лбами, и тихо говорят, как сильно любят друг друга. — Конечно, понравится… всё, что ты делаешь для меня, мне нравится, — бормочет парень где-то в шею мужчины, тая от ласки, которую теперь может проявлять без страха. — Иногда мне страшно, что всё не будет таким всегда… ну, типа, сейчас всё хорошо, а что будет потом? Вдруг уйдёт или… станет плохо. Я просто отдался полностью, но с тобой по-другому не могу. Я без тебя уже никак не смогу… Тэхён слушает внимательно, целуя парня в кое-какие моменты. — Зайка, это нормально, что ты так думаешь. Ну конечно, у нас будут ссоры или ещё плохие дни, но мы справимся. Главное — помни, что я люблю тебя. И ещё, я обещаю, что даже спустя 10 лет мы будем такими же… нет, мы будем любить ещё сильнее, вот увидишь! Никто не уйдёт, а только будет ещё больше, и секс у нас будет обязательно, хоть каждый день — ты меня заводишь всегда… понял, зайка? Чонгук смотрит на парня с любовью — как же приятно всё это слышать. Да, у них всё будет так. Гук кивает, целует мужчину на прощание и вертается к супу, который почти готов. Тэхён в это время только улыбается и понимает, что он выиграл джекпот. ❤️‍🩹 День икс настал. Тэхён очень хотел удивить Чонгука, ведь тот сделал для него столько всего — поверить просто невозможно… Никто никогда не дарил Тэхёну своё время, силы, внимание и заботу в таком объёме. Особенно учитывая, что Тэхён знал, как Чон не любит многолюдные места, а всё это он сделал только ради него. Тэхён долго выбирал места, продумывал день, что делать, если что-то пойдёт не по плану. Он волновался ужасно, словно пятнадцатилетний мальчишка, который впервые идёт на свидание. Хотя, если честно, он и вправду никогда раньше не ходил на такие свидания. Время близилось к десяти часам утра. Пока Чонгук досыпал и готовился к встрече, Тэхён проснулся ещё ранним утром, в шесть. После душа и небольшой работы он уже был готов и отправился на место заранее. Тэхён решил начать день с чего-то лёгкого. Листая ТикТок, он заметил молодую парочку подростков, которые сидели дома и обмениваются холстами, дорисовывая их друг у друга каждую минуту. Это так понравилось Тэхёну, что он нашёл там множество идей, купил всё необходимое и решил: дома слишком скучно. Пока погода позволяла, он решил устроить всё это в парке. Там он расстелил пару пледов, красиво разложил краски, холсты, худи и закупился вкусняшками. Получилось очень красиво и уютно. Тэхён улыбнулся своим догадкам: как только Чонгук проснётся, он наверняка удивится — может даже немного обидится, что Тэхён начал день без него. Но как только парень увидел букет — да не просто букет, а целую корзину с его любимыми цветами, дополненную пионами, и с запиской на нужном месте, где уже его ждал Тэхён… — всё удивление и недоумение исчезли, заменившись теплом и радостью. Наконец-то Тэхён достал телефон, чтобы немного передохнуть. На обоях красовался красивый Чонгук, и улыбка сама появлялась на лице мужчины. Он зашёл в Instagram и сразу увидел аккаунт парня: на фото Чон сидит на кровати, а за спиной аккуратно стоит корзина с цветами. Парнишка выглядел словно принц, такой красивый с утра, уже с улыбкой на лице. Под постом было подписано: «Мой день — чувствовать себя принцессой! Но я всегда любимый)) .@MyLoveJungkook ♥️🥹 спасибо, любимый». Чонгук отметил аккаунт Тэхёна ,на втором фото заметил корзину с цветами и аккуратную руку парня — и снова почувствовал тепло в груди. Тэхьон лайкает фото и пишет комментарий своему мальчику: — «Солнышко, не только день твой, а я полностью твой).Любимый, самый-самый! ♥️🤏🏻» Тэхьон смотрит на него с улыбкой, не отводя глаз, наслаждаясь каждым мгновением. Его сердце готово вот-вот выскочить — Чонгук так красиво одет, так мило выглядит, что хочется просто замереть рядом и держать его за руку бесконечно. Он осторожно прижимает руку парня к своим губам, оставляя лёгкий, почти неслышный поцелуй, и затем берёт его за руку, мягко, но уверенно ведя за собой. Между ними нет слов — только взгляды, лёгкие прикосновения, дыхание, которое будто соединяет их. Всё, что нужно сказать, они уже понимают друг друга без слов. Когда они подходят к месту, Чонгук останавливается, глаза широко раскрыты, руки чуть подрагивают — полный аут, от которого Тэхьон не может отвести взгляд. Он делает шаг назад, давая парню пространство, но держит его взгляд, улыбается с мягкой теплотой: — Не бойся, мой хороший… всё будет хорошо, — шепчет Тэ, и его голос дрожит от волнения, но в нём столько нежности, что Чонгук уже начинает медленно расслабляться, чувствуя себя в безопасности рядом с ним. -Мой дорогой принц, это наша первая станция, в которой мы проведём время, но перед этим хочу заметить, какой же ты прекрасный, тебе очень идёт. Смотри, не замерзни, говори мне — я принесу одеяло и согрею в своих объятиях, – Тэ хмикает, смотрит влюблено. Как же ему нравится реакция Чона… а что будет дальше? О, Тэ хочет это увидеть. —Я хочу, чтобы это время, пока мы будем рисовать холсты, мы меняли каждые две–пять минут, делали парные худи, обнимая друг друга. Ещё хотел слепок рук, но решил, что оставим это на следующее свидание. Хочу говорить с тобой, узнавать тебя, а самое главное — слушать твой голос. Присаживайся, принцесса, на подушки. У Чонгука нет просто слов, это так… так, господи, даже слов нет. Он внимательно слушает и все больше в шоке от того, как тот зааапмося купил, придумал, зделал очень красиво, даже любимые вкусняшки на месте…, а место в парке такое красивое, тот так украсил. Чон улыбается широко, он так рад, как раз хотелось легкого и поговорить, что Чон просто обожает, рот ваще не закривитчя, а тут его не затикають, а говорят, что хотят слышать  Чон смущено кивает и садится на милую подушку. — Как тут красиво, Тэхьон… мне так всё нравится, давай начинать!!! — Чон хихикнул, привлекая Тэ сесть рядом, хлопая руками. Тэхьон на это довольно хмыкнул, но садится, всё, что ему нужно — это видеть счастливого и залюбленного Гука, весь такой открытый, милый. Тэхьон его любит, и только его. Тэхьон наблюдает, как тот вместе с ним расцвёл и стал ещё и ещё лучше. — Любовь моя, ты прекрасный, — озвучивает Тэ прямо в глаза. — Я не могу сдержаться, видя тебя, только комплименты говорить хочу и хвалить, какой же ты у меня любимый… — Тэхьон поглаживает коленку парня, пока второй рукой убирает волосы за ушко. — Ну что, начнём? Возьми мой телефон, он рядом с тобой, и включи таймер, я пока открою краски и холсты. Чонгук смущённо кивает, и, беря телефон в руки, он обернувшись к Тэхьону, наблюдая за своим парнем — такой красивый, та и ещё руки такие красивые. Стукнувши себе по голове, Чон всё же вернулся к своей задаче и замер. На обоях он увидел себя, он удивился, так как он не брал телефон мужчины, тем более последние дни про их существование они забыли совсем — некогда, если есть Тэхьон. А тут смешная фотка, даже милая, как тот спит на коленках Тэ. Чон усмехается, так как помнит этот день и все их чувства. Ещё заметно, как властная рука Тэхьона находится на волосах парня. В следующую секунду на телефоне ещё лучше и ахуеннише фотографии — там уже Чонгук у себя дома, на коврике вместе с цветами, зарыт в них, как принц и правда. Приятно очень… такое малое, а так приятно… — Я… вот поставил нам на 5 минут, — запинаясь говорит парень, когда понимает, что Тэхьон резко обернулся к нему. — Умничка, — отвечает Тэхьон, и они начинают. Это было очень увлекательно и интересно. На початку Чон немного волновался, так как прям опыта в рисовании нет… и что рисовать хоть…, но понемногу вошёл во вкус. Первые три минуты прошли очень быстро. С улыбкой на лице они обменялись холстами. — Ахуеть!!! — одновременно произнесли парни, после чего хихикнули, слабо улыбнувшись. — Солнце, да ты классно рисуешь, точно на художку не ходил?? Такие розы красивые, блин, надеюсь не испорчу… — Ты шутишь, тэ! У тебя ещё лучше меня, такой кот красивый, очень милый, аж захотелось домой к нам взять… — Спасибо, солнце. Ну что, продолжаем! И так продолжалось до самого конца того момента, пока всё не будет закончено. Они не замечали, что творилось вокруг. Тут редко приходили люди, и то все мало наблюдали за ними… но им было плевать, оба вошли в процесс. — Гуки, может расскажешь о своей семье? Мне интересно, у кого такой прекрасный сын. Чонгук хихикает: — у меня хорошая семья и добру я всё-таки в отца, не поверишь, но тогда мой папа вправил мозги отцу, что нельзя быть таким добрым и заботливым, прям как ты мне сейчас, — немного смущённо и с паузой добавляет парнишка, стараясь дальше рисовать. — они очень тёплые люди, папа очень вкусно готовит, и они всегда рядом. я их люблю за всё, что они делали и делают для меня, я обязательно тебя познакомлю!! — гордо заявляет и меняет холст. Тэ слушал и был очень рад, как тот сразу засиял от разговора о родителях, семье, не перебирал, что-то запомнил. — А сейчас как твой папа? Он в порядке?Чон смотрит беспокойно, голос немного дрожит. Но после рассказа о семье Тэ тот боялся поднимать тему. Мужчина улыбнулся: — Да, всё отлично. Вот вчера с ним говорил. Ждёт в гости меня. И как сказал он… так как я очень тупо спалился вчера вечером, когда ты ушёл в душ, а я готовил тебе… я с ним подговорил и забыл, что это не моя квартира. Раз спалился — и ладно. Там сказал бы, что новую купил. Но после того, как ты: «Мылий, я хочу до чая чизкейк ещё»… он посмеялся с меня и сказал, что ждёт в гости моё спасение и любовь. Так что ты тоже жди знакомства. — Ну а я что? Я не знал, что ты говорил именно с папой. Я вообще ничего не слышал. Я просто сказал, как захотел.Так приятно было тебе это говорить.-буркнул  парень улыбнувшись. И вот они закончили маленькую часть работы. Картинки готовы. Раз. Два. Три. Обмен. Холсты упали на коврик. На одном холсте находится букет роз. Впереди которого окно. Вечер на улице. Луна очень красивая. А на втором — два котика на крильцу дома. Уставшие, обо решают перекусить, отдохнуть и поговорить. Обо нежные, тактильные ощущения очень комфортные. Ото смотреть друг на друга — не нарушая эту тишину. Спустя минуту Тэхьон заговорил  — А ещё мой папа смог наконец-то встретить очень замечательного человека, который заменил мне отца и показал, какой должен быть настоящий мужчина. Я ему благодарен, так как знаю, что с папой всё хорошо. И да, у меня есть маленькая сестра. — Сестра!! Почему молчал?? Вай, ещё и маленькая! Я просто детей очень-очень люблю, они такие милые. — Парень улыбается и целует мужчину в щечку, шепча на ухо: — Я так рад, что всё наладилось. Твой папа — огромный молодец. Он такой сильный. Как хорошо, что у него есть любимый человек. Тэ отвечает тем же, целует Чона в щечку: — Вы точно найдёте общие темы и сможете поладить. Вы даже чем-то похожи, так что всё будет хорошо, обещаю… — Тэхьон прижимает парня и позволяет им прилечь, отдохнуть. Они оба наслаждаются вот этой тактильностью. Иногда именно её не хватает. Вот так молчать — очень даже хорошо. Пока Чон жмётся ещё и ещё к своему мужчине, Тэхьон так же крепко обнимает и нежно зарывается носом в волосы Гука. — У тебя были отношения? — Гук, как всегда в своём репертуаре, задаёт резко и неожиданно. — Или может, ты думал о семье, детях, хочется? Чон задумался, надувая губу, и поднял глазки на машину, но резко засмущался, теребя руками: — Ой, прости, может, я слишком резко… Или это некрасиво спрашивать… Просто как-то комфортно стало… Да и мне интересно… — Чшш, солнце, спокойно. Мне приятно это слышать, особенно от тебя. — Тэхён убирает палец от губ парня и кладёт на щёку. — Всё хорошо… — Тэ хмыкнул и, глядя прямо в глаза, начал рассказывать. — Прямых отношений не было. Ни с омегами, тем более с альфами. Я был занят другим… например, учёбой, или тем, как найти работу, поддержать папу. В школе, в принципе, как я слышал от друзей, многим я нравился, подарки дарили, но я понимал, что никто из них мне не нравится. Конечно, свидания были, но только как на одну ночь… просто перепих и всё. Потом в универе я понял, что омеги хорошие, но мне нравится с ними дружить, а вот сексуальных чувств к ним нет. Там я начал разбираться в себе и понял, что мне нравятся альфы. Воспринял я это спокойно. Я просто принял это. Мужчина погладил щёку парня, сделал паузу для поцелуя. — О семье я тогда сильно не задумывался, если честно. Но хотел. Особенно после того, как встретил тебя… жизнь стала ещё лучше. И теперь я понимаю, что чувствую с тобой не только комфорт, но и настоящие чувства. Я хочу с тобой семью. Быть в ней. Детей тоже хочу и люблю их. И я уверяю тебя — они у нас будут. Хочу, чтобы они бегали по дому, слышать их смех… уже представляю, какая у нас будет замечательная семья. Мне не важен пол ребёнка. Я хочу большую семью. И только с тобой, солнце. Слыша слова Тэхёна, Чон замер. Он хочет семью, видит их в будущем, детей, и эта картина настолько приятная перед глазами, что просто невозможно молчать — у них всё будет. Чонгук наклоняется к мужчине и целует. Растянуто, нежно, спокойно, наслаждаясь каждым мгновением. …..🖤 Очень трепетный момент был, когда оба одели худаки, выбрали себе цвета. По очереди помогали друг другу накрасить руки, и тот самый момент. Они крепко обнимаются, прижимаясь сильно-сильно, не только потому, что так надо, чтобы руки остались на кофте, а вот именно, просто хотелось вот так просто вдыхать прекрасные запахи, которые давно уже смешались. Чонгук тихо мурлычет от прекрасного запаха, вдыхая их аромат, и тихо хихикает. — Это так прикольно, чувствую себя подростком, как будто снова шестнадцать, когда пубертат стрелял и очень хотелось романтичных отношений. Тэхён хрипло смеется-ого,я в шестнадцать хотел только зайти на порно сайт,подрочить и все,вот моя романтика..,ауч за что?-чувствуя удар в грудь. -за то что романтику такую испортил,мы тут так естетично красиво стоим так романтично,и ты со своим мне лиш трахатся хотелось ..романтик хренов,и как сейчас у тебя все так вийшло.-бурчит Чонгук,но улыбнулся пряча лицо в смущение. — …Про-с-стите, вы можете мне помочь… где-то вдруг слышно всхлип. Парни резко отстраняются друг от друга, смотря рядом на маленького мальчика лет шести: светлые волосы, милое личико с щёчками, на лице маленькие слёзы, одет тепло, шапочка ещё розовая, наверное больше омега. Тэхьон приседает на корточки к ребёнку. — Привет, маленький, ты заблудился? Тот не отвечал, боялся, страх. Тут уже Чонгук решился на помощь. — Не бойся, маленький, мы поможем тебе, можешь сказать, где в последний раз стоял с папой? — Чонгук аккуратно убрал слёзы. — Где-то рядом с мороженым… там ещё озеро было, — мальчик нахмурился и правда вспомнил место. — Вы обещаете? Мне папа не позволяет с дядями говорить… но, — мальчик смущённо улыбается, — вы милые. Чонгук улыбается и смотрит на мужчину, который так же поймал нежности, да сейчас уж точно, когда оба все в красках руки, зато худаки очень красивые, прям милота. — Обещаем, пошли с нами, дядя Тэхьон знает, где это место, правда? — парень смотрит на парня, надеясь на это, так как именно этот парк он не знает. Мужчина крепче берёт мальчика за руку, а с другой без стеснения — Чонгука. — Да, знаю, это недалеко, там и подождём твоего папу. 🖤 — Господи, Вудди, ты где был… — папа сразу же обнял сына, плача. — Я волновался, прости, я такой плохой папа, почему убежал-то… — смотря на сына. — Папуль, прости меня, я немного заигрался!!! Ты самый лучший папуля на земле, зато мне помогли хорошие дяди, они очень милые!! Пап, посмотри. Папа поднимает глаза, но правда видит нетипичную пару, что очень редко, но по ним заметно, как любят друг друга, как крепко держатся за руки, самое главное — они помогли найти ребёнка, несмотря что были свои дела. Улыбнулся мыслям, видя их руки в красках и одежду парную. — Спасибо вам!!! Я очень благодарен, что смогли найти время при ваших делах, вы и правда очень хорошие, как вас отблагодарить?? — омега крепко обнимает сына, смотря с улыбкой Ребята смущённо вместе улыбаются. Внутри такие трепетные чувства, на душе так радостно, Чонгук не знает, что сказать, и смущённо улыбается, незаметно щипая мужчину за руку. Тэхьон немного кривится, но понимает намёк. — У вас замечательный сын, и он очень молодец, не растерялся, смог объяснить и также сказал, что ему нельзя общаться с дядями, но мы рады, что он доверился нам, — хихикая, ответил мужчина. — Ничего не надо, только если позволите угостить вас и сына мороженым. Чонгук смотрит на собранного мужчину, который не теряется, правильно подбирает слова, умеет, просто всё. Парень так рад, впервые он смотрит так открыто и чисто, так хочется быть семьёй с ним, хотя даже сейчас он так чувствует, не передать словами, сердце забилось, а в голове только одно: «мой мужчина самый лучший». …… Пока Тэхьон отошёл за мороженым для каждого, Чонгук остался с омегой и ребёнком, который тихо сидел рядом с Чонгуком, держа его за руку, на что Чонгук сидел смущённо. — Знаете, — начал омега. — Он у меня совсем не тактильный и кроме семьи никого не подпускает, даже за руку нельзя, не то что обнять, а с вами он очень откровенный, я рад, это значит, вы хороший человек. — Улыбка на лице омеги не спадала. — Спасибо, мне приятно слышать, я люблю детей, — бурмочет Чон пока… — Ей!!! Тэхьон, ну зачем ты так!!! — обижается Гук, как только мороженое пачкает его нос. Тэхьон тихо смеётся, нежно целует парня в носик и терпит волосы, садясь рядом, так как поджал мороженое, и, наконец, возвращается к папе. — Не злись, солнышко, кушай, для кого лимонное купил? Чон смущённо прижимается к плечу мужчины. После прозвища, всё-таки при людях, очень необычно, но совсем не страшно, а даже приятно, закрывая глаза, пока Тэхьон гладит паренька. Омега, который наблюдал, был удивлён, какая нежность у них, и это хорошо, что они не стесняются. — Мы, наверное, пойдем с сыном, спасибо вам огромное, надеюсь, ещё встретимся!! Хочу сказать, что вы воплощение слова «Любовь», вы очень красивая пара, — подмигнул омега, улыбнулся, увидев смущение на лице Чонгука. — У… удачи, Чимин, обязательно встретимся! Спасибо за встречу необычную и за приятные слова, — шепчется парень. — Гук хочет сказать, что вы не мешаете нам, мы рады были познакомиться, и да, спасибо за слова, мы обещаем, что встретимся, ждём вас в гостях. Как только те пропали из вида, Чонгук намазал губы мороженым и начал целовать мужчину, даря сладкий поцелуй, причмокивая, забывая о прилюдной чувстве, чувствуя на ящике другого шоколад. Промычав в поцелуй, парень отстранился и спрятался, хихикая, в объятии мужчины, пока тот хрипло смеялся и обнимал паренька. — Вот эта сладкая месть, я считаю!! — сказал Тэхьон, что рассмешило Чона до боли в животе. …..🥹 Следующая станция, на которую они идут вместе, держась за руки. Смотря прямо вперёд, Чонгук останавливается и бегает глазами то на мужчину, то на парк аттракционов. Гук примкнул к своему возлюбленному, начиная крепко обнимать его, чувствуя исходящее тепло. Так крепко вжался… да ну, нельзя быть. Мужчина крепко обнимает, позволяя наслаждаться моментом. — В это время людей не так много, и тебе будет комфортно, так как это не всё, на вечер есть планы у меня на тебя, а пока мы вместе покатаемся, как ты и хотел, так как я тоже очень люблю их и рад вместе с тобой быть здесь. Стало немного прохладно, но на душе у одного было так тепло… Чонгук внимательно слушал, понимая, как тот помнит, что он не любит многолюдные места. Он утыкается в шею мужчины своим холодным носиком. Тэхьон морщится и только крепче обнимает. — Солнце, ты же замёрз, чего молчишь? Мужчина хватает парня за руку и немного бежит с ним, так как заметил прилавок с тёплыми вещами. Чонгук только с смущённой улыбкой следовал за мужчиной. Как только Тэхьон убедился, что Чонгуку тепло — шарфик аккуратно лежал на шее, рукавички скрывали холодные пальцы, а куртка была застёгнута до самого верха, — внутри стало спокойно. Это было то редкое чувство, когда ты уверен: сейчас всё правильно. Они пошли медленно, почти не разговаривая. Парк аттракционов светился мягкими огнями, гирлянды переливались над дорожками, фонари отражались в мокром асфальте, будто всё вокруг было нарисовано специально для них. Воздух пах карамелью, сладкой ватой и чем-то тёплым, зимним. Чонгук шёл рядом, крепко держа Тэхьона за руку. Иногда он сжимал пальцы сильнее — просто чтобы убедиться, что тот рядом. В груди было так тепло, что даже холод перестал ощущаться. Он смотрел по сторонам, потом украдкой — на мужчину, и каждый раз сердце делало лишний удар. Вот он. Мой. Тэхён чувствовал это. Он чувствовал, как Чон тянется, как прижимается плечом, как доверчиво идёт рядом. Большим пальцем он медленно поглаживал его ладонь, иногда наклонялся ближе, будто хотел что-то сказать, но просто улыбался. От одной только мысли, что Чон счастлив рядом, внутри разливалось тихое, глубокое счастье. На автодроме Чонгук сначала смущался, а потом полностью отпустил себя — смеялся громко, визжал, специально врезался в машинку Тэхёна. — Эй! Это нечестно! — кричал он, сияя глазами. Тэхён смеялся в ответ, догонял его, притягивал ближе даже там, где вроде бы нельзя. Он ловил каждый его звук, каждый смех — и думал, что ради этого готов на всё. На цепочной карусели, когда кресла поднялись в воздух, Чонгук инстинктивно вцепился в руку Тэхёна. Ветер бил в лицо, огни расплывались, и внутри всё сжималось от восторга и лёгкого страха. — Я тут, — тихо сказал Тэхён, сжимая его пальцы крепче. И Чону этого было достаточно. Он улыбался, чувствуя себя в безопасности, впервые по-настоящему. В доме смеха Чон хохотал, показывая на кривые зеркала, а потом вдруг замирал, ловя взгляд Тэхёна. И в этих взглядах было столько нежности, что становилось неловко и хорошо одновременно. Тэхён смотрел не на отражения — он смотрел на Чона, на его румяные щёки, на живые глаза, и понимал: я влюблён окончательно. В комнате страха Чонгук сначала храбрился, а потом резко прижался к Тэхёну, уткнувшись лицом в его грудь. — Я знал, — тихо хмыкнул Тэхён, обнимая его крепче. Чон только сильнее прижался, не стесняясь. Ему больше не нужно было притворяться. На небольших американских горках Чон кричал от восторга, а Тэхён ловил его руку в момент спуска, переплетая пальцы. Сердце билось быстро — от скорости, от смеха, от того, что они вместе. Они делили сладкую вату, пачкались сахаром, смеялись, когда Тэхён вытирал Чону губы большим пальцем. Иногда они просто стояли, обнявшись, и молчали. Чонгук утыкался холодным носом в шарф Тэхёна, а тот накрывал его плечи рукой, словно защищая от всего мира. В этот момент Чон понял: ему не нужно ничего больше. А Тэхён понял, что держит в руках самое ценное, что у него когда-либо было. Им не нужны были слова. Хватало тепла, дыхания рядом и этой любви, которая тихо, но уверенно росла между ними. Как только Тэхён убедился, что Чонгуку тепло — шарфик аккуратно лежал на шее, рукавички скрывали холодные пальцы, а куртка была застёгнута до самого верха, — внутри стало спокойно. Это было то редкое чувство, когда ты уверен: сейчас всё правильно. Они пошли медленно, почти не разговаривая. Парк аттракционов светился мягкими огнями, гирлянды переливались над дорожками, фонари отражались в мокром асфальте, будто всё вокруг было нарисовано специально для них. Воздух пах карамелью, сладкой ватой и чем-то тёплым, зимним. Чонгук шёл рядом, крепко держа Тэхёна за руку. Иногда он сжимал пальцы сильнее — просто чтобы убедиться, что тот рядом. В груди было так тепло, что даже холод перестал ощущаться. Он смотрел по сторонам, потом украдкой — на мужчину, и каждый раз сердце делало лишний удар. Вот он. Мой. Тэхён чувствовал это. Он чувствовал, как Чон тянется, как прижимается плечом, как доверчиво идёт рядом. Большим пальцем он медленно поглаживал его ладонь, иногда наклонялся ближе, будто хотел что-то сказать, но просто улыбался. От одной только мысли, что Чон счастлив рядом, внутри разливалось тихое, глубокое счастье. На автодроме Чонгук сначала смущался, а потом полностью отпустил себя — смеялся громко, визжал, специально врезался в машинку Тэхёна. — Эй! Это нечестно! — кричал он, сияя глазами. Тэхён смеялся в ответ, догонял его, притягивал ближе даже там, где вроде бы нельзя. Он ловил каждый его звук, каждый смех — и думал, что ради этого готов на всё. На цепочной карусели, когда кресла поднялись в воздух, Чонгук инстинктивно вцепился в руку Тэхёна. Ветер бил в лицо, огни расплывались, и внутри всё сжималось от восторга и лёгкого страха. — Я тут, — тихо сказал Тэхён, сжимая его пальцы крепче. И Чону этого было достаточно. Он улыбался, чувствуя себя в безопасности, впервые по-настоящему. В доме смеха Чон хохотал, показывая на кривые зеркала, а потом вдруг замирал, ловя взгляд Тэхёна. И в этих взглядах было столько нежности, что становилось неловко и хорошо одновременно. Тэхён смотрел не на отражения — он смотрел на Чона, на его румяные щёки, на живые глаза, и понимал: я влюблён окончательно. В комнате страха Чонгук сначала храбрился, а потом резко прижался к Тэхёну, уткнувшись лицом в его грудь. — Я знал, — тихо хмыкнул Тэхён, обнимая его крепче. Чон только сильнее прижался, не стесняясь. Ему больше не нужно было притворяться. На небольших американских горках Чон кричал от восторга, а Тэхён ловил его руку в момент спуска, переплетая пальцы. Сердце билось быстро — от скорости, от смеха, от того, что они вместе. Они делили сладкую вату, пачкались сахаром, смеялись, когда Тэхён вытирал Чону губы большим пальцем. Иногда они просто стояли, обнявшись, и молчали. Чонгук утыкался холодным носом в шарф Тэхёна, а тот накрывал его плечи рукой, словно защищая от всего мира. В этот момент Чон понял: ему не нужно ничего больше. А Тэхён понял, что держит в руках самое ценное, что у него когда-либо было. Им не нужны были слова. Хватало тепла, дыхания рядом и этой любви, которая тихо, но уверенно росла между ними. И вот уже сытые, тёплые и наполненные тихой радостью, они подошли к последнему месту этого вечера — колесу обозрения. Оно возвышалось над парком, огромное, светящееся, будто спокойное сердце всего этого шумного мира. Кабинки медленно поднимались и опускались, огни отражались в металле, а небо над ними было тёмным, глубоким, с редкими звёздами. Чонгук невольно замедлил шаг. Он смотрел вверх, широко распахнутыми глазами, и в груди что-то приятно сжалось. Это было не волнение — это было ожидание. Тэхён заметил это сразу. Он чуть сильнее сжал его руку и мягко улыбнулся, будто говоря без слов: я рядом. Очередь была небольшой. Люди вокруг — пары, семьи, кто-то смеялся, кто-то говорил шёпотом, будто уже настраивался на тишину высоты. Кто-то украдкой смотрел на них — не потому что осуждал, а потому что их близость была заметна. Они держались слишком естественно, слишком тепло, как будто весь мир сузился до двух ладоней, сплетённых вместе. Тэхён подал билетик работнику — короткий кивок, спокойный голос. Чонгук в этот момент разглядывал кабинки, прикусывая губу от эмоций. Внутри всё дрожало — радостно, легко. Когда дверь кабинки открылась, Тэхён пропустил Чона вперёд, придерживая дверь ладонью. — Осторожно, — тихо сказал он. Чонгук кивнул и сел, аккуратно, будто это был не аттракцион, а что-то очень личное. Кабинка закрылась. Внутри стало тихо. Только мягкий гул механизма и их дыхание. Они сели рядом. Очень близко. Колени почти соприкасались. Чонгук сначала смотрел в окно, потом — на Тэхёна, словно хотел что-то сказать, но просто улыбнулся. Улыбка вышла тёплой, настоящей, немного уставшей — и от этого ещё более красивой. Колесо тронулось. Сначала медленно. Парк начал отдаляться, огни стали меньше, звуки — тише. Чонгук затаил дыхание, а потом осторожно положил голову на плечо Тэхёна. Тэхён не шелохнулся — только накрыл его плечи рукой, прижимая ближе, будто это было самым естественным движением в мире. Чем выше они поднимались, тем спокойнее становилось внутри. Чонгук чувствовал тепло тела рядом, уверенное, надёжное. Его сердце билось ровно, но глубоко. Вот так бы всегда, — мелькнула мысль. Тэхён смотрел вниз, на огни города, а потом — на отражение Чонгука в стекле. И в этот момент понял: он хочет запомнить это навсегда. Этот вечер. Это дыхание. Эту тишину, наполненную любовью. Когда они почти достигли самой верхней точки, Чонгук тихо выдохнул — будто отпуская всё лишнее. Он крепче сжал руку Тэхьона и прошептал: — Я счастлив. Мне так нравится этот день, он такой… такой приятный!!! Спасибо правда, за всё, что делаешь для меня, спасибо за цветы, нет, даже не так, за огромную корзину цветочков, они такие прекрасные, я так удивился утром, что я аж запищал, ты бы выдел ещё бы на кровать залез — Чонгук хихикнул, вспоминая утро. — Но я перед этим убедился, что ты не дома, и только гасил пищать, а записка грела меня так сильно. — Чонгук всё так же лежал на плече, украдкой целовал в шею. — А то, что было в парке, я готов был радоваться как маленький мальчик, так мило, мне так нравится говорить с тобой, и вся эта тактильность с худи. — Чон посмотрел на их худаки и ярко смущённо улыбнулся. — А ещё мне очень нравится, что я у тебя на обоих, я… у меня даже слов нет, как я удивился… но — Чон резко отстранился и начал очень интенсивно махать руками и улыбаться. — Я прям ахуел, но я там такой красавчик и ещё весь твой, весь для тебя, ещё я хочу к тёте в гости и понравиться твоим родителям и сестре, мне так приятно, что ты считаешь меня своей семьёй, я бы очень хотел с тобой всё иметь!! …и детей хочу, — прямо в глаза сказал парень, прямо с искрами. — Кредо, ты помог ребёнку, ты был таким спокойным, ребёнок тебе доверял и представлял, какой ты будешь, и любимый, ты самый лучший отец! Спасибо, что помогаешь мне и при людях ласков со мной, я очень кайфую… Тэхён слушал каждое слово Чонгука, и сердце его било так сильно, что казалось, сейчас выскочит из груди. Он чувствовал всю искренность, каждую эмоцию, каждую искру радости и любви, которую парень вкладывал в слова. Когда Чон говорил про обои, про те маленькие моменты в квартире, что делают их жизнь особенной, Тэхён невольно улыбался, а глаза наполнялись теплом. Он провёл рукой по спине Чонгука, притянул ближе к себе, не желая отпускать. — Сонце… — начал Тэхён, голос его дрожал от волнения, но был мягким, почти шепотом, — когда ты говоришь о наших маленьких моментах, обо всём, что мы делаем вместе… я чувствую себя самым счастливым. Я хочу, чтобы наша жизнь была именно такой: чтобы каждый день мы находили радость в мелочах, чтобы мы смеялись, дурачились, радовались друг другу, как сегодня. Он наклонился, слегка коснувшись лба Чонгука своим, вдыхая запах парня, ощущая его тепло: — И знаешь… — продолжал Тэхён, крепко сжимая руку Чонгука, — я хочу семью с тобой. Я хочу детей, хочу дом, хочу, чтобы мы были вместе навсегда. Хочу, чтобы ты чувствовал себя в безопасности, чтобы мы поддерживали друг друга и радовались жизни… вместе. И неважно, сколько людей вокруг, я хочу, чтобы ты всегда был моим — моим любимым, моим всем. Он улыбнулся, чуть покраснев от чувств, но при этом взгляд был полный нежности: — И когда ты говоришь, что хочешь понравиться моей семье, моим родителям и сестре… — Тэхён улыбнулся ещё шире, прижимая Чонгука сильнее к себе, — мне хочется обнять тебя и никогда не отпускать. Потому что я чувствую то же самое: ты уже часть моей жизни, моей семьи. И я горжусь, что могу делить с тобой каждый момент, что могу заботиться о тебе, любить тебя при всех, быть с тобой открыто и честно. Тэхён провёл рукой по волосам Чонгука, тихо смеясь вместе с ним над искренним волнением парня, и шепнул: — Ты самый лучший, мой мальчик… Я так счастлив, что у нас есть всё это вместе. И я обещаю тебе, что буду рядом всегда. Сегодня, завтра, через десять лет — мы будем так же любить друг друга, будем смеяться, радоваться, строить нашу семью. Я хочу всё это с тобой… с тобой, с тобой и только с тобой. Он наклонился и поцеловал Чонгука в лоб, потом губы, потом снова в шею, как будто через каждый поцелуй передавал всю свою любовь, всю свою благодарность, всю уверенность, что они смогут вместе всё. Его объятия стали чуть крепче, и глаза наполнились слезами радости — от счастья, от любви, от того, что этот маленький человек рядом с ним так искренне доверяет, так открыто говорит о своём сердце. — Ты моя жизнь, — прошептал Тэхён, прижимая парня к себе ещё сильнее. — Я хочу всё это, всё, что ты сказал, чтобы стало нашей реальностью. И я обещаю, что мы будем счастливы. Просто будем рядом друг с другом… навсегда. И как только колесо прекратило рух, Тэхьон прижался щекой к щеке парня, рукой обхватив его. Посмотрев в глаза, он сладко поцеловал Чонгука в губы, позволяя утопиться всем их чувствам: долго, мучительно, сладко и вкусно, с лёгким вкусом сладкой ваты, который всё же остался на губах у парнишки. Их поцелуй был нежным, тёплым, с лёгким дрожанием и тихими смешками между, словно время остановилось только для них. Как только они отошли, прижались лбами, хихикая, и одновременно — Я люблю тебя. После чего последовал ещё один сладкий поцелуй, который постепенно набирал свои обороты, а в конце они сделали кучу фотографий на память… Как только они вышли, хихикая и обнимаясь, разглядывали фотографии и понимали, насколько они счастливы. Тэхьон хищно улыбается и шепчет на ушко Чонгуку: — И на последок к нам остался десерт… которому нам предстоит небольшая дорога, на нашей машине. Чон округлил глаза, понимая, что это ещё не конец!!! …Что ещё может быть лучше… Он крепче прижимается к мужчине, прикрывая глаза от трепетных слов о их машине. __________________🖤🖤🖤🖤🖤🖤 Дорога оказалась длинной, примерно часа три, но кого это волновало — никто не жаловался. Чон, наоборот, был рад, так как мог слушать уже полюбившуюся музыку Тэхьона, который, кстати, успевал чмокать Гука и переодически поглаживать вкусные бёдра Чона. Спустя какое-то время Чонгук позволил себе немного почитать и успокоиться от волнения, что приятно развивалось по телу. Книга была очень хорошей, но не настолько, как его мужчина за рулём… Господи, хоть сейчас идти и отсасывать ему… но портить романтику, вот такими пошли и мыслями не хотелось… Оторвавшись от книги, Чонгук позволил себе рассматривать Тэ, и нежно улыбаться. — Я люблю тебя, — перебивая тишину, говорит Гук. Тэхьон поглядывает на парня и от вида Чона, что светился и был любимым настолько сильно, что хочется ещё и ещё, тот, улыбаясь с нежностью, говорил такие приятные слова: — И я тебя, солнышко, затискать бы тебя, но… — Тэхьон кликнул. — Я успею там на месте. — Неужели в лес?.. Я тебе надоел? — Чон наиграно надул губки, вздыхает. — Я так и знал. Тэхьон смеётся. — Как ты угадал, что лес? Особенно после слов, что я тебя люблю. — Тэхьон цокает и даёт пидзатмлтние парню. — Не говори так, солнышко, никогда в жизни не надоешь, понял меня, дурачок? Чонгук шипит от удара но все же улыбается и кивает. Спустя время они наконец-то добрались к правильному месту.Обертая голову в сторону Тэхьона ,парень задерживает лизание и не верит глазам,он так давно тут не был,так красиво,да и еще Чон вспоминает их подговорил одних из буденних дней. Они тогда сидели дома, смотря дораму, которую захотел посмотреть обо, что, на удивление, там было море, и как-то, когда фильм закончился, и они молча лежали, нежно обнимая, Тэхён спросил. ***** — Какая сцена больше всего понравилась? Тогда Чон не задумался и сказал: — Тот момент, где они гуляют около моря, просто в тишине. Я так давно не был на море, а после просмотра так захотелось… — засыпая, уже заканчивал Гуки. — А тебе? — Мне тоже момент с морем, только где они по дороге бегают, снимая одежду, и вместе купаются. ******* Чонгук всхлипнул, всё-таки эмоции взяли верх: за сегодняшний день так много было, что невозможно вот сидеть и не говорить об этом. Чон понял, что остался один в машине, пока думал, он быстро вышел, начиная искать мужчину. Тот в это время открывал багажник, где был плед, корзинка с едой, чтобы посидеть и отдохнуть. Чонгук влетает в мужчину, начиная просто хлебать слёзы, что слова даже не слышно было… настолько неожиданно и приятно, он вцеплялся в мужчину как мог. Тэхён совсем не ожидал такой ситуации, бросил вещи, притянул парня поближе к себе, немного увеличив свой запах для успокоения его малыша, который слишком долго держался. Тэхён нежно стал оставлять поцелуи. — Солнышко моё, мой самый хороший, не плач, ну, мы же приехали на море, ну ты чего. Парень продолжал всхлипывать и что-то бурчать. Тэхён решил, что тому нужно время, и для этого он сел на зад машины и притянул парнишу к себе, обнимая, делая запах ещё чутче. За это время Чонгук успел успокоиться и смог сказать миллион раз слов благодарности своему мужчине и объяснить, насколько тот рад. И наконец-то Тэхён решил сделать по-своему, а не как у фильма. Тэхён, держа парня на плечах, аккуратно шёл в тишине, ноги обгортало море, приятно. Пока его малыш повеселился и начал снимать мини-влог на телефон, хихикая где-то целую. Спустя пять минут Чонгук игрался с водой, а сам Тэхён ушёл за вещами и, когда вернулся, начал всё раскладывать. — Я так благодарен, вы не представляете, я даже заплакал в истерику, но запах мужа и особенно сам он спасли меня, хихи, — Чон навёл камеру на Тэ. — Мой мужчина, такой красивый и полностью мой. — Гуки, иди ко мне, надо покушать, тут и пицца, и салатик, и любимое вино. От этих слов камера сразу же выключилась, и Чон побежал к нему. К его мужчине. Время близко к 23:40, мужчина понемногу распробовал вино — красное и ещё полусладкое. Тэхён не очень любил выпивать, но с любимым можно, который, кстати, времени не терял и, кажется, уже четвёртый бокал сам давал о себе знать. Чон становился в два раза милее, нежнее и ещё очень тактильным. И именно Тэхён позволил тому выпить, но заключительное слово было немного… Но мужчина не жалуется — сегодня можно, поэтому именно сейчас он слушает любимого, его смешные рассказы. Сам парень раскрасневшийся и хихикающий, как можно больше прижимается к мужчине; еда съедена, вино почти допито. Тэхён молча перебивает парня поцелуем — сладкий-то какой он. Тэхён аккуратно отстраняется, вставая и хмыкнув, подаёт руку: — Идём купаться, малыш. Чонгук застывает, раскрасневшийся, хлопает глазами и, кажется, не дышит, что замечает Тэхён — как тот старательно хочет скрыть своё возбуждение. Но с широкой улыбкой он принимает руку, и чего не ожидал Тэ — это то, что парень раздевается по пути и бежит в воду. На что Тэхён не отстаёт — он цокает на это, но делает то же самое, в глазах азарт. Тэхён ловит парня в свои объятия и тащит в воду, прямо за собой. Чонгук хихикает, вырывается, конечно, он мог ударить, схитрить, но зачем… если ему нравится, нравится то, как мужчина нежен. Вода освежает, и, несмотря на погоду и то, что пару минут назад им было холодно, им было так наплевать — им было хорошо. Они совсем не купались, они дурачились: заходили по щиколотки, бегали, сталкивались, плескались, обрызгивали друг друга водой. Чонгук пытался ускользнуть, но Тэхён ловил его, прижимал к себе, смеялись, визжали, обдавая друг друга волнами. Иногда они подпрыгивали в воде, сталкивались плечами, а потом Тэхён обнимал его, грея руками и своим запахом. Даже холод не мог испортить это ощущение — они наслаждались моментом, играли с водой, дурачились, словно были одни на свете. Когда смех утих, Чонгук сам тянется к Тэхёну, и они целуются — медленно, нежно, согревая друг друга. Тэхён подхватывает его на руки, крепко прижимая к себе, и они направляются к пледу, чтобы согреться и продолжить вместе этот момент. Чонгук больше не выдерживает, он полдня ждал этого момента и наконец-то может открыто об этом сказать. Он тихо-тихо стонет в поцелуе, продолжая по телу Тэхёна добираться к шее. — Прошу… я хочу тебя, пожалуйста. Чон нежно целует мужчину в щеку, начиная незаметно тереться о мужчину. Тэхён смотрит и чувствует, как тот сам, не замечая, начал тереться к нему, чтобы получить удовольствие. Мужчина аккуратно ведёт руку сначала по волосам парня, немного погладив их, спускается к щеке, где также целует, и тянет руку к подбородку, чтобы держать лицо парня. — Тише, тише, нам некуда спешить, или это так алкоголь на тебя повлиял? — хмыкает Тэ. — Мой пьяный мальчик, которого я так люблю, так сильно ждал секса со мной? Так вот что тебе надо было… Не нужно было мне всё это организовывать, а только трахнуть тебя, да, солнышко? Тэхён держит, но не сильно, делая всё, чтобы тот внимательно слушал. А Гуки слушает ещё как — он весь возбуждён, тут со своим мужчиной, да ещё тот дразнит. Чон мотает головой в несогласии, так как всё, что было сегодня, — самое лучшее, что есть. Но Тэхён не спешит: он дразнит, делает вид, что целует, а потом отстраняется, спускается ниже, но ничего не трогает… проверяет на прочность. Не на того напал. Чонгуку не нравится, что тот так дразнит — он же хочет уже как можно больше, сука, хочется, чтобы тот хоть что-то сделал. Да, Чон готов скулить, но вместе это, зараз, шоколад становится жёстче, более грубым, горький шоколад усиливается. Чон злится, он речёт впервые за мужчину и сам резко притягивает мужчину к себе, заставляя целоваться долго и требовательно. Он меняет их местами и уже следит за мужчиной на крепких бёдрах, кусая губы, шепчет ту же же: — Тэхён, пожалуйста, трахай уже наконец-то, или я обеща… ах… е-еще. Но Чон продолжить не смог — резкое, прекрасное прикосновение чувствуется на головке члена. Тэхён уже с кровью на губах усмехается ещё как: такой Гуки весь злой и слишком возбудимый — это очень мило, аж будоражит. — Ты ещё тот блядский альфа, Чон Чонгук, но есть «но». — Тэхён продолжает свои махинации рукой на члене парня, другой рукой поправляет волосы парня. — Смазка в машине, я думал, ты потерпишь до отеля, — хихикнул Тэхён, смотря наконец-то на парня. Чон злобно вздыхает, понимая, что говорит его мужчина. Он сначала бьёт его по прессу и тогда слезает с Тэхёна: — Пожалуйста, блять, быстро беги к машине и возьми всё, что нужно, мигом, иначе я… я… — Чон остаётся всё так же мило красным. — Ну ты понял. — Что, ты скоро кончишь? Я уже бегу, любовь моя!! — полностью издеваясь над Чоном, Тэхён всё же бежит к машине, и кстати, он тоже долго ждать не хочет. Чон шикает на него, но за это время понимает, что к чертям счастлив и пьян, кстати, очень. Он сам того не заметил, но сегодня можно, да? Муж позволил. Эти слова заставили сердце громко-громко вырываться наружу, он позволил себе запищать от своих слов, и за это время в хорошем настроении избавился от лишней одежды и позволил себе расслабленно сесть, криво глядя глазами. Тэхён, уже подходя к парню, заметил, как тот прекрасен: крепкое тело, мышцы, красивое личико — черт, да это всё его. Улыбнувшись, он понял, что влюблён пиздец, и ещё как захотел сфоткать такого парня. Ким не хотел долго ждать, поэтому, добравшись до парня, он моментально завалил его на покрывало и стал яростно целовать, беря всё на себя. Целовались долго и горячо, он не давал вздохнуть, и всё, что мог делать Чон, — тихо стонать в поцелуе и в конце всхлипнуть, как только тот тоже окусывал его за губы. Но резкое прекрасное действие завершилось: Чон пискнул и посмотрел на мужчину вопросом — что-то не так??? Тэхён усмехнулся и из кармана шорт достал любимую сладость Чона, после его же члена, конечно. Он зажёг сигарету и увеличил свой запах — двойное комбо. — Ну что, любовь моя, чего стоишь? Такой грязный ротик должен быть занят, и тогда ты получишь то, что хотел. Чонгук не может передать словами, как сексуально сейчас выглядит его мужчина и как член дергается — он с ума сошёл. Эти грязные словечки и всё это в трезвом виде, наверное, больше нравятся Гуки нежность, но сейчас хотелось обратного. Он лёгким движением добрался к мужчине, смотря с вызовом. Он решил не проиграть мужчине и показать, что тот тоже хорош собой: на коленях, положив руки на бёдра мужчины, утыкаясь ему в живот, горячо дыша, кратко целуя и прижимаясь ближе. Он дрожащими руками и расплывшимися глазами начал снимать с мужчины шорты вместе с трусами. Как только член Тэхёна был на свободе, Чонгук блаженно закрыл глаза и открыл их только тогда, как почувствовал руку на своей щеке и смешение запаха с сигаретами — блять да, как Чон это любил. — Ты такой красивый мальчик у меня, а особенно такой милашка, когда пьян. — Глядя на щёку, он видел, как тот расслабился и задрожал от удовольствия. А терпения у Чонгука точно нет, поэтому он с блаженным вздохом начинает аккуратно брать в рот член Тэхёна, медленно, не спеша. Он поднимает глаза, чтобы убедиться, делает ли он всё правильно. Тэхён улыбнулся своей полуулыбкой и аккуратно начал поглаживать волосы, легким кивком, утопая в прекрасных глазах Чона. А ещё Гук знатно возбужден, запах шоколада, кажется, заполняет всё пространство. Тэхён вспоминает, что это их первый раз, как они займутся любовью — как это будоражит. Стон вылетает незаметно из губ Тэхёна, откидывая голову назад. Чонгук делает всё очень хорошо — Тэ нравится, как тот старается. Резким движением Тэ наваливается сверху парня, тот как-то испугано смотрит, что аж Тэ испугался. — Что… плохо?? Дыхание Тэхёна аж ускорилось. — Глупенький мой, нет, нет… даже слишком хорошо. — Тэ улыбается и целует в губу: — Просто мой любимый заслужил больше, да, солнышко? Чонгук смотрит растерянно, голова немного кружится, но это не мешает видеть Тэхёна полностью. Гук растягивается в сладкой и в то же время хищной улыбке, немного шуршась по коврику. — Конечно, заслужил. Ну же, любимый, покажи, как ты меня любишь. Вот оно… позволение на сделанное. Шах… глаза Тэхёна горят пожаром, запах кофе стал более крепким, но этим запахом Гука это не уменьшалось — он не позволял поддавливать своего парня. ******** Тэхён замедляется, будто нарочно бережёт каждое движение. Его ладонь скользит выше, успокаивающе, большой палец мягко проводит по коже, и Чонгук сразу расслабляется, выдыхая дрожащий смешок. Страх растворяется, остаётся только тепло — густое, тянущее. Так приятно чувствовать тэхьона внутри…он такой огромный но…чорт так хорошо. — Я тут… — тихо, почти шёпотом. — Слышишь? Сонце…такой умничка,спасибо..-Тэхьон покрывает парня поцелуем-спасибо что позволил  Чонгук моргает медленно, взгляд всё ещё мутный, но в нём столько доверия, что у Тэхёна внутри что-то сжимается. Он наклоняется и целует не в губы — в висок, потом в щёку, ниже, оставляя за собой дорожку спокойствия. Запах кофе смягчается, становится тёплым, обволакивающим, а шоколад — сладким и родным. — Мне хорошо… — Гук говорит едва слышно, пальцы цепляются за ткань на плечах Тэхёна. — С тобой всегда так…мне так повезло с тобой..я правда очень люблю тебя. Тэхён улыбается иначе — без хищности, только нежность. Он прижимается ближе, лбом касается лба, дышит вместе с ним, подстраивается под его ритм. Каждое движение — как вопрос. Каждый выдох Чонгука — как ответ. Песок больше не мешает, море становится фоном, и даже время будто замедляется. Есть только они, покрывало и это чувство — когда тебя держат так, будто ты самое ценное, что есть в этом мире. — Ты мой дом, — шепчет Тэхён, и в этих словах нет ни капли давления. Только любовь.-так хорошо в тебе чорт. Чонгук тихо постанивает наслаждаясь сексом с його мужчиной,Чонгук уже не впервые чувствует себя щасливим,еще недавно он был стеснительным альфой которий думал что с ним что то не так,как в жизни появляется тот кто всегда рядом. Чонгук незаметен для себя аж начал плакать совсем тихо тихо но это привлекло внимание мужчини. -Сонце я зделал больно?-тэхьон зупиняется и начинает беспокойно смотреть на гука. Чонгук всхлипывает и притягивает парня к себе целуя очень медленно чувственно.-нет…я..я просто пиздец как щаслив ..-всхлипывая договаривает чон-продолжай прошу,мне так хорошо. Тэхьон наконец-то улыбается и чмокая парня немного виривпется смешок,чон такой открытий и нежный что просто не возможно не любить-обещаю ты станешь моим мужем.-тихо говорит тэ и с горячими глазами смотря,притягивает для поцелуя и продолжение их ночи. __________________________ Сидя в машине, Тэхён аккуратно ставит телефон так, чтобы было видно и его, и Гука, который, кстати, после всего, спустя пять минут, уже мирно и доверчиво спал на пледе. Поэтому Тэхён закутал парня и перенёс их к машине, где уже в тёплой машине он спокойно спал. Тэхён включил лёгкую музыку и тронулся, включая видео, записывая их маленькую частичку жизни. На камере точно было видно, как мужчина смотрел на парня, как поправлял одеяло, поглаживал — хотелось заснять такой момент. Сам Тэ не был любителем соцсетей, но имел закрытый аккаунт, где были самые близкие, и теперь на аккаунте всегда был Гуки. Даже сейчас их фото в машине, и для себя он заснял, как мужчина ведёт машину — выглядит он сексуально… — Теперь пора возвращаться, чтобы закончить начатое. Ещё два дня назад ему позвонил Диар, что всё-таки это правда: хоть камеры не записывали, но всё же удалось восстановить хоть что-то, и там было точно ясно, что именно МИАН пробрался в комнату с Чоном, как пока непонятно… и нужно думать, что делать дальше.                    *** — Нам нужно узнать, как это он сделал, и поймать полично, но нужно придумать что-то хорошее, — первым в кафе заговорил Диар. За время они познакомились уже ближе, а не как на работе, и, как сказал сам он: — Тэхён, нужно, чтобы твой любимый всё это сделал. Тэхён понимал, про что это он, другого способа нет, он незаметно покивал, поглаживая парня. — Я понимаю, если Гук готов — я за. Чонгук немного поднапрягся, но виду не показал, он всё же собрал дух и сможет обхитрить. — Да, я готов. Диар усмехнулся и, посмотрев на них, улыбнулся: — Ладно, голубки, пойду я, не буду мешать вам, а ещё захотелось, смотря на вас, к своему мужу цветы купить — и, попрощавшись, ушёл. План обсудили. Чонгук хихикнул и лёг на плечо мужчины. — План хороший, я смогу справиться, просто не хочется с ним как-то бить, но я смогу! Тэхён целует парня, замирая на секунду. — Справишься, малыш, десерт? — Конечно!!!! Спустя два дня Чонгук смог позвонить Миану и убедить его на встречу, как всегда делал, и тот, несмотря на всю хуйню,что сказал, согласился… месть началась. Время 20:31. Они сидели друг напротив друга. Чонгук не так волновался, так как знал, что Тэ рядом и будет всё слышать. Но делал вид. Он посмотрел на Миана — он ничего не чувствовал к нему, хотелось не вспоминать. После заказа всё-таки Миан заговорил: — Если захочешь ещё и ещё просить прощение, то уже можешь идти, ты как омега, а не альфа… да и работаешь всю неделю в офисе с документами. Чонгук держался, но голос дрогнул… вдруг не выйдет? Нет… он не… — Сладкий, всё хорошо, действуй, — тихо в микрофон заговорил Тэ, как будто чувствовал. — И почему тогда ты просил делать проект у нас? Если моя работа плохая? — Чтобы позлить тебя, придурок, — смеётся омега. — Для чего ещё? Кстати, а как тебе твоя последняя работа? Ах да, тебя ж уволили, потому что её нет. — Ты добился своего — меня уволили… но почему ты их украл? Я уверен, что это ты. — Конечно, я, кто ещё такой умничка? Всё равно у тебя никого нет, чтобы пожаловаться. Я удивлён, что это было так легко сделать, — омега хмыкнул, начиная попивать коктейль. — Особенно когда увидел твоё личико — такое было идеально разбитое. Только вот… — омега надул губки и посмотрел прямо в глаза — неужели в отношениях ты стал омегой, который под альфу ложится? Ты до такого докатился. Тэхён слышал — вот же сволочь. Знал бы омега, как тот глупо выглядит, но Тэ не имеет права рыпаться или хоть туда завалиться — он сделает хуже, да и знает, что парнишка справится. Чонгука немного дернуло… как-то неприятно прозвучало, вот только не то, что он внизу, а то, что его нежность для альфы как будто ненормальна… странно это. — Думаю, это не твоё дело, для меня нормально и для других так же. Ну что ж поделать, если я могу хоть и в постели лучше, чем омега, — откуда-то взялась сила ответить тому. — Мой мальчик, горжусь!!! — где-то через микрофон услышал Тэхён. Омега резко дернул коктейль на Гука. — Да ты!!!… ты… совсем охренел! Да, ты прав, ты не альфа, потому что альфы не хотят тактильности, цвета, внимания, они гордые и сильные, а не такие, как ты… и они трахать, а не наоборот, — на всю кафешку кричит альфа, тише добавляя: — Ты ничтожество без работы, и это из-за меня, помни. Когда омега собирался идти, все начали фотографировать и снимать это на видео, и он гордо улыбался, как через минуту перестал. Один из альф первым подал голос. — Как это не альфа? Что это за понятие, если я такой, то значит должен быть сильным и защищать? Мне приятно знать, что я могу на кого-то положиться, разве я не прав? — он посмотрел на всех других. — Ты прав!! Я обожаю тактильность, и мой любимый поддержал меня. — А я вообще ёбнутая плакса, плачу хоть за видео с тобой. И так каждому из альф или омег поддержали Чонгука. Наблюдая за этим, Чон чувствовал, что он не один, что каждый имеет право быть тем, кем хочет быть. Он так горд… даже не заметил сразу, как Тэхён подошёл к нему. Крики, аплодисменты, пока уводили омегу, а Диар взял всё это на себя. Тэхён накрыл парня пледом, чтобы тот не сидел мокрый. — Умничка мой… мы справились, — и смотрел так, что Чон не мог устоять. Он накинулся объятиями на мужчину, слыша голоса других вроде «поцелуй», и смущённую улыбку. Тэхён целует, притягивая ближе, как только мог… похуй на взгляд, и все они на фоне — только ради были. Спустя несколько часов они находились дома у Тэхёна. Спокойно Чонгук лежал на кровати после тёплого душа, ждал, когда его мужчина закончит работу. Тэхён зашёл тихо, Чонгук сразу же заметил и присел на кровати, чтобы ноги свисали. Тэхён двигался медленно; как только оставил место, он опустился на колени, кладя руки на бёдра парня, и, не давая слова парня, начал первый: — У меня такой умничка, альфа… сделал всё для нас… и я хочу кое-что сказать… — он поцеловал одно из бёдер — твёрдый бывший ужасный ублюдок, который бросает слова на ветер, а ещё я рад, что пошли в кафе и их мужчины смогли доказать обратное, и я, коими словами, хотел сказать, что… Чонгук смотрит на него, не отрывая глаз. После своих слов Тэхён садится на колени парню. — Что в наших отношениях не означает, что только ты будешь пассивом. Я так же хочу чувствовать тебя и только тебя, только с тобой я позволю, и твою заботу. Мне нравится вся нежность, которую ты мне даёшь, нравится, что ты открыт, нравится, что ты позволяешь мне вести и показывать, как я… сильно люблю тебя. Чонгук от речи покраснел, и слёзы сами по себе полились. Он всё понял… и ему очень приятно. Он только крепче обнял мужчину: — Тэхён, ты самый лучший, я люто тебя люблю и не представляю жизнь без тебя. Я хочу с тобой семью и детей. — Тогда вперёд, в наше будущее! — и Тэхён наваливается на Чона с поцелуем. Их ждёт совместная жизнь: работа, много романтики, конечно путешествия, переплетение рук и сердец и, самое главное — создание семьи.