Часть 1
6 февраля 2026 г., 22:38
Прижатая к стене, Хильда дышала тяжело и часто, пока святой целовал её шею. Он крепко сжимал её талию, словно грешник, отчаянно цепляющийся за чётки в молитве о спасении. Если бы он захотел, она бы стала его спасением. Она стала бы для него всем, отдала бы ему всё.
— Малтус… — выдохнула Хильда. Её рука, запутавшаяся в его волосах, скользнула к его плечу, когда он отстранился.
Он посмотрел на неё, его полные благоговения карие глаза были широко раскрыты. Многие мужчины смотрели на неё по-разному: с вожделением, нетерпением, гневом, страстью, но Малтус был единственным, кто смотрел на неё так.
В этом взгляде было столько искренности и любви, что она не могла понять, то ли она тонет, то ли делает первый в жизни вдох. Его восхищённый взгляд слегка затуманился от смущения и неуверенности, когда он рассматривал лицо Хильды.
Её рука крепче сжала его плечо.
— Ты сделаешь для меня кое-что? То, чего ни один мужчина никогда не делал?
Его и без того широко раскрытые глаза распахнулись ещё больше, и он кивнул. Он редко говорил во время их встреч; вместо этого его рот был занят учащённым дыханием, стонами и поцелуями.
Хильда быстро поцеловала его ещё раз, прежде чем отстраниться, Малтус тянулся за её губами. Она посмотрела ему в глаза и медленно надавила на его плечо. Потребовалась секунда, но Малтус понял, что она просит его опуститься на колени. Их взгляды оставались прикованы друг к другу, пока он садился на пол.
Сердце Хильды колотилось в груди, когда она смотрела на него, стоящего на коленях перед ней, святого, готового приклониться. Но этот сын Божий стоял на коленях не пред алтарём в церкви, не пред Девой Марией, он стоял на коленях пред ней.
Его дыхание было прерывистым, а лоб покрылся испариной. Хильда слегка улыбнулась, снимая нижнее бельё и приподнимая подол платья.
Сжимая ткань платья в руках, она прислонилась к стене позади себя, ноги её уже дрожали от предвкушения.
Она посмотрела на Малтуса, который отводил взгляд и нервно возвращал его к её обнажённой промежности; её взгляд следил за его дёргающимся кадыком, когда тот сглотнул.
— Я… я не знаю, что я должен делать, — сказал Малтус.
— Поласкай меня своим ртом, Святой.
Он резко вдохнул от её слов.
— Т-там? — осёкся он, его глаза теперь были прикованы к тёмным волосам, разделявшим её молочные бёдра.
— Да. Ты не хочешь? — спросила она. Её голос звучал ровно и уверенно, но руки сжались сильнее при мысли о том, что Малтус передумает, что отвергнет её.
Его глаза поднялись и встретились с её.
— Хочу, — сказал он, и её пальцы ослабили хватку на ткани. — Но…смогу ли я? С чего мне начать?
Хильда одной рукой придержала складки своего платья, а другой провела по лицу Малтуса, убирая прядь волос.
— Я видела, как ты слизываешь сладкое желе с пальцев. Делай также.
Малтус снова посмотрел на неё и слегка кивнул. Хильда убрала руку, чтобы поправить платье, и ещё шире расставила ноги. Она уставилась на Малтуса, и в следующее мгновение его лицо исчезло между её ног.
Его руки легли ей на бедра, а затем она почувствовала это — его язык коснулся её. Хильда вздрогнула от неожиданности. Эти губы, которые произносили молитвы и благословения, теперь доставляли ей удовольствие.
Его язык рисовал круги вокруг её клитора, и её ноги начали дрожать. Голова Хильды с глухим стуком откинулась назад, прислонившись к стене, и её руки ещё крепче сжали платье.
Из её груди вырвался стон, и сердце забилось чаще. Между её ног было так влажно — от его прикосновений и её собственного желания.
Язык Малтуса скользнул ниже, погрузившись в неё, и он ощутил на губах её вкус.
Она надеялась, что он нашёл его сладким, как желе, которое он так любил есть.
Его руки сжали её сильнее, и она почувствовала, что он тоже дрожит.
— Ма-Малтус! — выдохнула она.
Его язык покинул её лоно и вернулся к клитору. Он снова обвёл его, нежно посасывая.
Ни один мужчина никогда не прикасался к ней так. Она была со многими, и сколько бы они ни клялись, что заботятся о ней, на самом деле, думали они лишь о собственном удовольствии.
Хильда ударилась головой о стену и поджала пальцы ног. Она боролась с желанием поёрзать или свести колени. Хотя зажать святого между бёдрами было бы не так уж и плохо.
Её дыхание участилось, она пошатнулась, и из груди вырвался тихий крик. Ноги Хильды задрожали, она больше не могла стоять. Медленно она сползла по стене, Малтус отстранился от неё, но его руки всё ещё сжимали её бёдра.
Его губы блестели от выделений, а глаза были стеклянными. Он дышал так же прерывисто, как и она, затем он облизнул губы.
Хильда хрипло усмехнулась и коснулась его лица.
— О, мой Святой, твой рот словно создан для того, чтобы перед ним приклонялись.
Он повернул голову и поцеловал её руку. Неожиданно нежный жест от того, кто только что пожирал её между бёдер.
— Ты сладкая, — прошептал он, снова целуя её руку.
