Чистота (или не очень) и её последствия

      Сидеть долго в горячей ванной для Джаббера было непривычно.       Сидеть с кем-то рядом в ванной — это уже что-то из области фантастики.       Особенно если этим кем-то был Занка Ниджику.       Нет, разумеется, вопреки всем шуткам, автором которых являлся сам Вонгер, он не был лишён знаний о базовой гигиене. Однако то, в каких условиях он жил, ставило под вопрос не только возможность долго проводить время в ванной, но и наличие этой самой ванной.       А сейчас…       А сейчас Занка лежал у него на плече, блаженно прикрыв глаза, пока вода обволакивала каждую клеточку его тела. Влажные пряди его волос липли к вискам и шее, бисквитно-пшеничная чёлка потемнела от воды, Ниджику зачесал её назад, обнажая лоб.       Его брови, обычно идеально уложенные, забавно взъерошились, и Джаббер при каждом взгляде на Занку невольно улыбался.       Ладно, Вонгер готов признать, что есть нечто особенное в совместном принятии ванной. Даже несмотря на то что сюда его Ниджику тащил чуть ли не за шкирку,       Ниджику лениво открыл глаза. Украдкой взглянул на Джаббера и нехотя оторвал голову от его плеча, поддался вперёд и отстранился от партнёра. Обернулся через плечо и ещё раз внимательно рассмотрел его собранные в пучок дреды.       Как сексуально.       Занка несколько раз моргнул, мысленно отвесив себе крепкую пощёчину за подобные мысли. — Ты мыть голову собираешься? — поинтересовался Ниджику, тотчас отвернувшись от Джаббера.       Он потянулся к своему шампуню, выдавливая его на ладони и растирая по ним, принимаясь втирать в кожу головы.       Занка не мог до конца объяснить свои чувства, но ему было неловко быть с Джаббером… Вот так. Он не первый раз видел его нагим. Не первый и уж точно не последний раз сам показывался перед ним полностью обнажённым. Но уж точно не в такой обстановке. Вонгер — стихийное бедствие во плоти. Торнадо, цунами, извержение вулкана. Пиздец, летящий на крыльях ночи.       И находиться с ним в столь умиротворяющей обстановке было непривычно, неловко, смущающе и страшно. И много-много чего ещё, в чем Занка пока сам себе не признался.       Между прочим, ванная совсем маленькая, и двум людям уместиться в ней было крайне проблематично. — Э, — Джаббер на секунду задумался. Притянул колени к груди, чтобы у Занки было больше места. — Да? — Да, — ответил за него Ниджику, — Собираешься.       Занка рефлекторно прикрыл глаза, вслепую потянулся за душевым шлангом, но внезапно в голове Вонгера созрел блестящий план по разбавлению обстановки, и он тотчас поспешил воплотить его в реальность.       Джаббер внезапно перехватил шланг из рук Занки, направил струю воды прямо ему в лицо, разразившись звонким хохотом, пока Ниджику взвизгнул от неожиданности. На миг показалось, словно они в замедленной съёмке: Занка выставил руки перед собой, но быстро понял, что это бесполезно, и прикрыл лицо ладонями.       Разумеется, и это было абсолютно бесполезно. Джаббер ненароком забрызгал всё: пол, стены, себя, полотенце на полу, стопку сухой одежды на столике.       Занка что-то неразборчиво кричал, но вода затекла ему в рот, и он начал плеваться, паралельно пытаясь уйти от чудовищного напора воды. Открыть глаза он не мог: пена неизбежно бы в них попала.       Уже расплескав изрядно воды, Ниджику попытался схватить истерически гогочущего Вонгера за руку. Вышло, на удивление, с первого раза. Он буквально потянул тушку Джаббера на себя, запоздало поняв, что они оба оказались под водой.       На деле прошло пятнадцать секунд от силы с момента своеобразного развлечения Джаббера. Им обоим показалось, что несколько десятков минут.       Шланг Вонгер выпустил. Занка приложил все силы, чтобы под водой оттолкнуть от себя донельзя довольную тушку Джаббера и самому вылезти, жадно хватая воздух, убирая с лица налипшую волну волос, с которых стремительно капала вода. Он цепко схватился за бортики ванной, кашляя и мысленно проклиная Джаббера, который выглядел до раздражения невозмутимо. — Ты чё? Не говном же я тебя забрызгал, правильно? — Вонгер первым подал голос. — Да ты конченый! — рявкнул Занка, чувствуя себя опозоренным и униженным. Какой стыд, какой стыд, какой стыд…       Не хотелось представлять ни на секунду как он выглядел со стороны: перепуганный, жмурящий глаза и тщетно пытающийся привести себя в порядок. — Да ладно тебе! Весело же было! — Джаббер махнул рукой, затем подушечками пальцев провел вдоль по позвоночнику и прижался грудью к чужой влажной спине. Он игриво укусил Занку за мочку уха, лизнул место, где был прокол. — Или что, Занка? Накажешь как обычно?       Ниджику всем телом вздрогнул от вкрадчивого шёпота Вонгера, который действовал на него с особенной мощью, оказывая какой-то неописуемый эффект. И он сам себе противоречил: бурлящее внутри желание как следует врезать Джабберу смешалось воедино с другим желанием. Которого Занка сам от себя ожидать не мог. Захотелось отсосать Джабберу.       Он почувствовал себя ещё хуже. Попытался уйти от вынужденной близости, но попытка успехом не увенчалась. Тогда он схватил партнёра за выпавшие из небрежного пучка дреды, потяжелевшие от влаги. Он развернулся лицом к Вонгеру, с силой оттаскивая его от себя за волосы, замечая перемены в лице Джаббера, что теперь довольно скалился, бросая вызов.       Занка, не выпуская его волосы из крепкого хвата и не произнося ни слова, потянул партнёра к бортику ванной. Была бы его воля, ткнул бы мордой в каждую лужу на полу, оставленную им. — Ты потом сам полы мыть будешь, понял? — строго изрёк Ниджику, выглядя при этом столь нелепо и забавно, что Вонгер был не в силах удержаться от очередного приступа смеха.       Тогда его щёку почти наградила отрезвляющая пощёчина. Благо Занка вовремя спохватился. Вместо этого он просто повторил свои слова про мытьё полов. — Ладно, только давай прям здесь, а? — предложил Джаббер, начиная активные попытки облапать Занку самым наглым способом. — Чего? — не сразу понял Занка.       Однако в следующую секунду его глаза распахнулись в изумлении, и он тотчас отвернулся: Джаббер беззастенчиво раскинул ноги в стороны, демонстрируя эрегированный член во всей красе. — Ты на меня так угрожающе смотрел… — едва не промурлыкал Вонгер, — А та-а-аким тоном говорил со мной… Ещё и за волосы оттаскал. Как я могу не возбудиться, а? — очевидно, издеваясь, спрашивал Джаббер, чудом не лопнув от смеха.       Занка мог бы его утопить в ванной сию секунду, он бы и глазом не моргнул, честно! Вот только вместо этого он ухватил партнёра за руку, с силой сжал его запястье, потянув на себя, требовательно втискиваясь в чужие уста. Поцелуй вышел мокрым в прямом смысле. Ощущения странные. Ниджику быстро поддался назад. — Я разберусь с твоими дредами. А там посмотрим. — Налысо побреешь? Чёт моя любовь к боли не распространяется на это, — всё так же беспечно ответил ему Джаббер. — Я, между прочим, знаю, как за дредами ухаживать, ты за кого меня принимаешь? Я что, совсем дурак, по-твоему? — Занка недовольно скорчился, фыркнул и закатил глаза, глядя на Джаббера как на нашкодившего ребёнка. — Прямо-таки знаешь. И много у тебя парней было, которые могли похвастаться такими же дредами? — без задней мысли спросил Вонгер, однако Занка отчего-то в ту же секунду стушевался и стыдливо отвернулся в сторону. — Я у Рию спрашивал. Она ну. Разбирается, в общем, — пояснил Занка и тотчас распустил пучок Джаббера, не желая видеть, как он довольно лыбился, самостоятельно подставляясь под шустрые струи теплой воды, что полилась на его голову.       Он хотел что-то сказать, но Ниджику направил душевой шланг ему в рот, и Вонгер вынужденно замолчал, сплёвывая воду.       Пользуясь случаем, Занка очарованно взглянул на стан Джаббера. На самом деле, мало кто бы счёл его тело по-настоящему красивым. Оно словно было неудачным холстом неумелого художника, что в отчаянии изрезал его, оставляя за собой уродливые шрамы и рубцы.       Вот только Занке нравилось. Он был готов любовно прижаться губами к каждой ране. Особенно елейно и нежно к тем, которые когда-то оставил сам.       Он считал его красивым не вопреки шрамам, а вместе со шрамами.       На самом деле, Джаббера действительно можно было назвать привлекательным. На любителя, разумеется. Но высокий и худощавый мулат с дредами уже звучало вполне неплохо. Занку можно понять. Вымыть бы его как следует, и цены ему не было бы. Впрочем, именно этим и занимался Занка, вспоминая все наставления Рию, которая, двусмысленно улыбалась, рассказывала Занке о всех тонкостях, которые нужно знать о дредах. Поэтому сейчас он педантично массировал кожу головы Вонгера, так и норовящего выкинуть какую-то глупость. Но своеобразный способом заткнуть его струёй — воды, если что — работал на «ура». — Занка, а ты… — Тихо. Мойся давай. — Трахни меня, а.       Занка стукнул его шлангом по голове и выключил воду. Джаббер вновь громко, по своему обыкновению, захохотал. — Чего такое, а, Занка?       Ниджику, ничего не ответив, выжал лишнюю влагу со своих волос. Он планировал ещё раз провести экзекуцию над волосами Джаббера, пока тот сидел, будто в плену, но напоминание Вонгера застало его врасплох. — Нет, даже думать забудь без клизмы, я ни за что…       Джаббер ещё громче заржал, поскользнулся на заднице и свалился спиной на ванную, невольно раскинув ноги в стороны. От его веса вода опять вылилась за бортики, и Занка бы мог укоризненно на него глянуть, если бы не оказался слаб перед чарующим взором фуксийных глаз и этой гаденькой и мерзкой улыбочкой, которая почему-то оказывала на него непозволительно сильное влияние.       Джаббер был худым. И это мягко сказано. За несколькими слоями мешковатой одежды скрывались выпирающие рёбра и тонкая талия, Вонгер выглядел почти что болезненно. — Я думал, что потрахаемся мы после, так что не боись, неженка, залетит со свистом, — он наклонил голову вбок, не переставая глядеть в голубые глаза партнёра.       Кончики губ потянулись ввысь и сложились в игривую улыбку.       От его фривольных речей уши Занки едва в трубочку не свернулись. — Ничего я не неженка, — в негодовании цокнул Занка.       Ладно, на самом деле Джаббер был прав, Ниджику был слишком брезгливым. — Ну тогда докажи… — нога Вонгера плавно скользнула к бедру Занки, под водой он погладил его ступнёй и… — Блять, ебать мой рот!       Ниджику успел вовремя среагировать и подхватил Джаббера, чей зад опять съехал вниз. Он почти наглотался воды. — Не нравится мне затея секса в ванной. Поскользнуться можно. — Да забей! Ща нормально всё будет, зуб даю, — и тогда Джаббер попытался перевернулся в узком пространстве, упираясь коленями в скользкую ванную, руками вцепившись в её бортики, вильнув задом.       Занка вывалился из ванной, и влажную кожу в одночасье окропил зябкий холод. Ниджику, переминаясь с ноги на ногу и шлёпая босыми пятками по плитке, с голым задом куда-то отошёл.       Джаббер скучающе вздохнул, что-то непонятно пробурчал себе под нос и собирался выбираться из ванной следом. Ну, не вышло уломать Занку. И не такие метели в ебало летели.       Но он успел только закрутить мокрые дреды обратно в пучок. Ниджику, дрожащий от холода, вернулся, метнув флакончик с лубрикантом прям в Джаббера и закрыв за собой дверь. Прилетело аккурат в лоб, и он второпях забрался обратно в воду, игнорируя присутствие Вонгера там. — А халат накинуть слабо было? — поинтересовался Джаббер, собирался опять заржать, но передумал после укоризненного взора Занка. — Завались, — огрызнулся он, выглядя ну просто уморительно. Совсем как выкупанный котёнок.       Вонгер улыбнулся и поднял руки вверх, мол, сдаюсь. — Разворачивайся давай, тебе ж нетерпелось.       И Джаббер не смел ослушаться, вновь принимая коленно-локтевую. Ниджику тотчас пристроился к смуглому заду и наотмашь шлёпнул. Вонгер вздрогнул от неожиданности, победно улыбнулся и крепче вцепился в бортик ванной.       Занка был на грани в очередной раз утратить самообладание. Плыл разумом, сходил с ума и так нуждался в присутствии Джаббера, что порой это заставляло усомниться в том, что контроль был именно у него.       Вонгер ему, вообще-то, правда нравился. И Занка ни за что бы не стал причинять боль людям, которых он любил, вот только Джаббер — это Джаббер. И на этом можно было закончить. Он вызывал внутри Ниджику такой громадный спектр эмоций, что тот с непривычки не мог до конца разобраться в кипящей буре чувств.       Занка замотал головой, мокрая чёлка хлёстко ударила его по лбу, он фыркнул и наспех расчесал пальцами волосы. Затем схватил валяющуюся на краю смазку, выдавливая чересчур много, чтобы несколько капель стекло с пальцев в воду. — Занка, давай сразу членом, — Вонгер чуть сдвинулся, вжался в пах партнёра и потёрся о него, однако так и не получил желанного. — Совсем крышу снесло? — изумился Ниджику, приставив к анусу сразу два пальца. — Порву же, идиота кусок. — Да хоть порви, только возьми меня… — сипло прошептал Джаббер, изо всех сил стараясь не позволять коленям разъехаться в стороны. — Совсем дурак? — смущённо выдал Занка, отвернувшись от Джаббера. — Ну я там что-то пальцами тыкал, мне нормально было, давай сейчас не тяни. Хочешь, я загавкаю? — предложил Вонгер, уже намереваясь сымитировать собачий лай, как вдруг ему помешали. — Что мне сделать, чтобы ты не делал этого? — он взвыл от отчаяния и стеснения одновременно. Затем он поддался кровожадной энергии партнёра, растирая лубрикант по всей длине возбуждённой плоти. — Какой ты злой, вот не стыдно тебе меня так обижать, я же твой ручной поросёно… Ах, Занка! Блять!       Нежданное проникновение отдалось во всём теле, на Джаббера в одночасье обрушился ураган ощущений, он завыл и застонал почти одновременно, блаженно прикрыл почти сверкающие в наслаждении очеса.       Занка втиснулся в него одной лишь головкой, однако и этого хватило сполна, чтобы недостаточно подготовленное тело Вонгера овеяло шлейфом распирающей боли. Ниджику крепко стиснул челюсти, двигаться было так тяжело, что у него почти закружилась голова.       Благо до этого они расплескали столько воды, чтобы она заканчивалась на середине бедра, почти не сковывая движения. — Во-от так… Хорошо… И больно пиздец, в меня будто бульдозер впихнули… — бессвязно лепетал Вонгер.       Стенки неохотно расходились, выталкивали из себя член Занки, протестовали, непрошенному вмешательству. Но именно это ощущение так нравилось Джабберу, именно оно заставляло кожу пойти игольчатыми мурашками вожделения, что пронизывали каждую частичку его стана.       Вода после каждого активного движения всячески напоминала о себе, её брызги летели на обнажённую задницу Занки. Она плескалась и отвлекала.       Ниджику шумно задышал. Схватился обеими руками за ягодицы Джаббера, уместив ногти прямо на давних шрамах. Он перестал контролировать свои действия, перегибая (исключительно на свой взгляд, Вонгер даже и не думал жаловаться) палку.       Вопреки последним отголоскам здравых мыслей, он легонько толкнулся бедрами в невозможно узкий анус, погружаясь на пару сантиметров глубже.       Джаббер голосисто взвизгнул, принялся терзать укусами свои уста. Много и больно. Больно и много. Невероятно хорошо и больно. Потрясающе больно, его разрывало и распирало, член Занки ощущался так восхитительно, так волшебно, будто это всегда было его законным местом. Это было так неправильно, но так необходимо ему, что Вонгер терял рассудок и искушал Занку ещё больше.       Ниджику чувствовал себя так, будто находился под высоким давлением, и его до боли стискивали внутри.       Он зашипел, застыл внутри и попытался привести в норму дыхание. Только потом сумел разглядеть во что превратился Джаббер.       Мокрые дреды, к его великому удивлению, не рассыпались из небрежного пучка. И они открывали вид на спину. Блять, блять, блять. Занка всё. Скончался как личность, умер, сошёл с ума, да всё на свете и сразу… Ему так нравилась спина партнёра, так нравилось взирать на нее, гладить бесчисленные шрамы, даже залезать языком в ещё не затянувшиеся раны и лизать, целовать, ласкать, обожать. Делать всё, чтобы удовлетворить и себя, и Джаббера одновременно.       Он немного выгибался в пояснице. Даже сейчас умудрялся выглядеть и жалко, и волшебно одновременно. — Чего завис? Я вроде привык. Попробуй, — позвал Занку Вонгер, обернувшись на него.       И лучше бы он этого не делал.       Серо-голубые глаза встретились с чужими сливово-фуксийными, и они по ощущениям прожгли в нем зияющую дыру. Занка глупо потупил взор, стоило ему увидеть осоловелое и поплывшее от запредельной экзальтации лицо.       Что-то внутри Занки подсказало ему втиснуться в плен жаркой узости ещё на несколько сантиметров, чтобы увидеть, как глаза Джаббера закатывались, и услышать, как изо рта полился нескончаемый поток восторженных стонов. — Придуши меня… Жёстче, идёт? — Вонгер и так слабо соображал, что с ним происходило, но ему было необходимо доказать, что иногда, в порыве страсти, Ниджику не зря звал его сучкой. А ещё ненастным, жалким, жадным… Много чего, что могли себе позволить его неловкие и забавные попытки в грязные разговоры. — Ты и так стонущее недоразумение, тебе всё равно мало? — Занка на долю секунды даже растерялся. Вот только долго его смятение не продлилось: одним мановением он втиснул член до конца, с пошлым шлепком ударившись о влажные ягодицы.       Правой рукой Ниджику потянулся ниже, к члену партнёра. Большим пальцем ненавязчиво покружил около крупной головки, растирая предэякулят. Затем опустился ниже, к мошонке, касаясь двух колечек пирсинга. — Если что, душить не там, — решил уточнить Джаббер, рассмеявшись от своей же остроумной шутки. — Я в курсе, — и совершил несколько размеренных фрикций на пробу.       Вода колыхалась от каждого движения, продолжая периодически окатывать зад Занки лёгкой волной. Лучше бы ему вымыли мозг, если от него ещё что-то осталось.       Так тесно и непривычно. Тесно везде. И в Джаббере, чьи мышцы неохотно раступались под напором Ниджику, и в ванной, где лишнего движения никто сделать не мог, а Вонгер и вовсе скользил и отчаянно хватался за ванную. — Не похоже, что в курсе… Опыт, конечно, интересный и все дела, но чёт скучно, не считаешь?       Занка молча навалился на партнёра, грудью прижался к его спине, сменил угол проникновения, и Джаббер рвано задышал. Он крепко ухватился за чужое горло, надавливая на кадык, чтобы затем обхватить его ладонью, сжимая и перекрывая доступ к кислороду, которого уже стало через пару секунд катастрофически не хватать.       Вонгер не сразу распахнул уста, принявшись тяжело дышать, принявшись без конца облизывать и кусать припухшие губы, пока его душили и трахали.       Мир вокруг перестал существовать, Джаббер не знал, на чем концентрироваться: на фрикциях, что понемногу становились резче и быстрее, отчего он растягивался прямо на члене, или на изящной руке Ниджику, причиняющей ему такую же изящную боль и разрушительное удовольствие.       Занка окропил кожу Джаббера своим жарким дыханием и укусил хрящик на ухе около проколотого индастриала.       Вонгера по ощущениям убили, воскресили и снова убили. Прямо сейчас Занка занимался его повторным воскрешением. Лучше боли только волшебный контраст боли и удовольствия, грань между которыми так тонка, что порой терялся даже Джаббер, привыкший к любым видам охватывающей его тело боли.       Воздух стал густым, с каждой секундой становилось всё сложнее и сложнее его вдыхать. Занка что-то шептал ему на ухо. Кажется, говорил что-то о том, какой Джаббер бесстыдник. Вонгер не слышал. Голос Ниджику превратился в монотонный гул.       Затем он почувствовал, как длань Ниджику легла на его поясницу и чуть надавила. Джаббер оказался в опасной близости от самую малость остывшей воды, кончик носа её всё-таки коснулся, однако Занка контролировал всё, он не позволил бы ему наглотаться воды. Не просто так он ослабил хватку на чужом горле, но руку не убрал.       А ещё он продолжал наращивать амплитуду толчков, беспощадно тараня простату партнёра. В какой-то момент он ненароком отвлёкся, и голова ничего не соображающего Джаббера едва оказалась под водой. Совсем немного, Занка успел спохватиться и за дреды оттащить его. Он растерянно вышел из Вонгера, что закашлялся, намереваясь вывернуть желудок, поднявший настоящий бунт. Его тело напряглось, горло раз за разом сокращалось.       Занка испуганно таращился на него, широко выпучив глаза, не зная, что ему сделать, чтобы Джаббера перестало так колошматить, и он пришел в себя.       Хорошо уже то, что он сдержал рвотные позывы. Вонгер сам не знал каким чудом, но у него вышло вылезти из ванной, встать на ноги, пару раз ударить себя по щекам и прислониться спиной к холодной плитке. — Ты там живой? — спросил Ниджику, выбираясь следом за Джаббером, подлетев к нему и уместив ладони на плечах, встряхнув его. — Да живой, не боись, — отмахнулся Вонгер и вновь прокашлялся. — В следующий раз реагируй быстрее: засовывай член, пока рот открыт, — отшутился он, тряхнув головой, и пучок из дредов распался окончательно. — Ты издеваешься надо мной, идиот? — рявкнул Занка, брови сами собой нахмурились, и он сурово зыркнул на улыбающегося Джаббера. — Я? Да ни в жизни! Забей, не блеванул и хорошо. А то было бы обидно, ты так тщательно меня вымыл… — протянул Вонгер, намеренно растягивая буквы в словах, пожимая плечами.       Ниджику застыл на месте, потупив взор. Его сейчас похвалили или унизили?       С дредов Джаббера на пол стекала вода. Это единственное, что заставило Занку активизировать и схватить со столика сухое полотенце, промакивая дреды партнёра.       Если бы Занке ещё пару месяцев назад сказали бы, что он по своей воле будет встречаться с Джаббером Вонгером и добровольно вымывать его голову, то он бы никогда не поверил, но любовь зла, полюбишь и козла. Иногда Занка думает, что лучше бы и правда козла. — Так что, продолжение будет, не? — поинтересовался Джаббер, когда Ниджику закрутил полотенце вокруг его головы. — А у тебя стоит? — искренне поинтересовался Занка, игнорируя своё собственное возбуждение. — Пф, обижаешь, — фыркнул Джаббер, лукаво улыбнулся и взял руку Занки, потянув её к своему паху. — Чувствуешь? Недоебали…       Ниджику вспыхнул, отдёрнул руку, пунцовая вуаль накрыла его щёки, покраснели даже кончики ушей, и Вонгер противненько захихикал. — В кровати хочешь? Когда там твои придут? Энджин и Рию, конечно, в курсе, что я такой хороший у тебя есть, но перед Рудо будет самую малость неудобно, давай как-нибудь по-быстрому. — Есть время, — пробубнил Занка, стыдливо уставившись в пол. — Ты чего? — не понял Джаббер, наклонился и заглянул в лицо Ниджику. — Ничего. Стой на месте, — отрезал он и подошёл к зеркалу, выуживая из шкафчика за ним новую бритву. — О. Вау, — ахнул Вонгер, с любопытством взирая на бритву в руках Занки. — Тебе не нравилось, когда я дрочил и резался, что изменилось?       Занка брезгливо фыркнул. — Ничего не изменилось. Не произноси вслух это. Мне жаль, что я не могу дать тебе столько, чтобы ты не искал боль в самоповреждении, но давай ты хоть бы напоминать мне об этом не будешь, иначе правда упадёт, — постарался как можно спокойнее произнести Занка, чувствуя, как внутри зарождалось щемящее чувство собственной никчёмности.       Он винил себя за все шрамы, оставленные им на теле Джаббера. Винил себя за каждый удар. Но ещё больше винил себя, когда осознавал, что этого было мало. Он недостаточно давал партнёру, чтобы он не калечил самого себя. — Занка, да тут во мне дело, а не в тебе. Я ж ёбнутый. Ты и так слишком хороший для меня, ещё и сомневаешься? — Джаббер редко говорил что-то подобное. Не всегда считал нужным, не умел.       Но для Занки хотелось стать хотя бы на крупицу адекватнее. Хотя бы что бы ему не было стыдно за него, когда по утрам все выползали из своих комнат, и Джаббер пытался хотя бы перед Энджином, Рию и Рудо вести себя не как неотёсанный орангутанг.       Получалось плохо, но как-то он устроил соревнование с Энджином «кто громче рыгнёт», и он решил, что у него есть возможность влиться в семью Занки, пока они не расстались. А может и не расстанутся, и всё будет как в слащавых книжках. Кто ж знает. Он его правда любил. По-особенному, не как у нормальных людей, однако любовью это быть не перестало.       Б-р, аж тошно, Джаббер не из этих. Не из адекватных. Не надо, чтобы его стошнило, пока он настойчиво целовал Занку.       Однако тот достаточно быстро отстранился. А потом, не глядя партнеру в глаза, опустился на колени, и перед его лицом оказался эрегированый член Джаббера, который ошарашенно глядел на него.       Не умел Занка делать минет. И не пробовал никогда. А сейчас вот. Захотелось. Однако перед этим он рассчитывал убрать с лобка Вонгера нежелательную растительность. Нет, конечно ему не было мерзко, в волосах на теле нет ничего сверхъестественного. Но откуда-то у Ниджику взялось необъянимое желание провести бритвой по распаренной коже, осторожно двинув бритвой по направлению роста волос.       У Вонгера аж дар речи пропал на мгновение. — Занка, это… — Тихо. Я так хочу. — Не ну… Ладно? — Джабберу оставалось лишь смотреть на сосредоточенное лицо партнёра, который нехитрыми манипуляциями сбривал темные волоски, особенно педантично двигая бритвой около шрама на лобке.       Занка кружил бритвой не так долго. Ему достаточно быстро удалось избавиться от волос. Джаббер, на удивление, был подозрительно тих. — Всё? Этого ты хотел? — Не только, — на секунду Занка замялся, однако выглядеть нерешительным совсем не хотелось. Он уверенно поднял голову вверх, заглядывая прямо в глаза Вонгеру, предварительно убрав бритву.       А затем он на пробу коснулся губами головки члена. Поелозил языком и размазал слюну. Почувствовал солоноватый вкус предэякулята на языке. Чмокнул прямо в уретру, забрался туда языком, сжав рукой член у основания, пока Джаббер тихо застонал.       Хотелось поднять глаза и встретиться взглядом с Вонгером, однако в то же время этого и не хотелось.       Ниджику почувствовал на своей макушке чужую руку, что взъерошила мокрые волосы.       Занка широко мазнул языком по головке, руку упустил ниже, лапая мошонку и не скрывая того, что ему нравился интимный пирсинг партнёра. Колечки у мошонки зазвенели, и Занка всё-таки поднял взор.       И Джабберу стало сложнее дышать. Занка невозможно красивый, что бы он там не делал, только лишь от его взгляда можно было расплавиться. Да и привередливым Джаббер не был. Ну не умел Занка минет делать и ладно. Занка вообще с ним девственности лишился, наверное, не удивительно, что с первого раза у него не вышло бы всё идеально?       А вот Ниджику даже в сексе не хотелось разочаровать. Хотелось доказать, что он не неопытный простак, что он мог бы… Мог бы…       Губы растянулись вокруг плоти, Занка вспомнил, как Вонгер ему отсасывал и попытался последовать его примеру, отпуская голову ниже, но...       Но ничего он не мог бы. Он рефлекторно соскочил с чужого члена, вступив в ожесточенную борьбу с рвотным рефлексом.       Ладонь Джаббера, к изумлению кашляющего Занки, нежно потрепала его по волосам. Он рассмеялся, стянул со своих волос полотенце и отбросил его на закрытую крышку унитаза. — Занка, если тебе противно, просто поебаться можем, не надо через силу, всё хорошо. — С чего ты взял, что мне мерзко?       Вообще-то, ему действительно не было противно, он смог найти в себе силы и признаться самому себе, что считал Джаббера очень привлекательным.       И если быть откровенным до конца, то и член у Вонгера… Тут уж Занка не смог подобрать ни одного подходящего эпитета. Но ему нравился, в общем. Он был шире, чем у Занки. Немного длиннее. А ещё с проколотой мошонкой, и это было пиздец как красиво и очень возбуждающе. Настолько, что попробовать взять в рот захотелось снова.       Но Занка решил не спешить. Он воспользовался моментом, пока Джаббер молчал и, игнорируя член, приблизился губами к шраму на лобке, елейно целуя его. Затем он и вовсе приблизился к его ноге. Внимательно рассмотрел вырезанные пять букв на бедре.        «ЗАНКА».       Ниджику языком, поверх шрамов, повторил контур каждой буквы, периодически прерываясь на невесомые поцелуи, слизывая влагу со смуглой кожи.       Как можно было умудриться так сильно влюбиться в Джаббера…?       Вонгер поднял его голову за подбородок, большим пальцем смазав предэякулят с нижней губы. Занка поднялся на ноги, мечтая вскрыть себе вены той самой бритвой, который он брил Джаббера. — Как-нибудь потом научишься. Тебе необязательно до конца брать, если чё, — он попробовал успокоить Занку, но вышло крайне сомнительно. — Что я делаю не так? — Ненавидишь себя. А всё остальное вполне себе так, — затем Вонгер развернулся к Занке спиной, прижался грудью к плитке на стене и выставил зад. — Трахни меня, окей?       Ниджику набрал в грудь воздух. Бегло поцеловал плечо Джаббера. Член уместился в ложбинке меж ягодиц, и Занка несколько раз толкнулся так, распаляя и раззадоривая партнёра.       Только потом он всё-таки втиснулся внутрь, рассматривая, как анус растягивался вокруг его члена.       Было неудобно стоя. Занка поднял одну ногу Джаббера, меняя угол проникновение, и только тогда стало легче. — Я щас кончу… — предупреждающе прохрипел Джаббер.       Ниджику застонал ему прямо в ухо, лениво толкнулся несколько раз и заскользил ладонью по его торсу, стаскивая между пальцев правой сосок, задевая украшение в проколе.       Поза и впрямь кошмарно неудобная. Однако они оба были доведены до предела, так что Занке оставалось лишь особенно грубо толкнуться в Джаббера и укусить его за ухо, чтобы он кончил, сжимаясь так сильно, что Ниджику стало почти больно. Он кончил следом, успев вовремя вытащить. На деле, хотелось бы смотреть, как тоненькая струйка спермы стекала бы по смуглой коже. Но вымывать это из Вонгера не очень хотелось.       Занка кончил в свою руку и отшатнулся от партнёра. — Пиздец, — вынес вердикт Занка. — Ага, — согласился Джаббер, блаженно улыбаясь.       Дверь в квартиру распахнулась. На телефоне Рию была громко включена песня Ту Лили. Энджин подпевал ей и смеялся. — Ты намочил вещи, которые я взял с собой…?       Занка сам не знал, зачем спрашивал. Знал ведь, что да. — Э. Ну да… Да ладно тебе, халат никинешь и всё.       В дверь настойчиво постучали. — Занка, Джаббер, харе трахаться! Я сейчас эту дверь ножницами открою! — крикнула Рию, и Занка ей верил.       Не была бы дверь закрыта, она бы прошла не постучавшись.       Занка в спешке вымыл руки и накинул голубой махровый халат на плечи. — Ща открою! Можно твой халат взять? — спросил Джаббер, пока Занка активно жестикулировал, никак не находя нужных слов. — Делай что хочешь, только открой! Я в туалет хочу!       Розовый халат Рию официально осквернили. Занка честно простирает его.