Глаза, что видели конец всего.

Он шагнул в портал, и мир за спиной свернулся, словно его никогда не существовало. Не было города. Не было криков. Не было пепла. Только он — и движение вперёд. *Зачем я это делаю?* Вопрос прозвучал неожиданно тихо. Почти робко. Так, будто его задал не тот, кто сжёг целый мир, а тот маленький дракончик, который когда-то прятался под маминым крылом. *Потому что они забрали всё. Потому что если я остановлюсь — это станет бессмысленным. Потому что если я не напомню — никто не вспомнит.* Падение длилось одновременно миг и вечность. Пространство тянулось вокруг, вязкое, тёмное, пахнущее железом. Потом под лапами оказалось что-то твёрдое. Новый мир. Серый. Металлический. Небо цвета ржавчины. Башни из стекла и стали пронзают облака, как застывшие копья. Внизу улицы ползут светящимися потоками машин. Люди идут быстро, глядя в маленькие светящиеся прямоугольники, разговаривают с невидимыми собеседниками. Они выглядят уверенными. Почти бессмертными. *Они думают, что стали богами. Думают, что победили страх. Что смерть — это всего лишь задача, которую нужно решить.* Драго стоял на крыше самого высокого здания. Стеклянный гигант отражал небо так, будто сам был частью заката. Внизу — миллионы сердец. Он чувствовал их. Все. Каждое биение отдавалось в шраме, будто кто-то изнутри постукивал по нему костяшками пальцев. Ближайшее сердце — женщина в блестящем костюме, спешащая по улице. Её кровь текла быстро, деловито. Драго едва заметно сузил глаза. Кровь замедлилась. Женщина споткнулась. Поднесла руку к виску. Её глаза расширились — удивлённо, почти обиженно. Потом из носа хлынула тёмная струя. Изо рта. Из ушей. Она упала на асфальт, и вокруг неё закричали. Он не испытывал ни удовольствия, ни сожаления. Только наблюдение. Он шагнул вниз — не прыжком, а просто позволив гравитации взять своё. Воздух обтекал крылья. Приземление было тихим. Люди вокруг замерли. Один мужчина в чёрном пальто закричал первым. Голос сорвался на визг. Драго перевёл взгляд. Кровь в его жилах остановилась — резко, как будто время внутри тела оборвалось. Потом она рванулась наружу через глаза, оставляя на лице красные дорожки. Мужчина рухнул. *Почему они кричат?* Вопрос был холодным. *Они кричали и тогда, когда убивали маму. Кричали, когда копья входили в папу. Теперь их очередь.* Он шёл по улице. Машины сталкивались, сигналили, врезались друг в друга. Люди выбегали, падали, пытались спрятаться. Он не преследовал. Он просто смотрел. И кровь отвечала. Вдруг — ребёнок. Маленький. Стоит посреди хаоса, глаза огромные, прозрачные от ужаса. Он смотрит прямо на Драго. Так же, как когда-то смотрел он сам — из расщелины между камнями. Драго остановился. Шрам заныл. *Он ничего не знает. Он не держал копьё. Он не пел молитв.* Кровь в ребёнке дрожала — живая, быстрая. Драго отвернулся. *Не его. Не сейчас.* Он пошёл дальше, но шаг стал чуть тяжелее. Кровь поднималась из толпы — тонкими алыми нитями. Они сплетались в воздухе, образуя плотную сеть. Сверху это выглядело как гигантская паутина, натянутая над городом. Улицы постепенно окрашивались в тёмно-красный. Он вышел к центральной площади. Огромный экран, размером с дом, транслировал улыбающиеся лица. Рекламы. Обещания новой эры. Технологии, продлевающие жизнь. Слова о победе над смертью. *Они обещают бессмертие.* Экран сменил картинку — человек в белом халате говорил о будущем без страха. *Они лгут. Смерть не побеждена. Она просто ждёт.* Драго закрыл глаза и почувствовал всех, кто стоял здесь годами, кто смотрел на этот экран, кто верил. Миллионы сердец. Кровь поднялась — одновременно. Нити взметнулись в небо и собрались в гигантский пульсирующий шар. Он висел над площадью, тяжёлый, живой, размером с здание. Шар бился — медленно, как сердце умирающего гиганта. Драго коснулся его когтем. Шар исчез — без взрыва, без вспышки. Просто рассыпался алой пылью, которая осела на пустую площадь. *Я должен чувствовать радость.* Он стоял среди разрушений. *Я должен чувствовать хотя бы удовлетворение.* Но внутри было только эхо. Мамин голос. Папино дыхание. И они становились всё тише. Он спустился под землю — в убежища, лаборатории, бетонные коридоры. Двери открывались сами: кровь в телах охранников вытекала из них, оставляя механизмы сухими. Учёные, работавшие над бессмертием, умирали первыми. Их белые халаты пропитывались красным, пробирки лопались, смешиваясь с настоящей, живой субстанцией, которую они пытались победить. *Вы уже проиграли. В тот день, когда решили, что имеете право судить нас.* Когда он вышел на поверхность, город был почти тихим. Он стоял на обломках экрана. *Это всё? Это конец?* Ответа не было. Над ним дрогнуло пространство. Портал раскрылся — знакомый, алый, густой, словно сотканный из самой крови мира. Он шагнул в него без колебаний. Следующий мир встретил его зеленью. Лесной воздух, влажный, густой. Деревья, уходящие в небо. Платформы среди ветвей. Эльфы окружили его быстро и бесшумно. Луки натянуты, стрелы светятся мягким светом. Старший выступил вперёд и заговорил — голос мелодичный, чистый, почти поющий. Драго слушал. *Они говорят красиво. Как мама пела. Но мама пела мне. А они поют, чтобы оправдать стрелу.* Он моргнул. Кровь старшего выступила из-под кожи медленно, густо, как древесный сок. Эльф осел на колени, его песня оборвалась. Лес взорвался криками. *Почему они кричат?* Он шёл по деревянным мостам, и кровь пропитывала кору. Листья темнели, становились багряными. У храма он остановился. Жрецы молились, подняв руки к небу. *Ваш бог не придёт. Никто не пришёл, когда кричала мама.* Кровь поднялась куполом, плотным и тяжёлым. Жрецы упали, словно нити, державшие их, были перерезаны. У Древа-матери он коснулся коры. Древо почернело медленно, словно осознавая происходящее. *Она умирает. Как умирали мои родители. Как умираю я — каждый раз, когда шаг делаю дальше.* Он шагнул в портал. Пустыня. Песок, пирамиды, жрецы в золотых масках. *Солнце. Они поклоняются солнцу. Мои родители грелись под солнцем. Пусть оно увидит их кровь.* Кровь просачивалась из-под масок, тёмными струями стекала по золоту. Она собралась в воздухе в красный диск — второе солнце, тяжёлое и мрачное. Диск лопнул, пролившись дождём. *Они всегда кричат. Но на мамины крики никто не пришёл.* Океан стал следующим миром. Он шёл по воде, и глубины отзывались. Кровь поднималась из тел морских существ, окрашивая волны. Синева медленно превращалась в густой алый цвет. *Вода. Мама любила горячие источники. Теперь вода — это кровь. Всё становится кровью.* Мир за миром. Город за городом. Племя за племенем. Портал за порталом. Шрам пульсировал. Пустота внутри росла. *Я устал?* Он не знал ответа. *Я не могу остановиться. Если остановлюсь — останусь один. Без движения. Без цели. Только с тишиной.* Перед ним вновь раскрылся алый разлом. И он шагнул вперёд. Потому что ещё не все. Ещё не все.