Хорнительница

Столбы Цехов из сплава олова со свинцом свешиваются с потолка. Я наконец-то добралась до некоего, по всему виду заброшенного, извилистого механизма, стоящего посреди твёрдого куска земли, хотя большая часть островков в Желчных водах падает в трясину, как промокшая губка, на дно кастрюли. Излечение наконец наступило. После гнилостных закутков Желчных вод, куда иногда приходилось пробираться вплавь... Даже вспоминать это путешествие неохота. Кишащие личинки, цепляющиеся за плащ, избавиться от которых удалось только постояв под струями почти кипящего пара из труб внутри самой замысловатой многоэтажной конструкции. Силы были на исходе. Вопящие, словно баньши, духи истерзали мою душу криками, а лязг капканов до сих пор стоял в ушах. Мгла. Место, которого нет на карте. Место, где за каждым поворотом ждёт погибель, а со всех сторон ползёт неприглядный туман. Такого даже в Топях не видали. Когда я выбилась из сил и присела на край какой-то плиты, не собирающейся отрываться через секунду после того, как я на неё ступлю, ко мне подлетели светомухи. Они окружили голову, не понимающую ответа, и замерцав, позвали за собой, когда я встала, приободрённая ими. Сейчас я вспомнила, что им дирижировала Лейс, стоя на железном помосте в Доках. Больная, я добралась до этой земли, и теперь осталось только постирать плащ, чтобы он не раздражал меня запахом отходов и очисток. Пар хотя бы его просушил, хотя, признаться, стоять почти под кипятком мне удалось только благодаря магмовому колокольчику, прикреплённому булавкой у груди. Избегая слишком обжигающий пар, я начала карабкаться по медным трубам наверх, прибегая к помощи своих когтей. Чем выше я забиралась, тем больше шёлка становилось вокруг. Паутинные нити липли к стенам всё гуще и гуще. Лазить по лабиринту труб не хотелось, поэтому я быстро забралась на верхний этаж и вошла в большую комнату. Стенания органа были слышны ещё с середины механизма, поэтому, зайдя внутрь, я не удивилась, увидев гигантский орган, стоящий посередине на возвышении. Музыка смолкла. Из-за него, медленно поднявшись с табуретки и развернувшись всем корпусом, вышла девушка моего поста, похоже, прожившая немалую жизнь и много чего повидавшая. Одной рукой она надела чёрную бархатную маску, украшенную вензелями пайеток и пёрышек, и направилась ко мне, (грациозно ступая) звучно цокая шпильками. "Гримм бы заценил", - пронеслось в голове. –Ты попала в самый кульминационный момент произведения, тебя следует наказать! – взрослый голос, будто прокуренный, но некогда бывший приятным, уверенным и низким, сейчас был лишь пародией на былое искусство и звучал на порядок старше её внешности. –Сударыня, я не хотела вас отвлекать. Покажите мне, где выход, и я покину ваши владения, – спокойно сказала я. Она произвела впечатление, но страха не вызывала. –О, девочка, ты пришла как раз. У меня уже всё готово. Сегодня я получу удовольствие другим способом, так даже интереснее, - она прикрыла рот ладошкой. – Фантом, приятно познакомиться. –Хорнет, сударыня. –Неужто я столь стара, чтобы называть меня сударыней? – искажает бровь шёлковый призрак. - Называй меня домина. Почти как домино. Почти как до-минор, хм! - она лукаво улыбается, прищурив сквозь маску глаза. -Вы что, ждали меня? Чем я удостоилась такой чести? - Королевская грация видна издалека. -Нет, ты попала на выступление, когда я нарядна. От работы надо отдыхать, Цитадель не задохнётся в дыму Цехов, если я полчаса поиграю для себя. С тобой поиграю два часа. -Я воин и обычно не трачу время на развлечения, - сурово отвечаю, насторожившись. Во что можно играть столько времени? Даже с играми блох я справилась за сорок минут. -Тебе не знакомы такие игры, следуй за мной, - она ловко разворачивается и идёт к тёмному проёму, наполовину завешенному истлевшими гобеленами. Любопытство берёт верх, и я, сложив иглу за спину, иду следом. Полумрак не даёт рассмотреть интерьер. Кажется, на стенах висит оружие, а справа на стене что-то темнеет. Судя по формам, это метательные предметы и, возможно, разные булавы. –Закрой глаза, – внезапно мелодично говорит Фантом. Как будто она навела на меня какой-то морок, но я подчиняюсь и остаюсь слепа на несколько минут. Из-под повязки пробивается призрачный свет, и я вспоминаю ритуал Гримма, когда он звал моего брата на сцену. -Ты хочешь боя? - спрашиваю серьёзно. -Ха, я хочу тебя, - доносится в ответ. (Я вспоминаю Лейс и напрягаюсь. Она ещё мала, и страха перед ней не было. Эта девочка мне симпатична, а эту я встречаю впервые.) Уже собираюсь сорвать маску, как дама, опутав нитками талию и прижав лапы, молниеносно подтягивает к себе и поднимает в воздух. Я чувствую холод широких кожаных ремней, касающихся моих запястий и ляшек. Паника начинает подступать, я верчу головой. Пытки, насилие, болезненное лечение. Всё это вспыхивает в голове, ослепляя изнутри. –Фантом, я ведь не сделала тебе ничего плохого, - пытаюсь понять я её мотив. Дубины и плети на стене начинают представляться мне оружием пыток. -Бойся, если хочешь. Ты думаешь, я не делала этого раньше? Пф, - кажется, она машет ручкой. - Даже моя младшая сестра в такое играет, не прикидывайся дурочкой, мне это не нравится. -Лейс проиграла в битве. Честной, в отличие от того, что собираешься делать ты! - холодно произношу я. -Ты убила мою Лейси? - вздрагивает женщина и всем телом прижимается ко мне. Инфернальным холодом веет от каждого клочка оголённого панциря, соприкасающегося с моим. - Эту сучку, что веселилась во дворце. Я отомщу за неё! - слышу скрежет механизмов, и моя нижняя часть тела опускается чуть ниже. Тут же я ощущаю что-то ледяное и твёрдое, утыкающееся в промежность. Я вишу в полулежачей позе, прикреплённая четырьмя конечностями и ещё ремнями, обхватывающими талию с двух сторон. Они туго натянуты, поэтому извиваться как червяк не получается. Пытаюсь пнуть Фантома, но ноги разведены так широко, что я просто не достаю до неё. -Я не убила её! Она просто сдалась в поединке, признав мою силу. -Хм, ладно, я знаю, что Лейс жива. Её юность не делает её глупее или слабее, - проговаривает дама. - Ей повезло. Мать балует несносное дитя, в то время как на старшую повесили целый пароотвод, чтобы эти безмозглые пилигримы-служители вконец не задохнулись. Им и так крышка. Тяжёлая чугунная и котельная, без отверстия для воздуха, - она криво улыбается. - Я содержу Цитадель сотни лет, без моего труда мать давно задохнулась бы со всей своей сворой! А ты, девочка, признай мою силу, - холод упирается сильнее, я сжимаю сфинктер. Что-то небольшое, но неприятное из-за своей температуры. - Я желаю видеть твои глаза, полные принятия моего превосходства, - Фантом сдирает повязку, оцарапав когтями висок. Зрение, привыкшее к темноте, различает её стройную фигуру напротив. Почти впритык ко мне. Холодящий металл неумолимо начинает продавливать кожу, я инстинктивно сжимаюсь. Глаза домины сверкают в темноте, с интересом наблюдая за каждым моим рывком. Среднего размера анальная пробка, которую она, не прекращая, вкручивает в меня, входит наполовину и заскакивает внутрь. Всё-таки организм имеет определённое строение. –Смотри-ка, ты приняла меня, - белая улыбка вызывает лишь бессильную ярость. Шёлковая дама совсем не шёлково начинает двигать пробкой туда-сюда. Я стискиваю зубы. Ненавижу на сухую. Почему все, кто занимаются сексуальным насилием думают только о себе? Секс - это всё же не бой, можно было и смазать, но унижаться перед ней и просить я не собираюсь. -Хорошо ли тебе, паучок? - в манере, схожей с сестрой спрашивает Фантом. Я молча скриплю зубами, желая, чтобы это поскорее закончилось. Конечно, радует, что пытать или убивать меня она не собиралась, но будь Лейс мертва, она бы меня не пощадила. -Скажи, Хорнет, почему ты молчишь? - она изгибается, нависая надо мной. - Будешь и дальше себя так вести, я заткну чем-нибудь твой рот за ненадобностью. - Я же не пытаю тебя, почему ты смотришь на меня, будто хочешь уебать, как будто я делаю тебе больно? - она замолкает. - О, тебе больно. Так и должно быть, но с небольшими нюансами. - Она прикасается свободной рукой к моей киске. - Уже влажно, так и есть. Я знаю, что делаю, Хорнет. Всем воинам нравится грубость, только я не позволю её проявлять к себе. Домина смотрит в упор и ускоряет темп. Плохое самочувствие вместе с затуманенным из-за дыма и вони сознанием делают тело слабее. Я верчусь уже не так интенсивно, хоть и до это не мешало Фантому наслаждаться моими потугами. Провонявшая накидка сбилась у лица, и я ворочу нос, запрокидываю голову, пытаясь хоть как-то уменьшить неприязнь ко всему, что происходит со мной и вокруг. Но тело действует. Телу не прикажешь так, как иногда приходилось сердцу, и влагалище постепенно смачивается сильнее. Она чувствует это, легко проникая пальцами и довольно щурится, растягивая тонкие губы. Отходит влево, чем-то шуршит, гремит, брякают пряжки, и возвращается, вставая у меня между ног. Я поднимаю голову и вижу ребристый член, прицепленный к её паху. Он белеет на фоне её серого тела из загрязнённого, задымлённого шёлка, через который прошёл пар не одного поколения Цитадели, окружённый чёрными ремешками, как нитями пустоты. Дама подступает, берёт фаллоимитатор рукой и медленно вводит в меня, смакуя сквозь прикрытые веки, почти закрытые съехавшей маской, каждое моё движение и сопение. Когда не на сухую, приятно. Когда медленно, приятно. Но домина быстро разгоняется и начинает вдалбливать так, что даже ремни трещат, и я стукаюсь голой спиной о холодную стену, затянутую её шёлком. Её взгляд скачивается куда-то в стену. Возможно, она вспоминает кого-то. Я вслушиваюсь в скрежет искусственной кожи и лязг металлических вставок. Она быстро и с силой начинает толкаться глубже. Я напрягаюсь. Проникновение становится болезненным, и пот выступает на спине, делая скольжения по стене более неприятными, цепляющими панцирь и тянущими его следом. Качели трещат и гремят от несдержанных движений Фантома. Она двигается, красиво изгибаясь и шумно дыша. Тут я слышу громкий «пуффф», и со всех четырёх углов в комнату впрыскивается тёплый пар, заполняя собой всё пространство до потолка. Фантом ускоряется, издавая стон, и я слышу, как качели, что держат меня, готовы рухнуть. Я давлю всеми конечностями вниз, и таз вместе с ногами со щелчком и громким треском ремней падает вниз. Фаллос резко выскальзывает, доставляя боль, но пока Фантом слегка растеряна, я выкручиваюсь так, чтобы зубчатый обод обрезал путы над головой и освободил лапы. Так же быстро, как домина когда-то, я целиком приземляюсь на пол. Туман ещё не рассеялся, и в данный момент это играет мне на руку. Из-под лёгшего на плечи грязного плаща я выхватываю кольцо и метаю в горло серой дамы. Моё почтение, она уворачивается. Мы пришли в эту комнату не за этим видом насилия, поэтому свою булавку, длинной в её рост, старшая шёлковая сестра оставила в зале, как и мою иглу. Поэтому Фантом, уже собравшись, группируется и ловко подскакивает к стене, с казалось оружием, и сдёргивает длинный жёсткий кнут. Им никак не убьёшь, но при умении и желании ослепить можно. При всей ловкости соперницы, на шпильках драться ей неудобно. Они заламываются, и координация движений ухудшена. Фантом безмолвна. Она знает, с кем имеет дело. Теперь слова не помогут ей. Она держит плеть крепко. С дилдо между ног она выглядит слегка комично при нынешней ситуации, нежели как доминирующая леди. Она резко хлещет плетью. Мне всё же прилетает краем по ребру. А краем, как известно, больнее всего. Глубокая ссадина наполняется кровью. Помимо ловкости, Фантом ещё и очень сильна. Я ощутила это, когда она без устали целый час ебала меня так, что хитин лопаток, соприкасающихся со стеной при каждой фрикции, стёрся до повреждений в мелких сукровистых капельках. Тереться становилось всё противнее, от удовольствия через пять минут от начала не осталось и нотки. Я продолжаю уклоняться от атак. Она напирает. Научилась держаться на каблуках? Не похоже. Я отбегаю подальше. Пока она дойдёт до меня, я успею уйти от всех взмахов плети. Из другого конца комнаты с тусклым призрачным светом, я метаю золотое кольцо. Тяжёлое, оно летит ровно туда, куда я его послала. Серая как раз подняла плеть. Защититься или увернуться из такой позиции сложнее. Кольцо попадает в цель. Ровный разрез. Ровно на её тонком незащищённом горле. Кровь хлещет фонтаном, шёлковый призрак падает, наконец отслужив свою участь Цитадели. Красные брызги летят в стороны, пока её тело не развеивается рваными, грязными, запылёнными нитями по комнате. Я выхожу в зал с органом. Одежда не замаралась очередной порцией крови. Я била на расстоянии. Бой БДСМ-инструментами и кольцами, которые можно носить как браслеты. Вот это девочки, вот это поистине сражение жучих своего дела. Я отвечаю насилием на насилие. Сама по себе не желаю зла существам этого мира, просто мой путь на 99% складывается так, что все хотят меня очернить, осквернить или убить.