Ставка: 7 жизней

Парень стоял с опущенной головой, подкуривая самую дешёвую сигарету, которую купил в круглосуточном магазине. Она почти не давала дыма, но он не обращал внимания. Его взгляд был направлен на тёмный дом перед ним, который выглядел просто ужасно: облупившиеся стены, потрескавшиеся окна, запах сырости, будто сам дом страдал вместе с ним. Изнутри раздавался громкий крик взрослого мужчины. Парень прижал уши руками — он не мог выносить эти крики каждый день, одно и то же, день за днём, двадцать три года подряд с того момента, как умерла она. Мужчина часто винил его за смерть матери, хотя он ни в чём не был виноват: она умерла при родах. Тэхён не хотел заходить в этот дом. Он источал отчаяние и злость, и если бы был хоть маленький шанс просто сбежать, он бы давно это сделал. Но у него не было выдающихся умственных способностей, не было красивого голоса, который мог бы сделать его известным певцом, не было ничего — кроме сигареты, зажатой в дрожащих руках. Каждое прикосновение к ней казалось последним знаком того, что он ещё держится за жизнь. И всё же это было ничто по сравнению с тем, что ждало внутри. Тэхён медленно зашёл в дом, кинул рюкзак на пороге — и сразу услышал крик в свою сторону. — Где ты, блядь, шлялся? — раздалось из кухни. — На работе, — ответил он. Его голос не издавал ни радости, ни надежды. Он просто смирился со своей участью. — Сколько сегодня принёс? — рявкнул отец. Тэхён дрожащими руками достал девятнадцать тысяч вон. Деньги, заработанные потом и кровью, казались ничтожными. Он знал, что этого снова не будет достаточно. Тэхён протянул деньги. Отец схватил их и мгновенно сорвался с места, ударив по столу так, что кружка с чайной заваркой подпрыгнула и разлилась на пол. — Это всё? — рявкнул он, и в голосе сквозила злость и разочарование. — Ты думаешь, что этого хватит?! Тэхён опустил взгляд, чувствуя, как сердце колотится. Он хотел что-то сказать, оправдаться, но слова застряли в горле. Всё, что он мог сделать — это стоять там с дрожащими руками и молча ждать следующей вспышки ярости. Отец подошёл ближе, запах дешёвого алкоголя и сигарет ударил в нос. Тэхён почувствовал привычный комок в груди — смесь страха и усталости, которая не отпускала его уже двадцать три года. Как же заебало. — Ты вообще когда-нибудь сможешь сделать хоть что-то правильно? — прошипел отец, сжимая кулаки. — Или я должен быть готов к тому, что ты снова вернёшься с пустыми руками?! Тэхён закрыл глаза на мгновение. Всё в нём кричало: убежать, исчезнуть, сбежать куда угодно. Но он оставался. Каждый день одно и то же. Каждый день — удар за ударом. И он знал: если не найдёт выхода, эта жизнь его раздавит. На другом конце Сеула ещё шестеро парней терпели своё отчаяние: один боролся за жизнь матери, другой — за мечту, третий — за долг, который не смог оплатить. И никто из них не догадывался, что скоро их судьбы сольются в игре, где каждый шаг — игра на выживание. *** — Я понимаю твою ситуацию, — говорит мужчина, сжимая свою переносицу, — но, понимаешь… идут сокращения. Тэхён сжимал кулаки, глядя на него: — Нет, это вы, блядь, не понимаете! Я должен кормить семью! Я вкалываю здесь как проклятый. Это единственная работа, на которую я смог устроиться, единственная возможность хоть как-то держаться на плаву! Начальник откашлялся и сделал вид, что его слова — лишь формальность. Тэхён почувствовал, как кровь закипает. Он снова оказался в клетке: без денег, без выбора, без шанса вдохнуть хоть немного свободы. И всё, что ему оставалось — это думать, как выжить ещё один день. Тэхён вышел на улицу, чувствуя, как злость и бессилие переполняют его. Он знал: ни одна зарплата, ни один долг, который он сможет перекрыть, не спасут от отца и его претензий. Он медленно направился в ближайший парк и сел на изогнутую лавку под тусклым фонарём. Дрожа руками, достал сигарету и подкурил её, вдыхая дым, словно он мог хотя бы на мгновение заглушить отчаяние. Тэхён сидел на лавке и снова задавал себе одни и те же вопросы: почему у него всё пошло наперекосяк? Почему он родился именно в такой семье? Почему он, без должного образования и без выдающихся способностей, должен вкалывать на стройке день за днём? Он смотрел на свои мозолистые руки и не мог не чувствовать несправедливость. Такие маленькие, щупленькие пальцы, а кожа натёрта до боли от работы, которая ему не по силам. Сила? Её у него почти не было, а жизнь требовала, чтобы он выдерживал больше, чем любой нормальный человек. — Сука, — Ким в бессилии закрыл лицо руками. Вдруг кто‑то сел рядом. Тихо. Почти незаметно. Тэхён поднял глаза и увидел мужчину в аккуратном костюме. Он улыбался так, что эта улыбка казалась слишком правильной. — Тяжёлый день? — спросил незнакомец. Его голос был спокойным, почти мягким, но в нём проскальзывала странная уверенность. — Тяжелая жизнь. — усмехнулся Ким. — Знаешь… я могу помочь. Есть способ решить твои проблемы. Тэхён замер. Сердце забилось быстрее. Он почувствовал смесь недоверия и… странного любопытства. Но он знал точно по своему горькому опыту, что ничего не достается просто так. Мужчина достал из кармана маленькую коробочку и улыбнулся: — Слушай, — сказал он, — давай сыграем в одну игру. Просто для начала. Тэхён прищурился. — Игру? — переспросил он. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — кивнул мужчина. — Ничего сложного. Вот возьми, — он показал маленькие палочки, как в игре «кто достанет короткую, тот…» — понимаешь? — Это просто. Если проиграешь — платишь сто тысяч вон, или… получаешь лёгкую пощёчину. Но если выиграешь ты, то и деньги твои. Тэхён нахмурился, сжав кулаки. «Что за бред, я в телешоу?», — подумал он. Но что-то внутри шептало: может, хоть так я получу немного денег. Он посмотрел на палочки. Сердце стучало быстро. На долю секунды ему показалось, что всё так просто, а потом он вспомнил — он уже слишком много раз проигрывал в жизни. — Ладно, — сказал он наконец и протянул руку. — Показывай, как играть. Мужчина объяснил правила, которые оказались банально понятными. Вытаскиваешь короткую — проигрываешь. Тэхён глубоко вдохнул и потянул руку к палочкам. Сердце стучало так, будто вот‑вот выскочит из груди. Он вытащил одну, сжимая пальцы до боли. Мужчина улыбнулся. — Похоже, не повезло, — сказал он спокойно. В ту же секунду Тэхён почувствовал резкую боль по щеке. Рука мужчины, легкая и точная, оставила жгучий след. Тэхён зажмурился, кусая губу, чтобы не закричать. Он сжал зубы. Сердце колотилось, а пальцы всё ещё дрожали. Боль была физической, но унижение — ещё хуже. И всё же внутри что‑то щёлкнуло. Он почувствовал вкус риска. Щёки Тэхёна уже горели огнём от множества поражений, каждая пощёчина оставляла след, но он продолжал играть. И вдруг… он выиграл. В груди словно взорвалась радость, что-то небывалое, похожее на азарт. Сердце колотилось быстрее, дыхание стало частым. На мгновение деньги перестали иметь значение. Ему было интересно одно — сам процесс, сам риск, эта странная, непредсказуемая игра. Он посмотрел на мужчину, который улыбался чуть шире обычного — Что лыбишься? Давай деньги, был уговор! — рявкнул Тэхён, почти не веря в свою удачу. Мужчина спокойно протянул ему сто тысяч вон, точно те, которые обещал. Тэхён поймал купюры, и у него словно выросли крылья. Он начал кружиться вокруг себя, смеясь и подпрыгивая, радостно размахивая руками, словно совсем забыл про боль в щеках, которая ещё пару минут назад горела огнём. — Ха! — кричал он, — я выиграл! Смотри, я выиграл! На мгновение Тэхён почувствовал, что может дышать полной грудью. Азарт и радость, словно электрический ток, разливались по всему телу. А может Ким впервые радовался хоть какому-то выигрышу в своей жизни? В глазах мужчины появился хищный блеск. Он посмотрел на Тэхёна и сказал: — Знаешь… ты можешь на таких же лёгких играх выиграть ещё более значимую сумму. Тэхён перебирал в руках сто тысяч вон и смотрел на незнакомца с подозрением. — Опять получить деньги за то, чтобы меня избили? — фыркнул он. — Нет уж, спасибо. Мужчина всё так же спокойно смотрел на него и кивнул: — Бить тебя точно не будут. Просто игры. Внутри Тэхёна закрались опасения. Он понимал, что обычная детская игра не способна принести такую крупную сумму. Это могло быть ловушкой — разводиловом, которое использовали на наивных людях вроде него. Он сжал пальцы на купюрах, а взгляд снова упал на мужчину. И тут заметил: тот протягивает ему золотую карточку. Она блестела в свете уличного фонаря, словно манила. — Это… это для игры, — сказал мужчина спокойно, словно предугадывая все сомнения. Тэхён замер, сердце стучало всё быстрее. Он понимал: это шанс… и одновременно что-то очень опасное. Этим же вечером Тэхён лежал в своей крошечной комнатке и рассматривал карточку. На лицевой стороне были изображены треугольник, нолик и квадрат, а на обратной — напечатан номер телефона. Он смотрел на неё уже более трёх часов и никак не мог решиться. Мысли метались, словно вихрь: Что, если это ловушка? Где-то в глубине дома отец громко смотрел телевизор, матерясь и комментируя происходящее, словно его шум был частью постоянного хаоса, который никогда не отпускал Тэхёна. Он сжал карточку в руках. Он не мог больше выносить этого. Не мог больше терпеть свою жалкую жизнь. Тэхён глубоко вдохнул и набрал номер с карточки. В трубке послышался спокойный голос: — Имя? — Ким Тэхён… — дрожащим голосом произнёс он. — Принято. Тебе назначено время и место. — Голос был ровным, без эмоций. Тэхён положил трубку и замер. Его сердце колотилось, будто он бежал марафон. Он понимал: эта ночь перевернёт всё. Через несколько часов ему предстоит выйти на проезжую часть возле парка Намсан и стоять там. Он посмотрел на окно в крошечной комнате, на тусклый свет фонаря, на тёмные улицы Сеула… и понял, что назад дороги нет.