Моя прекрасная воительница

Арлекино и Тарталья довольно быстро подружились, и в один из дней он решил пригласить её на чаепитие к Сандроне. Ему хотелось, чтобы она была рядом с ним как можно чаще, пусть даже и ненамеренно. Сандроне не удивилась появлению новой гостьи. Во время одного из чаепитий Арлекино проболтался, что влюбился. Когда Тарталья пришла, она занервничала и села на свободное место между Арлекино и Капитано. Чаепитие прошло как обычно, но Арлекино больше отмалчивался, поглядывая на Тарталью. Она быстро влилась в коллектив и нашла общий язык с Коломбиной, у которой было похожее чувство юмора. Предвестники на протяжении всего чаепития "наслаждались" чёрным юмором и диким смехом этих дам. Когда чаепитие подошло к концу, Тарталья прилипла к Арлекино, который и так сходил с ума от смущения и радости. Она последовала за ним даже в его комнату, ворвавшись туда как к себе домой. Арлекино был не против, умирая от радости. Он хотел было завязать диалог, но Тарталья начала первой, рассказывая о своих впечатлениях с по-детски наивным взглядом. — Коломбина такая крутая! А вот синьора какая-то жуткая... — Смотрю, тебе понравилась наша третья предвестница? Хотя соглашусь, вы обе ужасно по-чёрному шутите. — Ой да ладно тебе! Нормально я шучу... Стой, ты сказал, что она 3? То есть она по силам сравнима с архонтами?! — Ну типо того... — Вааау! Арлекино улыбнулся, видя её восторг и восхищение. Она начала расспрашивать его о ней и о том, с кем она дружит, про её силы и так далее. Арлекино не боясь рассказывал всё, что знал. Всё-таки ей с ними жить. Пока Арлекино рассказывал, Тарталья придвинулась к нему очень близко и сложила ноги ему на колени. Из-за этого предвестник покраснел как варёный рак и чуть не упал в обморок. Тарталья, увидев его реакцию, усмехнулась и распласталась на его коленях, максимально близко прижимаясь к четвёртому и наблюдая за его смешной реакцией. Она словно не понимала, что творит, буквально сводя предвестника с ума... Когда она ушла, Арлекино не отходил ещё около часа, наслаждаясь фантомной тяжестью её тела и остатками сладких духов, не успевших выветриться из комнаты...