Погрешность в расчетах

В комнате пахло озоном и перегретым пластиком. Тим стоял у двери, сжимая в кармане самодельный счетчик Гейгера, который он переделал в «детектор частот автоматонов». Прибор молчал, но Тим знал: это ничего не значит. Автоматоны стали слишком совершенными. Они научились мимикрировать, дышать и даже лгать. Дилан сидел к нему спиной. Синее сияние монитора отражалось в его волосах, делая их почти стальными. Он не оборачивался, хотя Тим вошел пять минут назад. — Твои теории об излучении — полная чушь, Тим, — глухо произнес Дилан, не отрываясь от набора кода. — Ты ищешь радиоволны там, где есть только двоичный код. И мешаешь мне работать. Тим сделал шаг вперед. Его трясло. После того как он осознал, что не может отличить машину от человека, мир превратился в лабиринт зеркал. И Дилан был самым сложным из этих зеркал. — Ты не такой, как другие, — прошептал Тим. — Ты даже не пытаешься притворяться «своим». Это твоя тактика? Социальная изоляция, чтобы никто не заметил сбоев в симуляции? Дилан наконец нажал Enter, закрыл ноутбук и медленно повернулся в кресле. Его взгляд был холодным, расчетливым. — Допустим, я автоматон, — Дилан сложил руки на груди. — Что дальше? Сообщишь в администрацию? Или попробуешь разобрать меня, чтобы найти блок питания? Тим подошел вплотную. Его сердце билось так часто, что, казалось, оно само сейчас начнет излучать волны. Он протянул руку и коснулся шеи Дилана. Кожа была теплой. Слишком теплой, слишком настоящей. Но Тим искал не тепло. Он искал стык, порт, микросхему. — Ты... ты пугаешь меня, — выдохнул Тим, его пальцы скользнули к челюсти Дилана. — Потому что ты логичен. Ты идеален. А я... я схожу с ума из-за тебя. Дилан перехватил его запястье. Хватка была железной, неоспоримой. Не человеческой силой, а усилием гидравлики, скрытой за синтетическими мышцами. — У тебя расширены зрачки, Тим. Повышено потоотделение. Твой пульс — сто двадцать ударов в минуту, — Дилан поднялся, заставляя Тима попятиться к стене. — Это не конспирология. Это физиология. Ты боишься меня... или ты меня хочешь? Тим хотел возразить, крикнуть о заговоре, об опасности, но Дилан прижал его к стене, сокращая расстояние до минимума. — Давай проверим твою теорию об «излучении», — прошептал Дилан прямо в губы Тиму. Поцелуй был резким и технически безупречным. Дилан действовал так, будто читал инструкцию по человеческим реакциям, но в его движениях было нечто большее — то самое любопытство, которое он всегда скрывал. Тим охнул, отвечая на поцелуй с отчаянием человека, который падает в пропасть. Если Дилан — машина, то Тим хотел сгореть в его электрических цепях. Дилан толкнул Тима на кровать, нависая сверху. Его руки быстро расправились с пуговицами рубашки Тима. Каждое движение было выверенным, лишенным человеческой суеты. — Ты ищешь во мне сбои? — Дилан стянул с себя футболку, обнажая бледную, безупречную кожу. — Я покажу тебе, что такое настоящая перегрузка системы. Когда Дилан вошел в него, Тим закричал, впиваясь ногтями в плечи программиста. Это не было похоже на то, что он представлял. Не было холода стали. Было только всепоглощающее, концентрированное присутствие. Дилан двигался в ритме, который казался слишком правильным, чтобы быть естественным, доводя Тима до грани безумия. — Посмотри на меня, — приказал Дилан, его голос стал ниже, вибрирующим, отзываясь в самом низу живота Тима. Тим открыл глаза, залитые слезами удовольствия. Дилан смотрел на него с нескрываемым триумфом. В этот момент Тим понял: неважно, есть ли внутри Дилана микросхемы. Важно то, что сейчас эта «машина» владела его телом и душой полнее, чем любой человек. — Ты... — выдохнул Тим, выгибаясь навстречу очередному толчку. — Ты всё-таки... опасен... — Ошибка, — прошептал Дилан, склоняясь к его уху. — Я — единственная реальность, которая у тебя осталась. Когда разряд удовольствия настиг их обоих, Тим почувствовал, как Дилан на секунду замер, его тело мелко задрожало, будто от короткого замыкания. В этой короткой вспышке не было логики — только чистый, необработанный импульс. Позже, лежа в темноте, Тим слушал ровное, мерное дыхание Дилана. Счетчик частот на полу молчал. Тим закрыл глаза, понимая, что его главная теория подтвердилась: автоматоны действительно захватывают мир. Но он больше не хотел бороться. Он просто прижался ближе к своему персональному захватчику, засыпая под тихий гул кулера работающего ноутбука.