Домой

      Капитан Ду частенько задерживался в отделе допоздна. Это стало своего рода привычкой. Торопиться ему некуда. Но в последнее время что-то в жизни капитана стало меняться. Он всё так же оставался в кабинете после окончания рабочего дня, но теперь не задерживался так сильно. Причиной тому был Шэнь И. Его гениальный художник приходил в кабинет почти в одно и то же время, закончив свою работу, напоминая капитану, что пора уже закругляться.       Как бы Ду Чэн ни пытался сопротивляться поначалу, он быстро понял, что это бесполезно. Ведь Шэнь И всегда одерживал верх даже в немых спорах. Он приходил в кабинет тоже изрядно уставшим, садился на стул и смотрел на капитана, пока тот не начинал собираться.       Но сегодняшний день стал особенным. Вы спросите почему? А я была готова к этому вопросу. Рассказываю.       День у капитана не задался с самого утра. Едва не проспал на работу, пришлось отменить утреннюю пробежку, три допроса, куча отчётов, сотрудничество со смежными ведомствами и отсутствие перерыва на кофе и обед. Когда все разошлись по домам, Ду Чэн, наконец оставшийся в тишине, понял, что ждёт того момента, когда Шэнь И постучит в эту чёртову дверь.       Он ждал недолго. Вскоре в коридоре послышались знакомые лёгкие шаги, и дверь открылась без стука. Художник задержался в дверном проёме, его взгляд, лишённый привычной остроты, скользнул по разбросанным на столе папкам и замершему с ручкой в руке Ду Чэну. Не говоря ни слова, Шэнь И вошёл, прикрыл дверь и опустился на привычный стул в углу, не сводя с капитана глаз — того самого молчаливого, терпеливого, но неумолимого взгляда, который сам по себе был приговором рабочему дню и приказом собираться домой. — Едем, я устал, — просто сказал Ду Чэн, поднимаясь из кресла и складывая папки в одну стопку. Он взял ключи от машины и, подождав, пока напарник встанет, пошёл к выходу.       Привычный маршрут до парковки был пройден на автомате. Уже в машине оба выдохнули, откинувшись на спинки сидений. Им всегда было спокойно вот так друг с другом. Хоть это и машина Ду Чэна, ароматизатор в неё покупал Шэнь И, да и пассажирское сиденье всегда было настроено так, как удобно художнику.       Видимо, эта расслабленность после утомительного рабочего дня так повлияла на капитана, что он сам не заметил, как мысли перестали быть просто мыслями. — Останься сегодня со мной. — Что? — голос Шэнь И прозвучал удивлённо, а сам он открыл глаза и повернул голову к напарнику.       Нехотя, но Ду Чэн тоже повернулся к нему. Нехотя — потому что боялся в глазах увидеть отказ, непонимание и всё в этом духе. Да он и не планировал вслух это говорить. Он просто замечтался. Надоело ему это — отвозить вечером художника не к себе домой. — Шэнь И, я устал. Мы же оба всё понимаем. Мы уже не просто коллеги. Пару месяцев назад или полгода назад я ещё мог бы назвать это дружбой, товариществом, но я давно уже не могу смотреть на тебя как на друга. И я не верю, что такой гений, как ты, этого не заметил. — Он сделал паузу, перевёл взгляд на руль, выдохнул, а затем продолжил: — Шэнь И, я ведь не дурак, и ты далеко не дурак. Я правда устал. Мы ведь оба это чувствуем. Ты для меня особенный, и ты в моей жизни прочно поселился. Мне хорошо с тобой, но того, что у нас есть сейчас, мне день ото дня становится недостаточно. Переживать за тебя, смотреть на тебя за работой, ужинать с тобой, отвозить тебя домой, отпускать домой после ужинов с Ду Цин, ревновать тебя ко всяким преступным гениям, которые тобой восхищаются, и каждый день бояться тебя потерять, ждать твоего прихода, смотреть, как ты засыпаешь, пока я веду машину, знать, что я есть на твоих рисунках, и знать, что твой будильник — это мой голос... Это всё выше моих сил. Шэнь И, я иногда хочу тебя спрятать ото всех. Я сам хочу будить тебя, лично. Ты сводишь меня...       Договорить ему не дали. Вы всё ещё сомневаетесь, что этот день особенный? Тогда я продолжу.       Шэнь И поцеловал его. Когда Ду Чэн пытался сказать, что напарник сводит его с ума, мозг Шэнь И наконец обработал услышанное и дал реакцию. Рукой Шэнь И повернул лицо Ду Чэна к себе и коснулся его губ своими. Аккуратное, нежное прикосновение. Несколько секунд Ду Чэн распахнутыми от удивления глазами смотрел на лицо Шэнь И, которое теперь было так близко. Слишком много ощущений разом, но так приятно. Тёплая ладонь на его щеке, губы любимого художника на его собственных... И с выдохом Ду Чэн отвечает на поцелуй. Так же нежно и не спеша. Поцелуй выходит коротким, но приносит столько чувств.       Шэнь И отстраняется первым, но не убирает руки от лица капитана. — Поехали домой.