Цена удовольствия

Дотторе решил зайти кабинет Панталоне. тот вальяжно сидел на кресле в кружевных розовых панталонах, расправив ноги по шире. - Не помешал? - Дотторе бегло прошелся взглядом по полу обнаженному другу, закрывая дверь. - Нет, ты очень во время, - Панталоне поправил свои очки, положив руки между ног. От оголенного торса Панталоне Доктор почувствовал, как тело начинает гореть, а штаны становятся малы. Он закусил нижнюю губу, ибо его дорогой друг в этих розовых трусах и с открытым мягким телом в глазах Дотторе выглядел как сладкая маршмеллоу. Внутри горело желание взять и попробовать на вкус, что отдавалось желанием наставить дельцу сотню засосов и поцелуев. - Мой дорогой Дотторе, у тебя лицо как помидор. Все хорошо? - поинтересовался Панталоне, озадаченно смотря на розовое лицо своего коллеги. Дотторе же в этот миг словно спустился с небес и отвел взгляд в сторону, краснея еще больше. - Да, да. Все в порядке, - отмахнулся от него Доктор, - Но позволь спросить, какого архонта ты сидишь в одних розовых трусах? - Тебе не нравятся? - озадачился Панталоне, даже с грустью опустил лицо. От некуда деть руки, он снял очки, чтоб протереть их. А его нежно-розовые панталоны уже не закрывали тонкие пальцы рук. И взгляд доктора вновь прилип как муха к меду на трусы друга, и на лежащий на бедре длинный член, скрытый под шелковой тканью трусов. А обнаженное тело Дельца так и манило потрогать, расцеловать и покусать, в красных глазах Дотторе его тело было сравнимо с мягкой и сладкой зефиркой. - С чего бы мне не нравились твои розовые трусы, это ведь мой сегмент их и сшил, - важно ответил Дотторе, зачесывая волосы назад. - Это я знаю, - Панталоне вновь повернулся к работе, и даже не поворачивая в сторону голову добавил, - Так и зачем же ты явился? Денег на твои эксперементы нет, и так выделил на твои выходки с новым архонтом в Сумеру пол бюджета. - Мне что нельзя просто так навестить своего дорогого друга? - Дотторе раздосадился и огорченно скрестил руки на груди. - А тебе, я вижу, очень понравился мой подарок. - Да, большое спасибо, - кивнул Панталоне. И Дотторе решил подойти к нему со спины. - А может у тебя найдется всего ничего для своего друга? - он прошептал, нет, промурчал, как наглый и назойливый тигр. - Нет. - твердо ответил Панталоне, поправляя стопку бумаг. Но было заметно, как он дернулся от теплого дыхания Доктора. - А если я сделаю так? - Доктор поднялся и тихо, цокая каблуками, подошел к панталоне, встав напротив него. Панталоне поставил документы на край стола и сцепил между собой пальцы рук ожидая дальнейших действий доктора. С наглой ухмылкой Дотторе опустился под стол под непонимающий взгляд Панталоне, следивший, как он опускается. - Я все равно не дам тебе... - он осекся, когда грубая мозолистая рука доктора сняла с него трусы и обхватила его затвердевший член. - Еще как дашь, - ухмылялся доктор, медленно водя рукой снизу до верха. И его грубая ладонь цепляла нежную кожу дельца, доставляя ему удовольствие, что тот глубоко выдохнул, прикрыв глаза, и откинулся на спинку кресла. Дотторе медленно водил рукой по члену Панталоне от основания до головки, слушая его блаженные вздохи от удовольствия, что сладко ласкают уши. А свою тонкую ладонь Панталоне положил на макушку Доктора, вцепившись в его голубые волосы, шелковистые, но сухие как солома. Но ему нравилось трогать их. - Если я задрочу тебя до пика, ты дашь мне на новый эксперимент? - поинтересовался Дотторе, с ехидной ухмылкой смотря на лицо Панталоне. И провел рукой по его члену от самого основания, до головки, чувствуя как он пульсирует от напряжения в руке. - Не-ет, - в блаженстве протянул Панталоне. Ему было неимоверно интересно, что еще сделает Доктор, чтобы получить свою копеечку. Дельцу неимоверно нравилось, как твердая и мозолистая рука водит по возбужденному органу. И смотрящие на него глаза Дотторе, нагло выпрашивающие мору. - А если я сделаю так? - Дотторе убрал руку с его органа. И прежде чем Панталоне начал ворчать на него, взял розовую головку в рот, сладко посасывая как леденец. Тогда Делец крепче сжал его голубые волосы, а свободной рукой положил на стол свои запотевшие очки, и испустил сладкий как мед стон. - Я... - Панталоне запнулся, сдержанно простонав сквозь зубы, Доктор бы сравнил его стоны с мурчанием кошки. - Не дам тебе... мору.. Дотторе лишь досадно промычал, ибо рот забит. И он решил взять его поглубже, раз уж Лоне такой настырный и не пробиваемый, что приходится так унижаться перед девятым предвестником. Хотя он делал это по своей воле и ему это даже нравилось. Особенно то, как Панталоне держит своей тонкой рукой с выраженными венами и костяшками за волосы, наматывая их на свою ладонь. И его сладкие протяжные стоны ощущались как рай для ушей, как благословение. Дотторе в блаженстве прикрыл глаза, заглатывая глубже. Да и самому Панталоне нравился жаркий минет от второго предвестника, и то, как прямой нос касается его лобка. А от того, как Доктор всасывает у самых яиц, Панталоне откидывал голову на спинку своего рабочего кресла, прикрывая рот тыльной стороной ладони. Он чувствовал, как тело горит изнутри, словно вулкан перед извержением. И готов выплеснуть жгучую лаву из жерла вулкана поглубже в горло Дотторе. Что он и сделал, чуть толкнув Доктора за волосы вперед, заставив его взять в рот каждый сантиметр члена. И брызнул горячей спермой прямо ему в горло. Вынув член изо рта, Дотторе разом все проглотил, чуть прикусив правый уголок губ, пока Лоне глубоко вдыхал воздух всей грудью. - Тебе, я вижу, понравилось, - ухмыльнулся Дотторе, положив подбородок на мягкую и бледно-светлую ляжку панталоне. - Очень. Но мору ты все равно не получишь, - да он уже давно смирился с этим, лоне готов был дать мору еще до того, как он взял его в рот. Но его било любопытство, насколько Дотторе сможет доставить ему удовольствие. - До чего же упрямый, Лоне. - сквозь стиснутые зубы ответил Доктор, стягивая с себя одежду. Поначалу рубашка, что полетела в стену, обнажила его крепкие мышцы с большими рублеными шрамами. после и штаны полетели вслед за ней, оставив только черные обтягивающие трусы, в которых теснился затвердевший член. Панталоне смотрел на него как на стриптизершу в борделе, начиная понемногу краснеть, ибо крепкий и упругий торс Дотторе заливал своим видом лицо Дельца краской, что он даже прикрыл рот ладонью. Дотторе стал догадываться, что Лоне продолжает упрямиться, чтобы в коем-то веке трахнуть Доктора, нежели настаивать на море. И повернувшись к нему спиной, ехидно хмыкнул, стягивая с себя свои черные трусы, оголив перед Панталоне свою упругую задницу. - Вот теперь ты точно дашь мне денег, - усмехнулся доктор, садясь на твердый член Панталоне. Только головка вошла в анус Доктора, как он тут же прорычал сквозь зубы, как туго растягиваются мышцы задницы. А Панталоне обхватил его бедра руками, и пока остановился, позволяя Доктору привыкнуть к нему. И когда Доктор перестал тяжело дышать и шипеть как змея от боли, он вошел в Дотторе по всей длине, от чего тот откинул назад голову с протяжным стоном. Чувствуя, как тугая и сухая задница сжимает его член, он прошипел сквозь зубы, продолжая раз за разом натягивать на свой член тугую попу, двигая его бедрами вверх и вниз. моментами доктор самовольно и без его рук насаживался на него, вбирая целиком и вынимая, чтобы вновь взять и одарить Лоне протяжным и громким стоном. А Панталоне нравилось шлепать его по мягким ягодицам, оставляя красный след от ладони. - О, Лоне ты ювелир, - чуть усмехнулся Дотторе, держась за бедра дельца и насаживаясь быстрее и глубже, что упругие ягодицы хлопали о его бедра, становясь еще краснее. - Не мог бы ты помолчать хотя бы чуть-чуть! - Панталоне грубо шлепнул его тыльной стороной ладони по жопе, оставив пару царапин кольцами, и Дотторе вскрикнул от боли, уже пятьсотый раз пожалев, что решился на это. А панталоне смотрел на его рельефную спину, как на холмистую местность Снежной, а яркие следы от шрамов напоминали высушенные реки. И он поддался вперед, прижавшись грудью к его спине, и оставил мягкий поцелуй на шраме Дотторе. От прикосновения теплых и мягких губ Панталоне к грубой коже, Дотторе вздрогнул. Тогда как Лоне один за другим оставлял поцелуи на каждом шраме, поднимаясь со спины до плеч и шеи. И на месте, где прощупывается пульс, Панталоне решил оставить поцелуй послаще. Горячий, как пиро элемент, но еще горячее были стоны Дотторе, что оставался на нем подольше, каждый раз, когда на его теле оставляли поцелуи. - Чего только ты лезешь целовать? Может, я тоже так хочу? - возмутился Доктор, повернув на него голову. - Тогда пересаживайся лицом ко мне, хочу сделать лицом брбрбрбр в твою грудь - чуть усмехнулся Панталоне, выпуская из рук бедра второго предвестника . Тот медленно вынул член из ануса, чтобы тут же сесть на него обратно, шире раздвинув ноги, ибо так удобнее будет сидеть на девятом предвестнике лицом к нему. Жаль только, что поцеловать его все равно не выйдет, лицо Лоне прямо упирается носом в яремную ямку. И Дотторе печально фыркнул, ему хотелось целовать губы панталоне, вдыхать его дорогой парфюм, коим пропиталась его кожа, и запах качественного табака, что он так любит курить со своей длинной трубки. Хотелось кусать его за мягкую кожу на плечах, оставляя синие как волчий крюк засосы. Теперь это бремя возьмет на себя Панталоне, что тут же, как доктор сел на всю длину, втянул кожу на левой ключице второго предвестника, и отпустил с небольшим сине-фиолетовым засосом, пока сдержанные стоны сквозь стиснутые зубы ласкали его уши. - А брбрбр в мою грудь ты хотел сделать? - напомнил Доктор о шуточном желании предвестника. - С удовольствием, - с лукавой улыбкой ответил он, перед тем как оставить поцелуй между грудей Дотторе, ровно посередине большого шрама, что проходил длинной рекой по всему торсу. От его теплых губ второй предвестник в удовольствии откидывал назад голову, пуска в потолок хриплый стон, пока Лоне ухватил его ладонями за задницу, раз за разом насаживая на себя. Теперь очередь Доктора держать его за шелковые черные как ночь волосы, хотя скорее держаться за них и за его белые как снег плечи. А свои ладони Делец поднимал чуть выше, проходясь подушечками пальцев по телу и, поглаживая затянувшиеся шрамы, он ухватил его за талию. Смотря, как подпрыгивает грудь Дотторе при каждом толчке, Лоне не мог оставить ее без своего засоса. Она казалась как ком теста, что так и манит к себе, а набухшие красные соски ощущались маленькими ягодками. Так и смотрят на него аппетитно, что он все же взял левый сосок в рот, сладко его посасывая и чуть покусывая ореол вокруг него. - Лооонеее... - протяжно простонал Дотторе, ощущая приятную боль в соске. В ушах Панталоне его имя, сладко простанывающее из уст Доктора, словно мелодия, от которой все внутри содрогается. Он чувствовал, как внутри поднимается цунами, вот вот готовое обрушиться на город разрушающей волной. - О, Торе... - простанывал уже лоне, выпустив на волю покусанный сосок Доктора и вцепился за его ключицу губами, напоследок оставляя на ней засос. Чувствуя, что волна оргазма как цунами уже вырывается наружу, Панталоне, держа Доктора за талию, вошел до предела и излился по глубже, пока второй предвестник пускал протяжный стон в потолок. И наконец, когда тот вышел, тяжело дыша, Дотторе присел на стол, убрав с него документы в сторону. Ранее гордо стоящий прямо член Панталоне поник и расслабился, тогда как у дотторе он тихо пульсировал, готовясь взорваться. Лоне тяжело выдохнул через нос и решил пока не идти за очками. Натянув на себя свои розовые трусы, он опустился на колени перед сидящим на его столе вторым предвестником и обхватил головку его члена рукой. Его несколько раз довели до предела, не мог же он обделить этим Дотторе, он ведь так старался, так страстно выпрашивал мору... Лоне бы на него уже не сел, да и в рот брать тоже не было желания, больше захотелось ощущать его вздутые вены на члене своими пальчиками, проходясь холодными кольцами из темного серебра по его горячей и грубой коже. И приносить ему большее удовольствие, когда холодный металл проходил по самым чувствительным точкам, чувствовать его каждую дрожь и слушать каждый стонущий звук. Доктор посвободнее раскинулся на столе, расслабив мышцы и прикрыл глаза от прикасания тонкой и гладкой руки дельца, расслабленно и жарко выдыхая воздух. Лоне не стал медлить и сразу начал с ускоренного темпа, ибо тот уже давно на пределе. Член дотторе приятно пульсирует в руках девятого предвестника, а само тело Доктора словно тлеет изнутри как угли. И когда Делец несколько раз прошелся по всей его длине рукой, покрепче выжимая у основания все соки, касание холодного серебряного кольца прошлось по набухшим венам на горячей коже. Дотторе сравнил бы это с перегревшимся механизмом, на который налили холодную воду, только в разы лучше, и одарил Дельца протяжным стоном. Лоне с довольной ухмылкой сжал член Доктора у основания, и Дотторе, закусив нижнюю губу, выпустил сдержанный стон, брызнув струю тягучей спермы в лицо Панталоне. но тот успел увильнуть и она попала на пол. - Теперь то ты дашь мне на новый эксперимент? - спросил Дотторе, потянувшись за рубашкой и штанами. - Дам, если скажешь, что ты там уже затеял, - поинтересовался он, натянув свои розовые трусы обратно, и, надевая на нос очки, подошел к шкафу за своей одеждой и трубкой. - А тебя не беспокоит пение голубки под дверью? - с лукавым взглядом красных глаз в сторону Лоне, он накинул на себя рубашку. - ... O columbula mea... - раздался тихий и легкий, как летний ветер, голосок Голубки за дверями кабинета. Все предвестники слышали их стоны и она пришла петь под их дверью, чтоб хоть как-нибудь заглушить их звуки страсти. - Нет, не смущает. А тебе не нравится? - ответил Панталоне, надевая свою водолазку с воротником. - А если бы это пел я, ты бы приходил слушать меня? - Дотторе сел за стул, повернувшись к нему лицом. подперев щеку рукой, он с игривой искрой в глазах смотрел, как одевается панталоне. - К чему ты клонишь? - поинтересовался он, и уперся спиной о дверцу шкафа, сцепив руки на груди, - Да, я бы приходил послушать твое блеяние. - O columbula mea - Дотторе бархатным голосом повторил песенку Субретки, шутливо усмехнувшись. - Уважаемый Иль Дотторе, к чему Вы клоните?! - требовал ответа Лоне, ударив рукой о шкаф. В голове крутились не хорошие мысли, но он не мог их красиво сформулировать в голове. Дотторе же встал со стула и, щелкнув пальцами, подошел к нему. Самое время рассказать о новом эксперименте. - Мой дорогой Панталоне, как ты смотришь на то, что я стану новым лунным богом в Нод-крае? - полюбезничал он, интересуясь ответом Дельца. Тот ничего не ответил, лишь в шоке раскрыл глаза и протер свои очки. - И тебе мора как раз на это? А знал, что туда направляется путешественница? - Да, знаю. Поэтому лунного бога я сделаю из своего сегмента. Еще не хватало закончить как Розалина, - Доктор сцепил руки на груди. - Действительно. Это звучит разумнее, чем устраивать такой грандиозный эксперимент на себе. Чтож, - он накинул пиджак и сел обратно за стопку документов, - Мора в сейфе, хватит тебе 15 000? Ибо больше я не дам. - На большее я и не рассчитывал, - ему сполна хватит такой суммы с головой, может и на сувенирчик из Нод-края для Лоне останется копеечка, - Благодарю, Лоне. - Давай давай, иди уже, - Лоне уже повернулся к нему спиной, полностью окунувшись в работу, - Удачи тебе с экспериментом. Взяв мору с сейфа, Дотторе кивнул ему на прощание и направился в свою лабораторию, радостно насвистывая веселую мелодию.