Свет надежды

Ноябрьский вечер, уже холодает. Солнце сегодня уже давно зашло за горизонт, его сменил снежный фронт. Пустая, тёмная квартира. Монотонное тиканье часов. В квартире находится лишь юноша по имени Второй лет двадцати трёх, но не особо большого роста, что делает его слегка похожим на подростка. Он сидит на кровати, вздыхая, смотря на маленькие снежинки в окне, что спокойно падают на землю, и размышляет о том, поест ли он сегодня. На дворе тяжёлые времена, поэтому холодильник чаще пустует без электричества, чем выполняет своё предназначение. В квартире юноша живёт не один - тот живёт вместе со своим лучшим другом Первым, примерно такого же возраста, но года на два постарше, которому приходится очень подолгу задерживаться на работе и порой даже работать сверхурочно, чтобы денег хватало на них обоих. Юноша всеми силами хочет помогать ему, но его не принимают даже на подработку, поэтому ему поручено ухаживать за квартирой, с чем он прекрасно справляется. Голодный желудок даёт о себе знать, отзываясь урчанием. Кудрявый юноша вздыхает вновь. Тот больше не хочет пугать и волновать друга голодным обмороком, что произошло совсем недавно. Он глядит на часы, висящие на стене. Поздновато - уже ровно восемь вечера.. Щелчок входной двери заставляет Второго слегка приободриться. — Я дома, - почти басом звучит голос сожителя. Юноша выглядывает в коридор. — Привет! Как работа? - тот натянуто улыбается. Голод не позволяет ему улыбаться искренне. — Сегодня давали зарплату. Можем сходить в магазин, если хочешь, - Первый снимает куртку и отряхивает её рукой от напáдавшего снега. — Хочу конечно.. Но вижу, что ты устал. Давай я схожу один? - предлагает Второй. Первый вздыхает. — Я действительно устал, но.. Ты же понимаешь, что на улице сейчас очень опасно? — Одна нога здесь, другая - там, я по-быстрому! Честно! - настаивает юноша. Высокий юноша сдаётся. — Ну, хорошо. Надеюсь, помнишь, что нужно купить и список писать не нужно. Только никаких коротких путей, помнишь? - тот снимает и обувь. — Помню-помню! - Второй уже надевает курточку. — Держи, - друг вручает ему деньги, что достал из кармана своей куртки и внимательно отсчитал. — Здесь ровно на то, что нам нужно, без сдачи. — Понял! - тот кивает и, беря ключи, закрывает входную дверь, а затем, спустившись по лестнице, выходит и из подъезда. ... Слегка холодно, но Второй терпит. В прошлый раз, похоже, плохо зашил одну из многочисленных дырок на старой куртке, поэтому суровый осенний ветер немного продувает спину. Юноша даже не знает, сколько лет этой куртке. Ему подарили её, когда он выпускался из детдома в восемнадцать лет. Пять лет она служит ему верой и правдой.. Ближайший магазин находится не очень близко, поэтому Второй, долго думая, но уже подмерзая, решает всё же срезать путь. "Извини.. Я же обещал, что схожу по-быстрому.." - мысленно просит прощения у друга Второй. Второй шагает, наверное, уже минут пять. Тот размышляет о том, что сегодня Первый приготовит на ужин. Его друг всегда готовит очень вкусно, в отличие от него - у него совсем никогда не получалось с готовкой. Что решает приготовить - то сгорает, портится.. В этом он действительно плох. Отвлекаясь от своих мыслей, Второй замечает, что на улице погасли фонари. "Надо бы ускориться.." - думает тот. Но не успевает. Что-то, чего он не заметил сразу, резко толкает его вперёд и этим действием валит на землю со вскриком неожиданности. Пока он пытается встать, чужая нога встаёт на его спину в районе грудной клетки, чтобы тот никак не смог подняться. — Ты мне щас всё расскажешь... - угрожающе звучит голос юноши постарше, чем он. — Расскажешь, нахрена закладки пиздил и кто твой заказчик... Если не расскажешь - я тебя изобью нахрен.. Расколешься как миленький! — Отпустите меня! Я не знаю ни про какие закладки..! - Второй пытается не паниковать и разглядеть нападающего, но его поля зрения хватает лишь на голову - белая чёлка, накрывающая один глаз, а сверху надета красная шапка. Нога давит сильнее, заставляя лицо Второго скорчиться от боли. — Нарываешься, придурок? Я из тебя все показания выбью! - голос становится яростнее, а действия - непредсказуемее. Тот резко поднимает Второго за куртку и прижимает к стенке между гаражей, доставая из кармана свой пистолет и приставляя дуло прямо к груди. Второй испуганно смотрит на оружие. Рядом стоящий парень с синими волосами, закрывающими половину лица, испуганно смотрит уже на всю эту картину. — Найлз, тебе не кажется, что ты как-то жесток- — Заткнись, идиот! - тот перебивает соучастника. — Из-за этого тупорылого мы теперь живём в гараже! С этой работой у меня было буквально ВСЁ, а теперь - НИЧЕГО! Босс лишил меня всего с помощью своих связей, как ты не понимаешь, Нулевой?! Второй подаёт голос, пытаясь вырваться. — Я правда ничего не знаю! Я здесь впервые иду! Я- — Ты тоже заткнись, уебок! - дуло пистолета прижимается к нему сильнее, каковой становится и хватка, чтобы тот не сбежал. — Я сказал тебе, что выбью из тебя показания.. Я за свои слова отвечать умею! Но пока тебя усыпить надо.. Парень зажимает ему сонную артерию на несколько секунд. — Почти сразу вырубился.. Совсем слабенький. Таких обычно пиздить закладки и посылают, я знаю, — он отпускает Второго, и его бессознательное тело валится на землю. Синеволосый юноша стоит в страхе. Боится Нулевой больше всего за то, что Найлз в порыве ярости может случайно переборщить и убить жертву, что уже было один раз. Однажды Найлз даже, сорвавшись, сильно избил Нулевого в приступе гнева, после чего он стал замкнутым. Но после этого он перед ним всё же извинился, и Нулевой разглядел в нём остатки человечности по отношению к нему. — Чего стоишь-то? Давай его тащить в гараж наш. Оба поднимают его за разные руки. Нулевой, к сожалению, против этого ничего сделать не может... ... Очень холодно. Второй, просыпаясь, медленно открывает глаза. Шея всё ещё болит. Тот осматривается. Место, где он находится, похоже на один из гаражей. Похоже, его утащили не очень далеко от места, где он потерял сознание. Он пытается пошевелить рукой, но, похоже, он прикован за одну руку наручниками к какой-то холодной трубе, от холода которой начинает побаливать и рука. К нему подходят те самые юноши. — Проснись и пой, воришка, - говорит тот, что с белыми волосами, кажется, Найлз. Нулевой же предпочёл промолчать с обеспокоенным лицом. — Я же сказал.. Я ничего не воровал! Я был в том месте впервые! - оправдывается кудрявый юноша. На него направляется дуло пистолета. — Я же сказал, что показания из тебя все выбью. Не признаёшься - я простреливаю тебе колено. Любое, которое захочу. Второй молчит. Очень старается не паниковать... — Найлз, только не переборщи, пожалуйста... - тихо роняет голубоволосый парень. — Очень постараюсь, - отвечает ему тот саркастичным тоном. Затем вновь обращается к заложнику. — Ты пиздил закладки или нет? Второй дрожит. Вдох, выдох.. Вдох.. — Нет.. не я... я не..- Громкий выстрел. Эхо разлетелось по всему полупустующему гаражу. Сначала даже не чувствуется, что что-то случилось. Второй в ужасе смотрит на ногу, на которую он и так до этого хромал. Пробует ей пошевелить.. и сразу после этого ногу сковывает сильнейшая боль. Пронзительный крик юноши заставляет Нулевого отвернуться. Тот никогда не любил смотреть на кровь. — Не повезло тебе, парень.. - шёпотом говорит себе под нос тот. Вдох, выдох.. Но уже несколько раз и интенсивнее. Второй всеми силами пытается не отчаяться окончательно. Дуло пистолета вновь направляется на него. — Я могу дать тебе много шансов и делать сколько захочу выстрелов в случае неправильного ответа. Мне это очень нравится. А теперь ответь вновь. Ты пиздил закладки или нет? - этот вопрос звучит чётче. Второй не может сконцентрироваться из-за боли. Вдобавок он теряет кровь. — Почему ты в таком случае не прикончил меня сразу же...? - говорит тот с трудом. — На вопрос невежливо отвечать встречным вопросом, ты не знаешь? Ещё один выстрел. Вновь громкий продолжительный крик. На этот раз было громче, похоже, было слышно за пределами гаража. Юноша опускает голову. Дыхание сбивается. Того трясёт от боли. Ныне тот не может пошевелить обеими ногами ниже колена, поэтому обездвижен. Найлз улыбается. Страдания заложника приносят ему искреннюю радость. — Повторяю, я могу спрашивать это сколько угодно. Поэтому третий раз спрашиваю - ты пиздил закладки или нет? Второй молчит. — Ну? Слышно лишь попытки жертвы отдышаться. — Будем играть в молчанку? Это тоже наказуемо, знаешь ли. Найлз хватает Второго одной рукой за его антенну, поднимая голову, а свободной рукой начинает душить жертву. На лице Второго истинный страх. Он пытается вдохнуть, но не получается, что вгоняет его в панику. Тот рефлекторно берётся за его руку своей свободной рукой, пытаясь вырваться из хватки. Слышно бряканье наручников. Вторая рука пытается дотянуться до шеи, но всё ещё прикована к холодной трубе. Найлз ухмыляется. — Не отводи от меня глаз.. Такие преступники, как ты, заслуживают этого, ты же понимаешь? В глазах темнеет. Он потихоньку начинает сдаваться. Попыток вздохнуть становится меньше. — Найлз, остановись!! Ты его убьёшь! - доносится до обоих крик Нулевого. Высокий юноша нехотя отпускает жертву. Второй опускает голову и начинает сильно кашлять в попытках отдышаться. — У.. убейте меня уже.. Хватит... - говорит тот хриплым голосом в перерывах между кашлем. Найлз лишь смеётся. — Какую роскошь просишь! Нет уж, так дела совсем не делаются. Сейчас ещё прилетит, за наглость. Второго нет дома уже больше получаса. До нужного магазина дорога составляет около пяти минут туда и столько же обратно. Первый насторожен. "Что-то здесь нечисто. Где ж он пропадает.." - думает тот, уже суя свой любимый пистолет в карман надетой куртки. Затем выходит из дома, запирая дверь. Темнота. На улице давно никого нет - все сидят и греются дома. На земле - всё ещё свежие следы. Первый узнаёт в них обувь друга и следует за ними. Те ведут к гаражам. — Вот же ж.. Говорил я ему - не ходить у гаражей.. Первого цепляет и напрягает одна деталь - в одном моменте пересекаются три следа, после чего следы друга сменяются на след тащенья. — Боже.. - тот бежит по новому следу, надеясь успеть... ... Крайне холодно. Старую добрую куртку Второму ныне больше не поносить - она сильно запачкана кровью, что течёт из его рта. Похоже, его сильно били в живот. Боль сковывает всё его тело. — Я понятия не имею, что за закладки... Я ничего не воровал... - речь того, будто на автомате, иногда прерывается кашлем - кровь мешает нормально дышать. — Всё сознаваться не хочешь.. Нулевой, ударь-ка его в живот ещё раз. — Я..? - друг явно удивлён. Тот вообще не хочет прибегать к насилию. — Ты, ты. Ну, давай быстрее! - гонит его Найлз. Нулевой медленно подходит ко Второму, борясь со своими внутренними моральными принципами. До этого альтруист проходил обучение на медика, профессию мечты, борясь с фобией крови, но ему, к сожалению, пришлось бросить учёбу из-за недостатка денег. В моменте его захватили в заложники при одном из налётов бандитов на общественное место, и по сей день официально тот числится "пропавшим без вести, возможно погибшим". Сочтя его врачебные навыки полезными, того заставили примкнуть к преступной группе, поставив в напарники к Найлзу. Со временем те сдружились, но Нулевого до сих пор пугает его нездоровый садизм и неспособность контролировать гнев. — Быстрей, быстрей, - выгоняет того из раздумий Найлз. — Извини... - шепчет тот жертве. Нулевой, зажмуриваясь, выполняет сильный удар в живот. Всё тело Второго содрогается в новой порции боли, заставляя того издать отчаянный возглас. Это невыносимо. Всё больше крови оказывается на его курточке в результате кашля. Свободной рукой он держится за живот. Нулевой смотрит на свою руку. На ней - кровь жертвы.. Тот вздрагивает и отряхивает руку, чтобы на ней осталось как можно меньше крови. — Найлз, может он и вправду невиновен...? - выдвигает своё предположение тот. — Я не верю в это, понимаешь? Это сто процентов он! - Найлз вновь думает, как расколоть "преступника". Нулевой же начинает думать, что его друг-садист вошёл в азарт. Как бы его остановить... Найлзу тем временем в голову приходит хорошая идея, и тот вновь ухмыляется. — Подпортим тебе чуть-чуть личико. Нулевой, держи его за вторую руку, - тот достаёт ножик. Синеволосый юноша беспокоится еще больше, но просьбы друга ослушаться не может. Он подходит к жертве и крепко хватает за руку, не позволяя сопротивляться. Найлз вновь поднимает голову Второго за антенну. Двое встречаются взглядами: у одного - нездоровая искра в глазах и искренняя радость, у другого - дикая усталость, смешанная с отчаянием и нежеланием больше жить, чтобы чувствовать всю боль, что пронизывает его бедное тело. Найлз прислоняет ножик к щеке. — Точно не сознаешься? Жертва пытается вырваться из хватки Нулевого, но тот всё ещё держит крепко. — Хватит... пожалуйста... - Второй, хрипя, пытается просить о пощаде. Рука с ножом, надавливая, проводит вверх. Найлз точно мастерски умеет обращаться с режущими предметами. Свежая, тёплая кровь начинает течь по его лицу и капать на пол, на куртку.. Второй не может открыть правый глаз. Нулевой отпускает его руку. Второй от сильной боли рефлекторно хватается ей за правую половину лица. Тот опускает голову вновь. Кровь течёт отовсюду.. Из ног, изо рта, из глаза.. Боль становится сильнее, но у него уже не осталось сил ни кричать, ни говорить. Тот просто пытается дышать, но не может надышаться. Его голова начинает кружиться, а в глазах потихоньку темнеет. — Нулевой, проверь-ка его пульс. Второй чувствует лёгкое прикасание к закованному запястью. — Медленнее нормы. Похоже, начинает умирать... от потери крови. Первый в спешке добегает до места, где следы обрываются. Они приводят его к гаражу, откуда почти не слышно никаких звуков. Тот решает действовать сразу. Раздаётся выстрел в воздух. Двое поднимают головы на двери гаража. Третий, похоже, уже не в состоянии. — Подняли руки! Быстро!!! - взревел "посетитель" крайне знакомым голосом, направляя на тех пистолет. Услышав это, Второй вздрогнул. Ему показалось? Точно нет. Тот решил бросить все свои силы на то, чтобы оставаться в сознании как можно дольше. Нулевой сразу поднимает руки. — Классный пистолет.. У меня есть такой же, - Найлз достаёт свой, направляя на незнакомца. Те стоят секунд 10, молча, не шевелясь. В углу еле слышно хриплое дыхание Второго. — По.. позвольте нам уйти... - начал Нулевой, на которого тут же направляется пистолет, от чего тот на секунду теряет дар речи. — Из-за одного случая... у нас ничего не осталось... и мой друг подумал, что этот человек виноват в этом... — Он вообще ни в чём не виноват!!! Я вас прям тут прикончу... - в бывшем военном закипает ярость. В "топку" дров подкидывает вид Второго в углу в крови и без движения. Служба на войне научила его не трогать мирных жителей и убивать тех, кто смеет поднять руку на безоружного. Те, видно, даже в армии не служили.. Нулевой закрывает глаза и пытается смириться с приходом своей смерти. Вот и заканчивается его жизнь.. Он почти ничего не добился - связался с преступной группировкой и, похоже, никогда не сможет покинуть такой образ жизни. Кто-то хватает синеволосого юношу за предплечье и быстро тащит его за собой. Двое нападавших сбегают из гаража. Первый не гонится за ними. Он отпускает этих двоих, но обещает себе, что найдёт их и заставит ответить за свой поступок. Сейчас важнее всего помочь умирающему другу... Первый разряжает пистолет и кладёт в карман, подбегая ко Второму, что сидит в луже своей крови, не двигаясь. — Второй, ты как?! Жив?! - такого беспокойства в его голосе юноша еще никогда не слышал. — Я живой... - шепчет тот. — Куда били? Подними голову, - просит Первый. — Я не смогу поднять.. Нет сил.. - вновь хриплым шёпотом говорит Второй. Первый бережно поднимает голову друга и ужасается данной картине - один глаз закрыт, из него течёт кровь, из щеки и части лба тоже течёт кровь. Похоже на порез ножом. Второй глаз смотрит на него крайне уставшим и болезненным взглядом с ноткой отчаяния. Тот откашливает лишнюю кровь изо рта. — Колени прострелили... В живот били.. - вновь опускает голову тот. — Сейчас отключусь.. — Стой, не нужно.. Говори со мной. Сосредоточься на своём дыхании, в конце концов.. - Первый пытается открыть наручники с помощью какой-то отмычки, что всегда при нём "на всякий случай". — Первый, добей меня наконец... Я не хочу терпеть эту боль.. Сказанное другом будто обливает Первого кипятком. Он не узнаёт в нём жизнерадостный лучик солнца, что помогал ему жить после пережитой службы на войне и во время монотонной работы одним только своим оптимизмом. — Ч.. Что ты такое говоришь, Второй... - Первый ошарашен. — Не говори такое... От друга после этого слышится лишь хриплое дыхание. Наконец, тот освобождён. Первый пытается поднять его на руки, но без болезненных возгласов, каждый из которых было самому слышать больно, не обходится. Главный повод - колени. — Ох... - хрипло вздыхает от боли потерпевший, когда Первый снова случайно касается его живота. Каждое малейшее прикасание к ранам заставляет его взбодриться и вздрогнуть. — Прости.. Терпи, терпи.. Я аккуратно. — Деньги у меня не забрали... - пытается залезть в карман пропитанной кровью куртки Второй, но его останавливает Первый. — Не нужно, не двигайся.. Боже.. Надо было идти с тобой.. - говорит Первый. Второй лишь молчит. Его дыхание становится реже. Каждый вздох даётся с трудом. — В больницу тебя надо.. Скорую не смогу вызвать - долго ехать будут.. Продержишься? — Нет.. Я не смогу.. - сдаётся друг. Настрой Второго разбивает Первому сердце. Он никогда не видел друга таким отчаявшимся. — Не сдавайся.. Говори со мной лучше, - тот помогает другу "держаться на плаву". Первый медленно идёт вперёд, на выход из гаража. Затем - по улице, но уже чуть быстрее. — О чём говорить?.. — Я не знаю, о чём угодно... - после этого Первый молчит, думая, что сказать. Второй еле держится. Его левый глаз медленно закрывается. Он прижимается к другу. Тепло... Тело расслабляется. Потихоньку становится легче. Окружающие звуки затихают. Боль отпускает его... Вдох... — Не засыпай, слышишь?! - тряска резко бодрит его, и тот, вздыхая от боли, удивлённо смотрит на Первого. — Извини за то, что больно сделал.. Тебе нужно держаться в сознании во что бы то ни стало. — Зачем?... Я не хочу чувствовать боль.. — Чтобы ты выжил!!! Ты жить не хочешь?! Первый понимает, что если Второй отключится сейчас - шансов спасти его не будет. Он не хочет слышать констатацию его смерти, сидя в больнице в ожидании. Это будет для него самым страшным. Страшнее, чем то, что ему пришлось пережить до встречи с другом. Громкие слова друга будто ударяют Второго. — Хочу... - тот, отводя взгляд, начинает фокусироваться на своём дыхании. — Молодец. Ты обязательно будешь жить. Только не закрывай глаза.. За теми по снегу тянулся след из капающей крови. Кровь друга была и на куртке Первого. — Больница уже недалеко... Держишься? Второй?? Второй!! Даже тряска не помогает. Друг не реагирует. Первый тревожно сменяет шаг на бег. ... Прошёл месяц, если не больше. Второй пару часов назад был выписан, и друзья гуляют по зимней улице. У юноши пониже перебинтован глаз, и тот передвигается с помощью трости. "— Вы же ответственны за него? - врач и Первый стоят за дверью палаты. — Да. Мы оба из детских домов, у нас никого нет. — Поняла... Он почти полностью восстановился, на удивление быстро, скоро будем выписываться. Но, мне очень жаль. Ваш друг больше не сможет видеть правым глазом. Ранение оказалось слишком глубоким, мы старались, как могли. Глаз не восстановить". — О чём думаешь? - Второй искренне улыбается, глядя на задумавшегося друга. За месяц его прежний оптимизм, к счастью, уже вернулся. Он очень рад тому, что смог выжить. В его взгляде видна искра. — Я?.. Да, о том, что сказала мне про тебя врач... — А что она сказала? Теперь мне интересно. Первый молчит. — Со мной же всё хорошо будет, да? - Второй останавливается. Вместе с ним останавливается и Первый. Кудрявый юноша смотрит другу в глаза. — Второй.. Врач сказала, что ты больше не сможешь видеть этим глазом. Вообще никогда не сможешь. — Как не смогу... - Второй опускает взгляд с глаз Первого. Улыбка спадает с его лица. Оба стоят и молчат. — Надеюсь, ты сможешь привыкнуть к этому... - Первый отворачивается. — ..главное, что я жив. Второй неожиданно для друга светло улыбается. Желание жить для него прежде всего! Первый мысленно поражён от его твёрдого оптимизма. Действительно, светлый человек... — Я тебя больше одного на улицу никогда не отпущу. — Я больше один на улицу никогда и не выйду. И, кстати, ты же, надеюсь, ничего не сделаешь с теми, кто сделал это со мной? Они такого не заслуживают.. — А ты думаешь, что заслуживаешь? Как только их увижу - застрелю на месте, черти поганые.. - высокий юноша всё ещё зол на них. — Не надо никого убивать! Можно решить это словами, в конце концов.. - Второй обеспокоен намерениями друга. — Твоих слов же они не поняли, значит и моих не поймут, а действия - должны. — Это неправильно... - сомневается юноша. Друзья, обсуждая очень многое, гуляют почти весь день, возвращаясь домой поздним вечером. ... "— Это неправильно... - сомневается юноша. — Что именно неправильно? — Прибегать к насилию - неправильно! — Они, к сожалению, об этом не знают, Второй. Второй молчит. — Ты никогда не заслуживал такого обращения к себе. Ты никак не должен сомневаться в этом, пойми. — Я давно простил их за этот поступок. Первый вздыхает. — Ты слишком добрый, Второй..." Этот диалог крутится в мыслях у высокого юноши уже несколько дней.. Два дня спустя после той прогулки, вечером, в том же самом гараже, где всё это произошло, Первый направляет пистолет на тех самых двоих персон, которые, похоже, живут здесь, ибо гараж они покидать насовсем не стали. В углу виднеются следы застывшей крови. Второй не знает об этом и думает, что Первый сейчас на работе. На самом же деле его освободили пораньше за усердный труд, и тот захотел этим воспользоваться. — Вы оба причастны к избиению моего друга. Я решил не обращаться в полицию, а прикончить вас на месте. Так и морок меньше будет, согласитесь? Нулевой дрожит, подняв руки, как в прошлый раз. Найлз стоит перед лицом смерти, безразлично смотря угрозе в глаза, засунув руки в карманы куртки. Он уже не в первый и даже не во второй раз видит направленное на него дуло пистолета. Он уже смирился с этой картиной. — В первую очередь сдохнешь ты, - пистолет направляется на юношу с белыми волосами. Тому наплевать. — Можешь убить меня, но его - тот показывает на Нулевого - не трогай. Понял? Нулевой смотрит на Найлза. — Я сам решу что мне делать. Выстрел. Ровно в лоб. Безжизненное тело беловолосого валится вниз лицом, пачкая своей кровью куртку Первого. Кровь растекается по полу гаража. Нулевой вскрикивает от страха, закрывая рот руками. "Ай-яй, не дай бог Второй увидит.." - опускает мимолётный взгляд юноша на пятна крови, образовавшиеся на его куртке. — Ты. Первый направляет пистолет на синеволосого. Тот поднимает руки вновь. — Свидетели долго не живут. — Не надо убивать меня.. пожалуйста! - Нулевой в ужасе падает на колени, прося пощады. По нему видно, что тот сейчас зарыдает от страха. — Я не хочу умирать так рано... Я ещё не прожил большую часть своей жизни... Я честно не участвовал в избиении вашего друга! Всё делал мой друг, Найлз... Я не хотел всего этого и не думал, что ваш друг виновен, но я бы не смог остановить Найлза... Простите меня, пожалуйста... Первый начинает сомневаться в своём намерении совершить второе убийство. Испуганные глаза Нулевого вызывают в нём лёгкую жалость. Своей добротой он напоминает ему Второго... Парень, вздыхая, опускает пистолет. — Надеюсь, ты говоришь правду. Как тебя зовут? — Н.. Нулевой... — Слушай так, Нулевой. Я отпущу тебя, только если ты мне поклянёшься в том, что никогда и никому этого не расскажешь.. Понял? — К.. Клянусь!! Жизнью своей клянусь! — Раз жизнью своей клянёшься, то если не сдержишь клятву и об этом кто-то узнает, я всегда найду и застрелю тебя к чертям собачьим. — Честно никому не расскажу! В гроб с собой это унесу! - Нулевой недолго молчит. — Только.. мне некуда идти.. — Это уже не мои проблемы. Можешь остаться жить здесь, если тебя не смутит.. это, - тот показывает на тело Найлза, что всё ещё истекает кровью. Нулевой молчит, глядя на мёртвого друга. Возможно, ему так и было суждено встретить конец своей жизни. — Я ухожу. Всегда вернусь, когда сочту нужным. Ты меня услышал. Первый покидает гараж. Как только тот убеждается, что "гость" ушел, Нулевой молча берёт тело друга и делает то, что хотел сделать больше всего на свете - обнимает его, крепко-крепко. Ему наплевать, что друг мёртв. Он просто обнимает его, пока всё-таки не начинает плакать.. Второй недавно закончил подметать и сидит, задумавшись, смотря в окно, где кружат снежинки. "Нужно начать привыкать к тому, что я теперь вижу одним глазом... Адаптироваться сложно, но я смогу", - одна из проскакивающих в его голове мыслей. Сегодня Второму необходимо сделать перевязку глаза. Сам он пока этому не научился, поэтому ему в этом помогает Первый, который должен скоро прийти. Щелчок ключа в замке. Первый заходит в квартиру в неком напряжении. Второй выглядывает в коридор. — Приве-.. - не успевает он закончить предложение. Его хорошее настроение разом переменяется на страх при взгляде на его курточку. — На тебе кровь...? — Ну... - Первый одновременно тянет время и уклоняется от вопроса. — Что "ну"?! Это кровь?! - Второй подходит ближе к другу. — Ты в порядке? Дрался с кем-то? Тебе навредили?! Первый тяжело вздыхает. — Нам срочно нужно переезжать. - У Второго, по всей видимости, появляется ещё больше вопросов, но Первый не даёт времени задать их. Он хмурится - думает, рассказывать ему всё или нет. Всё же решает рассказать. — Я.. человека убил. Второй испуганно вздыхает. — Как... убил?... — Я потом всё объя- тихо-тихо! Не падай! Трость и ноги впечатлительного юноши не держат его, и тот постепенно начинает падать. Первый ловит его и садит на пол, чтобы тот не ударился головой. ... С тех событий прошло три года. Бывшим юношам уже где-то около двадцати шести и двадцати восьми лет. Первый и Второй всё же переехали и снимают вместительную квартиру с еще двумя квартирантами, что жили здесь ранее. Первый нашёл хорошую работу с высоким заработком. Второй давно адаптировался к потере левого глаза. Трость ему больше не нужна, он может самостоятельно передвигаться также хорошо, как до травмы. Он нашёл себе нормальную подработку, которая помогает ему деньгами, которые вкладываются в общий счёт. На дворе лето. Сегодня этим двоим нужно сходить в магазин. Когда вечером с работы приходит Первый, Второй встречает его в коридоре, выглядывая из их комнаты. В другой комнате отсыпается после ночной смены один из двоих квартирантов, второй каждый день работает допоздна, поэтому сейчас отсутствует. — Привет, пошли? - говорит Второй вполголоса. Он уже готов выйти на улицу. — Пойдём, - тот, не закрывая дверь квартиры, держит её для Второго. Оба выходят на улицу. Тёплый ветерок веет им в лица. Где-то чирикают птицы, где-то шелестит листва. Фонари уже давно зажглись. На улице достаточно темно. — Что будем покупать? - спрашивает Второй. — Да как обычно, думаю. Готов нести тяжёлые пакеты? — Конечно! — Я тоже. До этого в далёком прошлом Первый не мог таскать правой рукой вообще ничего тяжёлого - он был ранен туда, когда Первый и Второй только познакомились. Свет в оптовом супермаркете слегка нагнетает. Первый отправил Второго искать какую-то позицию в мысленном списке покупок, чтобы быстрее собрать нужные продукты, пока сам смотрел на молоко и выбирал, какое может уместиться в бюджет лучше всего. Тот замечает, что на одном из них нет ценника, и решает подойти к сотруднику в красной кепке. — Извините.. У вас тут ценника- Сотрудник оборачивается. Первый обращает мельком обращает внимание на бейджик. Увиденное заставляет его остолбенеть. "Сотрудник-стажёр: Нулевой" Он тоже узнаёт Первого. Того за секунду поглощает страх. Двое смотрят друг другу в глаза, примерно секунд пять... Первый откидывает удивление и становится серьёзным. — Помнишь о клятве? - говорит тот шёпотом. — Помню... - даже не думая над ответом выдаёт почти на автомате тот, тоже шёпотом. Похоже, тот чутка дрожит. Перед его глазами проносится картина, где тот самый высокий юноша убивает его друга, а затем намеревается убить и его. — Молодец. Первый забирает первое попавшееся по нужной ценовой категории молоко, глядит на срок годности и быстро уходит, больше не смотря на Нулевого. Сотрудник же стоит на месте ещё секунд семь, смотря ему вслед, затем медленно, всё ещё в ошеломлённом состоянии, уходит обратно расставлять товары на полки. ... Первый и Второй раскладывают купленные продукты по полкам и в холодильник. — Уже решил, что будешь готовить сегодня? - интересуется Второй. — Хм.. Наверное, котлеты пожарю. К ним какой-нибудь простенький гарнир.. И какой-нибудь ещё салат. Должно хватить на всех, - Первый ставит что-то на высокую полку. — Вкуснятина! Я уверен, получится очень здорово! - радуется друг. Первый улыбается. Он рад, что его друг без каких-либо забот может наслаждаться радостными моментами, в отличие от прошлого. "— Огнестрельные ранения в колени - возможно долгое восстановление ходьбы, сильное поражение внутренних органов в области живота, поражение левого глаза глубоким ножевым ранением - восстановить зрение, вероятнее всего, не получится, впадение в кому от большой потери крови, - одна из врачей читает карточку пациента. — Шансы выжить, ммм... минимальны.. - грустно-оценивающе говорит второй врач. — Стараться будем как можем, - первая врач настойчива. — Если не получится вытащить его из комы - к сожалению, придётся отключить аппарат жизнеобеспечения, увы, - вздыхает второй врач. Первый сидит за дверью у палаты и слушает их диалог о состоянии друга..." — Ты чего? - выталкивает Второй друга из своих мыслей. — А? Да ничего, ничего, задумался просто... — О чём? Первый решает умолчать эту деталь, чтобы не портить дорогому другу хорошее настроение. — Не могу сказать, извини. — Хорошо.. Я буду в комнате, если что, - Второй уходит из кухни. Первый остаётся на ней один. Тот, не давая себя поглотить тем мыслям, приступает к готовке ужина на четырёх человек. С кухни вскоре доносится вкусный запах жареного мяса. — Что готовишь? - на кухню заходит проснувшийся квартирант по имени Третий. — Дождись, пока не позову, - не отворачиваясь от кухни говорит Первый. — Тут посижу, - тот присаживается за кухонный стол. Первый лишь молчит. До этого у них двоих были тёрки в прошлом, и в основном они случались по поводу Второго. Знали бы оба их квартиранта, что они пережили в прошлом.. Щелчок в двери. Первый понимает, что с работы вернулся последний квартирант - Четвёртый. — Привет! - приветствует того Второй. — Привет-привет, - слегка уставшим тоном говорит тот. — Как вы тут? Четвёртый - самый первый квартирант, поэтому остальные внегласно уважают его и за первенство, и за то, что он вносит в общий бюджет больше всего денег благодаря долгим дням на рабочих сменах. — Потихоньку. Первый ужин готовит, Третий похоже уже на кухне сидит, поужинаешь с нами хотя бы сегодня? — Ну... Хорошо, сегодня можно. Завтра мне дали выходной, к счастью, - тот улыбается. Второй тоже улыбается. — Здорово! Ты так много работаешь, я тоже думаю, что ты заслуживаешь отдыха. Все четверо жителей квартиры ужинают вместе. На часах - десять вечера. За окном тихо, лишь горят фонари.. — Я наелся, - говорит Второй. Перед ним стоит две пустые тарелки, одна - от основного блюда, вторая - от салата. — Я тебе в контейнер положил еды, если что, - обращается Первый к Четвёртому. — Спасибо большое! Но у меня завтра выходной, поэтому я этим пообедаю дома. — Выходной? Фига себе, тебе разрешили? - говорит Третий. — Я не просил. Настояли. — Вот это ты трудяга. Ребята ещё сидят за столом. Те разговорились, и никто не хочет уходить по комнатам. — Не знаю, можно ли задавать этот вопрос.. Второй, мне интересно, почему у тебя забинтован глаз? Вроде ты говорил, что ты не видишь им, а в чём причина? - интересуется Четвёртый. Первый и Второй, сидящие рядом, переглядываются. — В прошлом я пошёл кое-куда один и пережил.. серьёзное нападение. Отсутствие глаза - единственное последствие, которое останется от него навсегда. Тогда ещё мне... прострелили оба колена и сильно повредили живот. Я заново учился ходить, мне было больно есть какое-то время. Но мои ноги и сейчас слегка меня подводят - если приходится подолгу стоять, нужно обязательно на что-то опираться, иначе будет плохо. Первый тогда спас меня... Теперь он от меня ни на шаг, хехе. Третий и Четвёртый крайне удивлены. Они и подозревать не могли, что за травмой скрывается такая история. — Мне жаль... - говорит Четвёртый сочувствующим голосом. — Я давно смирился с этим. Всё хорошо! - светло улыбается тот. ... Первый и Второй готовятся ко сну. Но Первый решает перед сном кое-чем удивить друга. — Возможно, ты очень сильно удивишься этому... — Я в предвкушении! - улыбается Второй. Первый роется в шкафу и показывает другу.. ту самую окровавленную куртку. Он кладёт её сидящему на кровати Второму на колени. Второй молчит. Он в откровенном шоке. — Извини.. Я так и думал, что ты так отреагируешь... Я хранил её всё это время, не смог выбросить - рука не поднялась. Надеюсь, это не доставило тебе неприятных воспоминаний. Второй всё ещё молчит. Тот разглядывает куртку. Застывшая кровь всё ещё пугает его и заставляет думать о событиях того дня. Вдох, выдох... Вдох... — Можешь убрать её? Мне нехорошо... Первый слушается друга и убирает курточку. Куда - Второй не увидел. Тот ментально ощущает ту самую боль. Боль, сильнее которой он никогда не чувствовал. Боль, что сковала когда-то его бедное тело. Боль, что не давала ему думать о спасении. Боль, что заставила его отчаяться. Боль, которую он даже врагу не пожелал бы. — Всё в порядке?.. - Первый кладёт другу руку на плечо. — Да... Всё отлично... Я сегодня пораньше спать лягу... Второй начинает зарываться в одеяло и в свои мысли о том случае. Часть особо травмирующих воспоминаний до этого дня была стёрта, но сейчас тот будто на мгновение вернулся в больной для него момент. — Спокойной ночи, - говорит Первый спокойным голосом. — Зачем ты хранил её столько лет? - прерывает друга и поднимается Второй. — Чтобы напомнить тебе, насколько ты силен, что смог пройти через это всё.. - после этого Первый молчит. Затем решает дополнить фразу личной вещью. — Изначально я оставил её себе на случай... если бы тебя тогда пришлось похоронить. Больше за этот вечер друзья не говорят друг другу ни слова. Те долго сидят на кровати, крепко обнимая друг друга, прижимая к себе. Кроме друг друга у них больше никого в этом мире нет...