Шёлк и кожа

— Как ты себя чувствуешь? — Арсений облокотился на косяк двери, стоя на проходе в комнату Антона, и скрестил руки на груди, прожигая его неожиданно нежным взглядом. Хоть утром он и ругался на него, но не мог долго сердиться на парня, пряди которого он перебирал ночью. Шастун, конечно же, не знал о ночной охране его сна и даже не подозревал об этом, спокойно проснувшись в середине дня. Теперь парень лениво лежал на кровати, закинув руки за голову, прикрывая глаза. Голова Антона раскалывалась, казалось, на маленькие кусочки, при этом потихоньку разъедая его мозг. А точнее его остаток, который он не пропил. — Херово, Арс, херово, — юноша вздохнул и открыл глаза. Арсений сделал несколько шагов в сторону Шастуна и встал над ним. Он нервно теребил кольцо, подаренное ему Антоном, на безымянном пальце, и взволнованно бегал глазами по лицу парня, лежащего на диване. Попов снова и снова крутил кольцо, думая, как бы помочь юноше. — Тебе, может, таблетку дать? — Я же пил уже.. — Другую дам, Антон. У тебя нет температуры? — спросил Арсений, аккуратно присаживаясь рядом с диваном на корточки. Несколько секунд он внимательно смотрел на парня, прежде чем положить руку ему на лоб. От прохладных пальцев и железных колец Шастун был готов удовлетворенно застонать. Он ни капельки не засмущался от прикосновения, ведь головные боли терзали его сильнее, чем какие либо другие ощущения. Арсений сидел рядом, вглядываясь в его лицо и держал руку на лбу парня чуть дольше, чем следовало бы. Видя, как зеленые глаза парня закатились, видимо, потому что у Арса были прохладные пальцы, на его губах расцвела улыбка. Лоб юноши был немного горячим, но высокой температуры явно не было. Арсений в последний раз встретился взглядом с Антоном, отвел руку и встал на ноги. Пройдя пару шагов к шкафу с аптечкой, он достал оттуда какую то таблетку и протянул ее Шастуну. — Вот, это выпей. Должно помочь, — Попов взглянул на юношу, но тот помотал головой: — Не надо. Дай руку сюда, — Антон перехватил его руку и положил ее к себе на лоб, роняя на пол белую таблетку и наслаждаясь прохладой длинных пальцев, украшенных несколькими кольцами. Парня, казалось, вообще ничего не смущало, и он нагло улегся обратно, закрывая глаза с легкой улыбкой на губах. А вот Арсений опешил с его действий и некой наглости. Он, конечно же, не начал вырывать руку, но и оставить ее просто так не мог. — Может тебе тряпочку на лоб положить? Или что нибудь прохладное? А вообще.. — Арс, завали ебало, и без тебя голова гудит, — недовольно буркнул Шастун и положил свою руку поверх его, показывая, чтобы Арс ее не убирал. Попов закатил глаза, но, усевшись поудобнее, всё же остался рядом с парнем, стараясь делать как можно меньше движений, даже иногда задерживая дыхание, чтобы не тревожить парня на диване. А тот, в свою очередь, так и уснул, не шевелясь. Арсений взглянул на него и аккуратно убрал руку со лба Антона, стараясь не разбудить, и быстро зашел в ванную. Он намочил и выжал маленькую тряпочку, кладя ее юноше на лоб, чтобы ему было легче. Оглядев его с ног до головы, Арс поплелся в свою комнату, садясь за работу, пока появилось свободное время. Он чувствовал себя мамочкой в декрете, у которой свободное время наступало только тогда, когда ребёнок засыпает. Он взял дорогой МакБук со стола и положил себе на колени, начиная клацать пальцами по клавиатуре. На удивление, впервые за долгое время он смог полностью погрузиться в работу, печатая строку за строкой. Текст шел как по маслу, и вот на экране ноутбука написано несколько огромных абзацев. Арс сложил руки за головой и гордо читал получившийся текст, чувствуя огромный прилив вдохновения. Быстро закончив больше половины текста, он отложил ноутбук, расслабленно и радостно вздыхая, ведь цель и долг по работе были выполнены. Арс встал с кровати и направился в комнату Шастуна, дабы проверить его состояние. Как и ожидалось — юноша спокойно сопел, лежа на кровати, а уже высохшая тряпочка сползла с его лба. Арсений аккуратно взял тряпку и взглянул на спящего Антона. Он невесомо приложил свою руку ко лбу кудрявого юноши, примерно измеряя температуру его тела. Его лицо было вовсе не горячим, и, судя по его виду, ему было намного легче, чем когда он только засыпал. Арсений улыбнулся, скользнув кончиками пальцев по его виску и вниз по щеке, стараясь быть как можно нежнее. Он поправил упавшие на глаза парня кудряшки, и пошел в ванную, чтобы намочить тряпку заново. На всякий случай он положил прохладную тряпочку обратно на лоб Антона, а тот так и не шевелился во сне. Арсений напоследок взглянул на него и зашагал на кухню, бездумно открывая холодильник, разглядывая содержимое. Буквально через пару секунд он закрыл дверцу, погружаясь в экран телефона, подметив, что надо бы заказать еды, а то есть совсем ничего нету.

***

Антон сонно разомкнул глаза, протирая их и случайно нащупывая влажную тряпочку у себя на лбу. Его разбудил громкий звонок в дверь и бурчание Арсения на курьера, ведь в сообщение он просил, чтобы тот стучал в дверь. Но нечего поделать — он взял у него пакет и отправился на кухню, чтобы разложить готовую еду в холодильник. Антон отложил тряпку в сторону и, не почувствовав такой же сильной, как ранее, головной боли, встал с кровати. После немного резких движений голова не стала кружиться и преувеличивать боль в три раза, за что Антон был ей благодарен. Да, он был благодарен голове. Видимо, он еще не до конца проснулся. Оглядев комнату и вытерев немного мокрый от тряпки лоб, Шастун зашагал на кухню к Арсению, видя как парень спокойно расставляет еду в холодильнике. Попов обернулся на него и виновато улыбнулся: — Извини, разбудил чем-то? — Курьер разбудил. Но я выспался, спасибо. А ты как? — Я наконец то выполнил весь долг по работе и написал больше половины статьи! Боже, такое вдохновение словил — прям так хорошо стало. И получилось довольно удачно, надеюсь, в скором времени найду себе подходящую компанию в качестве коллег или работать у них. Ну, там не знаю, главным редактором, может? — Арсений улыбнулся, воодушевлённо рассказывая о написанном тексте и о работе, а Антон стоял перед ним с умным лицом, но в голове горели красные буковки, собирающиеся в слова "Нихуя не понятно" — А ты? Кем бы хотел работать? — Я.. Я.. — Антон забуксовал, даже не зная, что ответить — В душе не чаю. Конечно, он бы сказал "в душе не ебу", но точно не в обществе Арсения. Он же душный дед в этом плане. — Как? А детская мечта, допустим? — Моя детская мечта была уехать поскорее из дома, Арс. Мне было как то не до профессии. — Ну, а сейчас? Вообще ничего не привлекает? — Вообще. Я ничего не умею делать, ты же знаешь. — Может, доучишься в колледже? — Мне нахер это не надо. — Но надо будет в будущем. — Арс, я о будущем вообще не думаю. У меня появятся деньги после нашего с тобой эксперимента, — Арсения даже поневоле передернуло. Точно. Эксперимент. А он уже и забыл, что именно из за него парень находится тут. И мгновенно он понял какой же он идиот. Счастье не счастье, спокойствие не спокойствие — все это только из за эксперимента. Может он все себе выдумал? Всю эту идеальную дружбу? — Но ты их потратишь на лечение матери. — Значит подпишусь на ещё один эксперимент. Но навряд ли найду хоть какое нибудь предложение халявней твоего. — Ты не боишься, что я могу тебя тупо бросить и оставить ни с чем? У нас же все на словах — никаких договоров. — Это намёк, что меньше, чем через месяц ты уйдешь в закат, не дав мне ни рубля? Тебе нет выгоды. Хотя, тебе в любом случае ее не видать, и это мой главный вопрос до сих пор, но я знаю, что ты мне на него никогда не ответишь. И как же, сука, он был прав. Он не ответит ему никогда. А все почему? А все потому, что Арсений сам не знает ответа. Все "интерес" да "интерес", но только ли это? Бесспорно. Но это глупо. Возможно, он хотел в пустую потратить деньги. — Я никуда не уйду в закат с твоими деньгами. Тем более я уже предлагал заплатить сумму раньше, чтобы ты оплатил лечение матери. — Арсений, ты слишком доверчивый. — Это ты слишком чёрствый. — Так, все, что то мы не туда зашли, — Антон вздохнул и поднял взгляд на Арса. Он потер переносицу и кивнул, соглашаясь с юношей. Антон продолжил: — Давай не будем ссориться. Просто мы разные.. — Мы не разные! Где ты видел, чтобы.. — Я не договорил. Просто мы разные в этом плане. А в остальном, иногда, но мы схожи, — Антон слегка улыбнулся уголками губ, но сразу же его губами овладела мягкая и широкая улыбка. — Ты стал говорить слишком заумно для себя, — задумчиво произнес Арсений, вглядываясь в необыкновенно взрослого в плане поведения Антона. Он выдохнул и вернулся к самому началу всей этой темы: — На кого бы ты хотел отучиться? — Да хоть на базового программиста, чтобы хоть какое то образование иметь, — парень повел плечом и повернул лицо к окну: — И вообще, не говори со мной об учебе. Я не хочу об этом думать хотя бы летом,— он усмехнулся и взглянул на Арса, который улыбнулся ему уголком губ. После долгого молчания, Попов вспомнил, почему здесь стоит и, из-за того, что парень спал очень долго, спросил: — Ты есть не хочешь? Так долго спал просто.. — Сорян, Арс, но после таких фраз я ощущаю себя как то неловко. Будто бы я твой ребенок либо младший брат, — Антон поморщился, но потом посмеялся. — А это плохо? — Естественно. Это неприятно. Пусть я буду тебе кем угодно, но не тем, кто вызывает у тебя родительские инстинкты, правда. А есть — нет. Не хочу, — Антон улыбнулся и присел на край стола, завязывая диалог с Арсом, но сначала получил очередное замечание: — Не сиди на столе, — Арсений нахмурился, а Антон закатил глаза и сел прямо в центр стола назло Попову. Тот даже поднял брови от такой наглости и приоткрыл рот, чтобы сделать еще одно замечание, но Антон резко решил сменить тему: — Так, какая там, говоришь, у тебя была детская мечта? — Арсений немного промямлил что то, перед тем, как ответить: — Отвязаться от всех этих нянек и жить нормальной жизнью, где я никому ничего не должен. — И как? Осуществил? — Ну, от нянек естественно отвязался, потому что вырос. Жизнь моя в целом мне нравится, а в последнее время... Особенно, — он смерил взглядом сидящего на столе Шастуна и вдруг почувствовал себя еще лучше. Почему то именно в этот момент ему показалось, что он ответил на свой вопрос. Он ничего не выдумал. Это дружба — настоящая. — И в основном никому ничего не должен, так что я считаю, что да — осуществил. — Это классно, когда живешь нормально. С образованием и всей прочей херней, — Антон немного улыбнулся и болтал ногами, свесив их с края стола и разглядывая их, касаясь кончиками пальцев пола. Арсений внимательно смотрел на юношу и облизал пересохшие губы, разглядывая его слегка поникшие плечи и чуть грустную улыбку. Он понимает, что Антон изменился и не был бы против отучится хотя бы на самую заезженную профессию, чтобы иметь хоть какое нибудь образование. Только из-за дырявого прошлого он не особо задумывался об этом раньше, желая хотя бы дожить до совершеннолетия. А о колледже не шло и речи, как и о работе. Но Арсений поможет ему в этом. Обязательно поможет.

***

Антон бродил по комнате Арсения, проводя кончиками пальцев по корешкам разных книг, стоящих на отдельных стеллажах. Над диваном висело четыре полки, которые так же были усыпаны разными книгами. Все настолько отличались, что казалось, будто бы благодаря им можно побывать в разных мирах, углубляясь в каждую с головой. Шастун никогда не любил читать книги, считая это пустой тратой времени и сил. Каждая страничка давалась ему с большим трудом, пока некоторые читают по десять в минуту. Он взял одну книжку с середины полки и открыл ее на триста четвертой странице, выбрав место совершенно случайно, пробегаясь глазами по ней. — И ты всё это читал? — Не всё. Но половину точно. Учитывая, что у меня их около ста пятидесяти, — Антон поднял глаза к потолку, деля в голове сто пятьдесят на два. Выяснив, сколько примерно книг прочитал Арсений, его глаза округлились. Он вернулся обратно к странице открытой книги в руках и нахмурился: — И про что они? — Все разные. Детективы, триллеры, классика, романы, фантастика.. Всё по разному, — Антон хмыкнул в ответ и закрыл книгу, разглядывая обложку. Она была сделана в темно синем и красном цвете, показывая некий страх и ужас на лице изображенной девушки. — И какая твоя любимая? — юноша взглянул на Арса, ставя книгу на место, пока тот задумчиво пробежался глазами по книжным полкам. Его длинные пальцы вытащили одну, и он протянул ее Антону: — Наверно, вот эта. Хорошо описываются психологические проблемы, — Попов улыбнулся, пока Шастун разглядывал книгу, вертя ее в руках, и читая аннотацию. После минуты оценки, он все таки вынес свое мнение: — Скукотища. — Ты просто не понимаешь, — Арсений закатил глаза, и, ни капли не обидевшись, забрал книгу у Антона. — Ты хоть что нибудь в жизни читал? — Ну, в начальной школе, что задавали. — Понятно. Значит, ничего. "Муму" хоть читал? — "Муму"? Ну, да.. — И про что там? — Ну, там собачка.. Была. Была, да всплыла, — Антон заржал, а Арсений закатил глаза, стараясь сдерживать улыбку. Он стукнул мягкой книгой Антона по макушке: — Неуч ты, Антош. Не знать банальной классики, которую проходят в пятом классе. — Да читал я, читал. Правда, только это. Ну, из нормальных произведений, — Антон отвёл взгляд, и подумав, спросил: — А стихи считаются? — Мы про другие произведения говорим. Давай не будем считать стихи. — Ладно. Ну, басни еще читал.. — Какие? Стрекоза и муравей? Это смешно, Антон. — Не все такие заумные как ты! Я считаю, что это просто пустая трата времени. — Не комплексуй, пока ты тут живешь, можешь хоть все мои книги перечитать. — Мне, на минуточку, осталось жить тут меньше двух недель. — Можешь хоть навсегда остаться, я привык, — Антон поднял бровь. Это намек типо? — Лучше буду платить деньги за реальное проживание в квартире, а то плачу, а меня там даже не бывает. — Ты платишь за съемку квартиры? Почему ты мне не сказал? — А зачем? — Я бы дал тебе денег внести залог за этот месяц, что ты у меня. Боже, Антон, ты тугодум какой-то! Куда тебе перевести? — Ты идиот? Не надо мне! — Антон, — Арсений раздраженно вздохнул и закатил глаза. — Черт с тобой. На, держи и просвещайся, — Попов сунул юноше в руки первую попавшуюся книгу с полки и сел на рабочий стул, глядя на парня. Увидев насупленное лицо Шастуна, он улыбнулся.

***

Антон лежал на кровати в своей комнате, укутавшись в легкое одеяло, и сонно листал ленту рилсов в инсте. Глядя на однотипные видео, мемы и блоги, он начинал уже засыпать, тем более время было уже за полночь. Он сунул лежащую на кровати зарядку во вход телефона и отложил его рядом с подушкой, кладя голову на неё, глядя в потолок. Глаза уже сильно слипались, его жутко клонило в сон, но, когда он чуть было окунулся в царство Морфея, его отвлекла вибрация телефона. Решив, что стоит посмотреть, ведь звук не уведомления из инстаграма, он развернул телефон экраном к себе, который мгновенно зажёгся. На нем красовалось сообщение, которое могло быть только в его мечтах пару лет назад, а то и сейчас. "Перевод средств. Вам поступило 60.000 от контакта "Арс" в банк..." Сука. Ахуеть. Сон как рукой сняло, его глаза округлились, а брови чуть ли не взлетели. Арс заплатил в два раза больше, чем Антон платит за съемку квартиры в месяц. Он нажал пальцем на уведомление заходя в банк, проверяя правда ли это. Правда. Еб твою мать, Арсений! Тебе деньги некуда девать? Сказал же, что не надо мне денег твоих. Счет теперь был таким, каким он его видеть даже не думал. Но, как бы он не злился на Попова, было приятно. Очень. Антон смущённо улыбнулся и уткнул лицо в подушку, чувствуя себя содержанкой, если честно. Пообещав себе обязательно поговорить об этом с Арсом утром, его захватили лапы сна и утащили в свой мир, затягивая с головой. Шастун уснул с приятным ощущением в груди, чувствуя себя комфортно, приятно и нужно. Разве Арс стал бы тратить на него деньги, будь он ему неважен? Значит, он ему нужен. Безусловно, Арс тоже был необходим Антону. Возможно, как вода. Возможно, как разные ежедневные потребности, без которых он не сможет. А может, и как воздух. И все точно не из-за глупого эксперимента.