Эльфийское такси

Гулкие удары барабанов нарастали, заставляя вибрировать сам камень. Братство встало полукругом у стен, готовясь к бою. Гимли с ревом поднял секиру, Боромир вскинул рог, а Арагорн выхватил свой длинный меч. Гэндальф встал у гробницы, его посох светился. ​Двери чертога Мазарбул с грохотом распахнулись, и в зал хлынула волна тьмы, сквозь которую пробивались сотни горящих, злых глаз. Орки, покрытые грязью и древними ржавыми доспехами, заполнили проход, держа в руках кривые ятаганы. А за ними, возвышаясь над всеми, маячила огромная, приземистая фигура пещерного тролля, размахивающего массивной булавой. ​— Защищайте Фродо! — крикнул Гэндальф. ​Леголас и Морвен встали спина к спине. Эльф натягивал тетиву с невероятной скоростью, стрелы летели, не зная промаха. Морвен выхватила свой кинжал и короткий меч, готовясь к ближнему бою. ​— Спина к спине, дочь Эрегиона, — голос Леголаса был спокоен, несмотря на сотни врагов. — Я прикрываю сверху, ты — снизу. ​— Я не собираюсь прикрывать твой эльфийский зад от орков! — рявкнула Морвен, но на её лице появилась кривая, боевая ухмылка. — Скорее наоборот! ​Первая волна орков налетела на них. Клинок Морвен вспыхнул голубым светом. Она рубила, парировала и отскакивала, двигаясь с грацией танцовщицы, но её удары были смертоносны. От её лезвий исходил мороз, который не просто ранил орков, а сковывал их движения, замораживая суставы и замедляя кровь. Оружие в её руках было продолжением её воли. ​Леголас тем временем работал, как хорошо смазанная машина. Стрелы с его лука слетали с такой скоростью, что их почти не было видно. Он не только целился в головы, но и в оружие орков, выбивая его из рук, или в их ноги, чтобы они падали, мешая своим же товарищам. ​— Влево! — крикнул Леголас, и Морвен инстинктивно увернулась от удара орчьего ятагана, который должен был распороть ей бок. ​— Спасибо, что предупредил, — пропыхтела она, вонзая кинжал в горло нападавшего. — А то пришлось бы объяснять Арагорну, почему я без почки. ​Один из орков попытался ударить Леголаса по ногам, но Морвен, не оборачиваясь, взмахнула рукой — и лед мгновенно сковал ноги твари, превращая её в неподвижную мишень для стрелы эльфа. ​— Отлично! — воскликнул Леголас. — Как будто ты с ними в сговоре! Создаешь мне цели! ​— Зато я не жалуюсь, что мне приходится использовать холод против этих грязных тварей, — отозвалась Морвен, когда её короткий меч с хрустом пробил доспех орка. — Кстати, что там про «инструктора по грации»? Выглядишь очень элегантно, когда уворачиваешься от булавы тролля! ​Пещерный тролль, прорвавшись через толпу орков, с ревом замахнулся булавой на Гимли. Гном отбивался как лев, но сила чудовища была огромна. ​— Убери свой зад, Гимли! — крикнула Морвен, и бросилась к троллю. ​Она не стала атаковать его напрямую. Вместо этого, пробегая под его ногами, она протянула руки, и толстый слой льда мгновенно сковал ему лодыжки. Тролль взревел, теряя равновесие, и огромная булава с грохотом ударилась о каменный пол, едва не задев Пиппина. ​— Эй! Ты мне прическу портишь! — крикнул гном, пока Леголас стрелял троллю в глаз. ​— Я сейчас заморожу тебе бороду, если будешь жаловаться! — ответила Морвен. ​Братство сражалось изо всех сил, но врагов было слишком много. Гэндальф отбивался посохом и мечом, его лицо было сосредоточенным. Орки падали, но их место занимали новые. ​— Мост! Мы должны прорваться к мосту! — крикнул Гэндальф, понимая, что в этом зале они будут просто задавлены числом. — Вперед! ​Морвен и Леголас синхронно отступили, прикрывая отход Фродо и Сэма. Эльф посылал последние стрелы, а Морвен создавала за собой ледяные преграды, которые на несколько секунд задерживали наступающих орков. ​— Я думаю, эта Мория не так уж и плоха, — пропыхтел Леголас, когда они прорывались к выходу. — По крайней мере, здесь тепло. И много места для тренировок. ​— Главное, чтобы не для наших похорон, — отозвалась Морвен, но в её глазах всё еще горел боевой азарт. Она знала, что настоящая битва еще впереди. Отступление к мосту превратилось в сумасшедшую гонку со смертью. Гул барабанов внизу перерос в низкий рокот, от которого вибрировали кости. Братство бежало по узким переходам, окутанным пылью и дымом. ​Внезапно пол под ногами содрогнулся. Громадный пещерный тролль, разъяренный ранениями, нанес сокрушительный удар булавой по древней каменной арке, через которую они только что пробежали. Свод не выдержал. Огромные валуны с грохотом обрушились вниз, перекрывая проход и поднимая тучу удушливой пыли. ​Морвен, замыкавшая отряд вместе с Леголасом, едва успела оттолкнуть эльфа вперед, прежде чем стена камней рухнула прямо между ними. ​— Морвен! — отчаянный крик Леголаса приглушило метрами обвалившейся породы. — Леголас, уходите! К мосту! — крикнула она в ответ, хотя понимала, что через такой завал им не пробиться друг к другу быстро. ​Она обернулась. Пыль медленно оседала. Морвен оказалась в тупиковом коридоре, отрезанном от друзей. А с другой стороны, из темноты, уже доносился многоголосый хохот и лязг железа. Орки почуяли легкую добычу. Одинокая эльфийка, истощенная магией, прижатая к завалу — для них это был подарок от Саурона. ​— Ну что, ребята, — Морвен тяжело дышала, вытирая сажу со лба. Её меч мелко дрожал в руке. — Надеюсь, вы проголодались, потому что на ужин у нас будет только битое стекло и замороженная совесть. ​Из теней вышли десятки орков. Они не спешили, окружая её полукругом, наслаждаясь моментом. Их вожак, одноглазый урук со шрамом через всё лицо, оскалился. ​— Маленькая птичка осталась без стаи, — прохрипел он на ломаном общем языке. — Хозяин хочет твою голову, но он не говорил, что она должна быть целой. ​— Твой «хозяин» явно не доплачивает тебе за остроумие, — Морвен вскинула подбородок, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Если хочешь мою голову, попробуй подойти. Только предупреждаю: я сегодня очень плохо выспалась, и у меня ледяное настроение. В буквальном смысле. ​Она попыталась призвать «белое пламя», но почувствовала лишь слабую искру. Карадрас и озеро Сиранон выпили её силы почти досуха. Ладони едва засветились тусклым голубоватым светом. ​Первый орк прыгнул, занося ятаган. Морвен изящно увернулась и точным ударом вонзила короткий меч ему под ребра. Она тут же крутанулась, создавая вокруг себя небольшое кольцо из ледяных шипов, но они были тонкими и хрупкими. ​— Это всё? — хохотнул урук, с легкостью раздавив один из шипов своим тяжелым сапогом. — Твой лед тает, девчонка. Так же, как и твоя жизнь. ​Орки начали сужать кольцо. Морвен отступала, пока не уперлась спиной в холодные камни завала. Она слышала за ними приглушенные удары — Арагорн и Леголас пытались разобрать камни, но времени не было. Орки бросились все сразу. ​— Ну, мама, — прошептала Морвен, закрывая глаза на секунду. — Если ты слышишь, сейчас самое время для чуда. Потому что если я умру здесь, Гэндальф никогда не простит мне, что я не дослушала его лекцию про историю Средиземья. ​Она вскинула руки, готовясь отдать последний остаток жизненной силы для взрыва, который обрушит потолок и на неё, и на них. Но в этот момент в её голове снова раздался тот самый голос, но теперь он был другим — не Саурон, а холодный, чистый шепот её матери: «Лед — это не только холод, Морвен. Это зеркало. Покажи им их собственный страх». ​Глаза Морвен распахнулись, вспыхнув чистым золотом. Она не стала бить холодом. Вместо этого она ударила ладонями по камням завала. ​Внезапно весь коридор заполнился густым, непроглядным ледяным туманом. В этом мареве каждый орк начал видеть не Морвен, а свои самые страшные кошмары. Они начали рубить воздух, нападая друг на друга, крича от ужаса. ​Морвен стояла в центре этого безумия, едва держась на ногах, прижимая руку к раненому плечу. Она была одна в темноте, окруженная воющими врагами, и единственное, что давало ей силы — это далекий, упорный звук ударов меча о камни с той стороны завала. ​— Давайте же... — прошептала она, сползая по стене. — Я еще не все шутки Леголаса выслушала... Ледяной туман, созданный последним усилием Морвен, начал таять. Она чувствовала, как её силы уходят в холодный камень пола, словно вода в песок. Орки, которые только что в ужасе рубили пустоту, начали приходить в себя. Одноглазый урук стряхнул с лица иней и издал гортанный рык, увидев, что перед ним всего лишь слабая, бледная девушка. ​Но физическая угроза была лишь половиной беды. ​Внутри её головы, разрывая остатки ментальной защиты, снова вспыхнуло Око. Жар Саурона в этот раз был настолько сильным, что Морвен показалось, будто её кровь закипает. ​— Смотри, как они медлят... — пророкотал Голос, и перед глазами Морвен поплыли образы. Она видела Леголаса и Арагорна за стеной камней. Они работали отчаянно, но камни были огромными, а время — песком, утекающим сквозь пальцы. — Они не успеют. Твои друзья сильны, но они всего лишь смертные. Ты же — наследие великих кузнецов. Произнеси клятву, прими мой дар, и этот коридор станет могилой для орков, а не для тебя. Ты станешь моей королевой вечного льда. ​— Никогда... — прохрипела Морвен, прижимаясь затылком к холодному завалу. — Я лучше... я лучше стану ледяной статуей в саду Элронда, чем твоим украшением. ​— Глупое дитя, — голос Саурона стал вкрадчивым. — Ты ведь чувствуешь, как затухает твое «белое пламя». Еще минута — и ятаган урука коснется твоего горла. Твой эльф найдет здесь лишь холодное тело. Разве это та судьба, которую обещала тебе мать? ​Урук сделал шаг вперед, его кривой меч заскрежетал по камням. — Туман кончился, — оскалился он. — Теперь я буду резать медленно. ​Морвен посмотрела на орка. Её зрение двоилось. Шепот Саурона сулил ей безграничную мощь, готовую вырваться из её пальцев и превратить всё живое в радиусе мили в хрустальную пыль. Нужно было только... открыть дверь. Сказать «да». ​— Знаешь, — Морвен нашла в себе силы для последней, горькой ухмылки, глядя прямо в единственный глаз урука. — Саурон только что предложил мне работу. С отличным соцпакетом и вечным отпуском на севере. Но я отказалась. ​— Почему?! — рявкнул орк, не понимая, о чем она бредит. ​— Потому что у него ужасное чувство стиля, — выдохнула она. — Огромное пылающее веко? Серьезно? Это так безвкусно. Я предпочитаю компанию тех, кто хотя бы умеет расчесываться. ​Урук взревел от ярости и замахнулся мечом. Морвен закрыла глаза, готовясь к удару, и в последний раз ударила кулаком по камням завала позади себя. Не магией. Просто отчаянием. ​«Прощай, Леголас... Надеюсь, ты найдешь кого-то, кто будет смеяться над твоими шутками лучше меня» ​В этот момент завал за её спиной не просто задрожал — он взорвался. ​Камни, которые только что казались незыблемыми, вылетели вперед, словно ядра из пушки. Ослепительный солнечный свет, созданный магией Гэндальфа, ворвался в темный коридор, ослепляя орков. И сквозь этот свет, словно разъяренный дух леса, вылетел Леголас. ​Его клинок блеснул в воздухе, и голова урука слетела с плеч прежде, чем тот успел опустить меч ​— Только попробуй... умереть... не дослушав... — прохрипел Леголас, его голос срывался от напряжения. Он подхватил Морвен за секунду до того, как она упала на колени ​Арагорн и Боромир уже прорывались следом, превращая оставшихся орков в груду мяса. Гэндальф стоял в проломе, его посох сиял так ярко, что Тень Саурона в голове Морвен с визгом отступила в самые темные закоулки. ​— Ты опоздал, — прошептала Морвен, уткнувшись лицом в плечо эльфа. От него пахло хвоей, пылью и битвой. — Я уже... почти согласилась на ипотеку в Барад-Дуре. ​— Я выкуплю твой заклад, — ответил Леголас, прижимая её к себе так крепко, что ей стало трудно дышать. — Идем. Нам нужно уходить, пока гора не решила закончить начатое. — Нам нужно уходить! Живо! — скомандовал Арагорн, оглядываясь на бесконечные тени, из которых снова слышался рокот барабанов. ​Морвен попыталась сделать шаг, но её ноги превратились в вату, а перед глазами заплясали разноцветные пятна. Если бы Леголас не держал её, она бы снова пересчитала носом все камни Мории. ​— Так не пойдет, — проворчал Леголас. Не спрашивая разрешения, он подхватил её и забросил себе на спину, как мешок с драгоценным, но очень колючим зерном. ​— Эй! — возмутилась Морвен, болтая ногами. — Учти, у меня очень высокие требования к сервису. Плавный ход, отсутствие тряски и никаких остановок у каждого куста! ​— Могу предложить только режим «бег с препятствиями» и бесплатный душ из орочьих стрел, — парировал эльф, пускаясь вдогонку за остальными. — И вообще, ты могла бы весить поменьше. Что у тебя в карманах? Запасные ледники на случай глобального потепления? ​— Это всё моя харизма и тяжелое наследие Эрегиона, — пропыхтела Морвен, вцепляясь ему в шею. — И полегче на поворотах, водитель! У меня такое чувство, что ты пытаешься взболтать мой мозг до состояния коктейля. Ты слишком сильно подпрыгиваешь. Где твоя хваленая эльфийская грация? Ты сейчас бежишь как испуганный лось ​— Испуганный лось? — Леголас перепрыгнул через трещину в полу, и Морвен едва не прикусила язык. — Я напоминаю тебе, что этот «лось» сейчас спасает твою ледяную персону. И если ты не перестанешь дирижировать моими лопатками, я сдам тебя в багажное отделение к Гимли. ​— Я всё слышу! — крикнул гном, семенящий рядом и размахивающий секирой. — Моё багажное отделение занято провизией и чувством собственного достоинства! Хотя, девочка, если хочешь, я могу подержать твои ноги, чтобы они не так сильно мешали Леголасу маневрировать ​— Гимли, если ты тронешь мои ноги, я заморожу тебе штаны до состояния рыцарских доспехов! — отозвалась Морвен, но тут же охнула, когда Леголас резко наклонился, уворачиваясь от летящего копья. ​— Чуть левее! — скомандовала она, приходя в себя. — Стрела на одиннадцать часов! Леголас, ну кто так уворачивается? Тебя в Лихолесье учили танцевать или только ветки собирать? ​— На одиннадцать часов? — Леголас на бегу выхватил стрелу из колчана и, даже не оборачиваясь, пустил её назад, точно в цель. — Морвен, дорогая, если ты продолжишь давать советы, я начну брать плату за проезд. В золотых монетах или в обещаниях больше не шутить про мои уши. ​— Торг здесь неуместен, — прошептала она, на мгновение прижимаясь щекой к его плечу. — Просто... просто не урони меня. Иначе пророчество скажет, что мир погиб из-за того, что один принц не умел правильно носить дам ​— Весь мир может подождать, — тихо ответил Леголас, переходя на еще более быстрый бег, когда впереди забрезжили огни великого моста. — Но тебя я точно не уроню. Даже если Саурон лично выйдет и подставит мне подножку. ​— Ну, тогда прибавь газу, «лось», — Морвен слабо улыбнулась. — Кажется, за нами идет кто-то, у кого очень плохие отношения с огнетушителем. Жарко становится... ​Воздух позади них начал раскаляться, и это был уже не шепот Саурона, а настоящий, физический гнев древнего пламени.