7 минут Брока Рамлоу

1 Сильные руки отца приподнимают маленького Брока над колыбелью. В этом году зима в Северной Каролине выдалась снежная. Скоро Рождество, и Брок знает: папа втайне уже купил ему большой блестящий жёлтый трактор. Папа всегда знает, что у Брока на уме. Чего папа не знает — так это того, что Брок загадывал не игрушки. Он загадывал брата. Того, кто защитил бы его. Соседские мальчики вечно задирают его и отбирают карандаши. Но когда он видит красное, сморщенное личико маленькой Оливии, понимает: он станет для нее самым надежным защитником и самой крепкой опорой, не позволит никому даже подумать о ней плохо. О чем и спешит сообщить. Родители на такие заявления только смеются громче и гладят его по голове. Брок сидит возле спящей малышки весь вечер и рассказывает ей все-все-все. О том, как мисс Сандерсон отметила его способности к математике, о том, как ужасен Боб из соседнего дома и что он научится драться ради нее. Он будет самым лучшим старшим братом... 2 Выстрел. Потом еще один. И папы больше нет. Самого родного в мире человека больше нет. Папа лежит на холодной земле в луже собственной крови. Люди омерзительны, ради жалкой сотни долларов они убили самого доброго и справедливого человека. Никакого наказания не последовало, суд оправдал того человека. Брок услышал мельком разговоры взрослых, его папу застрелил племянник судьи. Он ненавидит эту страну и ее законы. Мама сломалась.Они с папой были вместе со старшей школы. Она плакала ночами на кухне и взывала к небесам. Но те были немы к ее молитвам. Ее Mi Caro закрыл свои глаза навсегда. 3 Вестпоинт встретил его не слишком дружелюбно. Постоянный недосып. Кошмары. Боль в мышцах, которая не проходит даже во сне. Здесь не спрашивали, кем ты был раньше и о чем мечтал. Здесь ломали и смотрели, кто выдержит. Он здесь не потому-что хотел. Ему помогли сослуживцы отца — старые долги, верность своему командиру или жалость? Он так и не понял, что ими двигало. Оливия до последнего отказывалась его отпускать, но в последнее время мама была совсем плоха и их семье нужны были деньги. Когда то давно, как будто бы в прошлой жизни, он мечтал стать инженером и починить-таки отцу его мотоцикл времен динозавров. Но университет стоил денег, которых у его семьи больше не водилось. Рядом был Джек — упрямый, надёжный, почти брат. Иногда этого было достаточно, чтобы не сорваться. На показательных стрельбах их группа выдала лучший результат. Мистер Пирс наблюдал молча. Долго смотрел каждому в глаза, как будто бы пытался рассмотреть что-то на их глубине. Кивнул и попросил задержаться. Жизнь налаживалась, но Брока что-то напрягало, что-то не давало ему поверить словам Господина Полковника про мир во всем мире. Звучало слишком легко? 4 Рыжие волосы, яркие зеленые глаза и стойкий характер – это Мэнси МакГохан. Его первая любовь. Когда она улыбалась, он верил что живет. Первая миссия под началом мистера Пирса. Ее хватило, чтобы понять, во что он ввязался. Море крови, крики испуганных людей и выстрелы. Так много выстрелов. Какой порядок через боль, какое ещё мировое господство... Боже. Это совсем не он. Он не такой. Или такой же? Папа был бы в нем разочарован. Впервые после его смерти он словно просыпается. Нет ничего хуже, чем забрать у человека право выбора. Право быть человеком. Право быть свободным... Глаза Фатимы, маленькой девочки, что стала невольным свидетелем смерти своего престарелого мужа. Пирс дал отмашку убить и её .Её—маленькую испуганную девочку, что до этого счастливой жизни то и не видела. Она так напоминала его Оливию в детстве. Брок не смог. Не посмел. Ослушался. Спрятал ее от всего мира, как ему тогда казалось, отдал девочку приемной семье и внес деньги на ее образование. Пирс ,конечно же, узнал. Пригласил к себе в кабинет, ухмыльнулся и сказал ,что так уж и быть,девочку он не тронет. И позволил себе расслабиться. Снова два выстрела. Голова и сердце. Ему ни за что отсюда не выбраться. Как же он был глуп. Он смотрит на тело Мэнси и понимает, больше он никого потерять не может. Будет прыгать выше, лезть дальше, но даст своей семье безопасность и хоть какую-то надежду на будущее. Вскрытие показало, что Мэнси была на четвертой неделе беременности. 5 Мама умирает тихо—во сне, просто однажды не просыпается. Брок даже рад за нее. Она теперь с папой. Они с Оливией даже не успели попрощаться. Свои последние дни мама провела в Госпитале Святого Петра — под капельницами, среди пустых стен и чужих людей. До последнего она верила, что он работает инженером где-то в Вашингтоне. Иногда жаловалась, что он редко звонит и совсем забыл свою старушку-мать, но всегда улыбалась, когда говорила с ним. В такие моменты хотелось, все рассказать, как в далёком детстве. Про Пирса. Про кровь. Про то, кем он стал. Найти спокоствие у ее колен. Но Брок не мог позволить себе возложить на нее такое бремя. Слишком любил. Оливия пропалакала у него на плече весь вечер. Теперь они остались совсем вдвоем. Права на ошибку у него нет. 6 При виде Зимнего хотелось пойти и утопиться. Солдат двигался слишком ровно,смотрел только прямо — казалось даже не дышал. Это был не человек. Оружие. И от этого внутри что-то неприятно скручивало. Не от страха — от жалости, такой густой и вязкой, что от неё становилось тошно. Брок боялся за него. По-настоящему. Боялся не успеть прикрыть, оттащить, заслонить собой. Боялся, что однажды просто не окажется рядом, и Солдата снова сломают — на этот раз окончательно. Брок ловил себя на том, что следит за каждым его шагом. Запоминает, как тот держит спину. Как чуть запаздывает с поворотом головы. Как он замирает когда приходит время тестов будто ждёт удара, который обязательно придёт. Он знал этот взгляд. Так смотрят те, кто уже потерял надежду. Брок вдруг понял: вот так же будет и с ним. Если он оступится. Если станет неудобным. Если не сможет стать достаточно полезным. Имя можно стереть. Память — выжечь. Оставить только тело и боль. Он подумал об Оливии, о Стиве. О том, что некому будет их защитить, если он не справится. И впервые за долгое время ему стало по-настоящему страшно. 7 Связь трещит. — …Джек на связи. Оливия в безопасности. Заляжем на дно. Береги себя, Командир. Брок выдыхает так резко, будто до этого вообще не дышал. Живы. Оба. Он даже не удивился, когда заметил искры летающие между его замом и сестрой. Они оба словно вылезли из любимых книг Оливии. Сладкая парочка.И, странное дело, это даже успокаивает. Его сестрёнка будет в безопасности, Джек один из самых надёжных людей, которых он знал. Если уж он кому-то и может доверить свою малышку — то только ему.Тому, кто не предаст. Тому, кто прикроет, чего-бы это не стоило. Связь снова оживает. — …Зимний с Капитаном.Они застряли на Хеликериере. У Брока темнеет в глазах. Стив. Тот, кто стал для него напоминанием о мире, который он давно оплакал после смерти отца. О людях, которые ведут за собой, вдохновляя стать лучше. О любви, даже для тех,кто уже не верил в нее. Плевать, что Стив разочарован в нём.Плевать, что ненавидит. Главное — чтобы этот наивный дурак жил. Жил и улыбался своему Баки, продолжал ходить на пробежки и пить свой отвратительный ванильный фраппучино. Брок срывается с места. Знает, что с Барнсом ему не сравниться. Знает, что в этой истории он — лишний. Но если он может хоть чем-то помочь своему солнцу— этого достаточно. Он успевает увидеть их–Стива и Зимнего. Мгновение — и они прыгают в Потомак. Вместе. В этот момент он осознает– они будут в порядке. Мгновение и мир взрывается тысячью осколков. Скрежет металла, обжигающие языки пламени и ужасная боль. Он не знает, сколько времени проходит. Часы? Минуты? Открывает глаза только оттого, что кто-то кричит его имя. Брок узнаёт голос сразу. Даже если понимает, что это, скорее всего, блажь его умирающего мозга. Такое бывает перед смертью. Он где-то читал. Стив в его предсмертном бреду склоняется над ним. Грязный, помятый и почему-то рыдающий. Живой. Брок слабо улыбается и тянется к нему, находит руку и сжимает пальцы— настолько крепко насколько может. — Mi carо...— выдыхает он с нежностью. Ему вдруг становится спокойно.Так спокойно, как не было с тех пор, как его папа был жив. Он сделал всё что мог. Прикрыл. Удержал. Защитил. Если дальше — пустота, он не против. Если ад — то заслужил. Главное, что его Стив жив. Брок закрывает глаза, всё ещё удерживая его руку. И впервые в жизни позволяет себе не бороться.