Охота на мышку

      Город был мертв. Пустые улицы, залитые неоновым светом рекламных вывесок, казались декорациями к фильму о конце света. Для двенадцати воинов это и был конец света - личный, кровавый и неизбежный. Усаги это знал. Он упивался этим знанием, как дорогим вином. Хаос был его стихией, а смерть - его искусством.       Он нашел Нэдзуми в заброшенном игровом зале. Парень сидел на полу, прислонившись спиной к игровому автомату, и тяжело дышал. Его форма была порвана и испачкана кровью.       Усаги вошел бесшумно, его движения были плавными, хищными. Белые волосы казались призрачными в полумраке, а красные глаза горели безумным огнем. В руках он держал два своих верных мачете.       - Мышка, я нашел тебя. - пропел он, растягивая слова. Его голос был низким и хриплым, он вибрировал в тишине зала.       Нэдзуми вздрогнул и поднял голову. В его глазах на мгновение мелькнул страх, но тут же сменился усталой обреченностью. Он даже не попытался вскочить или убежать.       - Кролик. - выдохнул он. - Я уж думал, ты заблудился.       Усаги рассмеялся. Громко, заливисто, запрокинув голову. Звук эхом отразился от стен, заставляя пыль плясать в лучах света.       - Заблудился? Я? Я просто играл со своим другом. - он сделал шаг вперед, потом еще один. Лезвия мачете лениво чертили искры по бетонному полу. Нэдзуми не сводил с него взгляда, его грудь тяжело вздымалась.       - Так и будешь сидеть? - Усаги склонил голову набок, изображая любопытство.       - Ага. - тихо ответил Нэдзуми. - Не хочу от тебя убегать       Это заинтриговало Кролика. Он остановился в паре метров от парня, опустив клинки. Безумие в его глазах на миг уступило место чему-то другому. Хищному любопытству.       - Почему? Хочеш умереть от моей руки?       - Хочу умереть. - голос Нэдзуми был почти шепотом. - Уснуть и не проснуться, так и не поняв, выиграл ты или проиграл.       Усаги хмыкнул. Он подошел вплотную и присел на корточки перед своей жертвой. Запах крови и пота щекотал ноздри. Кролик протянул руку и кончиком пальца провел по щеке Нэдзуми, стирая грязную полосу. Парень вздрогнул от прикосновения, но не отстранился.       - Ты странный, мышонок. Все остальные кричали. Молили. Угрожали. А ты просто ждешь?       - А смысл? - Нэдзуми криво усмехнулся. - Бессмысленная трата сил. В отличие от тебя я не настолько сильный.       Кролик снова рассмеялся, но на этот раз тихо.       - Ты прав. Абсолютно прав. Но знаешь, что еще бессмысленно Убивать того, кто так красиво сдается. Это неспортивно.       Он отложил мачете в сторону. Нэдзуми удивленно моргнул.       -Что ты делаешь?       Вместо ответа Усаги подался вперед и впился в его губы. Поцелуй был грубым, требовательным, с привкусом крови и безумия. Нэдзуми замер на секунду, а потом, к собственному удивлению, ответил. Неумело, отчаянно, словно это был его последний глоток воздуха.       Усаги отстранился, его красные глаза горели уже не жаждой убийства.       - Я передумал. - прошептал он, его дыхание опаляло губы Нэдзуми. - Убивать тебя слишком быстро. Слишком скучно. Я хочу посмотреть, как ты будешь моим. Хочу стать с тобой "друзьями".       Он толкнул Нэдзуми на спину, наваливаясь сверху всем телом. Ткань формы затрещала под его руками. Нэдзуми не сопротивлялся, его тело обмякло, подчиняясь. Один из ста путей снова спас ему жизнь. Самый неожиданный.       - Другие воины, они ищут нас. - прохрипел он, когда Усаги принялся покрывать его шею грубыми, собственническими поцелуями, оставляя багровые отметины на бледной коже.       - Пусть ищут. - рыкнул Кролик, срывая с него рубашку. - Я скажу им, что охотился на мышку. И это даже не будет ложью.       Его руки исследовали худое, но крепкое тело под ним. Синяки, ссадины, шрамы - карта этой проклятой войны. Усаги целовал каждый из них, словно помечая свою территорию. Нэдзуми выгнулся, когда холодные пальцы скользнули под пояс его брюк. Это было неправильно, безумно, но в этом аду, где смерть дышала в затылок, любые правила теряли смысл. Оставались только инстинкты.       - Боишься? - прошептал Усаги ему на ухо, его голос был полон насмешливой нежности.       - Нет. - выдохнул Нэдзуми, и это была правда. Страх утонул в адреналине истранном, извращенном возбуждении.       Кролик не стал ждать дальнейших разрешений. Он был силой природы, ураганом, который брал то, что хотел. Боль была резкой, но короткой, и почти сразу сменилась чем-то другим. Рваные, глубокие толчки выбивали воздух из легких, заставляя Нэдзуми цепляться за широкие плечи своего мучителя. Стены игрового зала стали свидетелями их странного, отчаянного союза. Звуки шлепков кожи о кожу смешивались с тихим пиликаньем умирающего игрового автомата.       Усаги двигался с животной грацией, его тело было напряжено, как струна. Он смотрел в глаза Нэдзуми, и в глубине его безумного взгляда парень видел нечто похожее на одержимость. Он не просто трахал его, он клеймил его, делал своим.       - Скажи мое имя. - потребовал он, ускоряя темп.       -Усаги. - стон сорвался с губ Нэдзуми против его воли.       Это было все, что нужно было Кролику. Он зарычал и кончил глубоко и грязно, изливаясь внутрь, запечатывая их странный договор. Тело Нэдзуми сотряслось в ответ, волна запоздалого удовольствия накрыла его с головой, вырывая из груди сдавленный крик.       Несколько долгих мгновений они лежали так, сплетенные вместе среди осколков цивилизации. Дыхание Усаги было тяжелым и горячим у его уха. Он не спешил выходить, словно не желая разрывать эту связь.       — Теперь ты мой. - пророкотал он, и это звучало не как угроза, а как констатация факта. - Мой маленький, умный мышонок. Мой трофей.       Усаги наконец сдвинулся, перекатываясь на бок и увлекая Нэдзуми за собой. Он не отпускал его, прижимая к своей груди, как драгоценность. Одна его рука лениво поглаживала спину парня, другая перебирала его темные волосы.       - Что теперь? - голос Нэдзуми был хриплым и неуверенным.       - Теперь? - Усаги усмехнулся, его клыки блеснули в полумраке. - Теперь мы играем дальше. Только по моим правилам. Ты будешь моим заложником. Моей приманкой. Моим личным развлечением. Я буду «охотиться» на тебя, а ты будешь послушно «убегать». Пока один из нас не умрет по-настоящему.       Он посмотрел на Нэдзуми, и в его алых глазах плескалось чистое, незамутненное собственничество.       - А когда я выиграю эту войну. - продолжил он шепотом. - Я загадаю желание. Я верну тебя. И ты будешь принадлежать мне вечно. Не как мертвая марионетка. А вот так. Живой. Теплый. Только для меня.       Нэдзуми закрыл глаза. Это было безумие. Абсолютное, чистое безумие, рожденное в кровавой бане Королевской Битвы. Но в этом безумии была странная, извращенная логика. Шанс. Не на победу, нет. Шанс на то, чтобы дожить до завтрашнего утра в объятиях самого опасного хищника на этой арене.       Он не ответил. Вместо этого он просто прижался ближе к источнику тепла, чувствуя, как сильные руки Кролика смыкаются вокруг него еще крепче.       Снаружи, где-то вдалеке, раздался грохот взрыва. Война продолжалась. Но здесь, в пыльном зале игровых автоматов, двое воинов заключили свой собственный, безмолвный пакт. Охотник нашел свою идеальную добычу. А добыча нашла своего самого неожиданного защитника. И их личная, жестокая игра только начиналась.